Дождь над старым дубом

Глава 10. Осколок в груди Лилит Розье сидела на кровати в спальне, обхватив колени руками, и смотрела на ночь за окном. Она не знала, когда это началось. Когда ненависть стала такой же сильной, как желание? В какой момент Лилит начала искать его взглядом в толпе? Она провела пальцами по губам и вспомнила его поцелуй. Жёсткий, грубый, почти убийственный. Малфой оставил на её губах кровь и боль, но она не хотела забывать этот вкус, хотелось почувствовать его снова. Как же она ненавидела себя за то, что так отчаянно хочет, чтобы он сделал это снова! «Чёрт, как же он сногсшибательно хорош в своей мантии» Она закрыла глаза и увидела его лицо. Серые глаза, которые могли быть такими холодными и такими горячими одновременно. Его руки, длинные и сильные, которые сжимали её плечи с такой силой, что оставались синяки. Его голос, который звучал в её голове, даже когда его не было рядом. «Ты моя, - сказал он тогда. — Всегда была моей». Она открыла глаза и почувствовала, как её сердце забилось быстрее, отдаваясь пульсирующей дрожью где-то внизу живота. Розье ненавидела его за эти слова, но хотела верить им. В тот момент Лилит не знала, что он стоял за дверью и смотрел на неё. Драко стоял в тёмном коридоре, прижавшись спиной к стене, и смотрел на неё через щель в двери. Он делал это уже несколько ночей подряд, не мог остановиться. Парень приходил сюда каждый вечер, чтобы посмотреть на неё, убедиться, что она в безопасности, что блондинка из его снов всё ещё здесь.

***

В комнате царил полумрак, и в этом сером сумраке она казалась призраком, сотканным из лунного света. Белые волосы, распущенные по подушке, струились по обнаженным плечам, и Драко показалось, что они светятся собственным, холодным огнем. Малфой знал, что его здесь быть не должно. Каждая секунда, проведенная за этой дверью - предательство, очередной удар по его собственной совести. И все же он стоял, парализованный, не в силах отвести взгляд от изгиба ее спины, до тех пор, пока она не подняла голову. Их глаза встретились, и мир рухнул. Лилит спрыгнула с кровати. Дверь распахнулась с глухим стуком, и Драко инстинктивно отшатнулся, но было поздно. Ее пальцы мертвой хваткой вцепились в воротник его мантии, притягивая к себе. В ее голосе кипело выжженное отчаяние. — Ты следишь за мной? - прошипела она, и каждое слово было как пощечина. — Ты осознаешь, чем это пахнет? Ты подписал себе приговор, Малфой. С ума сошел? — Лилит... - начал он, но она оттолкнула его с такой силой, что он пошатнулся. — Нет! Ты не смеешь! Он смотрел на нее, и в груди его разрастался тот странный, почти сладостный холод, что всегда предшествует безумству. Она была права, черт возьми, но именно поэтому он ненавидел ее больше всего на свете. И именно поэтому не мог уйти. — Ты думаешь, я не понимаю, что творю? - его голос сорвался, когда он шагнул в ее пространство, вторгаясь в границы. — Ты считаешь, что я получаю удовольствие от этой пытки? Мне надоела твоя каменная маска, Лилит. Я хочу видеть, как она трескается хотя бы раз. — Я не делаю с тобой ровным счетом ничего! - взорвалась она. — Ты сам выстраиваешь свой ад! Ты обыкновенный трус, Драко. Марионетка, которая тянет ниточки собственной гибели. Ты... Он не дал ей договорить. Его пальцы впились в ее плечи, оставляя на бледной коже алые отпечатки. Она стиснула зубы от боли, но не отступила, глаза пылали, и он утонул в них окончательно. — Хочешь знать, что это такое? - прорычал он, и его голос дрожал от напряжения, от той дикой, необузданной силы, что копилась в нем годами. — Я не сплю, потому что твой образ въелся в мои веки. Я задыхаюсь, когда ты входишь в комнату, потому что воздух перестает существовать. Я ненавижу тебя. Так ненавижу, что готов уничтожить мир, но я труп без тебя, всего лишь оболочка, которую ты наполняешь жизнью, которой я не достоин. Лилит смотрела на него, и в груди ее колотился дикий, бешеный ритм, заглушающий голос разума. Она хотела сказать ему, что он попал в точку, ведь она сгорает в том же пламени, но слова застревали в горле, потому что признаться - значило проиграть. — Пошёл ты, - выдохнула девушка, но это прозвучало уже не как обвинение, а как мольба. — Хватит притворяться врагами, - ответил он, и в его серебряных глазах отразилась такая пустота, что сердце ее разрывалось на части. — Я знаю, как низко пал, но ты просачиваешься в вены, сжигая все на своем пути, и я молю, чтобы этот огонь никогда не погас.

***

Она не выдержала. Шагнула вперед, и между ними не осталось ни воздуха, ни чертовой морали. Их губы встретились, словно атаковали друг друга. Лилит вцепилась в его волосы, наматывая светлые пряди на пальцы с такой силой, что Драко зашипел от наслаждения. Лилит кусала его губы до тех пор, пока не почувствовала вкус металла, и он в ответ впился зубами в ее нижнюю губу, заставляя ее проглотить собственный стон. — Я ненавижу тебя, - прошептала она в его рот, и он почувствовал, как она дрожит. — Лги себе дальше, маленькая врушка. - выдохнул он и сорвал с нее платье. Ткань треснула, оголяя ее плечи, грудь, кожу, которая горела под его взглядом. Он не спрашивал разрешения, не давал ей времени на раздумья. Его руки были грубыми, требовательными, оставляя на ее теле багровые отпечатки пальцев, будто он хотел выжечь на ней свое имя. Она рвала его рубашку, не заботясь о пуговицах, царапая его грудь, оставляя длинные красные полосы, которые тут же начинали кровоточить. В ее глазах плескалось безумие, такая же одержимость, как и в его. — Ты думаешь, я позволю тебе обходить меня стороной после такого? - прошипел он, хватая ее за затылок и притягивая к себе. — Надеешься, я отпущу тебя после того, как ты заставила меня сгорать по ночам? — Я не просила тебя гореть! - выкрикнула она, но голос сорвался, когда он впился губами в ее шею, кусая, всасывая кожу так, что она чувствовала как под его губами рождается огромный синяк. — Ты не просила, - согласился он, улыбаясь в ее кожу, — Но ты наслаждалась этим. Или думала, я не вижу, как ты смотришь на меня, когда я прохожу мимо и дрожишь, когда я случайно касаюсь тебя? Блондинка толкнула его, и он с грохотом рухнул спиной на кровать, а она уже была сверху, словно дикая кошка с горящими глазами. Она нависла над ним, вдавливая его в матрас, и провела ногтями по его груди, оставляя кровавые следы. — Ты хочешь знать, что я чувствую? - прорычала она, и в голосе ее была такая ярость, что у Драко перехватило дыхание. — Я ненавижу каждый вдох, который ты делаешь рядом со мной. Я хочу задушить тебя этими руками! Но сейчас мне нужно, чтобы ты смотрел только на меня, поганая ты свинья! Его глаза расширились, а затем он расхохотался низко, почти безумно. Резким движением Драко перевернул их, вжимая девушку в кровать, и раздвигая ее ноги коленом. Его голос был хриплым от желания: — Тогда убей меня, Лилит. Это было грязно, жестоко. Это было то, что они не могли получить нигде и никогда. Его пальцы врывались в ее плоть, оставляя синяки на бедрах, на талии и груди, сжимая так сильно, что она вскрикивала, но в этом крике была мольба о большем. Лилит Розье кусала его плечи, оставляя следы зубов, которые кровоточили и синели под ее губами. Он вошел в нее резко, без подготовки и нежности. И она приняла это, распахнувшись навстречу, потому что только через боль и разрывающее чувство наполненности могла почувствовать, что он действительно с ней. Каждый толчок был ударом, каждое движение было борьбой за то, чтобы стереть друг друга в порошок и собрать заново уже одним целым. — Скажи, что я твой! - выдохнул он, вжимая ее в кровать так, что она слышала, как скрипят пружины. — Скажи! — Ты мой, - прохрипела она, вцепляясь в его спину ногтями, раздирая кожу до крови, оставляя глубокие борозды, которые будут саднить еще неделю. — Ты мой, но это ничего не меняет! Ничего! — Это меняет все! - закричал он, ускоряясь, вбиваясь в нее так глубоко, что она выгибалась дугой, теряя дыхание. — Ты моя смерть, Лилит, и я готов умереть! Она кончила с криком, который больше походил на всхлип, сжимаясь вокруг него так сильно, что он почувствовал, как теряет контроль. Он последовал за ней, содрогаясь, вжимая лицо в изгиб ее шеи, кусая ее плечо до тех пор, пока не почувствовал на языке кровь. Они лежали в полной темноте, тяжело дыша, мокрые от пота, с синяками, царапинами, укусами, которые горели и пульсировали в такт их бешеным сердцам. Ее тело помнило каждое его прикосновение, каждое движение, каждая клетка кричала о нем, девушка ненавидела себя за это, но не могла перестать любить его этой больной, извращенной любовью, которая не имела права на существование. Он сел на кровати, и в темноте она видела только его глаза, которые смотрели на нее с голодом. — Ты уверена, что после произошедшего не хочешь признаться мне в чем-то важном? - сказал Драко, и голос его был бархатным, почти ласковым, что звучало дико после всего. Она села, откидывая влажные волосы с лица. Улыбнулась той улыбкой, от которой у него внутри все переворачивалось. — Проваливай отсюда, Драко. Он замер, сердце пропустило удар. Она произнесла его имя! После всего того, что было между ними она наконец сорвала эту проклятую маску и назвала его по имени. Драко встал, оделся, не глядя на нее, но когда он вышел в коридор и закрыл за собой дверь, на его лице расплылась улыбка. Безумная, почти детская улыбка. «Она сказала мое имя. Я сделаю ее своей чего бы мне это ни стоило, даже если для этого придется сжечь весь мир». Он уходил в темноту с чувством, что в груди у него бьется раскаленный уголь, что был назван ее именем.

***

Лилит сидела на кровати и смотрела на дверь, за которой он исчез. — Мы только что переступили черту… - прошептала она и схватилась за голову, улыбаясь. Лилит знала, что эта ночь изменила всё, и неизвестно что будет дальше.