Если не всегда?

После посиделок у камина, Сесилия периодически уговаривала Северуса поработать вместе конспекты. И даже на уроках зелеварения, когда разрешается выбирать пару, Снейп начал чаще вставать в пару к девушке, а не к Лили. Ведь варить зелья приятнее таким же гением как и ты, а не с читательницей нотаций. Хотя он и желел, что Эванс не смогла так же оценить его талант. Профессор Слизнорт, обожавший талантливых учеников, быстро заметил этот тандем. Теперь он целенаправленно ставил Сесилию и Северуса в пару, благодушно потирая руки. — Посмотрите, какая точность! Какой баланс! — громогласно восхищался декан Слизерина на одном из уроков, демонстрируя классу их абсолютно прозрачное, переливающееся перламутром Амортенцию. — Мисс Малфой, ваша аккуратность в сочетании с нестандартным видением Северуса — это просто триумф! Высший балл обоим! Снейп лишь слегка растягивал губы в едва заметной ухмылке, но Сесилия видела, как в его глазах вспыхивает гордость. Однако её беспокоило то, что Северус продолжал ютиться со своими гениальными формулами на полях старого, разваливающегося учебника. Ему отчаянно не хватало места, и некоторые бесценные мысли он записывал на клочках пергамента, которые рисковали потеряться. В один из вечеров в гостиной, когда они снова сидели у камина, Сесилия вытащила из сумки массивный, обтянутый дорогой темно-зеленой кожей блокнот с серебряным тиснением. Его страницы были сделаны из плотного пергамента высшего качества, а на абзаце тускло мерцали защитные руны. — Это тебе, — Сесилия мягко подтолкнула блокнот к нему. — Он зачарован. Чернила на этих страницах никогда не выцветут, они защищены от случайного попадания воды или зелий, а открыть его сможешь только ты своим прикосновением. Твои идеи заслуживают лучшего, чем поля Бораджа. Северус мгновенно замкнулся. Он уставился на блокнот так, словно это была ядовитая змея, а его бледные щеки залил болезненный румянец. Гордость бедного полукровки снова восстала против «щедрых подарков аристократии». — Я не возьму это, Малфой, — резко и холодно отрезал он, даже не прикоснувшись к коже. — Я не нуждаюсь в твоей жалости и подачках. Девушка не удивилась. Она знала его характер слишком хорошо, поэтому подготовилась заранее. Она снисходительно приподняла бровь и скрестила руки на груди, приняв деловой вид. — Какая жалость? Северус, это не подарок, это сделка, — ровным тоном произнесла она. — Считай это авансом. Мне нужны три флакона Жидкой Удачи высочайшего качества, пара флаконов усовершенствованного Усыпляющего зелья, которое не оставляет тяжести в голове, и твоя личная модификация Рябинового отвара. Обычные аптекарские зелья из Косого переулка — посредственность. Мне нужно лучшее. Блокнот — лишь плата за твое время и ингредиенты, которые я сама тебе предоставлю. Намного выгоднее, чем платить галеонами, не находишь? Снейп прищурился, пытаясь разглядеть в её словах подвох, но деловой и абсолютно серьезный тон Сесилии сбил его с толку. Его задетое эго успокоилось: она не делала ему подачек, а лишь предлагала работу. — Хорошо, — медленно произнес он, протягивая руку и наконец касаясь зачарованной кожи. Блокнот мягко отозвался на его магию. — Будет тебе зелье. Лучшее, что ты когда-либо видела. Северус выполнил обещание. Через две недели он передал Сесилии бархатную коробочку с флаконами. Зелья были идеальны — без единого осадка, нужной густоты и цвета. Но девушка не собиралась использовать их для себя. В те же выходные она отправила посылку совой своему отцу, Абраксасу Малфою, приложив к ней подробное письмо с описанием того, как именно эти зелья были модифицированы молодым слизеринцем. В замке она показала образцы Люциусу. Брат, покрутив в руках флакон с Жидкой Удачей, которая искрилась чистым золотом, лишь уважительно хмыкнул. Реакция отца превзошла все ожидания. Абраксас Малфой, имевший колоссальное влияние в Министерстве и среди магической элиты, мгновенно оценил потенциал юноши. Он переслал образцы своим знакомым Мастерам Зельеварения в Европу. Ответ пришел незамедлительно: старые мастера были поражены дерзостью и эффективностью формул неизвестного ученика и изъявили желание заказывать у него редкие зелья за очень солидные деньги. В начале зимних каникул Люциус перехватил Сесилию в коридоре Хогвартса, держа в руках письмо с родовым гербом. — Отец в восторге, сестренка, — негромко произнес Люциус, и в его глазах промелькнула тень уважения к её дальновидности. — Твой протеже — золотая жила. Отец велел мне официально пригласить Северуса Снейпа к нам в Малфой-Мэнор на рождественский ужин. Он хочет лично познакомиться с ним. Позаботься об этом. Когда Сесилия передала Северусу приглашение и первую часть золотых галеонов, вырученных от продажи его зелий, Снейп сначала ошеломленно замер, глядя на увесистый мешочек с монетами. Это были его первые, честно заработанные умом деньги. Но радость быстро сменилась глухой, панической тревогой. Он посмотрел на свой поношенный, заштопанный в нескольких местах школьный мантии, вспомнил свои стоптанные ботинки и то тоскливое нищенское пальто, в котором он ходил дома. - Я не поеду, — глухо сказал он, отвернувшись. — Малфой-Мэнор? К твоему отцу? Сесилия я не могу явиться туда в этом. Я буду выглядеть как попрошайка, которого пустили погреться у порога. Твой отец выставит меня вон. Сесилия мягко подошла к нему и положила руку на его плечо, заставляя повернуться. — Северус, эти галеоны в мешке — твои. Ты заработал их сам, своим собственным разумом. И ты имеешь полное право потратить их на то, что посчитаешь нужным. Она не стала давить или предлагать купить ему одежду — это снова оскорбило бы его. Она просто дала ему понять, что он уже не тот нищий мальчик. В ближайший же поход в Хогсмид Северус впервые в жизни зашел не в лавку подержанных вещей, а в дорогое ателье одежды «Твилфитт и Таттинг». Он шел туда, высоко задрав подбородок, изо всех сил скрывая внутреннюю дрожь. На первые заработанные золотые он приобрел себе великолепную, сшитую точно по фигуре мантию из плотной темно-шерстяной ткани, качественные кожаные ботинки и строгую черную рубашку В день отъезда он спустился в гостиную Слизерина, Сесилия едва сдержала вздох восхищения. Новая одежда преобразила его. Исчезла та болезненная, угловатая худоба, которую подчеркивали обноски. Теперь его высокий рост, широкие плечи и бледное, аристократичное лицо с резкими чертами смотрелись величественно и строго. Он выглядел как молодой и невероятно перспективный маг. Люциус, ждавший их у камина для перемещения через Летучий порох, окинул Снейпа оценивающим взглядом и удовлетворенно кивнул. — Что ж, Северус. Добро пожаловать в Малфой-Мэнор. Посмотрим, готов ли ты удивить моего отца так же, как удивил мою сестру. Северус посмотрел на Селесту, и та ободряюще улыбнулась ему. Он шагнул в зеленый огонь камина, зная, что его жизнь изменилась навсегда.