"Особо опасные (дома под пледом)".

*** Ночь Плед давно сполз на пол. Кружки с чаем сиротливо остывали на столе – им было всё равно. Белый кот давно ретировался на кухню, а чёрный затаился где-то в коридоре, кажется, немного офигевая от происходящего. Из гостиной доносились звуки, которые даже видавший виды кот с рваным ухом находил чрезмерно откровенными. –Серёж... Серёж, блять... – голос Олега сорвался на какой-то совершенно отчаянный полувсхлип, и он сам не понял, как оказался вдавлен спиной в диванные подушки. Рыжая макушка склонилась над ним, горячее дыхание обожгло шею. Сергей нависал сверху, и в полутьме его глаза отливали голубизной – не холодной, не безумной, а какой-то странно голодной, собственнической. Такой, от которой у Олега внутри всё переворачивалось и падало куда-то вниз живота. –Тише, Олеж, – промурлыкал Сергей, и от этого "Олеж" у Волкова по спине пробежала дрожь, которую он даже не попытался скрыть. – Я же ещё даже не начал. Его пальцы медленно, почти лениво расстёгивали пуговицы на рубашке – Олег даже не помнил, когда успел остаться в одной рубашке. Хотя нет, помнил. Кажется, Серёжа стянул с него свитер минут пять назад. Или десять. Или вечность. Время вообще перестало иметь значение, когда Сергей целовал его так, будто хотел выпить всего без остатка. –Я... я не тише, – выдохнул Олег, выгибаясь ему навстречу, потому что Сергей наконец справился с последней пуговицей и провёл ладонью по его груди – неспешно, дразняще. – Ты слишком медленный, богом клянусь, я тебя сейчас... –Что? – Сергей приподнял бровь и ухмыльнулся той самой ухмылкой, от которой у Олега всегда, с самого детства подкашивались ноги. Сейчас они, к счастью, его не подвели – потому что лежать было гораздо удобнее. Особенно когда сверху прижимали так, что чувствовалось каждое движение. Каждый чёртов миллиметр. – Что ты сделаешь, Волч? Он наклонился ниже и прикусил мочку его уха. Олег зашипел, вцепился пальцами в рыжие волосы и дёрнул – не грубо, но требовательно. –Я тебя... – повторил он, но окончание фразы потонуло в стоне, когда ладонь Сергея скользнула ниже. –Ну же, – прошептал Сергей, и теперь его голос звучал уже не дразняще, а хрипло, надломленно, как будто он сам был на грани. – Я жду. Скажи, что ты сделаешь. Олег притянул его к себе и впился в губы жадным, почти злым поцелуем – кусачим, искрящим, с привкусом чая и железа. Кровь. Сергей тихо застонал ему в рот, и этот звук Олег хотел запомнить навсегда. –Вот это я сделаю, – выдохнул он, отрываясь. – И ещё кое-что. Если ты, блять, перестанешь играться и наконец... Он осёкся. Сергей смотрел на него сверху – растрёпанный, с припухшими губами и совершенно безумным взглядом. Красивый, такой красивый, что грешить хочется. –И давно ты командуешь? – тихо спросил Сергей. –С сегодняшней ночи, – ответил Олег. Сергей вместо ответа припал губами к его шее, и Олег почувствовал, как по телу прокатывается волна жара – такая, что искры из глаз. Дальше были только движения. Рваные, жадные, отчаянные. Руки, губы, сбитое дыхание, тихие стоны и сдавленные ругательства вперемешку с именами. Олег сжимал пальцами рыжие пряди, пока Серёжа вжимал его в диван так, что пружины жалобно скрипели в такт. Их движения становились всё более рваными, отчаянными, и в какой-то момент Олег перестал понимать, где заканчивается он и начинается Сергей. В какой-то момент Олег выгнулся дугой, запрокинув голову, и сорванным голосом выдавил: –Серёж... я сейчас... блять... Сергей накрыл его губы своими. –Давай... – прошептал он, отрываясь от него. И Олега накрыло. Он провалился в белую, звенящую пустоту, где не было ни Грома, ни правительства, ни дурацких планов на четверг. Только Сергей – горячий, живой, настоящий. Через несколько мгновений Сергей последовал за ним с тихим, почти сломленным стоном, уткнувшись лицом ему в шею. Они лежали в темноте. Тяжело дышали. Молчали. Плед по-прежнему валялся на полу, но никому не было холодно. –Это было... – начал Олег хрипло. –Знаю, – перебил Сергей. Голос звучал слегка удивлённо, словно он не до конца верил в то, что случилось. –...вообще не по плану. –К чёрту планы... обними меня... Олег слабо усмехнулся. Сергей перекатился на бок, устраиваясь у него под боком, и Олег обнял его – как в детстве. Рыжие волосы щекотали подбородок, но он даже не думал отодвигаться. В коридоре чёрный кот осторожно выглянул из-за угла, оценил обстановку, фыркнул и пошёл спать на кухню – к белому. Тот хотя бы не издаёт таких звуков. –Олеж, – позвал Сергей через какое-то время, уже засыпая. –М? –Завтра... или уже сегодня... короче, когда проснёмся... чай заваришь? –Заварю, – пообещал Олег. – И шаверму закажем. Я опять голоден... Сергей тихо рассмеялся. Утро ещё не наступило, но Олег уже знал: когда соседка снова позвонит в дверь в семь утра, они опять не откроют. Потому что мировое господство подождёт. А любимый – нет.