"Особо опасные (дома под пледом)".

Плед пах пылью и дорогим табаком. За окном моросил питерский дождь – идеальная погода для нового гениального плана, но гениальный план перенесли на четверг. –О, смотри, – Сергей кивнул на экран, не отрываясь от поглаживания белого пушистого кота. – Опять этот, с прилизанным пробором. На экране ведущий новостей с постным лицом вещал: "...очередная попытка так называемого Чумного доктора и его сообщника..." –Сообщника, – фыркнул Олег, растянувшись на диване и закинув ноги Сергею на колени. – Звучит так, будто я у тебя на побегушках. –А разве нет? Олег пихнул его пяткой в бедро. Сергей ухмыльнулся, перехватил чужую лодыжку, задержал на секунду дольше необходимого. Отпустил. Потянулся за пультом. "...эксперты называют операцию по дестабилизации банковской системы Петербурга клинически бездарной..." –"Клинически бездарной", – задумчиво повторил Олег. – Это он про твою часть. Моя была "дерзкой, но обречённой". –Твоя часть была "стой на шухере". –Я стоял. –Ты ушёл за шавермой. –Я был голоден. Хочешь сказать, шаверма была лишней? Сергей хотел возразить, но с подоконника спрыгнул второй кот – чёрный, с наглой мордой и рваным ухом, – протопал по Олегу и устроился у него на груди. Олег машинально почесал его за ухом. Спорить расхотелось. На экране возникла их совместная фотография – они в своих дурацких масках, рядом друг с другом, оба сняты с камер наблюдения. Подпись гласила: "Особо опасны". –Хоть тут первые. – хмыкнул Олег. –Мы и так всегда первые, – отозвался Сергей рассеянно, глядя в экран телефона. – Гром опять интервью дал. Говорит, "остановит любой ценой". –Пусть попробует. –У него новая кожанка. –И что? –Тебе бы она подошла лучше. Олег скосил на него глаза. Сергей смотрел невинно, но уголок губ подрагивал. –Ты опять? – сказал Олег. –Что опять? –Флиртуешь. –Я никогда не флиртую. Я стратегически располагаю к себе союзников. –Я твой единственный союзник. И я уже к тебе расположен. Везде. Повисла пауза. Кот на груди Олега мурлыкнул. Сергей отложил телефон, медленно перевёл взгляд. –"Везде"? – переспросил он. Голос стал ниже, мягче, опаснее. Олег вдруг понял, что сказал лишнего. Или, наоборот, ровно столько, сколько нужно. Он не ответил. Просто смотрел на Сергея, на то, как Сергей отставляет кружку с чаем, как тянется к нему, перехватывает за ворот растянутой домашней футболки. –Я тоже, – сказал Сергей тихо, почти в губы. – Расположен. Везде. По спине Олега пробежали мурашки. –Серёж? – только и успел прошептать Олег. Поцелуй вышел не театральным и ничуть не злодейским – тёплым, нежным, с привкусом чая. Чёрный кот возмущённо спрыгнул. Белый даже ухом не повёл. Когда они отстранились, по телевизору продолжали культурно поливать их грязью. –Может, ну её, эту трансляцию? – голос Олега звучал ниже обычного. –Выключи. – Сергей даже не обернулся. Его ладонь всё ещё лежала на чужом затылке, перебирая темные пряди. Щелчок пульта. Тишина. Дождь за окном. Сергей потянул Олега за ворот футболки – ближе, ещё ближе. Олег усмехнулся и потянулся за следующим поцелуем – ещё настойчивее, жаднее. Плед сполз на пол. Белый кот наконец-то счёл происходящее ниже своего достоинства и величественно удалился на кухню. *** Утро застало их в той же гостиной. Плед валялся на полу, кружки с остывшим чаем сиротливо стояли на столе, а одна футболка – определённо Олега – зачем-то висела на торшере. Вторая – определённо Сергея – лежала у дивана. На спинке кресла, аккуратно сложенные, висели домашние штаны. Чьи – уже неважно. На диване, тесно прижавшись друг к другу, спали двое, только плед, кое-как натянутый на бёдра, сохранял остатки приличий. Белый кот вернулся под утро и спал у Сергея в ногах. Чёрный развалился на спине у Олега и, судя по всему, считал себя главным. В дверь позвонили. Сергей приоткрыл один глаз. Оценил Олега – определённо не в том состоянии, чтобы открывать двери. Оценил засосы у того на шее, происхождение которых помнил в мельчайших подробностях. Оценил общее состояние его тела. Усмехнулся. –Гром? – хрипло спросил Олег, не открывая глаз и даже не пошевелившись. –Соседка. – ответил Сергей и чуть позже добавил. – Сумасшедшая. –В семь утра? –Она всегда в семь. Помолчали. Олег на ощупь натянул плед повыше, укрывая обоих, и поморщился – не то от яркого света, не то от приятной ломоты в теле. –Пусть подождёт, – сказал он. – Мы заняты. Мировое господство. И всё такое. –И всё такое, – эхом отозвался Сергей, утыкаясь носом ему в плечо и целуя то место, где шея переходит в ключицу. – До четверга. В четверг – свергнем правительство. Без вариантов. –В четверг так в четверг. – пробормотал Олег в его макушку, запуская пальцы в рыжие волосы. Звонок затих. Кот мурлыкнул. Дождь за окном припустил сильнее. Под пледом было тепло.