Офисный клерк из Черной зоны

Необычайное в обыденном Сегодня Джиён убил менеджера Пака. Причина была до безумия нелепой: начальник превратился в мутанта. — Ч-что… что мне теперь делать… Не в силах поверить в происходящее, Джиён судорожно, со свистом выдохнул. Широкий канцелярский нож для макетирования торчал из шеи менеджера — если точнее, он вошел глубоко в горло, достав до самого нёбного язычка. И этот нож собственной рукой вогнал туда Хон Джиён, ассистент из отдела планирования компании «Хасон Медиа». — М-менеджер? Менеджер Пак О Соп! Цепляясь за призрачную надежду, Джиён позвал начальника по имени и снова присмотрелся к нему. Но Пак, распластавшийся на полу с широко раскрытыми глазами, не шевелился. Из его шеи, в которой по самую рукоять засел нож, струилась густая, темно-красная жидкость. Сомнений не было: это кровь. «Неужели я его убил? Я? Убил менеджера?» Лицо Джиёна, и без того бледное из-за хронического дефицита витамина D, окончательно потеряло какие-либо краски. Честно говоря, в своих мыслях он убивал своего босса, менеджера Пака, сотни раз. Ну кто из офисных работников хотя бы раз не фантазировал о том, чтобы нанять киллера и избавиться от дурака-начальника? Но видит бог, он никогда не собирался претворять эти фантазии в жизнь. Джиён был самым обычным клерком с рациональным мышлением и нормальными социальными навыками. Однако в той критической ситуации, которая произошла всего несколько минут назад, у любого человека просто не осталось бы другого выбора, кроме как вонзить лезвие в шею менеджера Пака. Примерно за двенадцать часов до того, как Хон Джиён убил менеджера Пака 08:55 До официального начала рабочего дня, прописанного в трудовом договоре, оставалось еще пять минут, но офис «Хасон Медиа» на четвертом этаже уже был забит сотрудниками. Ни на одном лице не было и следа бодрости, и, возможно, именно поэтому атмосфера в кабинете казалась угрюмой и безжизненной. Виной всему был менеджер Пак — старорежимный начальник, искренне считавший приход на работу за десять минут до начала и поздний уход проявлением высшей корпоративной добродетели. Приход ровно минута в минуту не считался нарушением дисциплины, но негласное давление со стороны руководства… обычный подчиненный просто не мог его игнорировать. При этом сам менеджер Пак вечно опаздывал, а уходил домой ровно по звонку. И это еще не все. Он был невероятно некомпетентен и при этом до абсурда жаден до чужих заслуг. Он бросался в проекты, совершенно не думая о последствиях, а разгребать завалы всегда приходилось его подчиненным. Его вполне можно было назвать худшим из боссов старой закалки в «Хасон Медиа». Работая под началом такого человека, Джиён, занимавший должность ассистента, страдал больше всех. — Ассистент Хон, мы за кофе. Вам взять что-нибудь? К Джиёну, который уже с головой ушел в работу и даже не успел перевести дух после прихода, осторожно подошел один из сотрудников отдела планирования. Джиён неловко улыбнулся и покачал головой: — Нет, спасибо, я в порядке. Идите без меня. — Хорошо. Стоило коллеге отойти, как Джиён шумно вздохнул и снова застучал по клавишам. Его лицо не выражало никаких эмоций, но от всей его фигуры веяло глубоким изнурением. Если бы дело было только в усталости — это было бы еще полбеды, его голова буквально раскалывалась и готова была взорваться в любую секунду. На прошлой неделе менеджер Пак ни с того ни с сего притащил какую-то нелепую идею и внезапно спихнул всю работу по планированию на Джиёна. Из-за этого тот уже два дня подряд пахал допоздна, выжимая из себя последние соки. Четыре года назад Джиён пришел в «Хасон Медиа» — известное рекламное агентство и компанию-партнера мэрии города Хасон — с огромными надеждами. Но от былой страсти и амбиций новичка уже давно не осталось и следа. Когда-то он мечтал стать крутым, успешным профессионалом, прямо как в фильмах: мастером своего дела, который успевает следить за собой и отлично выглядеть. Теперь же он превратился в жалкого служащего, тащащего за собой шлейф хронической усталости и мигреней. Клац. Клац-клац. Пока Джиён с отрешенным видом набивал текст, из-за перегородки послышался голос: — О-ох… Почему сегодня только среда? Сонбэ, я так устала, просто засыпаю на ходу. Это была Чан Джухи, самая младшая сотрудница отдела планирования — жизнерадостная и болтливая девушка, работавшая здесь всего полтора года. — В последнее время, даже если я сплю по восемь часов, все равно чувствую себя какой-то вялой и разбитой. И при этом постоянно хочу есть, ем и ем без остановки… О боже. Неужели я заразилась? — Что? Господи, Джухи, не говори глупостей даже в шутку! Ее старшая коллега, Чхве Сонхва, слегка пожурила девушку, но в ее тоне проскользнули серьезные нотки. Джухи смущенно хихикнула и поспешила сменить тему: — Сонбэ, а ты слышала новости? — Какие еще новости? — безучастно отозвалась Сонхва, но Джухи это не остановило. — Про ассистента Ли из юридического отдела. Она подалась вперед и понизила голос до шепота, будто выдавала государственную тайну. Правда, она явно не подумала о том, что Джиён, сидевший прямо за перегородкой, прекрасно ее слышал. — Он вчера обратился. Его сразу же отправили на карантин в Черную зону. От этих слов, произнесенных вполголоса, даже равнодушная Сонхва замерла, а Джиён перестал стучать по клавишам. — Да ладно? О господи… Быть не может. Мы же с ассистентом Ли в один год пришли в компанию… — горько пробормотала Сонхва и снова повернулась к монитору. Ситуация была ужасающей, но поделать с этим она ничего не могла, так что на этом ее реакция и закончилась. — Но знаешь, я слышала, что ассистент Ли никогда в жизни не бывал в Черной зоне. Большинство недавних мутантов ведь покусали после того, как они по ошибке туда забрели, верно? — … — Значит, он заразился прямо здесь, в Белой зоне… — Джухи шумно сглотнула и продолжила: — А вдруг вирус распространяется где-то, о чем мы даже не подозреваем? — …Джухи Видя, что Чан Джухи слишком увлеклась и превращает свои сплетни в настоящий хоррор, Чхве Сонхва покачала головой: — Рабочий день начался. Хватит забивать голову глупостями, давай сосредоточимся. Услышав ее строгий тон, Джиён, который сам не заметил, как заслушался, вернулся к реальности и снова застучал по клавишам. Клац. Клац. Офис погрузился в сухое, безликое рабочее затишье, нарушаемое лишь щелканьем клавиатур. Атмосфера была безрадостной, но никто не жаловался. Для офисных работников эта монотонность была своего рода островком покоя. Даже в этой тишине слух об ассистенте Ли из юридического отдела быстро разлетался по рабочим чатам. Пересылая друг другу столь шокирующую новость, люди тем не менее продолжали невозмутимо заниматься своими делами. И у них не было выбора. В повседневной жизни обычные люди почти никогда не сталкивались с мутантами лицом к лицу. Из-за этого, даже зная об их существовании, жители Белой зоны не воспринимали угрозу как нечто реальное. Проще говоря, Черная зона и мутанты были частью чужого мира. И никто не хотел, чтобы известие о чьем-то обращении разрушало их хрупкий, привычный покой. Однако незадолго до десяти часов кто-то вдребезги разбил это зыбкое спокойствие. — Ик… х-хы-ык… — …? — А-а-а-а-а-а! Самая младшая сотрудница отдела дизайна внезапно разрыдалась. Ее горький плач эхом разнесся по притихшему офису, заставив всех оторваться от дел и уставиться на нее. Судя по всему, она плакала прямо во время работы: в правой руке девушка все еще крепко сжимала стилус от графического планшета, пока по ее щекам катились крупные слезы. — Хеджон, что случилось? Ты в порядке? Пока растерянные сотрудники переглядывались и не решались подойти, вездесущая Чан Джухи первая поспешила к плачущей коллеге. — Ты поранилась? — Ик, Джухи… что мне делать? Мой Чонгын-оппа… х-хык… что мне теперь делать? — Ах… Услышав эти слова сквозь всхлипы, сотрудники, уже знавшие утренний слух, тяжело вздохнули. Парня звали Ли Чонгын. Многие замечали, что в последнее время они часто держались вместе — похоже, ребята тайно встречались. Застигнутая врасплох столь внезапным признанием, Джухи быстро приобняла плачущую девушку за плечи и принялась гладить по спине, словно успокаивая ребенка: — Все хорошо, Хеджон. В Черной зоне сейчас отличные условия. Даже после обращения люди живут там еще очень долго, и ты сможешь навещать его — хотя бы через камеры наблюдения. Джиён мысленно цыкнул языком на эти попытки утешения. Он слабо представлял, как такое «посещение» может принести облегчение. Насколько он знал, с началом мутации кожа начинала гнить уже через пять часов, а зараженный полностью терял разум и человеческое сознание. Они превращались в голодных монстров, не знающих ничего, кроме вечной жажды плоти. Какой прок смотреть на того, кто больше не является человеком? «Лучше уж сразу убить», — мысленно пробормотал Джиён и отвернулся к монитору. Честно говоря, он искренне не понимал, почему мутантов, которые по сути стали чудовищами, просто не уничтожают. Первый мутант появился несколько десятилетий назад в лаборатории, исследовавшей стволовые клетки. В ходе эксперимента, когда выращенный орган пересадили подопытной свинье, у животного началась аномальная реакция: кожа и мышечные ткани начали отмирать, а свинья стала проявлять дикую агрессию и искусала исследователей. В панике животное усыпили, решив, что эксперимент просто провалился. Но уже через несколько часов укушенные ученые потеряли рассудок и начали нападать на коллег. Их внешний вид стал точь-в-точь таким же, как у той подопытной свиньи. С этого момента число людей с аномальной реакцией стало расти лавинообразно. Маленький городок быстро погрузился в панику, а правительство официально окрестило зараженных «мутантами». В первые годы власти уничтожали всех мутантов, чтобы остановить заразу. Однако со временем семьи погибших начали объединяться в группы, заявляя, что лишение жизни человека, чье сердце все еще бьется — это убийство. Они создавали петиции и запускали социальные кампании. Общественное мнение склонилось к вопросу: гуманно ли убивать тех, кто когда-то был чьим-то родителем, ребенком или другом? В итоге правительство приняло решение изолировать мутантов от общества, а не уничтожать их. Так Южная Корея, некогда разделенная на восемь провинций, перешла на систему двух зон — Черной и Белой. Это произошло более чем за тридцать лет до рождения Джиёна. К счастью, родители Джиёна жили далеко от очага распространения инфекции, там же родился и он сам. Благодаря этому Джиён никогда не видел мутантов вживую и не терял близких. Проще говоря, он вырос как нежный цветок в безопасной теплице Белой зоны. То же самое можно было сказать и обо всех остальных в этом офисе. Лишь единицы из тех, кто побывал в Черной зоне, возвращались назад в Белую. Вот почему Джиён и большинство местных жителей не осознавали до конца, какую опасность таят в себе мутанты. Тем не менее Джиён понимал горе девушки, потерявшей любимого, поэтому молча уткнулся в монитор, стараясь сосредоточиться на работе. Чего нельзя было сказать о менеджере Паке. — Эй, Хеджон. Не надо устраивать тут сырость и портить рабочую атмосферу. Если хочешь пореветь, выйди в коридор. — Менеджер! — Джухи резко обернулась и гневно уставилась на Пака. — Что? Я разве не правду говорю? От нее одни помехи в работе. Настоящая обуза! Было очевидно, что менеджер Пак, напрочь лишенный эмпатии, начинает всерьез раздражаться. Да, внезапная истерика Хеджон напугала всех, но была огромная разница между тем, чтобы сказать об этом мягко, и тем, чтобы грубо отчитать человека с разбитым сердцем. — Хеджон, пойдем со мной. Выйдем, умоешься и успокоишься, — едва сдерживая дрожь от злости, Джухи увела плачущую коллегу из кабинета. Стоило им выйти, как в комнате воцарилась тяжелая тишина. Менеджеру Паку явно стало неловко под этими безмолвными укоряющими взглядами, и он громко заговорил, словно оправдываясь перед самим собой: — Кхм. В любом случае, разве нам не стоит отправить и госпожу Пак Хеджон на карантин? Раз уж они встречались, вдруг она тоже внезапно мутирует прямо посреди рабочего дня? Даже те сотрудники, которые до этого старались не вмешиваться, пришли в ужас от его слов. В ту же секунду офис заполнил яростный стук клавиш. Без сомнения, в рабочих чатах сейчас вовсю перемывали кости менеджеру Паку. В этот же момент уведомление о сообщении пришло и Джиёну. Правда, его содержание не имело никакого отношения к Паку. Это было сообщение от Юн Сухёна, руководителя отдела продаж, чей кабинет находился этажом выше. [Руководитель отдела продаж Юн]: Не хочешь сегодня поужинать вместе? «Он что, с ума сошел? Ужин? Серьезно?» [Я]: Я сегодня остаюсь на сверхурочные. Ответив, Джиён сухо усмехнулся. Юн Сухён, руководитель отдела продаж «Хасон Медиа». В отличие от ограниченного и упрямого менеджера Пака, Сухён был молод, чертовски компетентен, красив и любим буквально всеми. Настоящая звезда компании. За вычетом того факта, что они учились в одном университете (Сухён был на несколько курсов старше), у них не было практически ничего общего. Но по какой-то странной причине после того, как Джиёна прошлым летом повысили до ассистента, их пути с Сухёном стали пересекаться подозрительно часто. Все началось на третий день после повышения Джиёна. — Джиён, ты уже домой? — А? Да, руководитель Юн. Сухён перехватил его прямо у выхода, будто специально поджидал. Было крайне непривычно, что начальник другого отдела караулит его после работы, поэтому Джиён невольно занервничал. — Какие планы на вечер? — Да особо никаких, пойду домой, отдохну… «Зачем он спрашивает? Только не говорите, что он хочет нагрузить меня чужой работой». Поскольку в компании частенько находились наглые типы из других отделов, сваливавшие свои задачи на отдел планирования, и без того уставшее лицо Джиёна напряглось от нехорошего предчувствия. — А, руководитель Юн, на самом деле у меня… Он уже собирался соврать, что у него назначена встреча, но Сухён опередил его: — Тогда давай я угощу тебя ужином в честь твоего повышения. — …Что? Зачем вам это? — Джиён удивленно нахмурился. Они даже не работали в одном кабинете. С чего бы руководителю другого отдела так заботиться о его повышении? Честно говоря, Джиёну было не по себе в его компании. — Ты ведь мой университетский младший товарищ. Хотел немного позаботиться о тебе. «Но с какой стати? Мы ведь даже не общались толком». Вопросы множились в голове Джиёна один за другим. Но тут Сухён добавил: — Я уже забронировал столик в одном отличном ресторане высокой кухни… — Огромное спасибо, руководитель Юн, — Джиён тут же вежливо поклонился. Даже если Сухён нагонял на него жути, глупо было отказываться от бесплатного ужина в честь праздника, особенно в дорогом заведении. В итоге Джиён провел вечер за неожиданно роскошным и безумно вкусным ужином в компании Сухёна. И пусть поначалу сидеть за одним столом с этим человеком было неловко, стоило изысканному блюду коснуться его языка, как все его внимание переключилось исключительно на еду. — Джиён. Сделай мне одно одолжение. — Да? Какое? Но когда подали десерт, слова Сухёна прозвучали для Джиёна как гром среди ясного неба. — Завтра в девять утра у нас матч по мини-футболу на стадионе. Нам не хватает одного игрока, выручи нас. — Завтра же… суббота. — Да. В будни все заняты работой, так что мы играем по субботам. — … — Ты ведь придешь, правда? — мягко улыбнувшись, спросил Сухён. Джиён обреченно посмотрел на свою тарелку, вылизанную до блеска после десерта. Суббота для офисного клерка — день священный, неприкосновенный. И его просили пожертвовать этим бесценным выходным ради футбола? Да еще и ни свет ни заря? «Черт. Если я сейчас откажусь… буду выглядеть как неблагодарная свинья, которая набила пузо за чужой счет». Приняв столь дорогое угощение, Джиён просто не смог выдавить из себя отказ. И на следующее утро он, проклиная всё на свете, принес свой выходной в жертву Сухёну. И это было только начало. После этого их странные встречи повторялись регулярно. Сухён водил его по дорогим ресторанам, спасал от переработок под предлогом «помощи дружественному отделу» и неизменно тащил заниматься спортом по выходным. Джиён, будучи всего лишь рядовым ассистентом, не мог так просто отшивать руководителя отдела. В итоге как минимум раз в месяц он оказывался втянут в очередную спортивную авантюру Сухёна. «У него что, нет других друзей для тренировок?» «Зачем он притворяется моим близким другом и портит мне каждые выходные?» Джиён втайне до смерти боялся, что однажды этот идеальный парень попросит его стать поручителем по кредиту или, чего доброго, пожертвовать почку. [Собеседник печатает…] Джиён думал, что разговор окончен на его последней реплике про сверхурочные, но индикатор ввода замигал снова. Секунду спустя пришло новое сообщение. [Руководитель отдела продаж Юн]: Опять сверхурочные? Ты ведь и вчера задерживался? «...Откуда он знает?» Джиён удивленно округлил глаза. И тут вспомнил, что вчера они столкнулись в лифте после окончания рабочего дня. «Точно. Он еще спросил, не подбросить ли меня до дома, а я вежливо отказался». Он тогда пулей вылетел из лифта, как только двери открылись, панически боясь, что поездка в его машине будет стоить ему очередных выходных. Вчера он был настолько выжат, что напрочь забыл об этой мимолетной встрече. [Я]: У меня осталось несколько незавершенных задач, нужно обязательно закрыть их сегодня. [Руководитель отдела продаж Юн]: Вот как… Даже через сухой текст сообщения сквозь экран просочилось искреннее разочарование Сухёна. Тем не менее у Джиёна сегодня действительно было много работы, да и ужинать с ним в любом случае не входило в его планы, поэтому отвечать он не стал. Как уже говорилось, Сухён его утомлял и казался слишком навязчивым. [Руководитель отдела продаж Юн]: Тогда, может, хотя бы пообедаем вместе? «Он что, одержим духом какого-то бедолаги, который умер от одиночества за едой?» Раздраженный настойчивостью Сухёна, Джиён молча перевел свой статус в рабочем мессенджере в режим «Вне сети». К его облегчению, сообщения больше не приходили. Вскоре после того, как Джиёну удалось отбиться от назойливого коллеги и вернуться к делам, в кабинет вернулась Джухи. Дизайнера Хеджон с ней не было. — Я отправила её домой, оформила отгул на полдня, — не дожидаясь вопросов, пояснила Джухи, усаживаясь на свое место. После этого в некогда шумный кабинет вернулся привычный, сухой и до боли скучный покой. ———————————————————————— 20:00 Рабочий день давно подошел к концу. Но Джиён всё еще безуспешно бился над безнадежным планом проекта, который на него скинул Пак. При этом сам менеджер Пак, обрекший Джиёна на три дня сверхурочных подряд, ровно в шесть часов сделал вид, что ничего не замечает, и преспокойно ушел домой. — Ха-а… Ну и ублюдок же ты, Пак. Оставшись в офисе один, Джиён уже не сдерживал бушевавших внутри эмоций. Он с силой провел ладонью по уставшему, осунувшемуся лицу, а затем просто уронил лоб на клавиатуру. ыввыывапролдж,,,дггг,митьбд,,,,,,,,,.,,,,,уугшоркуапеьгдгшорваолдддддоддодд От нажатия клавиш пустой документ мгновенно заполнился бессмысленным набором букв. Джиён приподнял голову и, тоскливо глядя на монитор, тяжело вздохнул. Скривившись от досады, он яростно застучал по клавише Backspace, стирая эту абракадабру. Сейчас было не время расклеиваться. — Так. Я расправлюсь с этим за полчаса. Он слегка похлопал себя ладонями по щекам, заставляя мозг включиться, и снова взялся за исправление презентации. Когда фокус вернулся, в некогда безнадежном плане начали проглядывать первые логические решения. Пальцы забегали по клавишам еще быстрее в надежде, что завтра этот многострадальный проект наконец-то удастся отдать на подпись. Время шло, и вскоре стрелка часов перевалила за полдевятого вечера. — Гр-р-р-рх… — …? Где-то в глубине пустого офиса раздался странный, утробный звук. Джиён на секунду замер и недоуменно прислушался, но, решив, что показалось, вернулся к работе. Почти сразу же звук повторился. — Гр-р-ру-ух… гр-р… ук. — Что за черт? — Гр-р… гр-рх… Звук походил на то, как кто-то хрипит и задыхается, пытаясь протолкнуть застрявшую в горле мокроту. Слыша, как этот хрип становится все отчетливее, Джиён медленно развернулся на стуле. Поскольку свет горел только над его рабочим столом, а остальная часть офиса тонула во мраке, определить источник шума с ходу не удалось. — Там есть кто-нибудь? Почувствовав, как по спине пробежал неприятный холодок, он включил фонарик на телефоне и направил луч света в темноту. — …?! В дальнем углу кабинета неподвижно застыла чья-то фигура. Джиён едва не вскрикнул, решив, что это призрак, но, узнав знакомые очертания силуэта, шумно выдохнул: это был менеджер Пак, ушедший домой более двух часов назад. — Менеджер? Вы что-то забыли? Джиён направил луч фонарика прямо на него, но стоило яркому свету выхватить фигуру начальника из темноты, как у парня перехватило дыхание. — Менеджер Пак? Вам плохо? — Гр-р… у-ух. Мужчина выглядел просто ужасающе. Пиджака на нем не было, пуговицы на рубашке были выдраны с мясом, лицо приобрело нездоровый желтушный оттенок, глаза закатились, а изо рта обильно текла густая, вязкая слюна вперемешку с какой-то слизью. — Гр-ру-у… Х-хон… кх… гр-р-рух. — М-менеджер? — По… мо… ги… гр-р… кхык. С ним явно творилось что-то неладное. Джиён знал, что у Пака повышенное давление и диабет — неужели это какой-то внезапный приступ или криз? — С-секунду! Менеджер Пак! Я сейчас вызову скорую! — Гр-рх… гр-р… Джиён лихорадочно потянулся за телефоном. Из горла начальника продолжали вырываться жуткие, хрипящие звуки. На секунду Джиёну показалось, что тот просто мертвецки пьян, но тут же понял: нет, это другое. Это было не пьяное бормотание, а животные хрипы существа, пытающегося сдержать разрывающую его изнутри боль. — Держитесь! Я сейчас, и-ик! Прежде чем он успел нажать кнопку вызова, его взгляд упал на Пака, и телефон с глухим стуком выскочил из онемевших пальцев. Хруст. Хрясь. Треск. Хруст. Под аккомпанемент этого противоестественного, мерзкого скрежета руки и ноги менеджера начали выворачиваться под совершенно немыслимыми углами. Его правое плечо со свистом повернулось внутрь на полные 180 градусов, а суставы ног неестественно выгнулись в обратную сторону. Человеческое тело физически не могло так двигаться. «Нет… быть не может…» Джиёна прошиб холодный пот. До него наконец дошло: Пак обращается. Он никогда не видел мутантов вживую, поэтому не сразу распознал симптомы. — Гр-р, кх… гр-р-рк. Глядя на то, как тело Пака бьется в конвульсиях под этот чудовищный хруст костей, Джиён мгновенно выключил фонарик и пластом залег под рабочий стол. Мозг наотрез отказывался воспринимать этот кошмар, но парень заставил себя дышать и попытался вспомнить «Памятку по действиям при обнаружении мутантов», которую им вдалбливали еще в школе. «При обнаружении мутанта немедленно позвоните по номеру 1541-1592. Избегайте любого контакта со слюной зараженного и укройтесь в безопасном месте!» Но на этом его познания заканчивались. Их никогда не учили, как спасаться от мутантов или как с ними бороться. Да и если бы учили, в такой панике всё равно ничего не вспомнишь. Да кто вообще мог подумать, что столкнется с мутантом в стерильной Белой зоне?! — Кх… хр-р… г-г-гх. — Х-ха… п-пш… Пытаясь унять бешеную дрожь во всем теле, Джиён осторожно выглянул из-под стола. Пак продолжал неестественно извиваться, кости ломались с омерзительным треском. Эта сцена была точь-в-точь как в малобюджетном ужастике. Джиён быстро оценил расстояние до выхода из офиса. К счастью, до двери было рукой подать. Внезапно в памяти всплыл еще один факт: у мутантов крайне узкое поле зрения. Если это правда, у него есть шанс проскочить незамеченным. — Фу-ух… фу-ух… Судорожно выдохнув, он пригнулся как можно ниже и на полусогнутых ногах, гусиным шагом, начал медленно продвигаться к выходу. Но удача была явно не на его стороне. Хрусть! Не успел он сделать и пары шагов, как под его ботинком что-то с треском лопнуло. Посмотрев вниз, он понял, что наступил на чей-то пластиковый футляр для визиток. Сам звук трескающегося пластика был не таким уж громким, но настоящая беда заключалась в том, что Джиён от неожиданности потерял равновесие и с грохотом повалился спиной на пол. — А-ах! Его короткий вскрик и тяжелый глухой удар тела о кафель эхом разнеслись по затихшему офису. В ту же секунду затянутые мутной пеленой глаза Пака сфокусировались прямо на нем. — КРРРА-А-АХ! КХХХА-АК! Джиён не успел даже вскочить, как обезумевший, истекающий слюной Пак диким зверем ринулся прямо на него. — У-ух! Менеджер! А-а-а! Не подходите! Отчаянно катясь по полу, Джиён увернулся от первого броска и с силой толкнул в сторону монстра стоящий рядом офисный стул. Пак, не разбирая дороги, запнулся о препятствие и с шумом растянулся на полу. — Кррра-а-ах! Но этого не хватило даже на то, чтобы подняться на ноги. С утробным рыком менеджер Пак мгновенно вскочил на ноги. Джиён задвигался с отчаянием смертника, понимая: если эта тварь его укусит — всё кончено. Но как бы он ни изворачивался, обезумевший Пак не отставал, совершая бросок за броском. — Да чтоб тебя, менеджер Пак, ублюдок! Я же сказал, отвали от меня!.. — Кхья-а-ах… кхэк! Джиён окончательно сорвался на крик и ругательства, из последних сил удерживая руками голову Пака, которая пыталась впиться ему в лицо. Но его тело, истощенное вечными переработками и стрессом, уже работало на пределе возможностей. — Кррра-а-ах! Клацающие зубы Пака прошли в считаных миллиметрах от его сонной артерии. — …! В этот момент краем глаза Джиён зацепил силуэт на одном из столов. Это был тяжелый макетный нож с толстым выдвижным лезвием, принадлежащий кому-то из дизайнеров. До стола было от силы метра два. — Да отцепись ты от меня! Уйди! А-а-а! Бах! Собрав в кулак остатки сил, Джиён нанес резкий удар коленом прямо в живот Пака. Тот глухо хрюкнул и на долю секунды покачнулся, ослабив хватку. «Сейчас!» Буквально проехавшись животом по полу, Джиён дотянулся до стола и схватил нож. Тело сработало быстрее, чем мозг успел сообразить, им двигал чистый инстинкт выживания. Он замахнулся и со всей силы вогнал лезвие прямо в горло Пака. Чпок! — Гррр-а-а-ах! — А-а-а-а-а! Только когда широкое лезвие по самую рукоять погрузилось в податливую плоть, Джиён осознал, что натворил, и в ужасе закричал. — Гр… гр-рк… кхэг! Пак начал бешено брыкаться, пытаясь вырвать нож из горла. Джиён мертвой хваткой вцепился в рукоять обеими руками, стараясь удержать его на месте. Несмотря на то что макетный нож был крупным и прочным, он все же не был предназначен для убийства людей. — Ик… черт, простите меня! Стиснув зубы, Джиён навалился всем весом, загоняя сталь еще глубже в шею начальника. Лезвие с влажным хрустом вошло до упора, и наружу хлынул фонтан темной, почти черной крови. — Кхэ… кхэк… кр-рк… Издав последний хриплый вздох, Пак обмяк и тяжело рухнул на пол. — Ха-а… ха-а… Судорожно хватая ртом воздух, Джиён неотрывно смотрел на поверженного начальника. Его руки ходили ходуном. Мерзкое, липкое ощущение того, как холодный металл разрезает живую плоть, вызывало у него дикую тошноту. Сердце колотилось так бешено, что удары отдавались в ушах оглушительным набатом. — Ч-что теперь… что мне делать? Вытерев брызнувшую на лицо кровь тыльной стороной ладони, Джиён закусил губу до крови. Кое-как он оттащил безжизненное тело Пака в темный угол офиса. В глазах темнело, мысли путались. Он убил человека. Действительно ли Пак был мутантом? Но ведь это Белая зона… И пусть сегодня утром все только и обсуждали случай в юридическом отделе, поверить в то, что кошмар произошел прямо перед его глазами, было выше его сил. «И что теперь со мной будет? Меня посадят за убийство?» Когда первый шок начал проходить, его накрыло ледяной волной паники. Осознание того, что он только что стал убийцей, заставило его буквально согнуться пополам от рыданий. — Ик… Заливаясь слезами от ужаса, Джиён доковылял до принтера, вытащил несколько чистых листов формата А4 и вернулся к телу Пака. Он бережно прикрыл бумагой остекленевшие, широко распахнутые глаза покойного. — Ик… М-мне жаль. Мне так жаль… Менеджер, простите меня. Пожалуйста, простите. Джиён бессильно опустился на колени прямо на холодный кафель, и его слезы градом покатились на пол. Нужно было позвонить в центр контроля мутаций, в полицию или хотя бы в пожарную службу, но его парализовало страхом. — Ик… у-у-у… Менеджер Пак, чертов вы ублюдок. Ну зачем… зачем вы заставили меня остаться на сверхурочные!.. В конце концов Джиён сорвался на тихие проклятия в адрес уже остывающего тела. В тяжелой, давящей тишине офиса разносились лишь его горькие всхлипы. Сколько он так просидел — он не знал. Р-р-р-р-ринг… — А-а-ах! Внезапный резкий телефонный звонок разорвал тишину. Вскрикнув от неожиданности, Джиён едва не лишился чувств прямо на месте — сердце ушло в пятки. — К-кто… кто вообще может звонить в такое время?.. Настойчивая трель не утихала. Джиён проследил за звуком взглядом и понял, что звонит его стационарный рабочий телефон. Часы показывали почти девять вечера. Кому понадобилось звонить на его внутренний номер в пустой офис? Тем не менее этот звук вывел его из оцепенения. Кое-как, на неслушающихся ногах, он дополз до своего стола и снял трубку. — А-алло?.. — Джиён! Ты еще в офисе?! — стоило ему ответить, как из трубки раздался громкий, взволнованный крик. И без того напуганный до смерти Джиён округлил глаза, словно загнанный в угол кролик. Он судорожно закивал, будто собеседник мог его видеть. — Не двигайся! Слышишь? Оставайся прямо там, где стоишь! — Что?.. — Жди меня! Никуда не уходи! — практически проорал голос на том конце провода, после чего в трубке раздались короткие гудки. — Руководитель Юн Сухён?.. — растерянно пробормотал Джиён, глядя на замолчавшую трубку. В панике он не сразу сообразил, но этот уверенный, властный голос определенно принадлежал руководителю отдела продаж. Да и на определителе номера светился контакт их этажа. «Он что, еще не ушел домой?» Несмотря на то что офис был буквально залит кровью и пропах смертью, мысль о том, что в этом огромном здании он не один, принесла Джиёну мимолетное, но такое необходимое облегчение. Правда, длилось оно недолго. — …? Почувствовав за спиной странное шевеление, Джиён медленно обернулся. И в то же мгновение… — КРРРА-А-АХ! Дикий, леденящий душу рев оглушил его, и огромная тень с разбегу врезалась в его тело, сбивая с ног. Джиён с грохотом полетел на пол, увлекая за собой стулья. — Х-ха… Менеджер?! А-а-а-а! Увидев, кто именно подмял его под себя, Джиён едва не лишился рассудка. С наполовину свисающей, оголившейся до черепа кожей на лице, менеджер Пак яростно щелкал зубами, точно оголодавший гуль, пытаясь вцепиться в шею парня. Макетный нож всё еще торчал из его разорванного горла. При виде этого чудовищного зрелища Джиён закричал во весь голос. Он же должен был умереть! Разве он не был мертв?! — Кррра-а-ах! — А-а-а! Да за что мне всё это?! Отвали от меня! Джиён изо всех сил уперся ладонями в лоб монстра, отчаянно пытаясь удержать его челюсти подальше от своего лица. Ситуация усугублялась тем, что вонючая, липкая слюна Пака капала прямо ему на щеки. Сама по себе слюна мутанта не заражала через неповрежденную кожу, но это омерзительное ощущение заставило Джиёна крепко зажмуриться, а из глаз брызнули слезы. Мало того что его нервы и тело были истощены бесконечной работой, так теперь его еще и загрызет собственный обезумевший начальник. Чувство глубокой несправедливости и обиды душило его сильнее, чем пальцы Пака на его воротнике. Раньше, смотря фильмы про зомби или монстров, он всегда думал: «Да в такой ситуации проще сразу сдохнуть или самому стать чудовищем, чем вот так мучиться». Но сейчас, оказавшись на волосок от гибели, он отчаянно хотел жить. Он не хотел превращаться в безмозглую тварь, бросающуюся на людей. Он хотел выжить! Да и в конце концов, если уж ему и суждено быть укушенным, то пусть это будет кто угодно, но только не менеджер Пак! — Гр-рк… гр-р-рх! Если бы он только знал, что так будет, он бы вогнал этот проклятый нож еще глубже. Тогда бы ему не пришлось так страдать. — Кх… у-ух! Силы стремительно таяли. Руки, удерживающие голову Пака, начали дрожать и подкашиваться. Воспользовавшись этой слабостью, монстр сделал резкий выпад вперед, широко раскрывая пасть прямо перед его лицом. — А-а-а-а! Решив, что это конец, Джиён зажмурился. Зубы Пака были уже в паре сантиметров от его носа, как вдруг… БАМ! Раздался оглушительный, тяжелый удар. Что-то горячее и липкое брызнуло Джиёну прямо в лицо, а грузное тело, давившее на него сверху, с глухим стуком повалилось набок. — Ха-а… ха-а… ха-а… Задыхаясь от пережитого ужаса, Джиён медленно приоткрыл глаза. — А-а… а-а-ах! Перед ним предстала неописуемо жуткая картина. Пак, секунду назад пытавшийся разорвать его на части, теперь лежал на боку с полностью размозженной головой. Кровь вперемешку с серым веществом медленно растекалась по полу. — Фух. Успел. Рядом с трупом стоял Юн Сухён. Он тяжело дышал, сжимая в руках испачканный кровью огнетушитель. — Джиён, ты цел? — А… Окончательно потеряв связь с реальностью от пережитого шока, Джиён смог лишь издать нечленораздельный звук. Сухён быстро подхватил его под мышки и рывком поднял на ноги. Но колени парня подогнулись, и он без сил повалился прямо на грудь Сухёна. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. Поскольку Сухён был почти на голову выше его, Джиён не видел его лица. Зато он отчетливо слышал, как бешено колотится сердце лидера продаж. Тепло его тела, просачивающееся сквозь тонкую ткань рубашки, окутало Джиёна целиком. И только в этот момент реальность наконец обрушилась на него всей своей тяжестью. Прижатый к широкой груди Сухёна, Джиён почувствовал одновременно и безумное облегчение от того, что выжил, и леденящий душу ужас, который всё еще сковывал его тело. Мерзкое ощущение того, как он собственноручно вонзает нож в чужую плоть, до сих пор горело в его ладонях. — И-ик… Руководитель… Юн… — Всё хорошо. Всё уже позади, Джиён, — тихо успокаивал его Сухён. Охваченный паникой, которой он никогда прежде не знал, Джиён не мог вымолвить ни слова — он лишь безутешно рыдал, размазывая слезы по чужой рубашке. Сухён бережно поглаживал его по спине, словно маленького ребенка. Пораженный этой непривычной нежностью и тихим, бархатным голосом, Джиён лишь сильнее уткнулся носом в его плечо. — Немного успокоился? — негромко спросил Сухён спустя какое-то время, продолжая мягко гладить его по спине. Услышав этот вопрос, Джиён резко вскинул голову. Сухён смотрел на него сверху вниз, и всё его лицо выражало глубокую тревогу. Стоило их взглядам встретиться, как к Джиёну мгновенно вернулось самообладание. Он испуганно отпрянул и сделал несколько шагов назад, едва не запутавшись в собственных ногах. — Р-руководитель Юн, а что вы вообще здесь делаете в такой час? Время близилось к десяти вечера. Сухёну не было никакого смысла торчать на работе. Заметив его подозрительный взгляд, Сухён лишь мягко улыбнулся. Его правильные, красивые черты лица потеплели, отчего он стал выглядеть еще привлекательнее. — Ты ведь сам сказал, что сегодня у тебя сверхурочные. Вот я и ждал, пока ты освободишься, чтобы вместе уехать. А потом услышал крики снизу. — Ждали меня?.. Зачем?.. Вы ведь не собираетесь снова затащить меня куда-нибудь на этих выходных, верно? Вместо ответа Сухён лишь неопределенно пожал плечами. Этот жест заставил Джиёна устало вздохнуть и потереть лицо руками. А затем его взгляд снова упал на лежащее на полу тело. То, что еще недавно было менеджером Пак О Сопом, теперь превратилось в бесформенное месиво из лопнувшей кожи, обнаженных красных мышц и костей. Вокруг головы стремительно расплывалась лужа крови и мозгов. — Кх… у-ух. Одного взгляда на это хватило, чтобы к горлу Джиёна подступил невыносимый рвотный позыв. — Кхэ… бл-эээ… Его вывернуло прямо там, где он стоял, — добежать до туалета физически не было сил. Поскольку за весь день он не ел ничего, кроме кофе и энергетиков, наружу вышла лишь горькая желудочная кислота. Слава богу, что в обед он решил поспать в комнате отдыха и пропустил прием пищи. — Ик… п-простите… — покачиваясь из стороны в сторону, выдавил Джиён. Но Сухён даже не поморщился. Он подошел ближе, мягко похлопал его по спине и помог сесть на стул, после чего присел перед ним на корточки, заглядывая в лицо. — Извините… — Тебе не за что извиняться. — … Сухён аккуратно смахнул подушечкой большого пальца слезы с его ресниц. От этого жеста Джиёну снова захотелось расплакаться, но он сдержался и, шмыгая носом, спросил: — Как… как это произошло? Почему менеджер Пак?.. — Думаю, его покусали и он заразился. — Н-но… это же Белая зона… — Джиён. То место, которое сейчас называют Черной зоной, когда-то тоже было Белой зоной. Ни одно место в мире не может оставаться безопасным вечно. От этих спокойных слов Сухёна Джиён с трудом сглотнул скопившуюся во рту горькую слюну. Он утер лицо ладонью и посмотрел на коллегу. На чистой рубашке Сухёна красовались свежие брызги крови менеджера Пака. Рубашка, к слову, была от весьма дорогого бренда, но Сухён совершенно спокойно вытер испачканные ладони прямо об брюки своего костюма. Почему он вел себя так хладнокровно? — Ладно, для начала нужно здесь прибраться. Нам ведь еще завтра на работу приходить. Сухён посмотрел на обезображенное тело Пака. В отличие от Джиёна, которого до сих пор колотило мелкой дрожью, этот человек уже думал о завтрашнем рабочем дне. Это просто в голове не укладывалось. — Я сам всё уберу. А ты посиди в сторонке. — И-как… как вы собираетесь это убрать?.. — Тебе лучше на это не смотреть. Он тепло улыбнулся Джиёну, который испуганно жался в углу. Затем Сухён вышел в коридор, заглянул в подсобку и вернулся с огромным пластиковым мешком — в такие обычно собирали измельченную бумагу из шредера. «Что он вообще задумал?» Сухён просил его отвернуться, но Джиён словно прирос взглядом к его фигуре. — Ну, если так хочется, можешь смотреть. Но зрелище не из приятных. Еще раз мягко улыбнувшись растерянному парню, Сухён подошел к телу менеджера Пака. Он без тени брезгливости ухватился за его сальные волосы, приподнимая изуродованную голову. — Чур потом не жаловаться, если это будет сниться тебе в кошмарах. С этими словами он резко и с силой дернул руку вверх — точно выдергивал перезревшую репку из грядки. С той лишь разницей, что отрывал он человеческую голову. Шея и позвонки покойного менеджера Пака разошлись с омерзительным, влажным треском. Подобную сцену можно было ожидать от дешевого фильма ужасов в жанре «сплаттер», но Сухён проделал это даже не поморщившись. — Кх… Не выдержав, Джиён зажал рот рукой и крепко зажмурился. Хруст. Треск. Даже с закрытыми глазами он отчетливо слышал этот ужасный скрежет ломающихся костей — точно такой же, как когда тело Пака мутировало. Желудок Джиёна был абсолютно пуст, но его продолжало выворачивать сухими спазмами. — Уф. Из-за того, что он был довольно упитанным, приходится повозиться, — непринужденно пожаловался Сухён, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. — У мертвых мутантов кожа и мышцы быстро разлагаются и плавятся. Проще утилизировать их, если сначала разделить на части. Он совершенно обыденно складывал фрагменты тела в мешок для мусора. Его движения были пугающе точными и отточенными. Джиёну до безумия хотелось спросить, откуда у простого руководителя отдела продаж такие навыки, но сейчас явно был не лучший момент для расспросов. — Что… что теперь с нами будет? Они убили менеджера Пака. И пусть он был мутантом, факт оставался фактом. Конечно, суды обычно оправдывали за убийство зараженных, но даже без учета закона, сам свинец осознания того, что они лишили жизни человека, тяжелым грузом давил на плечи Джиёна. — Всё будет хорошо. Ничего нам не будет, — Сухён ободряюще и очень тепло улыбнулся, словно успокаивая напуганного ребенка. Эта улыбка была такой обезоруживающе искренней и светлой, что Джиён на секунду опешил. — Я пойду вынесу это. Жди меня здесь. Подхватив тяжелый мешок с останками менеджера Пака так легко, словно это был обычный пакет с офисным мусором, Сухён скрылся за дверью. Джиён остался сидеть на стуле, отрешенно глядя ему вслед. Оставаться одному в темном, разгромленном офисе Джиёну не хотелось, но если бы он пошел вслед за Сухёном, то наверняка увидел бы то, чего его глазам видеть точно не следовало. Поэтому он остался сидеть на месте. — Ха-а… Джиён тяжело опустился на свой стул и глубоко вздохнул. Свинцовая усталость и дикий стресс мертвым грузом давили на плечи. В офисе царил полный хаос: повсюду была кровь и какая-то мерзкая жижа. По-хорошему, нужно было немедленно приняться за уборку, но он физически не мог заставить себя сделать даже движение. В голове царила абсолютная пустота. Пожалуй, лучшим решением было действительно немного перевести дух и подождать возвращения Сухёна. «Вот он вернется, и мы приберемся вместе…» «А потом спокойно обсудим всё, что сейчас произошло…» — И что мне теперь делать… — потерянно прошептал Джиён, чувствуя, как на глаза снова наворачиваются слезы от сюрреализма этого ночного кошмара. Он случайно скользнул взглядом по тому месту на полу, где только что лежало тело Пака, и тут же крепко зажмурился. Прошло несколько десятков минут. Джиён очнулся от странного, тревожного чувства дезориентации — похоже, он сам не заметил, как задремал прямо на стуле. Вздрогнув, он резко вскочил и огляделся по сторонам. Офис был безупречно чист. Сухён уже всё убрал. — Проснулся? — тут же спросил Сухён. Он сидел прямо напротив и внимательно наблюдал за ним, будто не сводил глаз всё это время. Джиён слегка сжался под его пристальным взглядом и послушно кивнул. — Ты выглядел так, будто не в состоянии даже швабру в руках удержать, поэтому я сам со всем разобрался. — С-спасибо вам… — Забирай сумку. Я отвезу тебя домой. — А почему вы… «Почему вы ведете себя так, будто ничего не случилось?» Глядя на Сухёна, который оставался всё таким же спокойным, мягким и вежливым, как и всегда, Джиён проглотил рвущиеся наружу вопросы. Его собственное сердце до сих пор испуганно трепетало, отказываясь принимать случившееся, в то время как Сухён выглядел так, словно вообще не заметил никакой чертовщины. — Сначала ассистент Ли из юридического, теперь вот это… В последнее время слишком многие начали обращаться. Нам нужно быть осторожнее. — …… Он произнес это с той же будничной интонацией, с какой обычно говорят: «В последнее время грипп вовсю бушует, так что береги себя». От этих пугающе обыденных слов Джиён вдруг почувствовал странную дистанцию — незнакомую, пугающую, но в то же время неуловимо близкую. ———————————————————————— — Эй, ты видишь его? — Того парня, который ест рамён? Обалдеть. Он что, знаменитость какая-то? — Нет. Я сама проверила, потому что тоже так подумала, но он просто третьекурсник с факультета журналистики и вещания. — Хёнджи, может, мне тоже туда перевестись? — Ты о чем вообще? Пока ты переведешься, он уже выпуститься успеет. В студенческой столовой во время обеда всегда было не протолкнуться, но сегодня здесь было шумно как никогда. Сгорая от любопытства, на кого же все так пристально пялятся, Джиён сделал вид, что ему нужно набрать воды, и огляделся. И тогда он увидел его — человека, который резко выделялся даже в этой огромной разношерстной толпе. С такой внешностью вопросы вроде «Он знаменитость?» были более чем оправданны. Он сидел совершенно один и молча ел рамён. Это был самый обычный копеечный рамён из столовой за полторы тысячи вон, но то, с каким благородством он его ел, заставляло поверить, будто перед ним изысканное ресторанное блюдо за все пятнадцать тысяч. «Раз он на третьем курсе журналистики, значит, он мой сонбэ…» Джиён, отучившийся в университете всего неделю, еще толком не запомнил лица своих одногруппников, не говоря уже о старшекурсниках. Он и понятия не имел, что на их факультете учится такой человек. «Ну, он на третьем курсе. Вряд ли мы когда-нибудь вообще пересечемся». Джиён мельком подумал, не стоит ли вежливо поздороваться со старшим товарищем, но в итоге просто вернулся на свое место. Он сделал глоток принесенной воды и сверился с расписанием. Следующей парой шла профильная дисциплина. Поскольку шла первая неделя семестра, Джиён, торопливо доедая обед, мысленно молил бога, чтобы профессор ограничился лишь вводной частью и отпустил их пораньше. Минут через двадцать Джиён снова столкнулся с тем самым «сонбэ с рамёном» — прямо в аудитории на профильной лекции. Как оказалось, они выбрали один и тот же курс. И более того, по воле профессора их с первого же дня распределили в одну рабочую группу. — Ты ведь первокурсник? Я Юн Сухён, третий курс. Рад знакомству. Красивый сонбэ тепло улыбнулся и протянул руку. От его улыбки веяло таким дружелюбием, что устоять было просто невозможно. Смутившись, Джиён вежливо поклонился и поприветствовал его в ответ. Он никак не ожидал, что окажется в одной команде над совместным проектом с человеком, с которым, как он думал, у них нет ничего общего. Всё это казалось каким-то нереальным. Это была первая встреча Джиёна и Сухёна. Тогда, в самом начале, Сухён казался Джиёну просто «красивым и очень приятным сонбэ». И действительно, Сухёна обожали буквально все — и студенты, и преподаватели. Время шло, и примерно через месяц после начала семестра… — Да почему никто не идет-то… — пробормотал Джиён, в очередной раз проверяя время на экране телефона. Сезон презентаций неумолимо приближался, и им нужно было срочно заканчивать групповой проект. Но по какой-то неведомой причине их группа до сих пор не собрала даже базовые материалы. Сегодня они наконец-то кое-как согласовали время встречи в кафетерии. И тем не менее из пяти участников команды пришли только двое. Сухён и Джиён.