Слепые зоны

Он умер в собственной постели, и это было самое подозрительное во всей истории. Капитан полиции Андрей Ветров стоял посреди спальни, глядя на идеально ровное тело на идеально заправленной постели. Мужчина лет пятидесяти, дорогой костюм, галстук завязан с безупречной симметрией. Лицо спокойное, руки сложены на груди. Ветров знал, что патологоанатом скажет: остановка сердца, естественные причины, возраст, образ жизни. И всё это будет чистой правдой. Кроме одной детали. Рядом с кроватью на тумбочке стоял пустой стакан и лежала раскрытая книга. «Сто лет одиночества» Маркеса. Закладка на середине. Ветров медленно перевёл взгляд на книгу, потом на труп, потом снова на книгу. Глаза его сузились. — Кто нашёл тело? — спросил он, не оборачиваясь. — Горничная, — ответил лейтенант Семёнов, молодой парень с бледным лицом. — Пришла убирать, вызвала полицию. — Где она? — В гостиной. Плачет. — Это она его так уложила? Семёнов замялся. Потом подошёл ближе и тихо сказал: — Она говорит, что он уже лежал такой. То есть... она его не трогала. Вообще. Просто увидела и вызвала нас. Ветров кивнул, хотя кивок ничего не значил. Он подошёл к кровати, наклонился. Запах — ничем не примечательный, дорогой одеколон, чистые простыни. Он взял руку мертвеца — пальцы ещё не окоченели, но кожа была восковой. Часы на запястье — «Патек Филипп», настоящие. Стоят как квартира. — Имя? — Алексей Крылов. Бизнесмен. Совладелец сети клиник. Ветров отпустил руку и выпрямился. Он чувствовал себя неуютно в этой комнате, хотя не мог бы объяснить почему. Всё было слишком... правильно. Слишком чисто. Слишком неподвижно. Даже воздух здесь казался стерильным. — Вызовите экспертов, — сказал он. — И проверьте камеры. — Капитан, — Семёнов замялся, — здесь нет камер. Вообще. Во всём доме. Ветров медленно повернулся: — В доме человека, который владеет сетью клиник и явно не бедствует, нет камер видеонаблюдения? — Нет, сэр. Хозяин был... странным в этом смысле. Горничная говорит, он терпеть не мог любые гаджеты. Никаких «умных домов», никаких голосовых ассистентов. Говорил, что это... шпионит за ним. Ветров почувствовал, как холодок пробежал по спине. Он снова посмотрел на мертвеца. На его лицо, такое безмятежное. На руки, сложенные с почти религиозной аккуратностью. — И всё же он умер, — тихо сказал Ветров. — И это не кажется мне естественным.