Становление Радио-Демона: Трон Каина

Дверь магазина Рози открылась, и часть покупателей повернули головы в сторону гостьи. На пороге стояла высокая женщина с трупно-голубой кожей в чёрном костюме-тройке и с кейсом в руках, её стиль был таков, словно она сбежала из бюрократического Ада: сухой, деловой и лаконичный. На её официальном одеянии не было ни пятнышка или шерстинки, каждая стрелка была грамотно отглажена, галстук аккуратно завязан, ботинки сверкали чистотой. Оникс её длинных до пояса волос блестел в уютном освещении магазина. Алые глаза, хитро выглядывая из под шляпы, искали владелицу магазина. Увидев её, Шерон галантно приподняла головной убор древовидными когтями, продемонстрировав заострённые уши, и поздоровалась: — Добрый день, Рози! На неё тут же отреагировала владельца города, мягко улыбнувшись: — Ох, Шерри, детка! — приветственно воскликнула Повелительница, ей пришлось отвернуться от гостя за столом. Пространство рядом с Рози заволокло магической алой дымкой, и Шерон материализовалась рядом. Она по-хозяйски расположилась на диване сбоку собеседницы и, подперев голову рукой, смерила «подругу» испытывающим взглядом, будто хотела укорить или подшутить над чем-то. — Прекрасно выглядишь! — поймав взгляд черноволосой демоницы любезно произнесла Рози. — Как прошла сделка? － невозмутимо спросила Рози, делая вид, что не она стала причиной финансовых затруднений вампиров. Впрочем, она и правда, не испытывала никаких угрызений совести по этому поводу. Шерон Астор будто ждала этого вопроса, поэтому тут же ответила: — Ох, Ро~о-зи! — с игривостью протянула она, а потом добавила с нажимом: — Милая, — и пристально посмотрела в бездонную тьму глаз Повелительницы. — Всё прекрасно, — сладость её голоса могла убивать. — Считай, что с покрытием твоей аренды нет ни~ка~ких проблем, — она изъяснялась вежливо, но глаза говорили: «Ты же именно это хотела услышать?». — Я знала, что у мистера Джойса не было шансов, — казалось, Рози специально подыгрывала сладости разговора. — Что же ты провернула на этот раз? — Повелительница прекрасно понимала простую истину: «хочешь сохранять с демонами хорошие отношения, дай им пространство разукрасить своё Эго во всей красе». — Марта, принеси Шерон чая и закуски для нашего малыша, — Рози поиграла в «козу» с Фрисом, он весело захихикал и защебетал: «Рози! Рози!», раскидывая лапки в стороны, Шерон же невольно скосила взгляд, следя за этим. — И кровавый бисквит, пожалуйста, — без надменности в голосе добавила Астор. Официантка кивнула, и через секунду всё было на столе. Ловко взяв чайную ложку своими необычными чёрными руками, похожими на ветки дерева, Астор начала свой рассказ: — Ничего сложного, — выражая скуку, демоница помахала чайной ложкой, казалось, она пересказывала подобную историю уже сотый раз. — Нужно было сделать вид, что я проигрываю, ведь мужчинам нравится доминировать в бизнесе над женщинами. После намеренно создать прецедент для недоверия, чтобы оппонент, возгордился, что раскрыл мою ложь, а потом согласиться, что в моей идее есть недостатки, ведь: «Никому не нравятся идеальные предложения, от них веет враньём!» — она опять манерно цитировала кого-то. — После такого сладкого взлёта, нужно было всего-то сыграть восторженную дурочку, которая случайно поставила великого инвестора в глупое положение, и позволить прочувствовать стыд... — Как же ты любишь кусать мужчин за их Эго! — умилилась Рози, кидая взгляд на третьего собеседника, которого не замечала Шерон, а он между прочим внимательно слушал разговор. — Разве что немного... — Шерон увлеклась, отдавшись во власть самомнения: — Приятно видеть, как их представления о себе не сходятся с реальностью, — она таинственно улыбнулась, видимо, вспоминая что-то. — Стоило лишь раз припугнуть их тем, что деньги получат не они, а ненавистный конкурент, и их уверенность пошатнулась. Для пущей убедительности, я сказала, что меня не волнуют отношения, которые я с ними выстраиваю, но они очень важны для тебя! А дельцы старого разлива, знаешь ли, очень любят кичиться тем, что отношения в капиталистическом мире имеют ценность. Сделка заключена, разве что им нужно будет покрыть издержки за выращивание плотоядных цветов, — она отмахнулась, кинув ещё один кубик сахара в чай и с удовольствием отпила. — Моя милая, — елейным голоском начала Рози, — ты не испортишь нашу репутацию? Помни, что пока что мнение о каннибалах тесно связано с вашими поступками. — Испорчу? — непонимающе. — Испортить?! — повторило маленькое плотоядное растение гневливым тоном и топнуло ножкой, будто вскрывая настоящие эмоции хозяйки, Шерон успокаивающе погладила его по голове. — Никаких репутационных потерь, — замахала рукой Астор, а потом деловым тоном продолжила: — Здесь нет обмана. У нас, правда, уникальное производство и оно востребовано, но если бы Джойс знал изначально, какие существуют дополнительные траты, то мог бы выторговать снижение процента за покрытие издержек. Я могу их оплатить, но совершенно не имею желания из-за новых обстоятельств, — Шерон недовольно посмотрела на Рози. — Не беспокойся, я дала им бонус: оплатила всё траты за первый урожай. Они увидят, что доход намного выше издержек, которые вписаны в их обязательства по контракту, — демоница сделала глоток чая, её лицо выразило лёгкость, с которой нужно было относится к этой ситуации. — Для Ада такой незначительный блеф даже не является причиной ссоры, просто привычной практикой. Если ты попался — то это только твоя оплошность, о которой в Аду даже стыдно признаться. Думаю, Джойс пожмёт мне руку за умело разыгранные карты и всего-то, — она взмахнула рукой, как бы демонстрируя, ничтожность проблемы. — Я получила инвестиции, они получат процент с моей прибыли. Всё в выигрыше! — она внимательно посмотрела на Повелительницу. — И раз уж я так хороша и покрыла твою бесчеловечную аренду, как насчёт того, чтобы подумать над тем, чтобы сделать меня равноценным партнёром? — она скромно улыбнулась, но в этой улыбке было нечто зловещее. — Даже не знаю, дорогая... — Рози одной рукой подпёрла голову, а другой потискала Шерон за щёчку, вызвав в лице демоницы неоднозначную эмоцию. — Всё это очень сомнительно, учитывая, что ты... — она сделала паузу, пронзительно смотря в глаза Астор: — ... дитятко совсем другого родителя. Твоя первоочередная задача состоит... — ... сколько ещё лет уйдет на эту первоочередную задачу? — Шерон говорила о чём-то не в бровь, а в глаз, заставляя Рози сомневаться. — А прибыль могла бы быть больше, если бы наши отношения с арендодателя и арендатора изменились бы на полноценных партнёров, — она искушала то тёмное и жадное существо, которое сидело в душах грешников, но Повелительница лишь мило улыбалась, и Шерон поняла, что Рози не поддаётся. — Представь сколько полезного я могла бы сделать для твоего города? — она сделала ещё одну попытку, но Рози покачала головой. — Милая, я не выгоняю тебя из города. Работай здесь сколько хочешь, оставайся, но на правах гостьи, — она жёстко подчеркнула последнее слово, которое не понравилось Шерон. Та начала нервно постукивать когтями по столу, видно было как в её голове заметались мысли. С Рози совсем не получалось играть, как с инвесторами. — Ох... ну, неужели нет ничего, что могло бы подкупить тебя? — после хитрости она сделала попытку уйти в откровенность. Рози отрицательно покачала головой, улыбаясь в материнской манере, Шерон же будто отрицала возможность сдаться: — Я сегодня узнала, что в Пентаграмм-Сити какой-то Радио-дурак объявился, который транслирует предсмертные хрипы грешников по радио. По твою душу не придёт? Может мне решить эту проблему? Рози почему-то похихикала более весело, чем обычно. — И как ты собралась её решать? Ты же не любишь решать проблемы с помощью насилия. Шерон сверлила её глазами, пытаясь выцепить в мимике хоть что-то, что поможет искусить Повелительницу: — Так что способов мало? У меня есть связи! — она достала из воздуха контракты, помахав ими. — Яды! — в её руках появились скляночки. — Мило выпьем чаю, после так ослабнет, что и убить дело плёвое, — склянки пропали. — Могу и Фриса отправить! — цветочный человечек гордо вытянулся, демонстрируя острые зубы. — Да если надо, я могу сама всё сделать, — к Рози потянулась древовидная когтистая рука, которая не пропорционально увеличилась в длине. — Если ты серьёзно подумаешь над моим предложением, я на многое могу пойти. Рози невозмутимо поднесла кружку к губам. Оставалось непонятным: её тронули попытки Шерон или нет, но Повелительница снисходительно погладила девушку по голове и заворковала: — Ох, Шерри, из-за своей амбициозности ты даже не можешь представить, что кого-то невозможно подкупить. Понятно, почему ты ему так нравишься, — она словно мать смотрела на глупое дитя. — Но раз ты так хочешь быть мне полезной, то выполни одну просьбу... — Какую? — с готовностью отозвалась Шерон и интеллигентно отпила чая, делая вид, что отчаянно не уговаривала Повелительницу пару секунд назад. — Надо обучить человека на замену тебе.        Повисла неприятная молчаливая пауза.        Томное умиротворение Шерон мгновенно треснуло, её бровь дёрнулась, она пыталась сохранить лицо, проронив, будто ослышалась:        — Что?... — выползшая улыбка, как змея из кустов, пыталась придать женщине милейший вид, но не очень получалось.        Аластор заинтересованно переводил взгляд с одной мило улыбающейся демоницы на другую, они словно хотели удушить друг друга в неискренности своих улыбок. Радиоведущий с присущим журналистским интересом изучал вводные. Грешник умер недавно и, подавив разочарование от скоропостижного ухода из мира смертных, перенаправил всё своё внимание на изучение Ада. Он испытывал полнейший восторг от нового «дома», гарантирующего ему вечность.        Жестокость, вседозволенность и полное отсутствие правил выглядели перспективными для его неудовлетворённой жажды крови и страстью к эксцентрике. Аластор чувствовал, что в Аду он сможет быть тем, кем хотел. Теперь его не сковывала нравственность или законодательство, ведь единственный закон, который царил в Аду — это сила. А силы у него было предостаточно благодаря Рози.        Единственное ограничение, омрачавшее его вдохновлённое настроение, заключалось в самой Рози, которая решила приставить его к какой-то приближенной. Повелительница сказала, что «Так надо», не став объяснять мотивы своего поступка. Аластор решил, что сам всё узнает, так как от могущественной демоницы было глупо ожидать откровенности. Да и впрочем, разгадывание тайн и исследование Ада развлекало Аластора куда больше, чем полный карт-бланш на ответы. Рози была тем мостиком, который соединял его с многочисленными загадками, с которыми ему предстояло «познакомиться», если он желал быть самым сильным грешником. И гостья Рози относилась к той же категории. Была ли она достойна его внимания?        — Шерон, — вкрадчиво начала Рози, и этот тон не понравился Астор, — за тобой долг, — демоница сжала губы в узкую полоску, она явно была разочарована тем, как разворачивался сегодняшний день. — А ещё, мы обе знаем, что ты не останешься в Каннибал-тауне навсегда. И поэтому мне нужен хотя бы один демон, на которого я смогу полагаться первое время. Помоги ему адаптироваться. Расскажи, что знаешь. Покажи, что знаешь, — спокойно ворковала Рози, пока Шерон смерила её угрюмым взглядом, сжимая в когтях чашку. — Научи, чему знаешь, — Шерон недовольно прищурилась. — Посели его в особняк на Гроур...        — Я же просила отдать этот дом мне под библиотеку... — Шерон уже было позволила недовольству разыграться, как приструнила его. Она знала, что если ты поддерживал отношения с самыми влиятельными и умными демонами Ада, в подобных эмоциях не было никакого смысла. Обида? Разочарование? Полная глупость! Инферно поглотил слишком много грешников, для которых обманывать и делать выбор в свою пользу было чем-то совершенно естественным. Поэтому Астор считала, что сокрушаться в подобных ситуациях — пустая трата времени. Выгоднее адаптироваться.        — Хорошо... — раздражение из её голоса пропало, но вместо нему проклюнулась слабая поволока усталости. — Я попрошу наших людей, обставить дом... — она поставила чашку на стол и, переключившись в рабочий режим, спросила: — Где сейчас этот грешник?        — Ох, милая, — насмешливо протянула Повелительница, — он всё это время был тут, — Рози махнула рукой, и Шерон, повернув голову, увидела нового знакомого.        Это был высокий, поджарый демон с насмехающимся, любопытным взглядом алых глаз. Шерон показалось очаровательным, что глаза гармонировали с его алыми волосами, заканчивающимися потемневшими кончиками. Он сидел прямо, расправив плечи, улыбался. Улыбался, кажется, чрезмерно для первого знакомства, что показалось Астор немного... подозрительным. Она с исследовательским интересом окинула взглядом его острые когти, сложенные в замок на столе, потом взглянула на рога и неестественные для человека оленьи уши, сливающиеся с причёской. Он был одет с иголочки в алый сюртук, под ним виднелась алая рубашка, тёмная бабочка. Всё это великолепие венценосно дополнял пижонский монокль с симпатичными бусами. Образ был эксцентричным и щегольским.        Аластор буквально кожей чувствовал, как Шерон изучает его. Её обманчиво очаровательные глаза, стоило ей столкнуться с незнакомым, а значит потенциально опасным существом Ада, наполнились прагматичным, холодным блеском, с которым люди обычно смотрели на предполагаемого врага, но не хотели спешить с выводами. Демон заинтересованно и вежливо отразил её интерес, совсем немного предупрежденный Рози о личности Шерон Астор, которая должна была стать его «проводником» в Аду на первое время.        Он тоже неторопливо, сдержанно изучал её. Он не чувствовал от неё угрозы, лишь слабое раздражение, словно он был не просчитанным неудобством в её планах. Она изучала сверху вниз, как начальники смотрят на молодых работников, которые не особо знакомы с истинным положением дел внешнего мира. Но когда их глаза встретились, Аластор удивился. Она смотрела не обезличено, не поверхностно и даже не наигранно-заинтересованно, а пронзительно, желая увидеть не обёртку, а его настоящего. Шерон умела замечать в грешниках многое, ведь у неё за плечами был не только собственный опыт, но и многочисленные истории жизней подчинённых, в которых приходилось копаться, чтобы «слепить» последователей, достойных Каина. Этот её интерес, скрытый интеллигентной сдержанностью, чтобы не показаться невоспитанностью, подкреплялся небольшой поволокой усталости вперемешку с грустью, словно демоница в отпечатке его истории видела свою.        Её взгляд, который видел то, что он сам не знал, заставил Аластора почувствовать, что именно с этого момента начинается первый акт его бурной истории в Аду.        — Позволь представить, тот самый Радио–дурак, о котором ты говорила, — Рози посмеялась, находя ситуацию весьма забавной, а вот её собеседница не очень.        Шерон оторвала взгляд от нового знакомого и потерла виски, будто у неё заболела голова.        «Так это ты разбудил меня ночью...» — между делом подумала Шерон, а потом подумала о том, мог ли этот несуразный грешник отправить прототип радио всем влиятельным демонам Пентаграмм-Сити и с какой целью... Сам же Аластор пока совершенно не догадывался о том, что адресат того высокомерного послания сидел напротив и так же как и в ту ночь был совершенно не впечатлен.        — Я так понимаю, он необычный знакомый...        Рози положила когтистый пальчик на её губки, и Астор поняла, что ей не стоит болтать. Аккуратно смахнув прикосновение, демоница протянула руку Аластору для рукопожатия, и демон отметил, что этот жест был совсем не женским.        — Прощу прощения, — искренне и вежливо произнесла Шерон. — Не знала, что вы человек Рози. Слышала, что кто-то начал убивать грешников, и подумала, что он может создать проблемы, — Шерон не знала, но Аластор воспринял это как комплимент.        Мужчина пожал руку. На ощупь кисти демоницы были как обгоревшее дерево, а рукопожатие уверенным и жёстким, казалось его было невозможно отпустить первым.        — Что вы ~ — с сыгранной любезностью протянул Аластор, думая о том, как бы разузнать подробности об отношениях Шерон и Рози. — Какие обиды, леди?.. — он не знал её имени, и она тут же представилась:        — Шерон Агнес Астор, — она задумчиво посмотрела в омут его глаз, словно увидела там что-то занимательное. — Владелица лавки цветов, и арендодатель земель и недвижимости Рози.        — Аластор, — просто ответил он, отчего-то не отпуская рукопожатие и задерживая взгляд на её глазах: необычные алые всполохи в них невольно притягивали внимание. Это было совсем несвойственно для глаз смертных, и Аластор ещё не искушённый инфернальным обликом, находил этот феномен необычным. Будто кто-то капнул на радужку кровью и она рябью распространялась по поверхности, вспыхивая алым туманом и угасая в такт сердцебиению.        Шерон сделала паузу, думая, что подопечный Рози полностью представиться, но он не собирался.        — Когда вы умерли? — с деловым интересом поинтересовалась Астор.        — Пару недель назад, — ответила за Аластора Рози, не желая появления напряжения в разговоре. — Малыш Ал из Нового Орлеана, представляешь?        — О, США... — хмуро протянула Шерон, будто услышала что-то возмутительное. — Почти век прошёл, а мужчины, наконец, дали женщинам право голосовать и владеть имуществом, а что уж говорить о несчастных чернокожих...        Аластор заметил, что рукопожатие, которое они не расцепили, нервно сжалось. Взгляд Шерон был таким, словно она хотела выразить своё сомнение интеллектуальными способностями политиков страны.        «Почти век? Насколько я помню владеть имуществом женщинам можно было к 1860, а голосовать с 1920 года... Когда же ты жила?» — второй год Аластор прекрасно помнил, так как в этом году открылась первая в США радиостанция.        — Ох, Каин! — взмолилась Шерон, отпуская руку Аластора и делая молельный жест у лба, и новорождённый демон отметил, что он похож на крестное знамение, которое делают люди в церкви. — Я думала понадобиться меньше времени, чтобы усмирить мужское эго...        — Шерри, ты портишь первое впечатление, — отчитала её Рози, потом посмотрела на нового протеже. — Не принимай на свой счёт. Шерон из тех, кто боролся за независимость женщин... всеми... способами, — Повелительница загадочно хихикнула.        — А вас очаровывает позорная история Америки или вы оттуда родом? — смешливо поинтересовался Аластор.        Шерон заметила, что он не выглядел испуганным или робким, и это несколько удивляло её. Обычно грешникам надо больше времени, чтобы влиться во взаимодействие с нечистью, а он... словно наслаждался новой ипостасью.        — Да. Из Ньй—Йорка. Манхеттен, — кратко ответила она.        Аластор задумчиво изогнул бровь, подумав «Неужто настоящая Астор?».        Если она не застала последний «Акт о собственности замужних женщин» [2], то явно не дожила до 1860 года, а в годы более ранние в Манхеттен селилась промышленная элита [3]: капиталисты, владельцы фабрик, текстильных мануфактур, сталелитейных заводов и банкиры. Также Нью—Йорк был одним из прародителей всеми известного стереотипа о «янки», стремившихся быстро получить прибыль, иногда не совсем честно. В уме Аластора складывалась занимательная картина: самоуверенна, амбициозна, корыстна и обаятельна, когда ей выгодно. Именно так описывали дельцов Первой промышленной революции США, [4] и именно эти люди положили начало капитализму. На почве их стремлений, желаний и жадности созрела идея о том, что деньги можно делать из всего.        Мысли Аластора прервала просьба Рози:        — Шерри, покажешь завтра малышу Алу, чем занимаешься?        — Прямо всё показать? — она явно не одобряла скоропостижную откровенность Повелительницы.        — Считай, что теперь он твой ассистент и будет тебе помогать. Во всём. Смотри, как выгодно, я получу обученного человека, а ты помощь. Наш общий знакомый просил дать тебе помощника, коли у тебя так медленно идут дела с первоочередной задачей.        Шерон овладело напряжение, Рози, словно тыкала в неё иголочкой, отравленной ревностью с привкусом зависти.        «В какой такой игре я участвую?», — подумал Аластор, замечая, что Рози будто намеренно дразнила «подругу».        Слова Рози подействовали на Шерон странным образом: она перестала возражать и даже немного помрачнела.        — Тогда заходи завтра в 10 в магазин цветов, — бросила Шерон, встав из-за стола. Аластор встал вслед за дамой и по-джентльменски поклонился. Демонице это не польстило, даже наоборот Аластор увидел отвращение в её глазах.        «Ах да, суфражистка [5]...», — применяя на слово негативную коннотацию, подумал он, пряча смешинки в глазах, а вслух сказал:        — Как называется ваш магазин, мисс Астор?        — Дионея. На улице Гроур. Если что, иди за вампирами, они несколько отличаются от каннибалов, похожи на меня, — она надела шляпу, не оставив возможность уточнить. — До завтра, — она подняла кейс с бумагами и собралась выходить.        — До завтра, до завтра! Иди за вампирами! — продублировал маленький цветочный человечек на её плече, гневно тыкая в Аластора пальцами, казалось ещё чуть-чуть и он покажет неприличный жест. Губы Аластора раздражённо дёрнулись, он рваным движением поправил монокль, будто желая разглядеть недостойную букашку поближе.        — Смотри поаккуратнее с ним, дорогая. Я же знаю, ты любишь ушастых, — Аластор увидел, как у Шерон задвигались желваки.        «Хотя я тут должен злиться» — с иронией хохотнул он, слегка шевельнув ушами, о которых шла речь. Демон улавливал сложный узор тайн, который демоницы вплетали между строк в разговор. Аластору непременно хотелось, знать больше. У него едва получалось скрывать, как трепещет его нутро от восторга и нетерпения! Сколько же веселья в Аду!        Шерон же уже удалилась, и её размышления были далеки от восторгов демона. Она мрачно размышляла над тем, кому же было адресовано это предупреждение: ей или Аластору?        — Ох, Каин! — опять взмолилась она. — Я просила уберечь от битвы с Радио-дураком, но не в такой же форме... — её сигил на лбу [6], как уголь в камине, переливался алым, — Ну, и юмор у тебя... господин, — обречённо выдохнула она, желая дойти до будущего дома Аластора. Завтра жилец должен заехать. Дел было много, надо было меблировать дом... Примечания: [1] Дитя солнца — так американцы называли хлопок. [2] Акты о собственности замужних женщин — это законодательные акты и постановления, принятые отдельными штатами США начиная с 1839 года, обычно под таким названием, а иногда, особенно при распространении положений Закона о собственности замужних женщин, под названиями, описывающими конкретное положение, например, Закон о заработке замужних женщин. Законы о собственности замужних женщин помогли устранить некоторые трудности, с которыми сталкивались женщины в условиях coverture (рус. покровительство) — статусе в английской системы общего права, согласно которому с момента выхода замуж женщина теряла гражданскую правоспособность и попадала в полную зависимость от мужа. После того как Нью—Йорк принял свой акт о собственности замужних женщин в 1848 году, этот закон стал образцом для других штатов, предоставивших замужним женщинам право владеть собственностью. [3] Промышленная элита (бизнес—элита, индустриальная элита) — это группа людей, которые занимают ведущее положение в сфере промышленности, контролируют основные финансово—экономические структуры страны вне зависимости от юридических форм собственности. [4] Первая промышленная революция в США с конца 18—го и на протяжении 19—го веков промышленная революция оказывала влияние на экономику США, переходя от ручного труда, сельскохозяйственных работ и ремесленничества к более высокой степени индустриализации, основанной на наемном труде. Произошло много усовершенствований в области технологий и производства, что привело к значительному увеличению общего объема производства и экономическому росту в США. [5] Суфражистка — участница движения за предоставление женщинам избирательных прав. Также суфражистки выступали против дискриминации женщин в целом в политической и экономической жизни. 6 Сигил (сигилла) — символ (или комбинация нескольких конкретных символов или геометрических фигур), обладающий магической силой. Это символические значки, в сжатом виде отображающие сложные идеи или какую-то информацию, которая предназначена для определённой магической цели.  7 Создание сплавов － это целенаправленный процесс получения материалов с улучшенными свойствами путём смешивания двух или более элементов, где основным компонентом является металл. В состав могут входить не только металлы, но и неметаллические элементы, например, углерод или кремний. Иллюстрация к моменту: https://ru.pinterest.com/pin/842947255299226742/ — До завтра, до завтра! Иди за вампирами! — продублировал маленький цветочный человечек на её плече, гневно тыкая в Аластора пальцами, казалось ещё чуть-чуть и он покажет неприличный жест. Губы Аластора раздражённо дёрнулись, он рваным движением поправил монокль, будто желая разглядеть недостойную букашку поближе. Иллюстрация к реплике: https://ru.pinterest.com/pin/842947255299226766/ — Ох, Каин! — опять взмолилась она. — Я просила уберечь от битвы с Радио-дураком, но не в такой же форме... Ну, и юмор у тебя... господин