Время собирать камни

Директор Морган смотрел на сидящих перед ним мальчишек и пытался найти правильные слова для обоих мальчиков сразу. Получалось плохо. Он хотел просто отвесить леща каждому от своего бессилия. Но это не педагогично. Поэтому он просто молчал и тяжело смотрел на учеников. Мистер Падалеки был как всегда взлохмачен, галстук его сверкал каким-то грязным пятном. Но он сжался на стуле, стиснул ладони своими острыми коленями, поджал длинные ноги, свесил голову, и в целом выглядел вполне осознающим свою вину. Мистер Эклз же сидел расслабленно, беззастенчиво медленно обводил взглядом кабинет, ни на чём не задерживаясь, время от времени устало вздыхал, показывая всем своим видом, что он знает, зачем он здесь, выслушает, но пропустит всё мимо ушей, как было сто раз до этого. - Господа, - наконец сказал мистер Морган, - я надеюсь, конфликт не получит продолжения, и вы найдёте в себе силы для того, чтобы если не наладить общение, то хотя бы обходить друг друга стороной. Это уже не первое замечание у каждого из вас на счету. Дальше пойдут занесения в характеристики, что плохо скажется на вашем среднем выпускном балле. Думаю, ваши родители будут этому совсем не рады. Джаред с тревогой глянул на директора. Дженсен же просто остановил свой взгляд где-то за спиной мистера Моргана. Ага, угроза родительского гнева ещё немного действует на этих подростков. Морган слегка выдохнул. - Мистер Эклз, будьте любезны, оставьте нас с мистером Падалеки наедине. Но не уходите, подождите, пожалуйста, в приёмной. После я хочу поговорить с вами тоже. Дженсен кивнул и молча вышел из директорского кабинета. Когда дверь за ним закрылась, Морган заметно расслабился и почти ласково спросил: - Джаред, мальчик мой, что происходит между вами? Джаред же наоборот подобрался, весь взвился и даже вскочил со стула: - Дядя Джефф! Он такой ублюдок! Морган примирительно поднял руки: - Тише, Джаред, успокойся, ради бога. - Да я не могу! - Джаред почти давился эмоциями. - Он без конца ко всем цепляется, а ко мне больше всех! Словно нарывается! Сегодня раздали результаты теста по физике, у меня, конечно, С. И этот козёл при всём классе начал орать "oh so pretty a vacant"! Это ясно же, что он имел ввиду именно мою C и совсем не vacant! Я должен был терпеть? Чаду он совсем житья не даёт! То уронит его тетради с парты, то в его еду прольёт молоко. Он склеил все страницы в учебниках Криса. Спрятал брюки Стивена. В самом деле, дядя Джефф! Это невозможно терпеть! - Я знаю, солнышко. Но вам остаётся меньше года до выпуска. Ты же прекрасно знаешь, что его родители перечисляют в фонд школы внушительные пожертвования. И именно этот фонд позволяет тебе здесь учиться. Ни я, ни твоя мама эту школу оплачивать не можем. - Да знаю я! - Джаред чуть не плакал и злился сильнее. - Но я не буду терпеть его скотское отношение! Лучше пойду в государственную школу, чем буду посмешищем, - добавил он уже тише. - Ты расстроишь свою маму, Джаред. Осталось совсем недолго. Пожалуйста, племяш, я тебя очень прошу. Ради мамы, ради меня, потерпи ещё несколько месяцев. Джаред сдулся. Упоминание мамы, которая растила его и его сестру одна, всегда работало. Дядя Джефф, старший брат мамы Джареда, сделал почти невозможное, чтобы его зачислили в частную Академию Ньюрелла, где он был директором много лет. И Джаред не мог подвести свою семью. - Ладно, - сдался он. - Я постараюсь. Но не обещаю, что смогу. Джефф обнял племянника, поцеловал в макушку: - Иди, позови ко мне Дженсена, пожалуйста. - Козззёл, - не сдержался Джаред. ***** О чём Джефф говорил с Дженсеном, Джаред так и не узнал, но понял, что беседа не принесла пользы. Мерзкий Эклз не угомонился, продолжал пакостить, словно ему было 10 лет и он был не в школе, а в летнем лагере или был вечный День Дурака. Заклеивал скотчем мышки, менял кнопки на клавиатурах, натирал зубные щётки солью, а куски мыла покрывал прозрачным лаком, подкладывал насекомых в одежду, крал шнурки, вешал стринги на ручки комнат. И не молчал. Громко начинал высмеивать кого-то в столовой или в классе. Он выматывал своих однокашников двусмысленными фразами, намёками, подтруниваниями над сочинениями или проектами. Проходился по внешнему виду или привычкам. Дженсена все ненавидели. Но молчали. Потому что все знали, что его родители имеют слишком большое влияние на решения школы. А класс был выпускной. Ссориться с Эклзом казалось чревато. Шёл зачёт по прыжкам в длинну. Джаред любил уроки физкультуры. Ему нравились его собственные сила и ловкость. Он умел управлять своим, казалось бы, нескладным телом. Легко бегал, отжимался, подтягивался. Физические нагрузки приносили ему радость. И он ожидаемо оказался первым в классе по результатам. Эклз не сдал, завалил все три попытки. Одноклассники тихо радовались этому. Украдкой давали друг другу пять, шушукались и еле заметно пританцовывали на месте, боясь, как бы не стать очередной мишенью яда Эклза. В раздевалке Дженсен остановился около Джареда: - Если бы у всех были такие бесконечные ноги, то и прыгать бы не понадобилось. Но к сожалению, не всех родил страус, да, Падалеки? Одноклассники перестали болтать, шум в раздевалке постепенно стихал, все начинали прислушиваться. Джаред вдохнул, выдохнул и спокойно посмотрел на Дженсена: - Иди в жопу, Эклз. Тот ухмыльнулся: - Да что ты? Приглашаешь? И тут же оказался прижатым поперёк груди к стене крепкой рукой Джареда. - Уймись, ублюдок, - прошептал Джаред, нависая над ним. - Или что? Снова промолчишь и позволишь отыметь тебя, как все? Это не новость. Джареда накрыло такой волной бешенства, что он ухватился за русые волосы Эклза, с силой приложил того затылком о стену, резко развернул, уперев его лицом в кафель, прижал его всем своим огромным телом и зашипел ему прямо в ухо: - Прекращай свой балаган, мудак. Я могу и разозлиться. Тогда выбью тебе все зубы ночью, урод. Дженсен стоял и не двигался, слушал. Джареда несло, он сильно прижимал его к стене, то и дело дёргая за волосы и впечатывая щекой в стену: - Ещё раз ты, сука, подойдёшь ко мне, я выгрызу тебе кадык, тварь. Отвали от меня, понял? Дженсен постарался кивнуть, несмотря на то, что его волосы удерживались крепким кулаком Джареда: - Я понял. И ещё я чувствую твой член у себя на заднице. Джаред отскочил от него, сильно ткнул между лопаток и, словно успокоившись, начал переодеваться, хотя его трясло от ярости. Дженсен постоял недолго у стены, потирая поцапарапанную о неё щёку, ухмыльнулся и сказал: - А мистеру Моргану будет интересно узнать, откуда у меня синяки. И вышел из раздевалки прямо в форме. Одноклассники загудели. Ничего хорошего точно не будет. - Он явно к Моргану побежал жаловаться. Ты же его почти избил, - Чад обеспокоенно смотрел на Джареда, - Может, тебе его остановить? Джаред нахмурился ещё больше: - Не буду я за ним бегать. Пусть лучше исключают. Осточертело всё! И с силой ударил кулаком в шкафчик. Джаред ждал, что его вызовут к Моргану в тот же день, но этого не произошло. Эклз остался таким же заносчивым придурком, если не больше. Он улыбался Джареду, шутливо отдавал честь. И Джаред едва сдерживвлся, чтобы не съездить кулаком по симпатичному личику, когда Эклз посылал ему воздушные поцелуи. В конце концов Джаред не выдержал и сам записался на приём к директору. - Дядя Джефф, приходил к тебе Эклз после случая в раздевалке? Морган мягко посмотрел на племянника: - Садись, Джаред. Да, приходил. Сказал, что поскользнулся на слишком чистом полу. Джаред поднял брови: - Так вот откуда взялись резиновые коврики... Больше ничего не сказал? - Нет. Но я догадываюсь, что произошло. Но пока Дженсен молчит, ты молчи тоже. - Он не очень-то и молчит, дядя. Выводит меня нарочно. Морган потёр лицо ладонями и тяжело вздохул: - Джаред, солнышко, возможно, я сейчас потребую от тебя слишком многого, но постарайся понять. Дженсен глубоко несчастный ребёнок. Джаред мгновенно вспылил: - Что?! Ты издеваешься? Он богатый, эгоистичный, избалованный хрен! Морган снова вздохнул: - Выбирай слова, Джаред. Мы всё-таки не дома. За дверью сидит миссис Лоренс. Ей необязательно нас слышать. И дослушай меня, пожалуйста. Джаред надулся и буркнул: - Извини. Морган продолжил тихо: - Я понимаю, что ты чувствуешь, правда. Это несправедливо, что ты вынужден терпеть выходки Дженсена. Но, пожалуйста, послушай меня. Ты умный и очень добрый молодой человек. Я очень люблю тебя. Твоя мама очень любит тебя. И ты знаешь это. Меган тебя обожает, хотя вы и ссоритесь, - Морган улыбнулся, видя как посветлело лицо Джареда при упоминании о его семье. - Дженсена не любит никто, откровенно говоря. - И кто в этом виноват? - опять не выдержал Джаред. - Он же делает всё, чтобы его ненавидели. - Он не умеет иначе. Его никто не любил по-настоящему, никто не научил проявлять привязанность и доброту. Он делает всё, чтобы добиться внимания теми способами, какими умеет. - Слушай, он же не маленький! Ему не пять лет! Можно уже понять, что такое хорошо и что такое плохо! Можно посмотреть на других и сделать выводы! Он просто сукин сын. - Следи за языком, Джаред! - Извини. - Наши слова - проявление нашего отношения. Если ты найдёшь другие слова про Дженсена, твоё восприятие его тоже со временем изменится. - Не хочу я менять к нему отношение. Он невыносимый. - Я понимаю. И всё-таки я договорю. Да, вам по 17 лет, вы почти взрослые. И вы можете уже решать, что для вас лучше. Но ты рос в семье. А он - с бесконечной чередой нянь и только скандалами мог привлечь внимание родителей к себе. Постарайся понять, всё, что делает Дженсен - это попытка обратить на себя хоть какое-то внимание. - Глупость какая, - проворчал Джаред. - Согласен, это глупо. Но он пока умеет только так. Мне кажется, я нашёл к нему подход. Надеюсь, смогу достучаться до него. Подумай, пожалуйста, над моими словами. Постарайся посмотреть на Дженсена как взрослый. Знаю, это трудно, и я не вправе требовать от тебя быть взрослым по отношению к твоему однокласснику. Но реальность такова, что ты правда намного взрослее его. - Ладно, я подумаю, - нехотя произнёс Джаред. Ему очень польстило, что дядя Джефф признал, что он взрослее ублюдочного Эклза. "Так.., - мысленно одёрнул сам себя Джаред, - не ублюдочного Эклза, пусть будет несносным Дженсеном... Надо постараться ради мамы". ***** Джаред сам не понял как это произошло, но его отношение к Эклзу действительно изменилось. Выходки Дженсена вдруг перестали его раздражать. Он внезапно увидел, что Дженсен правда очень одинок: у него не было друзей, ученики сторонились его. В столовой и на уроках он всегда сидел один. После занятий запирался у себя в комнате или шёл доводить всех, кого встречал, придирками и насмешками. Время от времени его приглашал к себе Морган, они сидели в кабинете. Один раз после такой встречи Джаред заметил покрасневшие глаза Дженсена, словно тот плакал. Это было уже совсем странно. - Ты так смотришь на Эклза, словно охотишься на него, - сказал как-то Чад, сидя рядом в столовой. - Хочешь прибить? - Не, - мотнул головой Джаред, - мне просто стало интересно, что ещё он придумает, чтобы вывести всех вокруг. Это ж какую фантазию надо иметь! Ты бы смог столько лет вытворять фокусы и не повториться? Чад хмыкнул: - Может, у него под кроватью лежит "Справочник Мудака". Или он просто мудак от природы. Пойдёшь в библиотеку вечером? - Да, мне надо снова исправлять оценку по физике, чтоб её. Ты со мной? - Ещё чего! - засмеялся Чад. - Делать мне больше нечего. Развлекайся с физикой сам, друг, уж извини. Джаред сидел в библиотеке, ненавидел физику, библиотеку и весь мир. Он пытался собрать доклад на тему "Исследование превращения потенциальной энергии в кинетическую и расчет минимальной высоты для безопасного прохождения петель на русских горках", ни черта не понимал и злился. Ещё больше разозлился, когда увидел Дженсена напротив. Тот развязно жевал жвачку и с кривой улыбочкой смотрел на книги, разбросанные по столу. - Уйди, - коротко бросил Джаред. Дженсен вынул жвачку, прилепил её на одну из книг и продолжил молча смотреть на Джареда. Джаред уставился на скользкий розовый комок, размазанный по книге. Он не мог в это поверить. И вдруг ему стало смешно. Ну, в самом-то деле! Джаред подпёр щёку ладонью и, улыбаясь во весь рот, спросил: - Серьёзно, Дженсен? Дженсен так очевидно растерялся, что Джаред уже рассмеялся в голос. - Ты как ребёнок, честное слово, - смеялся он, - что за глупости ты творишь? - Прекрати ржать! - рявкнул Дженсен и попытался ударить через стол. Джаред легко отклонился, схватил Дженсена за шею и прижал к столу, не переставая смеяться. Дженсен попытался вывернуться, но не получилось. Джаред был слишком сильный. И он затих. - Слушай, Эклз, я не хочу делать тебе больно или издеваться над тобой. Я сейчас тебя отпущу, только, пожалуйста, уйди. И никому ничего не рассказывай, хорошо? - Да, хорошо, - сдавленно сказал Дженсен. Джаред расцепил пальцы и откинулся на спинку стула. Дженсен выпрямился, поправил галстук и рубашку, стоял, не спеша уходить, и хмуро смотрел на Джареда. Тот веселился от души, но смеяться перестал. Лишь улыбка от уха до уха светилась. - Уйди, Дженсен, - наконец сказал Джаред. Дженсен помялся немного и, смотря мимо Джареда, предложил: - Я могу помочь тебе с докладом. Джаред очень удивился: - Правда? Я ни хрена не понимаю. И от помощи не откажусь. - Вообще-то я не дурак, - сказал Дженсен, пододвигая ещё один стул. - Да, ты отличник, это всем известно, только изрядный засранец, - хохотнул Джаред. Дженсен глянул искоса, но промолчал. ***** Джаред учился в Академии Ньюрелла уже три года и два месяца. И каждую субботу, за исключением каникул, Джефф Морган возил его обедать в ресторанчик в соседнем городке. Джаред обожал эти поездки. Иногда к ним присоединялись его мама и сестрёнка. Они болтали и смеялись, потом гуляли. Эти субботы давали Джареду силы и веру в себя. И он очень расстроился, когда Джефф сказал, что теперь они смогут так обедать только каждую вторую субботу. - Меня приняли в совет директоров одного фонда, ведующего грантами на обучение. Работы много, - объяснял Джефф. - Мне трудно сочетать это с должностью школьного директора, но отказываться я не хочу: Меган подрастает, ей тоже надо учиться. Да и тебе нужна помощь с Чикаго. Работа в фонде поможет мне наладить полезные связи. Джаред кивал и грустил. Он смотрел на своего дядю и думал, откуда в нём столько доброты и самоотверженности. Он так и не женился, работал сутками, всё свободное время проводил в одиночестве или с семьёй Джареда. И всё время старался им помочь. - Как твои дела с Дженсеном? - сменил тему Джефф. - Вы подружились? - Не, до дружбы мы вряд ли дойдём, конечно. Скорее он подружится со Стивеном Карлсоном. Но между нами всё вполне неплохо. Я даже удивлён. Он перестал быть последней сволочью... Прости, прости! Но это правда. Он словно успокоился. От меня отцепился, мы даже болтаем иногда. Да и других почти не задирает. Скорее по привычке огрызается. Помогает мне с физикой. Зачем она мне? Джефф довольно хмыкнул: - Что ж, я рад. - По школе ходят слухи, что на рождественскую вечеринку приглашены девочки из Женской Академии. Это правда? Джефф легко рассмеялся: - Ничего не скрыть от вас, проныр! И откуда только вы всё узнаёте? Да, на школьном совете решили, что без девочек вы совсем распояшетесь. - Чад будет очень рад, - ответил Джаред. - Он давно мечтает о подружке. - А ты разве не мечтаешь? Джаред замялся: - Кажется, сейчас совсем не время. Я хочу подтянуть несколько предметов. - Это похвально, Джаред. Но всё же не уходи с головой в учёбу, не повторяй мой путь. Одиночество хорошо изредка, но не всегда. Это тяжело. Джаред удивлённо посмотрел на Джеффа: - Ты одинок? - он никогда по-настоящему не задумывался о дяде, как о взрослом человеке, который тоже хотел бы кого-то рядом с собой. Конечно, они с Чадом иногда бросали друг другу фразы типа "когда я женюсь" или "мой ребёнок такого точно не сделает", но это было совсем не серьёзно, скорее прикол. Дальше, чем подрочить в одиночестве на фотки из взрослого журнала, их мечты редко заходили. Хотя Чад и фантазировал о постоянной подружке. Но сейчас Джаред увидел перед собой Джеффри Моргана, которому было уже под сорок, в бороде искрилась седина, и который всю жизнь прожил один. Один ли? Этого Джаред точно не знал. Был ли он когда-то влюблён? Помолвлен? Сильно уставший, печальный человек. В груди Джареда защемило. Но Джефф улыбнулся мягко и потрепал Джареда по голове: - Нет, малыш, я не одинок. Я почти счастлив. И желаю тебе того же. ***** Снова разговор с Морганом что-то перевернул в душе Джареда. Он понял, что не хочет прожить всю жизнь один, закопавшись в научных трудах, исследованиях или проводя ночи напролёт в офисе. Но понял также, что ему будет совсем непросто. Он смотрел на Чада, который, задрав ноги на стену, рассуждал, какая фраза идеальна для подката к девчонкам, или перебирал свой гардероб, выбирая лучшую одежду на вечеринку, не замолкая ни на минуту, фантазируя, как он будет лапать в танце девчонку, которая растает от его идеальной фразы и его идеальной одежды. Джаред вполне отдавал себе отчёт, что хочет выглядеть хорошо не для девчонок, а просто для того, чтобы не быть хуже других. Он год назад честно признался себе, что парни ему нравятся больше. И если другие старшеклассники сходили с ума без девчонок в школе для мальчиков, то он сходил с ума как раз от того, что мальчиков и их раздетых тел было слишком много. Когда Эклз брякнул, что чувствует его член на своей заднице, это была правда. Именно поэтому Джаред его отпустил тогда, а не расквасил его красивое личико о кафель. Член Джареда тогда жёстко встал. И вставал каждый раз, когда Эклз слал ему воздушные поцелуи, вытягивая к нему свои невозможные, почти нарисованные губы. Хотелось съездить ему кулаком по роже и впиться глубоким поцелуем. Но нет, только не Эклз! Или Эклз, но только не в школе, не под боком у дяди Джеффа! А тот будто специально нарывался. Джаред самозабвенно дрочил несколько раз, вспоминая, как он прижимал засранца к стене, представляя, что он не ограничился рукой в его волосах, а сдёрнул с них обоих шорты и отымел Эклза прямо в раздевалке. Новую влажную фантазию подкинул случай в библиотеке. Джаред вспоминал свою хватку на шее Дженсена, нагнув его над столом. Вспоминал, как тот выдохнул "да, хорошо". И эти слова в мечтах означали гораздо большее. Член вставал, рука неистово проходилась по нему, и оргазмы были бурными. Но после библиотеки Дженсен действительно успокоился, перестал провоцировать ссоры, наверное, понял, что с Джаредом не надо ссориться по-настоящему. Помогал в учёбе, иногда они перекидывались парой фраз перед уроками, но никакого "особого" интереса Джаред не заметил, немного погрустил, но не сильно расстроился. В конце концов, это школа и это несносный Эклз. У него впереди университет, вот там он своего не упустит. ***** К рождественской вечеринке все готовились заранее. Академия гудела в предвкушении. Все ждали девчонок. Нервозность передалась и Джареду. Он то и дело без записи заскакивал на минуточку в кабинет Моргана, что-то спрашивал для Чада, и убегал. Джефф улыбался ему в след. Он любил свою работу и всех своих учеников. Девочки оказались просто потрясающими красотками. Даже Джаред оценил. Они все выглядели очаровательно. И те, кто смущался, и те, кто сразу начал болтать, и тоненькие, и не очень, и высокие, и миниатюрные. Они буквально вдохнули жизнь в мальчишек. Все перемешались, концерт слушали вполуха, смеялись и шептались. На ужине Джаред сидел рядом с кукольного размера Женевьев. Она была весёлой, говорливой, охотно смеялась над его шутками и была настолько милой, что Джаред пригласил её на танец. В конце концов, это рождественская вечеринка, он не хотел оставаться без танца! Пока они с Женевьев танцевали, Джаред увидел у стены Дженсена, рядом стоял Джефф и что-то говорил ему, улыбаясь. Дженсен пристально посмотрел на Джареда, уловил его взгляд. Джаред смутился от этих зелёных глаз, которые, казалось, светились в полутьме танцпола, и крепче обнял Женевьев. Та отзывчиво прижалась теснее. Дженсен отвёл взгляд, кивнул Джеффу. Тот хлопнул его по плечу и отошёл. Джаред снова прочитал десятое за день сообщение от Женевьев и разозлился. Да сколько можно писать? Что ей ответить на очередное "чем занимаешься? я пытаюсь запомнить особенности рококко". Да ещё и с ошибкой! Он написал "а я пытаюсь изучать гражданское право". И с завистью посмотрел на Чада, который забыв обо всём, переписывался с Софией сутками. Подумал немного и следом отправил смайлик. - О чём ты треплешься с Софией столько времени? - не выдержал Джаред. Чад едва взглянул на него и ответил с задержкой, сначала отстучав очередное сообщение: - Она охрененно весёлая. Не даёт мне скучать. Джаред же подумал, что с Женевьев ему безумно скучно. Одни и те же вопросы, одни и те же ответы. Он дал свой номер телефона после того медленного танца, когда обнял её чуть крепче, и она точно среагировала на его стояк. Потому что подняла голову, раскрыла губы, теснее обхватила его. И Джаред почувствовал вину перед этой крохотной девушкой. Ведь его член встал не на её гибкое и красивое тело, а на зелёные глаза Экзла. Когда Женевьев спросила, получит ли она его номер, он просто не смог отказать. И теперь умирал от скуки, вины и долга отвечать на её однообразные сообщения. Что за дрянь?! Хотя мама и Джефф обрадовались, узнав о Женевьев. И даже захотели с ней познакомиться. Нет уж! Но и мама, и Джефф так оживились, когда Джаред рассказал им про девушку, что он почти соглсился на их просьбу познакомить с ней, чтобы не расстраивать. Рассказывать правду он всё равно не собирался, это убьёт их. Женевьев удачно подвернулась. Что ж, надо только подождать немного, помутить с ней, а потом расстаться, когда начнётся учёба в университете. Так проще.