Метка вечной любви

— Минхо, можешь передать салфетку? — Да, конечно. Минхо завтракал с Анджи и Ха Ын в какой-то необычайно приятной атмосфере. Блинчики Анджи с сахарным мёдом были особенно вкусными. Минхо поначалу отнекивался от завтрака, но когда Ха Ын использовала свои щенячьи глазки на нём, то не смог отказать. И вот теперь за небольшим деревянным столом собрались трое. Кухня имела сдержанное убранство: тёмный стол с серой скатертью, все тарелки и столовые приборы из одной коллекции, нет ни одной выделяющейся. Только маленькая Ха Ын в своём, на этот раз, пёстром зелёном платье разбавляла палитру цветов. Они успели разговориться, обсудили и что-то пустяковое, и что-то поглобальнее. Даже сблизились. Но Минхо всё равно кое-что смущало. — Могу задать вопрос? — Разумеется. — А отец семейства … не будет завтракать? — Дуонг ушёл торговаться с соседней деревней Клёна ещё позавчера, обычно торги занимают около недели, включая путь туда-обратно, так что вернётся он ещё нескоро. — Теперь понял. — Дядя Минхо, ты сегодня продолжишь свой путь на север? — Да, Ха Ын. — Будь осторожен с деревней Тумана. — Дочь, не пугай так гостя… — А что не так с деревней Тумана? Анджи отложила столовые приборы и помрачнела. Сейчас она выглядела так же серьёзно, как и вчера, когда впервые увидела Минхо на пороге своего дома. — В последнее десятилетие деревня Тумана совсем распоясалась и начала всюду сеять раздор. Не удивлена, что ты об этом не слышал — твоя деревня и впрямь далеко от наших. Хоть Туман относительно далековат и от нас, но даже так они умудряются совершать нападки: могут выкрасть товары с рынка, ради забавы убить скот. Однажды они чуть не убили жителя нашей деревни за то, что тот не пожелал отдавать им свои деньги. — А как же Устав Мира? — Как видишь, не для всех он является указом. Мы все живём по заветам прошлого и прекрасно помним, из-за чего этот устав был сделан, но, вероятно, он начинает терять свою актуальность в наше время. Деревне Тумана хочется крови и расправы. Видимо, давно им никто не напоминал, на скольких тысячах трупов строилась история Мира. Атмосфера за столом резко потяжелела, все замолчали. Теперь даже Ха Ын была погружена в раздумья о дальнейшей безопасности своей деревни и о безопасности нового друга. «Постоянная жизнь в четырёх стенах даёт о себе знать». Минхо почувствовал даже какое-то разочарование. Было ощущение, что его деревня жила в своем собственном мирке. Ну неужели такая информация не могла дойти и до деревни Солнца, пускай и в исковерканных слухах? Кто-то об этом точно должен был знать, но не желал распространяться. Только вот оберегал ли он и создавал иллюзию безопасности или действовал из иных побуждений? На этот вопрос ему вряд ли кто-то даст ответ в ближайшее время.

***

— Дядя Минхо, я хочу вам дать кое-что на дорожку! — Так, и что же это? Девочка выудила из кармашка платья маленькое нечто и передала Минхо. Он разглядел подарок и был удивлен: сделанный детскими ручками деревянный кот выглядел немного несуразно — одно ухо больше другого, где-то были видны недоделанные части. Но даже учитывая всё это, котик выглядел мило, в особенности если знать, что он был сделан Ха Ын собственноручно. — Это?.. — Это кот на удачу! Он поможет отводить опасность по дороге, будет придавать сил и хорошего настроения! — Это очень мило с твоей стороны, Ха Ын, спасибо тебе. — Тепло разлилось в груди, и Минхо искренне улыбнулся. — И ещё кое-что… пообещайте навестить нас ещё раз. Нет, не на словах, а вот так вот! — Ха Ын протянула свой мизинчик Минхо, и он не сразу понял, что от него требуется. — Обещаю. — Он догадался и протянул свой палец в ответ, скрепляя обещание договором на мизинчиках. — Честно? — Честно-честно. — Ни пуха ни пера, Минхо. — К чёрту! Анджи и Минхо скромно улыбнулись друг другу, а после Минхо вышел из деревни. Обернувшись, он увидел Ха Ын, глаза которой начали заполняться слезами. Он помахал ей рукой в последний раз, глубоко поклонился и пошёл дальше по своему маршруту.

***

На дворе был уже конец августа, поэтому температура с каждым днем становилась всё ниже, но солнце все так же выглядывало. Будучи накормленным и напоенным, путь на своих двух давался гораздо легче. Он любовался цветочными полями еще полчаса, пока обзор не сменился высокими берёзками и густыми кустами. Созерцание природы не было чем-то обыденным для Минхо. Обычно он не мог подолгу что-то разглядывать, так как сразу же беспокойства заполняли разум. Но сейчас у него не оставалось выбора, поэтому он решил-таки отдаться процессу: любовался разнообразием зеленых оттенков у листьев, вдыхал свежий лесной запах и внимательно слушал стрекотание насекомых и считал, сколько раз кукушка скажет свое любимое «ку-ку». «А если я так и не найду ответа?». Мысль прозвучала в голове слишком громко, перебивая прочие звуки. Конечно, было страшно. Боязнь неизвестности. Вдруг ничего не выйдет? Хоть уже две колдовки и подтвердили нужное направление, ни одна так и не смогла дать развернутого ответа, который бы все объяснил. Но, наверное, это всяко лучше, чем продолжать сидеть на месте и наблюдать, как в душе дыра становится все больше, поглощая последние остатки здравого смысла? Поправив сползающую с плеча сумку вот уже в пятидесятый раз, Минхо не заметил, как быстро стемнело. По ощущениям, полпути уже было пройдено. Любуясь звездным небом, он надеялся, что дойдет до указанной на карте деревни Вереска побыстрее, обогнув деревню Тумана. Как-то уж не внушала она доверия… Спустя полтора часа ходьбы Минхо заметил, как туман резко начал сгущаться, закрывая обзор. Все лесные жители умолкли, кукушка перестала куковать. Даже паучки и жучки будто легли в спячку. Удавалось четко видеть только на расстоянии вытянутой руки. Пришлось максимально напрячь слух и постоянно смотреть под ноги, чтобы ненароком не споткнуться. Пройдя так еще какое-то время, Минхо услышал жалобное мяуканье где-то совсем рядом. — Котик? Кс-кс-кс, где же ты? — Мя-яу! — Хм, не понимаю — Мяу… — Ах ты, скотина! — чей-то незнакомый мужской голос разрезал тишину. Минхо пошёл на звук, а после столкнулся с рыжим котом и склонившимся над ним человеком. У кота были видны явные повреждения левого глаза, отсутствовала часть правого уха, задние ноги были переломаны. От такого зрелища у него встал ком в горле. Дыхание участилось, когда он понял, что склонившийся человек является причиной страданий бедного животного. Мужчина в потрёпанной одежде отдавливал рыжему хвост, пинал в живот, вызывая мучительную боль. — Что же вы делаете? — Минхо, не теряя времени, подбежал к незнакомцу, отпихивая его от кота. — Ты еще кто такой? — Какая разница? Как вы смеете так обращаться с невинным животным? — Эта животина перестала справляться со своей работой! У нас тут везде крысы бегают, а это… их даже поймать не может. — У животного ноги переломаны, вы о чём вообще? — Слушай, тебе-то какое дело? Не местный, что ли? Не учили в чужой дом с чужими правилами заходить со всей скромностью и уважением? — Да что вы несёте такое? — Минхо слишком долго был наедине с самим собой во время путешествия, контактировал лишь с искренними и добрыми людьми. Он уже успел позабыть о всей жестокости этого мира и о том, какие твари в нём обитают. Испуг быстро сменился злостью. Глаза налились кровью. Ладони невольно сжались в кулаки. Незнакомец был явно знаком с такими эмоциями и часто бывал в подобных ситуациях, отчего сразу же встал в боевую стойку и показал, что готов драться. Минхо собрал всю силу в кулак и почти занёс его мужчине в лицо, как почувствовал неприятную острую боль в боку. В руке у того был нож, на который Минхо не обратил внимания. Схватившись за бок и посмотрев на ладонь, он увидел багряную кровь. Быстро спохватившись, он увернулся от повторного удара, на этот раз достав уже свой клинок. Точно, как он мог забыть? Для подобных людей правила не писаны, они никогда не играют честно. Раз уж на то пошло, то так тому и быть. Одной рукой закрывая рану, другой обороняясь, он всё-таки оставался в позиции защиты, а не нападения. Нужно было предпринимать какие-либо действия, иначе он тут и загнётся, оставшись без ответов. «Думай, думай, думай». Пронырнув во время замаха под руку нападавшего, он оказался у него за спиной. Одной рукой перехватив его за шею, а другой наставив острие клинка тому прямо в левый глаз, Минхо наконец оказался в доминирующей позиции. Мужчина начал бить Минхо по руке и быстро синеть от нехватки кислорода, нож из его руки выпал. — Хочешь сказать что-нибудь ещё? — С-стой… — Думаешь, этот кот не просил тебя о том же? — Клинок проткнул один глаз, потом другой, после чего он отпустил мужчину. Тот истошно завопил, начал хвататься за остатки того, что раньше было глазами. Из-за потери ориентации в пространстве он упал коленями на землю. — Не-ет! Нет, нет, нет! Я ничего не вижу! Что ты сделал? Я ничего не…! — Удар ботинком по виску послужил последней точкой в этой нечестной схватке. — …ещё жив, — Сказал Минхо, пытаясь как-то оправдать свои же действия. В драках на кулаках он участвовал, а вот в боях без правил — нет. Адреналин ударил в голову, и руки невольно затрясло. Осознание содеянного пока еще не произошло, но обязательно даст о себе знать кошмарами в ближайшее время. — Мяу… Минхо перевел взгляд с мужчины на свою рану, а после — на кота. Он пошёл к нему так быстро, как мог, оценивая ситуацию и шансы выжить. — Рыжик, ближайшая нормальная деревня только через километров пять… Кот жалобно мяукнул и посмотрел одним своим глазом на Минхо. Это животное имело необычный взгляд: в нем просвечивалось что-то человеческое, осознанное. Минхо быстро принял решение, соорудив некое подобие переноски из подручных материалов. Конечно, если сложенные вдвое штаны можно было назвать переноской… Не забыв про свою рану, он перевязал её запасной рубахой. Было больно и тяжело, но теперь он боролся не только за свою жизнь, но и за жизнь нового маленького друга. Каждый шаг отдавался режущей болью в боку. Первый километр отнял чувствительность в правой руке. На втором потяжелела голова, уши заложило. На третьем километре неумелая повязка полностью пропиталась кровью. К четвертому километру пелена перед глазами застлала обзор, и внешний мир стал походить на размытые пятна, из-за чего Минхо не увидел, что вышел из тумана и начал идти по вересковой пустоши, окруженной лесом. Он уже давно сошел с маршрута, но не замечал этого, держа глаза закрытыми большую часть времени из-за боли. — Из… ните! С ва … всё в … рядке? — чей-то голос раздался вдалеке, часть слов утопала в белом шуме. Из-за боли и изнеможения Минхо не выдержал и осел на землю, аккуратно кладя переноску с котом рядом. Глаза теперь не хотели открываться даже при большом усилии, а сознание улетучивалось всё дальше и дальше от этого места.