Часть 1
14 июля 2026 г., 22:47
Начало осени всегда пахло обманчивой свободой, отголосками лета, мокрым асфальтом и дешевым кофе из автомата. По крайней мере для Чонвона. Этот курс как и два предыдущих должны были пролететь как по щелчку пальца. Он был старостой группы, любимчиком кафедры и тем самым парнем, чьи конспекты перед сессией клянчил весь поток. Чонвон умел общаться с людьми: отлично знал, кому нужно улыбнуться, а перед кем уважительно поклониться, чтобы получить автомат по любому предмету. И так, шаг за шагом, наработал себе репутацию, которая стала работать теперь на него.
До одного дня. До того, как на пороге аудитории не появился новый преподаватель, который заменил — уже бывшую — профессорку Чхве. Чудная женщина была однако. Добрая и отзывчивая. Жаль что здоровье подводило последние два года и ей пришлось уйти на пенсию.
Заменившего звали Пак Чонсоном. Девочки сразу прошерстили всю информацию по нему, так как их внимание завоевал сразу. Теперь его “местным Аполлоном” называли.
25 лет.
Не женат.
Богатые родители.
Любит котов, но на них аллергия.
Эту информацию уже почти весь поток знал.
Он сам только в прошлом году окончил магистратуру и остался преподавать по рекомендации кафедры. Профессор Пак был молод, и поэтому все сначала предполагали что с ним легко будет общаться и не обязательно на темы лекций.
Но, как говорится, много думать тоже плохо.
На самом деле он был достаточно холодным и требовательным по отношению к своим студентам тем самым не давая возможности сесть ему на шею или относиться как к ровеснику.
Первое, что Чонвон запомнил в первый день знакомства — это тяжелый стук его дорогих туфель по аудитории. Второе — идеально выглаженную рубашку и взгляд, которым он окинул притихших людей в аудитории. В этом взгляде не было ни малейшего желания подружиться.
— Меня зовут Пак Чонсон, — швырнув папку на стол, сказал он тогда. — Сразу предупреждаю, на моих парах халявы не будет. Социальная психология нужна вам, будущим юристам, чтобы уметь правильно взаимодействовать как с клиентами так и в рамках суда. Забегая на перед, автоматов я не ставлю и мнение менять свое не буду. Выслуживаться тоже не надо. Любимчиков у меня не будет.
Чонвон, сидевший на первом ряду, тогда лишь хмыкнул. «Посмотрим, профессор Пак», — подумал он.
С тех пор прошел месяц. Месяц, который тянулся по ощущениям, как все три.
Чонвон впервые встретил человека, на которого не действовали его обаяние и вежливый тон. Все те года, что он так старательно строил свою репутацию, пошли просто коту под хвост. Чонсон безжалостно чиркал его эссе или ответы на открытые вопросы ручкой, оставляя на полях короткие, бьющие по самолюбию комментарии вроде: «Слишком поверхностно» или «Вы просто пересказали учебник, где ваши собственные мысли?». Чонвон, который привык получать от преподавателей исключительно комплименты за свои работы, каждый раз внутренне закипал. Из простого желания сдать предмет на отлично это быстро превратилось в какую-то игру, где на кону стояла его гордость.
В таком духе пролетел еще один чертов четверг. Чонвон стоял в коридоре у окна, лениво листая общую беседу курса, пока поток студентов спешил разойтись по домам после последней пары.
Чат группы «ЮристыХуисты, 3 курс»
Соён:
Девочки, вы видели его сегодня в этих серых брюках? Пак реально как греческий бог, я половину лекции не туда смотрела... 😍
Минхо:
Ага, боженька, который мне завалил прошлую самостоятельную. Он вообще хоть кому-то выше тройки ставит? Чонвон, ты же наш спаситель, поговори с ним на правах старосты. Нам хана на модуле.
Чонвон:
Профессор Пак просто требует знаний. С ним ваши старые фокусы не пройдут, так что лучше открывайте конспекты. 😉
Минхо: Тебе легко говорить, ты на первом ряду сидишь и улыбаешься ему как ангел. Так еще и оценки более мение норм. Спорим, ты у него все равно в любимчиках окажешься к концу семестра? Чонвон раздраженно хмыкнул и заблокировал экран. Любимчиком? Ну уж нет. Ему не нужны были поблажки, он хотел заставить этого профессора признать, что Ян Чонвон — лучший студент на этом потоке. Если ему иногда где-то и делают поблажки, то это не значит что он из-за этого забьет на учебу. В руках у Чонвона была папка с отчетами по посещаемости и заявлениями на материальную помощь, которую декан просил передать лично Пак Чонсону. Поправив лямку рюкзака, Чонвон дошел до конца коридора и остановился у двери с табличкой «Кафедра социальной психологии». Изнутри не доносилось ни звука. Чонвон коротко постучал три раза и, не дожидаясь ответа, приоткрыл дверь. Профессор Пак сидел за своим рабочим столом. Перед ним стояла полупустая чашка с кофе, а сам он что-то быстро печатал в ноутбуке. Услышав скрип двери, Пак Чонсон медленно поднял голову. Взгляд его темных глаз, как обычно, не выражал абсолютно ничего теплого. — Ян Чонвон? — его голос прозвучал сухо и низко. — Заходите, не стойте на пороге. Чонвон нацепил свою самую безупречную, вежливую улыбку, которую тренировал годами, и прошел внутрь. Он остановился у самого края стола, аккуратно положив папку. — Профессор Пак, декан просил передать вам ведомости и заявления от нашей группы. Тут всё заполнили, подписи стоят. Чонсон даже не прикоснулся к папке. Он просто перевел взгляд со стола на Чонвона, подперев подбородок рукой. В его глазах мелькнула едва заметная, оценивающая усмешка, от которой у Чонвона внутри всё упрямо сжалось. — Оставьте на краю, я посмотрю позже, — спокойно ответил Пак, возвращаясь к экрану ноутбука. — И закройте дверь с той стороны, староста Ян. Я занят. Опять этот тон. Опять это вежливое, но абсолютное игнорирование, будто Чонвон был не живым человеком, а просто говорящим декором в кабинете. Весь этот месяц сдерживаемого раздражения вдруг вспыхнул внутри Чонвона горячей волной. Он не сдвинулся с места. Вместо этого парень сделал шаг ближе к столу, слегка наклоняясь вперед. — Профессор Пак, — тихо, но на удивление твердо произнес Чонвон. — Вы ведь проверили мою тему для курсового исследования? Я отправил её на почту три дня назад. Чонсон снова остановил пальцы над клавиатурой. На этот раз он поднял голову медленнее. Его взгляд сузился, изучая стоящего перед ним студента с каким-то новым, неожиданным интересом. — Проверил, — он откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. — И у меня к вам встречный вопрос, Ян Чонвон. Вы действительно хотите копаться в этой теме, или просто выбрали то, что звучит посложнее, чтобы произвести на меня впечатление и вернуть себе статус «любимчика»? Вы ведь для этого тему именно с моего предмета взяли? Чонвон почувствовал, как у него уши обдало жаром от такой прямой наглости. — Я не пытаюсь произвести впечатление, — чеканя каждое слово, ответил он, растеряв половину своей привычной вежливости. — Я выбрал тему, потому что она мне интересна. — Да ладно? — Чонсон едва заметно приподнял одну бровь. — Тогда почему во введении одна сплошная вода? Вы будущий юрист, Ян Чонвон, но вы боитесь высказать свою же позицию. Вы так сильно привыкли нравиться всем вокруг, что за вашей идеальной репутацией вообще не видно вашего собственного мнения. Мне на парах не нужен робот, который просто улыбается и соглашается со всем. Мне нужен тот, кто умеет думать и спорить. Слова Пака попали в самую больную точку. Чонвона изнутри обожгло злостью, смешанной с обидой — обидой за то, что все его старания так легко обесценили. Привычная вежливая улыбка окончательно сползла с его лица. — Я понял вас, профессор Пак, — Чонвон упрямо вздернул подбородок, глядя прямо в темные глаза напротив. Голос прозвучал на удивление ровно и твердо, без тени прежнего заискивания. — Я всё перепишу. С нуля. В кабинете повисла тишина. Чонсон не отодвинулся и не накричал за дерзость. Он лишь внимательно сканировал лицо Чонвона, проверяя, насколько у этого правильного старосты хватит запала. — Хорошо, — наконец тихо, почти шепотом произнес Пак, и от его низкого голоса у Чонвона на секунду перехватило дыхание. — У вас время до утра, Ян Чонвон. Посмотрим, чем сможете удивить. Свободны. Чонвон резко выпрямился, коротко, чисто на автомате кивнул и быстрым шагом вышел из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь. Сердце в груди колотилось так, словно он только что пробежал стометровку. Это не было победой, далеко нет. Но Чонвон точно знал одно: он наконец-то заставил Пак Чонсона заметить себя. По-настоящему.. . .
Придя домой, Чонвон сразу направился к себе, сел перед ноутбуком и посмотрел на аккуратные, вылизанные абзацы. «Вода», значит? Робот? Пальцы легли на клавиатуру, выделили всё введение и безжалостно нажали на кнопку Delete. Ближе к полуночи комната погрузилась в темноту, и только экран ноутбука ярко освещал лицо Чонвона. Парень писал так, как не писал никогда за все года учебы. Он выкинул из текста все стандартные фразы и формулировки и просто настрочил все то, что думает. Даже Фройда с его насилием над инстинктами влепил, чтоб наверняка. В начале первого ночи Чонвон наконец поставил точку в последнем предложении, перечитал текст и, удовлетворенно выдохнув, отправил файл на рабочую почту профессора. Экран ноутбука погас. В комнате стало совсем тихо. Чонвон упал на кровать, вытянулся на спине и достал телефон. Пальцы сами открыли КакаоТалк и пролистали список контактов до самого конца, где среди официальных номеров преподавателей висел один незаметный профиль. Контакт Пак Чонсона он раздобыл через старосту магистратуры еще в сентябре, на всякий случай, но никогда и подумать не мог, что решится написать туда лично. Чонвон прикусил губу, глядя на аватарку — какая-то смазанная ночная фотография города. Немного поколебавшись, он быстро набрал сообщение, пока смелость не испарилась окончательно.Чонвон:
Исправленный вариант введения уже на вашей почте, профессор Пак. Надеюсь, в этот раз вас все устроит.
Отправив это, Чонвон сразу перевернул телефон экраном вниз и прижал к груди, чувствуя, как глупо и часто застучало сердце. За такое вообще-то можно было знатно огрести по шее за нарушение субординации. Прошла минута. Потом вторая. Чонвон уже потянул руку, чтобы удалить сообщение, как вдруг телефон коротко завибрировал. Профессор Пак: Ян Чонвон, насколько я помню, свой личный номер для связи со студентами я не давал. Для учебных вопросов есть рабочая почта. Чонвон резко сел на кровати, уставившись в экран. Пак походу злился. Строил из себя правильного препода, но ответил же. В личном чате. Ночью.Ян Чонвон:
Да, профессор, извините. Но на почте вы отвечаете слишком долго, а мне не терпится узнать, смог ли я вас удивить. 😉
В этот раз ответ шел дольше. Чонвон буквально видел, как на том конце провода Пак Чонсон, скорее всего, сидит в такой же темной квартире перед монитором и хмурится, глядя на сообщения наглого старосты. Профессор Пак: Вы слишком много себе позволяете. Ждите отзыв завтра на лекции. Чонвон отложил мобильник на тумбочку и снова откинулся на подушку. Экран погас, но парень еще долго улыбался в темноту потолка, чувствуя, как внутри разливается сладкое чувство удовлетворения. Он был на сто процентов уверен что оправдает и докажет свое звание лучшего студента потока. В это же время на другом конце Сеула, Пак Чонсон устало потер переносицу и закрыл ноутбук. На экране телефона всё еще светился открытый чат со старостой третьего курса. Он негромко усмехнулся, бросая телефон на диван, и подошел к окну, разглядывая мокрый ночной город. Похоже, этот семестр обещал быть гораздо интереснее, чем он думал.
