Последствия затяжных миссий

***

      Теплые струи воды нежно смывают грязь, песок и пыль с уставшего тела. Блондин буквально пару часов назад вернулся в штаб-квартиру Акацуки и решил хоть немного расслабиться, пока есть такая возможность. Сзади ожидаемо послышался щелчок входной двери. Да уж... Кого он пытался обмануть?       Походка лёгкая, почти бесшумная. Он узнает ее сразу, даже не оборачиваясь, и заметно расслабляется. Шорох скинутого с плеч плаща на полу. Нежные пальцы убирают длинную светлую прядь с лица. — Только с миссии? — глубокий гипнотический голос парализует. — Ой, только не надо делать вид, что тебе не все равно. — Огрызается, но только больше напоминает испуганного и загнанного в угол щенка. — Делай то, за чем пришел. Быстрее начнем — быстрее закончим. — Глупышка... Ты дрожишь. — Одними пальцами проводит по слегка шершавой от шрамов коже спины, надавливая и ощупывая напряжённые после долгой дороги мышцы. — Или это не от страха, а от предвкушения?       Смешок запускает по загривку стаю мурашек. Голова самопроизвольно опускается ниже, а рот приоткрывается в немом пока стоне. Внизу начинает твердеть.       Чёртово тело! Уже привыкло, что Учиху можно не бояться. Несмотря на весь свой суровый и холодный вид, он всегда расчётливо нежный и неторопливый. Это он, тот, кто развяжет веревки Какудзу и поможет кончить после нескольких десятков прерванных оргазмов. Он тот, кто взовет к совести Сасори, чтобы он залечил жуткие шрамы от зубов Кисамэ и особенно глубокие порезы и разрывы, оставленные Хиданом, потому что "он вообще-то твой напарник, это в твоих же интересах". Он тот, кто после оргии поможет смыть все следы и привести мозг в порядок (Дейдара предполагал, что не без помощи своих мозговыносящих техник, но подтверждений не находил). В конце концов, он тот, кто стал его первым партнёром, когда Пейн открыто объявил перед всеми его "роль". Возможно, Дейдара глубоко внутри даже испытывает смутную благодарность к Итачи, и именно поэтому тело подсознательно раскрывается и расслабляется рядом с ним?       Брюнет тем временем подкрутил воду на более комфортную температуру и стал осторожно помогать блондину с омовением. В этом не было любви или хотя бы явного желания. Нет. Только внимание к телу человека, которое он в ближайшее время планирует использовать для своих потребностей. Человека... Возможно, он единственный все ещё считает его человеком?.. От этой мысли сделалось тошно, голова пошла кругом.       Учиха будто почувствовал перемены в любовнике и бережно прижал его спиной к своей груди. Блондин кожей ощутил неумолимо намокающую ткань чужой одежды и инстинктивно дернулся, но на грудь, в районе зашитого рта, легла болезненно худая, но тяжёлая и теплая рука. — Вдох... — приказ, не просьба. Дей не знал, какого эффекта ожидал брюнет. Он напрягся только сильнее, не желая возвращаться в реальность, но тело и тут предало, послушное голосу, ворвавшемуся сразу в мозг, минуя уши. — Выдох.       Вторая рука Итачи все ещё держала душевую лейку, неторопливо направляя воду на грудь, живот, пах... Там снова зародилось извращенное, только начавшее спадать возбуждение. Блядство! — Что с тобой сегодня такое? — задумчивый голос не требовал ответа, скорее звучал риторически. — Устал... — сам не осознавая, откуда такая откровенность, шепчет Тсукири и вдруг, от осознания, снова напрягается всем телом.       Что он творит?! Неужели он настолько привык быть послушной шлюхой, что даже в такой ситуации, когда буквально через пару минут его нагнут или прислонят к стене и трахнут как последнюю шваль — до проститутки он не дотягивает, тем хотя бы платят, — он решил пожаловаться и пооткровенничать.       Итачи смотрит задумчиво, долго. Дейдара не видит этого, но чувствует кожей. Сердце бьётся заполошно, не зная, чего ожидать. С ним и правда сегодня что-то не так. Но брюнет ещё нежнее прижимает тело к своей груди. Душевая лейка уже висит, направленная на парней. Регулирует напор. Горячая, почти обжигает. Свободная рука оглаживает нервно втянувшийся живот. — Сегодня придется ещё потерпеть. — Кончики пальцев оголяют и оглаживают головку каким-то раздражающе привычным движением. — Тебя давно не было, парни на взводе... — Нежно пробегают по бедру, цепляя мимоходом тазовую косточку, и ныряют в ложбинку между ягодиц. — Хидан тебя уже вовсю ищет.       Разум, только что почти уплывший в приятную негу, вдруг трезвеет, а колечко мышцы, в которое уже почти удалось проникнуть умелым пальцем, судорожно сжимается. Блять-блять-блять! Самая настоящая блядь... Дейдара не озвучивает вслух, но все вдруг становится предельно ясно. Вот почему Итачи, который обычно максимально терпелив и сдержан, поймал его первым ещё в душе. Это не желание поскорее увидеться, это своеобразная забота. Как только блондин выйдет отсюда, до встречи с Хиданом останутся считанные минуты, если не секунды. А тот уж точно не будет церемониться и думать о том, что после длительного перерыва неплохо бы подготовить дырку, в которую планируешь пихать свой член.       Дейдара смеётся тихо, но звонко... надломлено. Наклоняется вперёд, щекой к стене, соски касаются прохладного от конденсата душевого кафеля, руки разводят ягодицы до предела, почти разрывая нежную кожицу между. Картина соблазнительная, но Итачи совсем не нравится. — Уже мылся внутри? — сдержанно и безэмоционально звучит за спиной. Краем глаза получается разглядеть, как брюнет отходит в сторону, неторопливо стягивая с себя одежду, и берет что-то из шкафчика. — Да... — отворачивается, больше не пытаясь подглядеть дальнейшие действия — слишком стыдно. Сколько раз уже делал это, и даже несколько раз при прямом участии Итачи, а все так же неловко. — Ты молодец. — Опять начинает гипнотизировать голосом и отводит поток воды в сторону, чтобы не мешал. — Я договорюсь с Пейном, чтобы тебя после сегодняшнего не трогали в ближайшее время.       Дейдара чувствует, как брюнет медленно опускается на колени перед его открытой на обозрение дырочкой. Большой палец неторопливо проводит по расщелине сверху вниз. Надавливает слабо, но ощутимо.       Блядство... Реакция спереди уже слишком красноречива. И вдруг происходит что-то непостижимое: что-то влажное и упругое сперва проходится, в противовес пальцу, снизу вверх и с лёгким давлением проникает внутрь. — Блять! — стон слишком громкий, слишком блаженный. Дейдара чувствует себя невероятно странно, и вдруг насквозь пронзает мысль: "Это язык". Осознание настолько пьянит, что член, так и не получивший ничего, кроме невесомых касаний, пару минут назад выстреливает тугой струей на светлую плитку.       Учиха делает ещё пару скованных движений в тугой глубине и встаёт, поддерживая вмиг ослабевшие бедра блондина в вертикальном состоянии. — Быстро. Настолько понравилось? — слышится усмешка, но руки нежно оглаживают податливое тело. Одна покручивает в пальцах бусинку соска, другая проникает внутрь, пока только одним, предварительно смазанным чем-то скользким, пальцем. — Вдох... — снова командует, понимая, что после столь внезапного анального оргазма любовник дышит слишком тихо и поверхностно. И тело вновь повинуется командам чужого голоса гораздо охотнее, чем собственному мозгу. — Выдох. Дыши, Дей.       И Дейдара дышит. Хрипло, сбито, но дышит. Внутрь тем временем проникает ещё один палец, спокойно растягивая и надавливая на гладкие стеночки. Теперь уже два пальца толкаются глубже и находят слегка набухшую от возбуждения простату. Первое ощущение — боль, но тут же расходится приятная дрожь. Член снова болезненно набухает — слишком чувствительный от недавнего оргазма. — Итачи... — сам не понимает, зачем зовёт блондин.       Учиха медленно изучает изогнутое перед ним тело. Волосы неприятно прилипли к потным вискам, поясница начинает болеть от неудобной позы, член настолько чувствительный, что страшно прикоснуться, пальцы, сжимающие собственные ягодицы, начинают соскальзывать, ноги дрожат от усталости, шея болит от неестественного поворота головы, во рту сухо, в растянутой заднице начинает зудеть и тянуть. Сасори бы оценил подобное произведение искусства.       Итачи же, ещё немного поигравшись с медленно, но верно раскрывающейся дырочкой, вытащил пальцы и небрежно вытер их о любезно предоставленное бедро. — Сука, просил же так не делать. — Сознание, а значит, и дерзость явно постепенно возвращались владельцу.       Учиха, ничего не сказав, тихо хмыкнул, взял душевую лейку и вальяжно окатил из нее тело перед собой, а после принялся смывать остатки смазки с чужого бедра. — Да чего ты нежничаешь и тянешь?! — взвился, не выдержав, блондин.       Но брюнет не изменился в лице, только убавил напор до минимума, ловко открутил от шланга лейку, отложив ее на пол, и вновь добавил напор. Все случилось так плавно и незаметно, что Дейдара даже не смог проанализировать происходящее, пока в него вдруг не ввели шланг с достаточно сильным напором воды. — Блять! Ты что творишь, ублюдок?! — тело притиснули к стене, лишая возможности побега. — Итачи, тварь!       Блондин тихо хныкал, ощущения были не из приятных. Шланг вошёл неглубоко, только преодолев колечко сфинктера, а вода, попадающая внутрь, почти сразу вытекала из-за пальцев, растягивающих вход в тело вкупе со шлангом до предела. — Успокойся и прекрати меня торопить, если сам этого не хочешь. — Мужчине, кажется, не стоило никаких усилий сдерживать сопротивление блондина.       Он аккуратно вытащил шланг, добавил палец и ещё раз раскрыл дырочку, позволяя вытечь остаткам воды. После рывком дёрнул за бедра на себя. Дейдара от таких действий чуть не рухнул, но заботливо подставленная под грудь рука помогла не потерять, хоть и скользкую, но опору в виде стены. Немного потеревшись членом о раскрытое отверстие, Итачи рыкнул и опустился на колени. Ну что за прекрасный вид?       Большие пальцы развели ягодицы в стороны для лучшего обзора. Внутрь без сопротивления нырнул сперва один, а следом второй, легко раскрывая уже полностью податливый вход. В голове Учихи мелькнуло: "Надо бы добавить смазки", — но руки были заняты, и он, обильно сплюнув прямо внутрь, неторопливо распределил собственную слюну, вновь приникая губами и просовывая язык. Душевую вновь наполнил стон удовольствия. Кажется, Дейдара возбуждался не столько от подобного физического воздействия, сколько от психологического осознания происходящего. Что ж, Итачи хорошо запомнил, как быстро заставить его молчать и не дерзить.       Вдоволь насладившись зрелищем и пару раз пережав у основания уже готовый вновь эякулировать член любовника, брюнет помог ему опуститься на пол и пристроил в коленно-локтевой позе. — Дыши глубоко. — очередной сухой приказ.       Дей, уже полностью послушный, задышал как было велено. Сперва он ожидал, что в него войдут на первом же вдохе, потом ждал на выдохе, но этого всё не случалось. И когда уже голова начала немного кружиться от избытка кислорода, почувствовал плавный глубокий толчок на выдохе. Член не попал сразу по простате, но отчего же он тогда опять кончил? Точно та ещё блядь...       Итачи слегка покачивался, позволяя чужим мышцам рефлекторно сжиматься вокруг своей плоти. Сейчас блондину будет не очень приятно. Возбуждение спадает, мозг проясняется, член наверняка побаливает, но отпустить парня было выше его сил.       Дождавшись, когда Дейдара начнет потихоньку пытаться соскользнуть с члена, брюнет легко дёрнул его назад и усадил на себя сверху, широко разводя в стороны чужие ноги своими, чтобы следить за реакцией. За неимением опоры парень откинулся на заботливо подставленное плечо. — Мне очень хорошо, — шепчет одними губами, и Итачи понимает — сознание опять уплыло.       Делает короткий, но глубокий толчок на пробу и по чужому лицу понимает, что очень удачно в этом положении давит на простату. Прижимает руки любовника к полу своим и наконец двигается рвано и сбивчиво. Спустя некоторое время успевает "спасти" любовника от очередного оргазма, сдавив член, сам при этом кончая внутрь. Но, придя в себя через пару секунд, осознает, что Тсукири ловит сухой анальный оргазм. Вышка. Они и правда всей группировкой сделали из этого мальчика шлюху.       Аккуратно снимает его с себя и подпирает сидящего на полу к стене. Возвращает на законное место душевую лейку и аккуратно смывает с дрожащего тела сперму и пот. Дейдара ещё не пришел в себя, надо посидеть с ним немного. Сегодня ему наверняка предстоит ещё несколько раундов, а после Итачи поможет ему добраться до постели и привести мозги в порядок.