Часть 4
10 июля 2026 г., 14:22
Это был приказ или просьба? Энди не была до конца уверена, но все равно пришла, крадучись по темному коридору к кабинету Миранды. Надеюсь, здесь нет камер видеонаблюдения, иначе это выглядело бы подозрительно и вызвало бы вопросы.
Когда Андреа вошла, Миранда сидела на диване, а не за своим столом, выглядя совершенно несчастной. Ее очки для чтения повисли в одной руке, она смотрела в никуда, глаза ее были покрасневшие. Вместо того чтобы выпрямиться, она поникла на обивке.
Энди охватила паника, она не знала, что делать, что сказать.
— М-Миранда? — пожилая женщина вздрогнула, услышав ее имя, и недоверчиво посмотрела на нее, ее голубые, полные слез глаза широко распахнулись. Энди не понимала почему, но видеть Миранду такой... беспомощной — это ее ужаснуло.
Энди сглотнула.
— Ты… ты в порядке?
Голос Миранды был таким же резким, как всегда, когда она отвечала: «Нет». Однако ее руки были сжаты в кулаки, и она немного дрожала.
Девушка отчаянно хотела спросить ее, что случилось, но Миранда не из тех, кто открывается эмоционально или делится подробностями своей личной жизни. Единственное, что она знала о своем профессоре, это то, что у нее две дочери-близняшки и череда бывших мужей. Энди тщательно взвесила свои варианты. Профессор, скорее всего, убьет ее, если она спросит, но убьет и если она уйдет. Отлично.
Поэтому вместо этого Энди подошла к дивану, и Миранда, ощетинившаяся, уселась рядом с ней. Они обе молча смотрели в пол несколько минут.
Ни слова не было сказано, но в этом и не было необходимости. У Энди было ощущение, что Миранда ценит компанию, хотя ее было очень трудно понять. В этом Энди была лучше всего — в понимании людей, того, кто они есть и что их определяет. Миранда была, безусловно, самой замкнутой и сложной для понимания. Но Энди никогда не отступала перед трудностями и старалась изо всех сил.
В ней было столько слоев, каждый из которых был сложным и состоял из тщательно скрываемых ярости, одиночества и отчаяния. Миранда прятала все за маской изысканной уверенности и холодности, но иногда эта маска давала сбой. Тогда Энди могла увидеть ее такой, какая она есть на самом деле, хотя бы на мгновение. Это был один из таких моментов, и Миранда не казалась такой непобедимой. Просто казалась кем-то, кто нуждался и заслуживал утешения.
В конце концов, этот потерянный взгляд исчез, и Миранда снова стала собой, вновь обретя тот блеск в своих внимательных голубых глазах.
— Андреа, — она положила руку на бедро Энди, и шатенка напряглась, почувствовав, как по спине пробежал холодок. Боже, это было как электрический разряд. — Спасибо.
Она говорила искренне, и Энди заставила себя встретиться взглядом с Мирандой. Она ожидала увидеть бесстрастное выражение лица. Вместо этого, выражение лица пожилой женщины застало ее врасплох. Ее губы были едва приподняты, но глаза выдавали так много. В них все еще читалась неизмеримая боль, едва сдерживаемый гнев, но также и благодарность. И еще что-то, чего Энди не могла определить, но это вызвало у нее в животе теплое и тихое чувство.
— Хотите, я приготовлю кофе? — предложила Энди, и Миранда молча кивнула, положив свои очки для чтения на стол из красного дерева.
Пока Энди варила кофе, она смутно чувствовала, что кто-то наблюдает за ней. Слегка повернув голову, она краем глаза взглянула на Миранду и увидела, что пожилая женщина пристально смотрит на нее, подперев подбородок рукой. Энди прикусила губу, чтобы не расплыться в глупой улыбке, и протянула кружку Миранде. Их пальцы соприкоснулись, и обе замерли.
— Андреа. Ты собираешься стоять здесь весь день, как ребенок, или сядешь?
— Ах, да, извините.
Энди быстро села на мягкий стул напротив Миранды, покраснев, но не понимая почему. Поставив свою кружку на стол, она заметила, что профессор смотрит на нее прищуренными глазами. Черт, она что-то сделала не так? Энди напрягла мозги, пытаясь вспомнить, что она могла напутать, но ничего не могла придумать.
Миранда откашлялась и резко повернула голову от Энди вправо. Там же сидела Энди раньше, и у брюнетки пересохло во рту. Не веря своей удаче, она быстро переместилась к Миранде.
Пожилая женщина оценивающе посмотрела на нее, тихонько напевая, когда пила из своей кружки. На ободке кружки был след от красной помады, и Энди, отпивая свой глоток, обратила на него внимание.
— У тебя наверняка есть вопросы, — сказала Миранда. Это был не вопрос. Сначала Энди растерялась, просто моргнула, пока до нее не дошло. Старшая женщина попросила ее прийти в офис ранее в тот день, но убедиться, что с Мирандой все в порядке, было для нее важнее, чем выяснить, зачем она здесь.
— Конечно, — медленно ответила Энди.
Миранда наклонила голову, говоря:
— Я позвала тебя сегодня вечером, потому что собиралась обсудить с тобой дело, — у Энди неприятно скрутило живот. Неужели она здесь только из-за…
— Алиби? О, нет, — усмехнулась Миранда. — Не это. Я надеялась немного поработать над делом, поскольку твои коллеги были ужасно непродуктивны. Постоянно отвлекались. И пытались заигрывать с тобой, — отвлекались. Энди была очень рассеяна, вероятно, больше, чем другие стажеры.
— Ну… я имею в виду, Кристиан не был… — Энди замолчала, и Миранда усмехнулась.
— О, да, был. К сожалению, я все подслушала. Я опасалась, что ваша встреча могла принять нежелательный оборот, учитывая репутацию мистера Томпсона.
Энди почувствовала, как ее лицо покраснело.
— Д-да, — это не имело никакого отношения к тому, что она сказала. Миранда снова смотрела на нее, и у Энди возникло непреодолимое желание провести большим пальцем по острым скулам и поцеловать эти ослепительные губы. Это было бы так просто.
— В любом случае, суть в том, что я не думаю, что мы сможем много поработать сегодня вечером, — Энди была шокирована этим заявлением, а затем поняла, что Миранда имела в виду, как она плакала чуть раньше. А не то, как Энди представляла себе, что нежно поцелует ее и проведет рукой по мягким белым волосам.
— Я тоже так думаю. Кстати, мне очень жаль, что я не могу предоставить алиби. Просто мне кажется, что мы должны ценить доверие Сэмюэля к нам, — разве помада Миранды не размажется по всему лицу, если они поцелуются? Энди надеялась, что так и будет. В ее представлении об идеальном мире так и будет.
Настоящая Миранда задумчиво поджала губы.
— Полагаю, ты права. Обычно я не так уж сильно стараюсь, чтобы клиенту нравилось со мной работать, и больше сосредотачиваюсь на выполнении работы. Но делай, что считаешь правильным, я доверяю твоему суждению, — Ух ты. Она действительно доверяла Энди. Или, по крайней мере, способностям Энди как юриста. В любом случае, это было здорово, потому что Миранда никогда никого не хвалила, тем более своих стажеров-новичков.
— Спасибо, — она говорила это искренне, и благодарила Миранду не только за похвалу.
Миранда, наполовину поднеся кружку к губам, замерла.
— Прости?
— Эм... Спасибо за то, что... доверились моему мнению? — Энди вопросительно посмотрела на Миранду.
Старшая женщина моргнула, ее щеки приобрели приятный розовый оттенок.
— Ах. Да, конечно.
Девушка собиралась спросить, что только что произошло, но Миранда снова пила кофе. Энди помедлила, прежде чем заговорить.
— Я просто хочу еще раз поблагодарить вас. За другие вещи.
О боже. Она действительно это сказала. Дерьмо, дерьмо, дерьмо.
Брови Миранды слегка приподнялись, и она поставила чашку кофе.
— Хм? Другие вещи? О каких «вещах» ты говоришь? — если бы Энди не была так взволнована, она бы уловила нотку тревоги в голосе Миранды.
Шатенка опустила взгляд, проведя большим пальцем по ручке кружки.
— За все. За эту стажировку, за предложение работы, за то, что Вы сидите рядом и варите мне кофе. И просто за то, что я есть, — вск вырвалось на одном дыхании, и Энди чуть не подавилась словами.
Впервые за все время знакомства с Мирандой профессор, казалось, потеряла дар речи. Миранда, та, у кого найдется остроумный ответ или комментарий на любую ситуацию.
— Я… — Миранда открыла и закрыла рот. Если бы Энди могла описать это странное, неуместное выражение лица, это было бы «нерешительное». Старшая женщина крепко зажмурила глаза, словно ей нужно было время, чтобы все это осмыслить. «Как будто компьютер завис», — подумала Энди.
Яркие голубые глаза распахнулись, и Миранда выглядела ничуть не спокойнее, чем прежде.
— Т-тебе нужно идти. Увидимся завтра в 5 утра. Это все.
Вздрогнув и разочаровавшись внезапным отказом, Энди кивнула и встала. Однако, она решила, что не может слишком расстраиваться. Сегодня что-то изменилось, это было достаточно очевидно. Но что именно?
Эти мысли занимали ее всю оставшуюся ночь. В конце концов, она погрузилась в беспокойный сон, устав задавать себе вопросы, на которые у нее не было ответов.
***
Энди вошла в конференц-зал рано, ожидая увидеть Миранду уже там, печатающую на ноутбуке или листающую бумаги. Вместо этого ее встретил лишь Найджел, разговаривающий по телефону. Он слегка кивнул Энди в знак приветствия, но поднял руку, чтобы заставить ее замолчать, прежде чем она успела что-либо сказать. Внезапно он нахмурился в ответ на слова собеседника. — Да, Миранда. Я все прекрасно понимаю и позабочусь о том, чтобы все прошло гладко. Ага. Да. Хорошо, удачи. Пока, — лысый мужчина повесил трубку и спрятал телефон в карман. — Здравствуй, Шесть. Ты должнп быть здесь не раньше шести, а сейчас только пять. Тебя что-то беспокоит? — он вопросительно поднял бровь, выглядя слегка обеспокоенным. Да, Энди хотела ответить — человек, с которым ты только что разговаривал по телефону. Вместо этого она вздохнула: — Нет, Миранда сказала мне приехать пораньше. Я рассчитывала поговорить с ней кое о чем, где она? Найджел покачал головой. — На чем-то важном. Я только что разговаривал с ней по телефону, и она не сказала, где находится. Только что ее нельзя беспокоить, и сегодня она недоступна. Брови Энди нахмурились. Целый день? Что случилось? Должно быть, что-то очень плохое, раз Миранда вдруг так внезапно уехала. — Она уже уехала? — Ммм, она позвонила своему водителю очень рано утром, около 3:00. Не знаю, по работе или по личным делам. В любом случае, я не хотел рисковать и спрашивать, — он помолчал. — Что бы ты ни хотела у нее спросить, я могу передать это тебе, если хочешь. Или сам отвечу, в зависимости от того, что это». Энди прикусила губу. Так не пойдет. То, о чем она хотела — нет, что ей нужно было поговорить с Мирандой, было очень личным. И это нужно было обсудить лично. Она одарила Найджела благодарной, хотя и слабой улыбкой. — Нет, все в порядке, я могу подождать. Но что мы будем делать без нее? Найджел лукаво усмехнулся. — Ну, конечно, будем праздновать, — он закатил глаза, глядя на недоуменное выражение лица Энди. — Если серьезно, мы будем продолжать как обычно. Может быть, просто немного больше оживленной болтовни и больше перерывов. Это должно было стать бальзамом для ушей Энди. Все, включая ее, работали как собаки последнюю неделю. Но она чувствовала лишь сильное беспокойство. Миранда просто ушла без каких-либо объяснений. — Отлично. Тогда я начну работать. Найджел кивнул, собирая толстую стопку папок. — Я присоединюсь к тебе чуть позже, но мне нужно кое-что передать Эмили, помощнице Миранды. Иногда Энди совершенно забывала, что Миранда была профессором Гарварда и одновременно руководила целой юридической фирмой в одиночку. Казалось, это слишком много для одного человека, даже если этим человеком была Миранда.***
Через час остальные стажеры начали собираться в конференц-зале. Найджел все еще не вернулся, поэтому все, кроме Энди, начали болтать между собой. Кристиан лениво развалился на стуле, положив ноги на стол. Энди подняла на него взгляд и неодобрительно нахмурилась, но продолжила работу. К сожалению, через пару минут ее отвлек громкий визг Лили, и она вздохнула, сдавшись и закрыв компьютер. — О боже, как я рада, что ее здесь нет! — воскликнула девушка, обмахиваясь веером. — Эта стажировка пока что сплошной бардак, работа, работа и работа без остановки. О чем она вообще думала, что это за стажировка? Что она будет легкой? Энди думала, что все считают эту работу непомерно трудоемкой и требующей огромных усилий. Если они не готовы много работать, пусть идут домой. Она закатила глаза. Внутренний голос в ее голове начинал звучать очень похоже на голос Миранды. Остаток дня прошел медленно и безрезультатно, так как стажерам не хотелось слушать Найджела, а Найджелу не хотелось ими командовать. К сожалению, небольшая рабочая нагрузка означала, что у Энди было много свободного времени. Где Миранда? Имеет ли это какое-то отношение к прошлой ночи? У Миранды наблюдалась странная модель поведения, которую заметила Энди. Если в один день она была приветлива, то на следующий полностью игнорировала Энди. Возможно, она снова избегала ее? Возможно, было высокомерно с ее стороны думать, что женщина пропустит весь рабочий день, лишь бы не разговаривать с Энди. Как бы то ни было, большую часть совещания девушка провела, придумывая худшие сценарии развития событий, и здоровая смесь паники и ужаса требовала ее внимания. Найджел отпустил команду раньше, ровно в 9:00. Это был рекордно низкий показатель, и остальные стажеры вздохнули с облегчением, направляясь вместе в свои комнаты. Энди проводила их взглядом, а затем вернулась, чтобы помочь Найджелу убраться и проверить план на завтра. Два дня до суда. За последние несколько дней им удалось проделать невероятно много работы, если не считать сегодняшнего дня. Энди поняла, что их дело против Сэмюэля Брайтона близится к завершению. Черт, время действительно пролетело незаметно. Что произойдет, когда они вернутся в университет? Изменятся ли отношения между ней и Мирандой? Энди почувствовала болезненное сжатие в груди. Больше никаких поздних вечеров или очень ранних утренних часов в кабинете профессора, никаких разговоров за чашкой кофе. Черт, она даже не подумала об этом. Что бы ни связывало их с Мирандой, эта дружба или что-то подобное, это не продлится долго. Это было прекрасно, болезненно, но мимолетно. Энди не хотела отпускать, но это чувство товарищества возникло только потому, что они работали вместе. Как только они вернутся в Гарвард, все вернется на круги своя: Миранда будет ее профессором, а Энди — скромным студентом юридического факультета. Роли, которые им предстояло играть, это обеспечат. Эти ночные встречи в конце дня были объяснимы. Но в университете все это выглядело бы неуместно. Подозрительно. Слухи распространялись по кампусу быстрее, чем в старшей школе, и было бы неправильно, если бы студентка проводила весь вечер в кабинете профессора. Насколько Энди поняла, у Миранды было несколько бывших мужей, но она не знала, замужем ли она сейчас. Если да, то шатенка удивится, учитывая, что старшая женщина никогда о нем не говорила. — Шесть, Миранда только что написала мне, что будет здесь через пару минут, — мягко сказал Найджел. Энди кивнула, лишь слегка растерянно. — Хорошо, — затем она осмелилась спросить: — Миранда сказала, почему не смогла прийти сегодня? Лысый мужчина покачал головой. — Нет, но я не удивлен. Она редко что-либо объясняет. И неудивительно. Теперь, когда все бумаги и пакеты были аккуратно сложены, наступила короткая, но напряженная пауза. Найджел прервал ее вопросом: — Ну, как ты себя чувствуешь? Энди моргнула, прежде чем ответить. — В смысле… Нормально, наверное. Я не совсем уверена. — Да, наверное, сейчас у нас у всех немного натянутые чувства, — заметил Найджел, задумчиво постукивая рукой по столу. — Особенно с учетом того, как быстро приближается дело. Я хочу, чтобы это закончилось, но в то же время, когда мы вернемся, это будет дезориентировать. Энди полностью согласилась, но был убеждена, что он опасается возвращаться в Гарвард по другим причинам, нежели она. — Тебе не кажется странным, что Миранда сегодня не пришла? — голос Найджела эхом разнесся по пустой конференц-комнате, идеально отражая мысли Энди. — В смысле, мы приближаемся к концу, и я знаю, что она хочет, чтобы мы работали изо всех сил. Она прекрасно понимает, что только она способна руководить этой командой. Должно быть, случилось что-то действительно ужасное. — Д-да, — без особого энтузиазма ответила Энди. Она волновалась, потому что для Миранды это было совершенно нехарактерно. Даже когда она болела гриппом, она все равно пришла. Энди не могла вспомнить ни одного дня, когда Миранда не смогла бы присутствовать на занятиях. Если бы это был кто-то другой, это не вызвало бы такого беспокойства. Но это была Миранда, а Миранда никогда не пропускала занятия, никогда не опаздывала. В конференц-зале раздался резкий стук каблуков, и Энди подняла глаза, увидев Миранду, которая в десять часов вечера выглядела сияющей. На ней была не рабочая одежда, а меховая шуба и элегантные перчатки. Миранда была одета в черное с головы до ног, ее стальной голубой взгляд был скрыт за темными солнцезащитными очками. Энди была так рада ен видеть, что чуть не расплакалась. — Андреа. Найджел, — чопорно поприветствовала она их обоих. Энди заметила, что ее плечи немного опустились, и тут же забеспокоилась. В последний раз она выглядела такой подавленной, когда Энди случайно наткнулась на нее в ее кабинете. — Надеюсь, вы оба позаботились о том, чтобы команда сегодня хорошо использовала время, верно? — Да. Мы не смогли сделать столько, сколько обычно, но все же неплохо. Думаю, завтра мы сможем наверстать упущенное, — ответил Найджел, немного нервничая и теребя кольцо на пальце. Миранда поджала губы, но вздохнула почти смиренно. — Хорошо. Хорошего дня, Найджел. Она смахнула папку со стола, засунула её под мышку и направилась прочь. «Андреа». Старшая женщина жестом пригласила ее следовать за ней, и Энди неохотно подчинилась, сердце бешено колотилось, ей казалось, что она вот-вот упадет в обморок. Энди всегда испытывала волнение, когда Миранда провожала ее в свой кабинет. Однако теперь она чувствовала тревогу. Казалось, что женщина не могла сказать ей ничего хорошего, и путь по коридору вдруг показался очень долгим. Ситуацию усугубляло то, что Миранда все это время молчала. Только когда они вошли в ее кабинет, профессор заговорила. — Андреа, — ее голос дрожал, и она прикусила губу. — Я не хотела, чтобы ты это увидела прошлой ночью, — это было очевидно, подумала Энди. — Ты, должно быть, чувствовала себя обязанной… сделать что-то, хотя тебе действительно не следовало этого делать. Миранда опустила солнцезащитные очки, внимательно разглядывая ее, и Энди заерзала под таким пристальным взглядом. — Я рада, что ты это сделала, — пробормотала она. У Энди отвисла челюсть, но Миранда ничего не сказала. Она продолжала говорить, жесткость в ее глазах смягчилась. — Я действительно думаю, что… мне очень нравится твое общество, Андреа. Энди так широко улыбнулась, что это почти причинило ей боль. Почти, но не совсем, потому что в этот момент она чувствовала себя на вершине мира. — Я тоже. И то, и другое, — губы Миранды изогнулись в улыбке. — Мм. — Мы друзья? — глупо спросила Энди, и в тот момент ей хотелось умереть. Миранда фыркнула, закатила глаза, но ничего не ответила. Она неторопливо подошла к дивану, элегантно сбросив меховую шубу. Все попытки Энди сдержать неуместные мысли были тщетны. Черное платье идеально облегало ее бока, и хотя декольте было высоким, хорошо подтянутая спина была во всей красе. Как, черт возьми, эта женщина находит время для тренировок, воспитания детей, управления юридической фирмой и преподавания в Гарварде? Она либо какое-то божество, либо превосходный мастер многозадачности. Энди предположила, что это сочетание того и другого. Где бы Миранда ни находилась, это явно было не рабочее мероприятие. Она и не выглядела особенно счастливой, так что дело было не в том, что она сбежала куда-то, чтобы хорошо провести время. — Мы с мужем разводимся, — без всяких предисловий объявила Миранда, и Энди уставилась на нее. Что она должна была на это ответить? Поздравить? Извиниться? Сказать спасибо? Последнее точно не то, решила она. Будучи красноречивой и интеллигентной, Энди ответила: «О». Миранда снова закатила глаза, на этот раз выглядя немного более раздраженной. — Да, Андреа. «О». У тебя довольно выразительный талант для человека, который планировал стать журналистом». Вместо того чтобы признать оскорбление, Энди уселась в кресло напротив Миранды, рассеянно постукивая ногой. Теперь было тихо, шум за дверью, доносившийся от уборщиков, постепенно удалялся. Взгляд Миранды по-прежнему был прикован к ней, немигающий и задумчивый. Каждый раз, когда Миранда смотрела на нее, Энди невольно чувствовала, будто ее рассматривают под микроскопом. Словно все ее действия и слова тщательно анализировались. Ведь то, что Миранда искала, было загадкой, которую она, вероятно, никогда не сможет разгадать. Пожилая женщина наконец нарушила молчание, но продолжала смотреть на Энди. — Мой муж мне изменил. По крайней мере, мне не придется бороться за опеку, он ненавидел девочек, и они испытывали к нему похожие чувства. И снова Энди не знала, что сказать, и неловко заерзала на стуле. — Мне жаль, что он это сделал, — ей было жаль, потому что никто в здравом уме не стал бы изменять Миранде. Если у него была редкая привилегия, возможность осыпать Миранду любовью, почему, черт возьми, он этого не сделал? Похоже, будущий бывший муж Миранды был полным идиотом. — Полагаю, отчасти это моя вина. Меня никогда не было дома, — сказала Миранда отстраненно, глядя на Энди, но ее взгляд был рассеянным, словно она ее совсем не видела. — Это недостаточное оправдание для измены, — сказала Энди немного сердито. — Ты… ты заслуживаешь лучшего. Миранда недоверчиво посмотрела на нее, и в порыве смущения Энди выпалила: — Я рада, что ты точно знаешь, что сможешь сохранить своих детей. Старшая женщина неуверенно кивнула. — Да. Этот развод будет быстрым и безболезненным. Она глубоко вздохнула, на мгновение закрыв глаза, прежде чем они снова распахнулись. У Энди было ощущение, что Миранда на самом деле не верит своим словам, потому что мучительный взгляд в ее глазах не сходил с места. — Эй, — сказала Энди мягким голосом. — Все будет хорошо. У тебя есть столько времени, сколько тебе нужно, чтобы все это осмыслить, спешить некуда, — она утешительно положила руку на руку Миранды. Старшая женщина устало вздохнула, но не оттолкнула Энди. — У меня очень плотный график. Суд через два дня. У меня нет времени тонуть в жалости к себе, — она удивленно посмотрела на руку Энди, словно только что заметила ее на своей руке. Снова глаза Миранды были плотно закрыты, и казалось, что она изо всех сил пытается взять себя в руки. — Андреа, побудь профессионалом на минуту. В ее голосе звучала мольба, и Энди уставилась на нее, потрясенная и немного возмущенная. Миранда упрекает ее за непрофессионализм? После всего, что она сделала? Прикасалась к ней, приглашала выпить и буквально все остальное. Но она не высказала никаких претензий. — Извини. Энди не имела в виду ничего плохого, и Миранда нахмурилась. Последовала еще одна бесконечная тишина, и Энди мечтала о времени, когда разговор между ними шел бы легко. Неужели прошло всего две недели с тех пор, как Миранда впервые оттащила ее от Кристиана в свой кабинет? Ей казалось, что с тех пор она постарела на несколько лет. — Завтра наш последний день. Поспи немного, — внезапно сказала ей Миранда, с резкой и холодной интонацией, словно только что прочитала лекцию. От первых слов Энди охватил ужас, словно она не просто намекала на конец дела о Брайтоне. — Это все. В этот момент уместными казались только два слова: — Спокойной ночи, Миранда. Энди невольно почувствовала себя немного подавленной, выходя, не оглядываясь. Она знала, что Миранда за ней не наблюдает.
