Если не всегда?

В гостиной Слизерина было, как всегда затемнено, свет от панорамных окон окрашивал стены в зеленоватый оттенок. Было немного прохладно, но огонь камина приятно согревал сидящую на диване девушку. Она держала в руках флакон с настойкой бадьяна и нитки. Сесилия не знала придет ли Снейп, но очень на это надеялась. Время шло, прошло около часа, девушка уже решила, что гордость юноши взяла верх, но дверь гостиной открылась. Северус старался двигаться бесшумно, его волосы были сырые, и одежда стала немного чище. Видимо он ходил умываться. Но рана на плече и разорванная мантия так и остались. - Я пришла, как и обещала. Садись – девушка указала на место рядом с собой. Северус сел на дальний край дивана, забота такой идеальной девушки заставляла его чувствовать себя более ничтожным и ожидать скрытого подвоха. Когда девушка потянула к нему руку, чтоб обработать рану, он отдернулся от нее. - Я сам, Малфой. - Если бы ты мог сделать это сам, то не пришел бы. Это Сириус Блэк пустил в тебя режущее заклинание? Юноша лишь слегка кивнул и позволил девушке обработать рану на своем плече. Она отодвинула ткань и смочила рану тампоном, от хорошего заживляющего бальзама кожа начала быстро затягиваться. Снейп сжал ткань штанов, чтоб не проронить не звука. - Почти все – тихо прошептала девушка и закрыла флакон. Достав палочку, она начала зашивать ткань – Ты очень терпеливый, Северус. Большинство слизеринцев уже выли бы на весь замок. - Большинство слизеринцев не привыкли к тому, что магия может причинить боль. – Северус почувствовал как его плечи расслабляются и желание язвить исчезает. – Спасибо тебе. За озеро. И за помощь. - Можешь не благодарить. Сказала же не терплю, когда стадо дураков издеваются над гением из зависти. Закончив зашивать мантию, она подвинула на столе ближе учебник Снейпа, который тот вначале крепко прижимал к груди, чтоб начать разбирать зелья. Но стоило ей только открыть его, как она увидела что все страницы исписаны мелкими пометками. - Это гениально – произнесла девушка, проводя пальцем по зачёркнутой и переписанной фразе – «Безоар эффективнее, если предварительно замочить его в соке перечной мяты». И ты сам до этого додумался? Это гениально. Сок мяты ускоряет попадание безоара внутрь. И почему авторы учебника до этого не додумались? — Потому что Либациус Борадж — напыщенный идиот, который переписывает рецепты столетней давности, не задумываясь о химических свойствах ингредиентов. Снейп ожидал, что после этого она назовет его сумасшедшим или обвинит в том, что он оскорбляет великого зелевара. Но в глазах девушки он увидел лишь чистый восторг. Тогда он перелистнул страницу и показал ей следующий рецепт — Смотри сюда. Настойка полыни. В каноничном рецепте сказано варить её сорок минут. Но если добавить туда истолченный рог двухрога на тридцать второй минуте, фаза брожения сокращается вдвое! А эффект усиливается. — Потрясающе... — Сесилия слушала его и глазами следила за движениями его тонких пальцев, по написаному тексту. Снейп говорил все увереннее. Его голос, обычно тихий и шипящий, приобрел бархатную, завораживающую глубину. Сесилия была зачарована им. Он больше не был затравленным мальчишкой, над которым издевались у озера. Сейчас, рассказывая о свойствах лунного камня и златоглазок, он выглядел как истинный хозяин положения. Он жестикулировал длинными пальцами, его бледные щеки слегка порозовели от волнения, а на губах появилась редкая, едва заметная, но совершенно искренняя улыбка. Сесилия смотрела на него и понимала, что простой интерес к его таланту перерастает в нечто большее. А Снейп видя искреннее восхищение его талантами, продолжал рассказывать все больше. В этой его мрачной, фанатичной преданности своему делу была особая, дикая романтика, которая манила девушку. За увлеченным разговором они не заметили, как пришло время отбоя. Мимо них ходили сокурсники и оглядывались на них, а они спорили о свойствах аконита, смеялись над недальновидностью Слизнорта и вместе выводили новые формулы на чистом пергаменте. Северус впервые в жизни чувствовал, что его не просто слушают — его понимают. В отличии от Лили, которая была бы в шоке от того, что Северус придумывает новые темные заклинания и зелья и сразу же начала читать нотации. Сесилия оказалась человеком, с которым Северусу есть что обсудить. И ему, явно обделенному славой и известностью, очень льстило внимание такой идеальной девушки как Сесилия Малфой. Увлеченные очередным усовершенствованием противоядия, они не услышали как дверь гостиной открылась. Внутрь вошел Люциус Малфой. Он выглядел как всегда безупречно: идеальная серебряная мантия, трость с набалдашником в виде головы змеи, гладкие платиновые волосы. Люциус остановился у входа, его холодный, проницательный взгляд мгновенно оценил картину: его младшая сестра сидит на диване непозволительно близко к нищему полукровке Снейпу, их головы практически соприкасаются над какой-то грязной книгой, а на лице Северуса — выражение, которое Люциус никогда раньше у него не видел. Живое. Теплое. Обычно Малфой-старший жестко пресекал любые неподобающие контакты сестры. Но сейчас он не спешил делать замечания. Люциус был слишком умен. Он уже давно присматривался к Снейпу, зная о его невероятном таланте к темным искусствам и зельеварению. Таких людей было выгодно иметь на своей стороне. А если Сесилия сможет переманить этого угрюмого гения и сделать его лояльным семье Малфой. Это могло принести неплохой доход.К тому же он был уверен в воспитании своей сестры и в воспитанности Снепа. Люциус едва заметно ухмыльнулся, перехватил трость и, не издав ни звука, прошел мимо них в сторону спален старост, сделав вид, что ничего не заметил. Северус, увлеченный объяснением сложного процесса дистилляции, даже не поднял головы. Он перевернул страницу и тихо сказал: — А вот здесь, Сесилия, я пробовал изменить состав усыпляющего зелья. Хочешь посмотреть? — Очень хочу, Северус, — ответила она, мягко улыбаясь и придвигаясь еще ближе. Она знала, что брат видел их, и то, что он промолчал, было его молчаливым благословением. Теперь у нее развязаны руки.