Пока драконы были юны

Утро в Красном Замке начиналось задолго до того, как солнце окончательно поднималось над Черноводной. Во внутреннем дворе уже звенела сталь. Оруженосцы торопливо переносили тренировочные щиты, конюхи выводили лошадей, а из кузницы доносился размеренный звон молота. До турнира оставалось всего несколько дней, и казалось, будто сам замок жил вдвое быстрее обычного. Лишь кабинет Десницы оставался островком привычного спокойствия. Высокие окна были распахнуты настежь, впуская прохладный морской воздух. На длинном дубовом столе идеальными стопками лежали донесения, карты и письма, перевязанные разноцветными шелковыми лентами. Ни один свиток не лежал косо. Бейлор терпеть не мог беспорядок. Он медленно дочитал письмо из Простора, сделал короткую пометку на полях и только потянулся к следующему свитку, когда дверь кабинета резко распахнулась. — Да чтоб всё это дерьмо... Мейкар вошел широким шагом, даже не пытаясь скрыть раздражение. На нем уже был темно-черный камзол с вышитым трехглавым драконом на груди. Ни плаща, ни меча — только широкий пояс с кинжалом. Серебристые волосы были собраны небрежнее обычного, будто он несколько раз проводил по ним рукой. Он даже не поздоровался. Молча прошел через весь кабинет. Остановился у окна. Потом резко развернулся. — ...клянусь, однажды этот проклятый мальчишка меня добьет. Бейлор даже не поднял головы. — Доброе утро. — Хреновое утро. Мейкар тяжело опустился в кресло, которое жалобно скрипнуло под его весом. Несколько секунд он сидел молча, уперев локти в колени и с силой растирая лицо ладонями. Бейлор прекрасно знал эту привычку. Так брат успокаивал себя каждый раз, когда был готов кого-нибудь убить. Именно поэтому он не торопил его. Пусть сначала выговорится. За окном закричала чайка. Во дворе послышался смех оруженосцев. Кто-то громко отдавал команды. А потом Мейкар наконец заговорил. — Во всем этом проклятом замке сегодня никто ничем не занимается. — Даже ты? — Особенно я. Он тяжело опустился в кресло. — Потому что весь этот чертов Красный Замок ищет кота. Теперь Бейлор все-таки посмотрел на брата. — Какого кота? Мейкар недоверчиво уставился на него. — Ты тоже не знал? — Очевидно, нет. Мейкар раздраженно фыркнул. — Несколько недель назад Рейнис зачем-то подарила Эйгону котенка. Белого. С черным пятном на башке. Этот маленький идиот назвал его Моргулом. Бейлор вопросительно поднял бровь. — Моргул? — Не спрашивай. Сказал, что имя звучит "по-драконьи". Теперь этот самый Моргул куда-то свалил. И знаешь, что самое забавное? Бейлор молча ждал. — Этот шерстяной мерзавец — вылитый Эйгон. Лезет куда нельзя. Не сидит на месте ни минуты. Исчезает именно тогда, когда его ищут. И смотрит так невинно, будто это все вокруг виноваты. Он тяжело выдохнул. — Честное слово... Иногда мне кажется, что не Эйгон воспитывает кота. А кот — Эйгона. Бейлор все-таки усмехнулся. — Значит, поиски идут полным ходом? — Полным? Мейкар коротко рассмеялся без тени веселья. — Стражники бегают. Слуги бегают. Оруженосцы бегают. Сир Кассиан бегает. Еще немного — и Дейрон сам выйдет искать этого демона. Потому что Эйгон решил, что Моргул непременно погибнет, если его не найти до обеда. Мейкар покачал головой. — Вот скажи мне... Как можно было не уследить за собственным котом? Бейлор позволил себе короткую улыбку. — Если верить тебе, этот кот характером пошел в хозяина. — Именно это меня и пугает. На несколько мгновений кабинет снова наполнился тишиной. Бейлор неторопливо поднялся из-за стола. Подошел к окну. Несколько секунд молча наблюдал, как по двору бегут пажи, а слуги украшают галереи знаменами к предстоящему турниру. Лишь потом негромко спросил: — Как Рейнис? Мейкар удивленно посмотрел на брата. — В каком смысле? — Во всех. Бейлор повернулся к нему. — Как она обжилась после возвращения? Освоилась ли в замке? Не тяготит ли ее снова жизнь при дворе? Мейкар на мгновение задумался. — Лучше, чем я ожидал. — Правда? — Да. Он медленно кивнул. — Если честно... я думал, ей будет тяжелее. Пять лет — большой срок. Саммерхолл и Красный Замок — отличаются от Дорна. Бейлор внимательно слушал. — Но? — Но она удивила меня. Мейкар оперся ладонью о высокий подоконник. — Не жаловалась. Не капризничала. Не пыталась спорить. Вела себя так... будто и не уезжала вовсе. Он ненадолго замолчал. — Только теперь она смотрит на всё совсем иначе. — Повзрослела. — Именно. Бейлор медленно кивнул. — Мирия сказала почти то же самое. Он немного помолчал. — А Саммерхолл? — Что Саммерхолл? — Как она держалась там? Мейкар усмехнулся. — Думаешь, я не расспрашивал? — Думаю, расспрашивал. — Она быстро стала любимицей почти всей прислуги. Умудрилась очаровать старого мейстера. Кажется, даже капитан стражи был от нее без ума. Он покачал головой. — Но знаешь, что меня удивило больше всего? Бейлор вопросительно посмотрел на брата. — Она научилась слушать. Раньше сначала говорила. Потом думала. Теперь — наоборот. Он усмехнулся. — Правда, если уж начинает говорить... Обычно оказывается права. Бейлор улыбнулся едва заметно. — Это качество встречается куда реже красоты. — Красоты ей тоже, хвала Семерым, досталось с избытком. Оба ненадолго замолчали. Бейлор провел пальцами по каменному подоконнику. Во дворе Красного Замка продолжалась привычная суета. Оруженосцы перетаскивали тренировочные щиты, слуги развешивали новые знамена к предстоящему турниру, а где-то неподалеку раздался чей-то возмущенный окрик: — Моргул! А ну иди сюда! Бейлор едва заметно усмехнулся. Потом произнес, не оборачиваясь: — На Малом совете прозвучало одно любопытное предложение. Мейкар вопросительно посмотрел на брата. — Какое? — Женить Валарра на Рейнис. Повисла тишина. Настолько долгая, что за окном успел прокричать ворон. Мейкар медленно повернул голову. — Что? Бейлор спокойно встретил его взгляд. — Именно это и предложили. Мейкар несколько секунд просто смотрел на брата. Потом коротко усмехнулся. — И кто же оказался настолько безумен? — Я. Казалось, даже шум за окном на мгновение стих. Мейкар несколько секунд просто смотрел на брата. Совершенно неподвижно. — Ты... Предложил мою дочь? Бейлор спокойно кивнул. — Да. Мейкар негромко выругался. — Блядь... Он медленно опустился в кресло, словно услышал нечто совершенно неожиданное. — Из всех людей...Я меньше всего ожидал услышать это именно от тебя. — Почему? — Потому что ты знаешь Рейнис не хуже меня. Он устало потер висок. — В детстве она была вспыльчивая. Упрямая. Слишком самостоятельная. Она никогда не станет молча стоять за троном, красиво улыбаясь лордам. Бейлор спокойно слушал. — Более того... Мейкар поднял взгляд. — Я сам никогда не рассматривал этот вариант. Повисла пауза. — Никогда? — Никогда. Он ответил без малейших сомнений. — Я слишком хорошо знаю собственную дочь. Из нее получится прекрасная принцесса. Возможно — даже великая женщина. Но королева-консорт... Он покачал головой. — Для этого нужна совсем другая натура. Она слишком любит спорить. Слишком любит принимать решения сама. Слишком... Он усмехнулся. — Похожа на меня. На этот раз улыбнулся уже Бейлор. — Именно поэтому я и предложил ее. Мейкар непонимающе посмотрел на брата. Бейлор сделал несколько шагов по кабинету. Затем остановился. — Ты думаешь, как отец. Он спокойно сложил руки за спиной. — Я думаю, как Десница. Он выдержал короткую паузу. — Однажды Валарр станет королем. Сейчас ему семнадцать. Он молод. Честен. И слишком порядочен. Такими людьми очень легко управлять. Мейкар молчал. Бейлор продолжил: — Представь, что он женится на дочери какого-нибудь великого лорда. Хайтауэра. Тирелла. Ланнистера. Или... Он бросил многозначительный взгляд. — Киры Тирошийской. Лицо Мейкара мгновенно стало жестче. Бейлор заметил это. — Как ты думаешь, ее отец выдаст дочь за будущего короля просто ради счастья девочки? Мейкар коротко усмехнулся. — Нет. — Конечно нет. Он будет ждать. Год. Два. Пять. А потом начнет говорить через собственную дочь. Сначала — совет. Потом — просьбы. Потом — требования. Он подошел ближе к брату. — И однажды рядом с королем окажется не жена. А голос другого человека. Голос лорда, мечтающего управлять Семью Королевствами, не надевая короны. В кабинете повисла тяжелая тишина. Бейлор продолжил уже гораздо спокойнее: — Я не позволю никому править моим сыном. Ни тестю. Ни Малому совету. Ни даже мне самому. Ему нужна женщина, которая принадлежит прежде всего нашему дому. Не чужому. Мейкар долго молчал. Затем тихо спросил: — И ты действительно считаешь, что этой женщиной должна стать Рейнис? Бейлор ответил не сразу. Он снова посмотрел в окно. Туда, где над башнями Красного Замка развевался трехглавый дракон. — Нет. Я считаю, что другой женщины я пока не вижу. Потому что все остальные приведут в этот замок интересы своих отцов. А Рейнис... Он едва заметно улыбнулся. — Приведет только собственный характер. И, признаться... Это пугает меня куда меньше. И ты прав, брат. Он произнес это спокойно, без тени возражения. — В детстве Рейнис действительно была слишком вспыльчивой. Слишком эмоциональной. Иногда казалось, что она сначала бросается в огонь, а уже потом думает, стоит ли. На его губах появилась едва заметная улыбка. — Но та девочка осталась в Дорне. Он посмотрел на брата. — Какая женщина вернулась вместо нее... Нам обоим еще только предстоит узнать. В кабинете вновь воцарилась тишина.

***

Раннее солнце уже согревало белый мрамор внутренних садов Красного Замка. Ночной ветер успел унести прохладу, и теперь в воздухе смешивались запахи роз, мяты, жасмина и влажной травы. За невысокой изгородью лениво журчал небольшой фонтан, а павлины, давно привыкшие к королевской семье, неторопливо расхаживали между кипарисами. Королевские сады в этот час еще не наполнились придворными. Лишь несколько садовников уже трудились у клумб, а над влажной после утренней росы травой лениво поднимался тонкий туман. В самой дальней части сада, скрытая от посторонних взглядов высокими живыми изгородями из мирта и белых роз, стояла любимая беседка королевы Мирии. Небольшая. Восьмиугольная. Построенная из светлого дорнийского мрамора, который многие годы назад привезли специально для королевы из Солнечного Копья. Тонкие колонны почти полностью скрывал плющ, переплетаясь с цветущим жасмином. Сквозь ажурную резьбу свободно проникал теплый ветер, принося запахи роз, мяты и цветущих апельсиновых деревьев. Отсюда открывался вид на небольшой пруд, где среди кувшинок лениво плавали белые лебеди. Это место редко посещали придворные. Все прекрасно знали: если королева приглашала кого-то именно сюда, разговор будет неофициальным. И, как правило, очень важным. Под сводом беседки уже был накрыт небольшой стол. Не роскошный, как на торжественных приемах. Домашний. Белая льняная скатерть, серебряный чайник, тонкий фарфор, свежий хлеб, мягкий козий сыр, мед, инжир, виноград, орехи, теплые булочки с корицей и запеченные перепелиные яйца. Мирия не любила пышности, когда рядом были только свои. Она любила уют. Именно поэтому почти каждое важное семейное решение в последние годы начиналось именно здесь. Когда Рейнис подошла к беседке, Мирия уже сидела за столом, неторопливо разливая чай. По правую руку от королевы расположилась Джена, державшая в ладонях фарфоровую чашку. Увидев внучку, Мирия сразу улыбнулась. — Вот теперь передо мной не принцесса, приехавшая с дороги, а моя Рейнис. Она жестом пригласила ее к столу. — Иди сюда. Сегодня мы не будем говорить о дворе. Королева улыбнулась чуть лукавее. — По крайней мере... первые несколько минут. — Теперь мне становится немного тревожно. — И правильно. Джена усмехнулась. — Потому что женщинам всегда есть о чем спросить другую женщину. Все трое тихо рассмеялись. Несколько минут они действительно говорили о пустяках. О погоде. О садах Саммерхолла. О том, как изменился Красный Замок. Лишь когда первая чашка почти опустела, Мирия словно между прочим спросила: — Скучала по Дорну? Рейнис задумалась. — Да. Ответ прозвучал без колебаний. — Там прошло пять лет моей жизни. Это невозможно забыть. Королева понимающе кивнула. — А по кому именно? Рейнис сразу поняла вопрос. Он касался вовсе не мест. — По многим. По детям из Водных Садов. По принцессе Дейнерис. По старому мейстеру Эллару. Она улыбнулась. — Даже по нашим упрямым садовникам. — Значит... Джена аккуратно отпила чай. — Никто не разбил тебе сердце? Рейнис рассмеялась. — Нет. — Совсем никто? — Совсем. Джена слегка прищурилась. — А принц Тристан? Вот оно. Первое настоящее испытание. Рейнис уже потянулась к чашке, но ее пальцы замерли в воздухе. На одно короткое мгновение перед глазами всплыло дорнийское солнце. Теплый камень дворцовых галерей. Апельсиновые сады. Смех. Тристан. Она вспомнила, как они украдкой исчезали с праздников, прячась в беседках, среди цитрусовых деревьев, на пустых террасах, куда почти никто не поднимался. Вспомнила его осторожные поцелуи, сначала неловкие, потом все увереннее. Его ладонь, медленно скользнувшую однажды ниже талии. И свое тихое: — Нет. Без страха. Без смущения. Он всегда останавливался. Смотрел ей в глаза, виновато улыбался, целовал в лоб и больше не пытался. Наверное, именно за это она всегда его уважала. Воспоминание исчезло так же быстро, как появилось. Рейнис спокойно отломила кусочек теплой булочки. — Принц Тристан — замечательный человек. — Это ответ принцессы. Рейнис чуть улыбнулась. — Хорошо. Она улыбнулась. — Тогда отвечу, как женщина. Мирия молча наблюдала за внучкой. — Он красив. Умен. Добрый. И однажды станет прекрасным правителем. Она сделала небольшую паузу. — Но я никогда не смотрела на него как на мужчину. Джена внимательно изучала лицо девушки. — А он? Рейнис улыбнулась чуть шире. — Лучше спросить у него. — Значит, ухаживал? — Несколько раз пытался. — И? — Очень быстро понял, что спорить со мной труднее, чем с Малым советом. Даже Мирия тихо рассмеялась. — Похоже, это семейное. — Боюсь, да. Королева снова наполнила чашки. Некоторое время разговор вновь стал легким. Они вспоминали Саммерхолл. Южные праздники. Музыку. Танцы. Лишь спустя несколько минут Мирия вновь осторожно сменила тему. — Через несколько дней начнется турнир. Она положила ложечку на блюдце. — В Красный Замок уже прибывают наследники почти всех великих домов. Ланнистеры. Аррены. Талли. Баратеоны. Тиреллы. Она посмотрела прямо на внучку. — Молодые. Неженатые. И, смею предположить, весьма впечатлительные. Рейнис едва заметно улыбнулась. — Это предупреждение? — Нет. — Тогда совет? — Скорее... Мирия обменялась коротким взглядом с Дженой. — Любопытство. Джена продолжила за королеву. — Если один из этих молодых людей покажется тебе достойным... Она слегка наклонилась вперед. — На что ты обратишь внимание прежде всего? Рейнис не ответила сразу. Она перевела взгляд на пруд. Белый лебедь медленно рассекал воду. — На то... Она снова посмотрела на женщин. — Слушает ли он. Повисла короткая тишина. — Не говорит? — Нет. Именно слушает. Она спокойно продолжила: — Красивых мужчин я видела достаточно. Храбрых — тоже. Богатых — тем более. Но мужчина, который умеет слушать женщину... Она улыбнулась. — Встречается куда реже. Мирия незаметно улыбнулась. Джена тоже. Обе отметили этот ответ. Именно такой они и ожидали от девушки, выросшей при дворе Мартеллов. Наконец Мирия, словно вспомнив что-то совсем незначительное, произнесла: — А Валарр? Рейнис подняла глаза. — Что — Валарр? — Он ведь тоже молодой. Неженатый. И, насколько мне известно... Королева сделала глоток чая. — Вчера вы впервые увидели друг друга спустя пять лет. Джена промолчала. Она лишь внимательно наблюдала за Рейнис. Та сразу поняла. Вот теперь начался настоящий разговор. Она медленно поставила чашку на блюдце. Совсем тихо звякнул фарфор. — Вы хотите узнать, каким он мне показался? — Хотим. Рейнис улыбнулась. Неспешно. Почти невинно. — Тогда, боюсь, мне придется вас разочаровать. Обе женщины вопросительно посмотрели на нее. — Почему? — Потому что я увидела его всего несколько минут назад. Она развела руками. — А судить о человеке после одного ужина — несправедливо. Мирия лукаво прищурилась. — Значит, ты не составила никакого впечатления? — Составила. — И? Рейнис сделала небольшой глоток чая. — Я предпочту оставить его при себе. Джена едва заметно улыбнулась. — Осторожный ответ. — Скорее... честный. Рейнис встретилась с ней взглядом. — Если однажды мне придется говорить о наследнике престола, мне хотелось бы делать это после того, как я действительно его узнаю. А не после нескольких взглядов через стол. На несколько секунд в беседке стало совсем тихо. Мирия медленно кивнула. — Хороший ответ. Рейнис улыбнулась. — Он единственный, который я могу дать, не покривив душой. Королева тихо рассмеялась. — Значит, Дорн все-таки научил тебя дипломатии. — Нет. Рейнис покачала головой. — Дорн научил меня одной простой вещи. — Какой? — Не обсуждать человека за его спиной. Особенно если его мать сидит напротив. На этот раз даже Джена не смогла сдержать смех. — Теперь я окончательно понимаю, почему Дейнерис так не хотела отпускать тебя обратно.

***

Покинув беседку, Рейнис неспешно направилась вдоль мраморной галереи, выходившей в сады Красного Замка. Утреннее солнце уже успело прогреть красный камень стен, и над цветущими клумбами лениво кружили пчелы. Ветер приносил запах роз, лаванды и свежескошенной травы. Нимерия, как всегда, держалась на полшага позади. Несколько минут они шли молча. Потом Рейнис вдруг нарушила тишину: — Думаю, сейчас самое время поговорить с дядей. Нимерия подняла на нее взгляд. — С принцем Бейлором? — Да. — Боюсь, придется немного подождать. Рейнис вопросительно посмотрела на нее. — Почему? — У десницы сейчас собрание. Нимерия говорила спокойно, словно заранее знала, что принцесса спросит именно об этом. — Сир Кассиан ушел туда сразу после завтрака. Принц Мейкар собирает капитанов стражи и командиров городской охраны. Обсуждают безопасность королевской семьи во время турнира. Она ненадолго замолчала. — Слишком много знатных гостей прибудет в столицу. Половина великих домов Вестероса будет под одной крышей. Его Высочество не любит оставлять подобные вещи на волю случая. Рейнис понимающе кивнула. Это было очень похоже на Мейкара. Пока остальные думали о празднике, он уже просчитывал все возможные опасности. — Значит, придется дождаться окончания совета. — Думаю, да. Они уже свернули к фруктовому саду, когда тишину неожиданно разорвал знакомый детский голос. — Моргууул! Рейнис остановилась. — Ну пожалуйста! — Слезай! Она обменялась быстрым взглядом с Нимерией. Та лишь тяжело вздохнула. — Кажется... На губах дорнийки появилась понимающая улыбка. — Мы нашли причину сегодняшнего дурного настроения принца Мейкара. Они вышли из галереи и оказались в небольшом фруктовом саду, спрятанном между западным крылом Твердыни Мейгора и внутренней стеной замка. Здесь почти никогда не бывало многолюдно. Старые яблони и инжирные деревья давали густую тень, а узкие дорожки, выложенные светлым камнем, петляли между клумбами душистых трав и молодых розовых кустов. Под самым высоким вязом кто-то отчаянно размахивал руками. — Моргууул! Ну пожалуйста! Я обещаю, больше никогда не буду оставлять тебя одного! Рейнис остановилась. Эйгон. Мальчик стоял, запрокинув голову так сильно, что едва не терял равновесие. Светлые волосы растрепались, камзол был испачкан зеленью, а на одном рукаве красовался длинный след древесной коры. Высоко над ним, почти у самой кроны, сидел белый котенок с круглым черным пятном на темени. Моргул. Увидев хозяйку подарка, кот лениво посмотрел вниз, жалобно мяукнул... и принялся совершенно невозмутимо умываться. Будто происходящее его нисколько не касалось. — Эйгон! Эйгон наконец заметил Рейнис и просиял так, словно увидел долгожданное подкрепление. — Он не слезает! Рейнис подняла голову. — Это я уже поняла. — Я пытался... Он виновато указал на дерево. — Сначала звал. Потом полез. Но... Она перевела взгляд на нижние ветви. На одной из них еще виднелись следы сорванной коры. — Ты свалился. Ты впорядке? Эйгон смущенно потер затылок. — Немного. — Немного? Нимерия тихо хмыкнула. — Судя по камзолу, весьма убедительно. Мальчик окончательно сник. — Отец меня убьет... — Не убьет, — спокойно сказала Рейнис. — Убьет. — Не драматизируй. — Это ты плохо знаешь моего отца. Рейнис не удержалась от улыбки. — Поверь, Эйгон... Она чуть склонила голову. — Твоего отца я знаю значительно дольше, чем ты. Мальчик тяжело вздохнул. — Сир Кассиан сказал ждать его... — Сир Кассиан сейчас у десницы, — спокойно напомнила Нимерия. Рейнис ненадолго задумалась. Потом повернулась к своей спутнице. — Сделаем так. Нимерия сразу насторожилась. — Мне уже не нравится начало этой фразы. — Возьми Эйгона. Сходите к сиру Кассиану. Если совет уже закончился — прекрасно. Если нет, дождитесь его. Передайте, что Моргул решил объявить себя королем этого дерева. А затем отправьтесь к мейстеру, чтобы он осмотрел Эйгона. Эйгон невольно прыснул. — И... Она посмотрела на Нимерию. — Заодно попроси сира Кассиана передать деснице, что я хотела бы увидеться с ним, как только он освободится. Нимерия несколько секунд молча смотрела на нее. Слишком долго. — А ты? Рейнис улыбнулась самой невинной улыбкой, на какую только была способна. — Подожду здесь. — Конечно. — Конечно. — И совершенно случайно не полезешь на дерево? — Разумеется, нет. Нимерия медленно склонила голову. — Рейнис... — Что? — Ты ведь сейчас полезешь. — У тебя удивительно богатое воображение. — Нет. Нимерия тяжело вздохнула. — Просто я знаю тебя почти всю жизнь. Она перевела взгляд на дерево. Потом обратно на принцессу. Рейнис рассмеялась. — Тогда тем более не теряйте времени. Пока вы найдете Кассиана... Она подняла голову к Моргулу. — Этот маленький предатель успеет перебраться на соседнее дерево. Нимерия прикрыла глаза. — Иногда мне кажется, что я служу не принцессе. Она покачала головой. — А стихийному бедствию. — Очень красивое сравнение. — К сожалению, еще и точное. Она мягко подтолкнула Эйгона вперед. — Пойдем. — Но... Мальчик тревожно посмотрел на Рейнис. — Она ведь... — Да. Полезет. — Именно поэтому нам лучше поторопиться. Если сир Кассиан придет быстро, возможно, она еще не успеет добраться до верхушки. Через несколько мгновений они скрылись под сводами галереи. Рейнис дождалась, пока их шаги окончательно стихнут. Лишь после этого снова подняла голову. Моргул встретился с ней взглядом. Мяукнул. И, словно насмехаясь, демонстративно перелез еще на одну ветку выше. Рейнис медленно улыбнулась. — Ах вот как... Она сняла туфли и поставила их у самого ствола. Подобрала тяжелую юбку. Еще раз оценила расстояние до первой ветви. — Ну что, Моргул... Она положила ладонь на шероховатую кору. — Посмотрим, кто из нас упрямее.

***

Валарр быстрым шагом пересекал внутренний двор Твердыни Мейгора, сопровождаемый двумя капитанами городской стражи и мастером над турниром. Разговор шел о расписании поединков, размещении рыцарей и порядке выхода знаменосцев. — Южные трибуны укрепить еще раз, — спокойно говорил Валарр. — Если прибудут все заявленные дома, людей будет больше, чем ожидалось. — Уже отданы распоряжения, Ваше Высочество. — Хорошо. И проследите, чтобы... Внезапно со стороны фруктового сада донеслось звонкое женское: — Да чтоб тебя, Моргул! Несколько человек одновременно замолчали. Валарр тоже остановился. Через секунду последовало еще одно, уже гораздо выразительнее: — Ах ты маленький засранец! Я ведь почти... Раздался шелест листвы. Потом тяжелый вздох. — ...добралась. Один из капитанов вопросительно посмотрел на наследника. Валарр несколько секунд молчал. Потом медленно прикрыл глаза. На его губах появилась едва заметная улыбка. — Продолжайте без меня. Капитан удивленно моргнул. — Ваше Высочество? — Турнир никуда не убежит. Он уже сворачивал к саду. Как неожиданно прошептал сам себе. — А вот принцесса Рейнис... вполне может. Сопровождающие переглянулись, но спорить не стали. Валарр неспешно вошел под сень старого вяза. Картина оказалась именно такой, какой он почему-то ее и представлял. Высоко над землей, стоя на толстой ветке, Рейнис одной рукой держалась за ствол, а второй безуспешно пыталась дотянуться до совершенно невозмутимого Моргула. Кот сидел еще выше. И смотрел на нее с откровенным превосходством. Валарр остановился, скрестив руки на груди. Несколько мгновений он просто наблюдал. Рейнис так увлеклась переговорами с котом, что даже не заметила его появления. — Если ты сейчас же не... Она вытянулась еще немного. Ветка опасно скрипнула. — ...слезешь... Кот мяукнул. И, словно назло, перебрался еще выше. Рейнис тихо выругалась себе под нос. В этот момент снизу наконец раздался спокойный мужской голос: — А я-то думал... Она резко замерла. Медленно посмотрела вниз. Под деревом стоял Валарр. В его глазах откровенно плясали смешинки. — ...что ты давно закончила лазать по деревьям. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Потом Рейнис совершенно невозмутимо ответила: — Я тоже так думала. Она посмотрела наверх. Потом снова вниз. — Пока этот негодяй не решил проверить мою выдержку. Валарр поднял взгляд на Моргула. Кот лениво моргнул. — Полагаю... Он едва заметно улыбнулся. — Побеждает пока он. Рейнис фыркнула. — Это временно. — В детстве ты говорила точно так же. Она приподняла бровь. — И ведь почти всегда выигрывала. Валарр посмотрел сначала на нее. Потом на ветку, которая подозрительно потрескивала под ее ногами. И спокойно произнес: — Не двигайся. Я сейчас поднимусь. Он уже снял камзол и протянул его ближайшему оруженосцу, который только что подоспел, совершенно растерянный от увиденного. — Только не вздумай спорить, Рейнис. — А если вздумаю? Он впервые за весь разговор улыбнулся по-настоящему. — Тогда мне придется объяснять отцу, почему принцесса Таргариен свалилась с дерева. И, признаться... Он посмотрел ей прямо в глаза. — Этого разговора мне хотелось бы избежать. — Я почти добралась. Он поднял глаза к Моргулу. Кот лениво зевнул. — Судя по выражению его морды, он считает иначе. Рейнис тихо рассмеялась. — Он просто наглый. Она покачала головой. — Знаешь... — Что? — Пять лет прошло. — Прошло. — А чувство юмора у тебя так и не появилось. — Просто ты всегда слишком высоко сидишь, чтобы его услышать. — Очень смешно. — Благодарю. Он подошел к самому стволу. Валарр поднялся наверх с такой легкостью, словно лазал по деревьям каждый день. Уверенно. Без суеты. Без лишних движений. Рейнис невольно отметила про себя, насколько он стал сильнее. Широкие плечи. Уверенные движения. Совсем не тот мальчишка, которого она помнила. — Моргул... Валарр остановился всего в нескольких футах от котенка. — Давай договоримся. Кот внимательно посмотрел на него. — Либо ты сейчас идешь ко мне... Он сделал еще полшага. — ...либо через минуту к тебе придет она. Моргул перевел взгляд на Рейнис. Та широко улыбнулась. — И поверь... — Я значительно менее терпелива. Кот словно задумался. Потом неожиданно спрыгнул. Прямо Валарру на плечо. — Предатель... пробормотала Рейнис. Валарр тихо усмехнулся. — Кажется... Он осторожно снял котенка с плеча. — Он выбрал сторону. — Просто мужская солидарность. — Конечно. Он начал спускаться первым. Ловко, почти беззвучно перескакивая с ветки на ветку, Валарр оказался на земле значительно быстрее, чем она ожидала. Подняв голову, он тут же посмотрел наверх. Рейнис уже перехватилась за толстую ветку. Как когда-то в детстве. Еще мгновение — и она собиралась просто спрыгнуть вниз. — Даже не думай. — Я всегда так спускалась. — И именно поэтому... Он шагнул ближе. — Дай руку. Она посмотрела на него с притворным сомнением. — Не уронишь? — Нет. — Уверен? — Абсолютно. Несколько секунд она нарочно не двигалась, словно испытывая его терпение. Потом все же протянула ладонь. Их пальцы соприкоснулись. Теплая. Совсем небольшая ладонь. Валарр крепко сжал ее, одновременно другой рукой поддерживая Рейнис за талию, когда она спускалась с последней ветви. Все произошло быстро. Но в это короткое мгновение оба почему-то замерли. Рейнис вдруг поймала себя на мысли, что именно так когда-то все и было. Он всегда первым лез выше. Всегда подавал ей руку. Всегда страховал. Будто между тем мальчишкой и этим высоким мужчиной вовсе не прошло пяти лет. Она мягко коснулась земли. Валарр сразу отпустил ее. Без малейшего промедления. Будто боялся задержать руку дольше, чем позволяли приличия. Рейнис машинально поправила складки платья. Сердце почему-то билось чуть быстрее обычного. Не из-за дерева. И уж точно не из-за испуга. — Благодарю. — Не за что. Моргул, до этого невозмутимо сидевший на руках у Валарра, громко замурлыкал и довольно потерся мордочкой о его рукав. Рейнис тихо фыркнула. — Кажется, он уже выбрал себе нового хозяина. Валарр осторожно почесал котенка за ухом. — Боюсь, Эйгон этого не оценит. А где же, кстати, его хозяин? Она перевела взгляд на Моргула. — У десницы. Она улыбнулась уголком губ. — Точнее... надеюсь, все еще у него. Я отправила Эйгона за сиром Кассианом. Хотела попросить Нимерию заодно договориться для меня об аудиенции с дядей. Валарр понимающе кивнул. — Значит, вы как раз направляетесь к отцу. — Именно. На мгновение он задумался. — Тогда позволь проводить тебя. Рейнис слегка приподняла бровь. — Наследному принцу больше нечем заняться? — Есть чем. На губах Валарра мелькнула едва заметная улыбка. — Но отец все равно сейчас заканчивает совет. За несколько минут без меня турнир не развалится. Рейнис тихо усмехнулась. — Что ж... тогда буду считать, что сегодня мне повезло. — Это еще неизвестно, — спокойно ответил Валарр. — Почему? — Потому что тебе придется идти рядом со мной всю дорогу. — Какая ужасная перспектива. — Вот именно. Они переглянулись и одновременно улыбнулись, после чего неспешно направились в сторону покоев десницы. — Тогда не откажусь. — Только потом не жалуйся. — На что? — Что тебе пришлось терпеть мое общество всю дорогу. Она негромко рассмеялась. — Какая ужасная перспектива. — Вот именно. И впервые за эти пять лет они пошли рядом не как кузен и кузина, встретившиеся после долгой разлуки.