Осколки алого стекла

В три часа дня школьные коридоры затапливал гул, от которого звенело в ушах. Хлопали дверцы металлических шкафчиков, кто-то громко смеялся у автомата с газировкой, а учителя торопливо проверяли журналы перед уходом. Обычный, картонный мир жил своей ленивой подростковой жизнью. Но для восьмерых учеников этот мир превращался в тонкую декорацию, которая ровно в полночь рухнет, обнажая багровое небо и изнанку реальности. Эшлин стояла у окна, до хруста сжимая в руке лямку своего рюкзака. Сегодня в рюкзаке вместо учебников по тригонометрии лежал тяжелый разводной ключ и моток прочного альпинистского шнура. На её лице, как всегда, не было ни единой эмоции, но внутри всё сжималось от предчувствия долгой ночи. - Эш, если мы не добудем те энергетики с таурином, я усну прямо на спине у фантома, - раздался над ухом до невозможного весёлый голос. Эйден материализовался рядом словно из воздуха. Он покачивался на пятках, крутя в пальцах маркер, а его губы кривились в привычной, слегка безумной ухмылке. Но Эшлин успела заметить - всего на долю секунды - как потемнели его глаза, когда он бросил взгляд на заходящее за горизонт солнце. Эйден боялся. Он всегда боялся больше всех, именно поэтому шутил громче остальных. - И поверь мне, дорогая, его объятия далеко не такие нежные, как твои, - подмигнул он, наклоняясь ближе. - Я тебя никогда не обнимала, Эйден, - сухо отчеканила Эшлин, даже не повернув головы. - И если ты продолжишь клоунаду, ночью я оставлю тебя на растерзание прыгунам. Двигайся. Эйден театрально прижал руку к сердцу, но послушно отступил на шаг. Ему нравилось это её холодное упрямство. Оно было единственной осязаемой, твёрдой вещью в их разваливающейся жизни. В три часа дня школьные коридоры затапливал гул, от которого звенело в ушах. Хлопали дверцы металлических шкафчиков, кто-то громко смеялся у автомата с газировкой, а учителя торопливо проверяли журналы перед уходом. Обычный, картонный мир жил своей ленивой подростковой жизнью. Но для восьмерых учеников этот мир превращался в тонкую декорацию, которая ровно в полночь рухнет, обнажая багровое небо и изнанку реальности. Эшлин стояла у окна, до хруста сжимая в руке лямку своего рюкзака. Сегодня в рюкзаке вместо учебников по тригонометрии лежал тяжелый разводной ключ и моток прочного альпинистского шнура. На её лице, как всегда, не было ни единой эмоции, но внутри всё сжималось от предчувствия долгой ночи. - Эш, если мы не добудем те энергетики с таурином, я усну прямо на спине у фантома, - раздался над ухом до невозможного весёлый голос. Эйден материализовался рядом словно из воздуха. Он покачивался на пятках, крутя в пальцах маркер, а его губы кривились в привычной, слегка безумной ухмылке. Но Эшлин успела заметить - всего на долю секунды - как потемнели его глаза, когда он бросил взгляд на заходящее за горизонт солнце. Эйден боялся. Он всегда боялся больше всех, именно поэтому шутил громче остальных. - И поверь мне, дорогая, его объятия далеко не такие нежные, как твои, - подмигнул он, наклоняясь ближе. - Я тебя никогда не обнимала, Эйден, - сухо отчеканила Эшлин, даже не повернув головы. - И если ты продолжишь клоунаду, ночью я оставлю тебя на растерзание прыгунам. Двигайся. Эйден театрально прижал руку к сердцу, но послушно отступил на шаг. Ему нравилось это её холодное упрямство. Оно было единственной осязаемой, твёрдой вещью в их разваливающейся жизни. Чуть дальше по коридору, в тупике у библиотеки, атмосфера была куда более наэлектризованной. Тайлер буквально впечатал Логана спиной в синий шкафчик. Не грубо, но так, чтобы полностью перекрыть тому пути к отступлению. Тайлер тяжело дышал после тренировки, и его широкие плечи полностью закрывали Логана от редких прохожих. - Ты снова не спал днём, Логан? - голос Тайлера вибрировал от плохо скрываемой злости и удушающей, гиперопекающей заботы. - У тебя круги под глазами размером с кулак. Твои руки дрожали на прошлой фазе, когда ты перезаряжал пистолет! Если ты подставишься из-за банальной усталости... - Прекрати, Тайлер, - Логан резко дёрнул головой, поправляя съехавшие на переносицу очки. Его голос был тихим, но в нём сквозила опасная холодность. Логан ненавидел, когда Тайлер включал режим «командира» и «старшего брата» для всей планеты, особенно когда это касалось его самого. В груди Логана ворочалось странное, жгучее чувство. Ему хотелось, чтобы Тайлер заботился о нём. Хотелось до боли. Но эта вечная опека, похожая на клетку, заставляла его выпускать иголки. - Займись своей сестрой. Она опять пилит Бена. А от меня отвали. Логан попытался проскользнуть мимо, но Тайлер перехватил его за запястье. Хватка была железной, но тёплой. На секунду их глаза встретились - упрямый, закрытый взгляд Логана и полный отчаянной тревоги взгляд Тайлера. Логан не отвёл глаз, но его дыхание на мгновение сбилось. Тейлор действительно спорила с Беном. Её ярко-рыжие волосы буквально полыхали в лучах заходящего солнца, пока она яростно жестикулировала перед лицом парня. - Ты не щит, Бен! Слышишь меня?! - почти шипела она, хватая его за воротник старой джинсовки. - Хватит строить из себя гребаного мученика! Твои шрамы на плече после прошлой недели ещё даже не затянулись, а ты снова вызываешься идти в авангарде? Бен вздохнул. Его лицо оставалось спокойным, хотя в глубине глаз читалась глубокая, вековая усталость. Он мягко, но непреклонно перехватил тонкие запястья Тейлор, заставляя её опустить руки. Его ладони были шершавыми и горячими. - Тейлор, успокойся, - тихо сказал Бен, глядя ей прямо в глаза. - Если я не перехвачу их на входе в торговый центр, они отрежут вам путь к отступлению. Они доберутся до тебя. А это худшее, что может случиться. Худшее для меня. Тейлор резко отвернулась, закусив губу, чтобы не выдать подступившие слёзы. Её душила ревность. Острая, неправильная ревность к его боли, к его шрамам, к его прошлому, которое она не могла исправить. Ей хотелось самой закрыть его от всего мира, но Бен упорно продолжал подставляться под удары ради команды. Ради неё. В самом конце коридора, у окна, выходящего на школьный двор, сидела Селена. Она лениво листала планшет, на котором были загружены спутниковые карты их района. Ксавьер стоял рядом, прислонившись спиной к побелённой стене и лениво жуя мятную жвачку. Его кудрявые волосы слегка растрепались, а на губах блуждала полуулыбка, которая обычно раздражала всех учителей. - Знаешь, Сел, если ты будешь смотреть на эти чертежи с таким лицом, планшет просто расплавится, - протянул Ксавьер, скосив глаза на экран. - Я пытаюсь рассчитать радиус спавна фантомов в южном секторе, Ксавьер. Твои комментарии сбивают меня с мысли, - Селена даже не подняла головы, но уголок её губ едва заметно дёрнулся вверх. Ксавьер наклонился чуть ближе. Так близко, что Селена почувствовала тонкий запах перечной мяты и одеколона. - А мне кажется, тебе просто нравится, когда я стою рядом. Иначе ты бы давно ушла в пустой класс биологии, - тихо, почти интимно произнёс он. Селена наконец оторвала взгляд от экрана и посмотрела на него. Её взгляд был расчётливым и холодным, но Ксавьер, бывший прирождённым психологом, заметил, как быстро забилась жилка на её шее. Селена знала, что этот парень - относительный новичок в их проклятой компании - использует напускную весёлость как щит от паники. И эта общая уязвимость притягивала её к нему сильнее, чем она готова была признать даже самой себе. Солнце окончательно закатилось за крышу спортивного зала, оставив на небе длинный, похожий на кровавый порез след. До двенадцати часов оставалось совсем немного. Скоро начнётся их настоящая жизнь Чуть дальше по коридору, в тупике у библиотеки, атмосфера была куда более наэлектризованной. Тайлер буквально впечатал Логана спиной в синий шкафчик. Не грубо, но так, чтобы полностью перекрыть тому пути к отступлению. Тайлер тяжело дышал после тренировки, и его широкие плечи полностью закрывали Логана от редких прохожих. - Ты снова не спал днём, Логан? - голос Тайлера вибрировал от плохо скрываемой злости и удушающей, гиперопекающей заботы. - У тебя круги под глазами размером с кулак. Твои руки дрожали на прошлой фазе, когда ты перезаряжал пистолет! Если ты подставишься из-за банальной усталости... - Прекрати, Тайлер, - Логан резко дёрнул головой, поправляя съехавшие на переносицу очки. Его голос был тихим, но в нём сквозила опасная холодность. Логан ненавидел, когда Тайлер включал режим «командира» и «старшего брата» для всей планеты, особенно когда это касалось его самого. В груди Логана ворочалось странное, жгучее чувство. Ему хотелось, чтобы Тайлер заботился о нём. Хотелось до боли. Но эта вечная опека, похожая на клетку, заставляла его выпускать иголки. - Займись своей сестрой. Она опять пилит Бена. А от меня отвали. Логан попытался проскользнуть мимо, но Тайлер перехватил его за запястье. Хватка была железной, но тёплой. На секунду их глаза встретились - упрямый, закрытый взгляд Логана и полный отчаянной тревоги взгляд Тайлера. Логан не отвёл глаз, но его дыхание на мгновение сбилось. Тейлор действительно спорила с Беном. Её ярко-рыжие волосы буквально полыхали в лучах заходящего солнца, пока она яростно жестикулировала перед лицом парня. - Ты не щит, Бен! Слышишь меня?! - почти шипела она, хватая его за воротник старой джинсовки. - Хватит строить из себя гребаного мученика! Твои шрамы на плече после прошлой недели ещё даже не затянулись, а ты снова вызываешься идти в авангарде? Бен вздохнул. Его лицо оставалось спокойным, хотя в глубине глаз читалась глубокая, вековая усталость. Он мягко, но непреклонно перехватил тонкие запястья Тейлор, заставляя её опустить руки. Его ладони были шершавыми и горячими. - Тейлор, успокойся, - тихо сказал Бен, глядя ей прямо в глаза. - Если я не перехвачу их на входе в торговый центр, они отрежут вам путь к отступлению. Они доберутся до тебя. А это худшее, что может случиться. Худшее для меня. Тейлор резко отвернулась, закусив губу, чтобы не выдать подступившие слёзы. Её душила ревность. Острая, неправильная ревность к его боли, к его шрамам, к его прошлому, которое она не могла исправить. Ей хотелось самой закрыть его от всего мира, но Бен упорно продолжал подставляться под удары ради команды. Ради неё. В самом конце коридора, у окна, выходящего на школьный двор, сидела Селена. Она лениво листала планшет, на котором были загружены спутниковые карты их района. Ксавьер стоял рядом, прислонившись спиной к побелённой стене и лениво жуя мятную жвачку. Его кудрявые волосы слегка растрепались, а на губах блуждала полуулыбка, которая обычно раздражала всех учителей. - Знаешь, Сел, если ты будешь смотреть на эти чертежи с таким лицом, планшет просто расплавится, - протянул Ксавьер, скосив глаза на экран. - Я пытаюсь рассчитать радиус спавна фантомов в южном секторе, Ксавьер. Твои комментарии сбивают меня с мысли, - Селена даже не подняла головы, но уголок её губ едва заметно дёрнулся вверх. Ксавьер наклонился чуть ближе. Так близко, что Селена почувствовала тонкий запах перечной мяты и одеколона. - А мне кажется, тебе просто нравится, когда я стою рядом. Иначе ты бы давно ушла в пустой класс биологии, - тихо, почти интимно произнёс он. Селена наконец оторвала взгляд от экрана и посмотрела на него. Её взгляд был расчётливым и холодным, но Ксавьер, бывший прирождённым психологом, заметил, как быстро забилась жилка на её шее. Селена знала, что этот парень - относительный новичок в их проклятой компании - использует напускную весёлость как щит от паники. И эта общая уязвимость притягивала её к нему сильнее, чем она готова была признать даже самой себе. Солнце окончательно закатилось за крышу спортивного зала, оставив на небе длинный, похожий на кровавый порез след. До двенадцати часов оставалось совсем немного. Скоро начнётся их настоящая жизнь.