Офисный клерк из Черной зоны

Сидя друг напротив друга за круглым столом, Джиён отправлял сообщения с вопросом, когда будут остальные. Никто их даже не читал. Изнывая от неловкости, он продолжал потягивать свой кофе, пока в стакане не осталось больше льда, чем самого напитка. — Фух... Уф. Простите, что опоздала. Я езжу из Санхёна, и автобусы застряли в пробке. Запыхавшись, за стол села девушка, чьего имени Джиён сейчас даже не мог вспомнить. — Вы, должно быть, очень долго ждали. — Да нет, всё в порядке. Переведи дух и возьми себе что-нибудь выпить. Возьми мою карту. Несмотря на то, что она опоздала на двадцать минут, Сухён ни разу даже не нахмурился. Он ещё и карту ей свою протянул. Он что, святой? Джиён, который уже вовсю настроился злиться, лишь неловко пожевал лёд в своём стакане. — Эм... Джэсок сказал, что у него сегодня поминальная служба по бабушке, поэтому он заранее передал мне собранные им материалы. Девушка вернулась со своим напитком и достала из сумки распечатанные материалы, подготовленные отсутствующим членом группы. — Поминальные службы внезапно не устраиваются. Когда мы планировали встречу, он и словом не обмолвился, а теперь просто не пришёл? Это вообще как понимать? — Всё в порядке, Джиён. Мы и сами справимся. Видя, как раздражённо ворчит Джиён, Сухён мягко успокоил его. Его вообще ничего в этой ситуации не бесит? Двое отсутствующих членов группы вечно извинялись и пытались прокатиться за чужой счёт. Их ложь была шита белыми нитками, но Сухён никогда не выводил их на чистую воду. Вместо этого он молча выполнял их долю работы. Джиён совершенно не понимал таких людей. ———————————————————————— Утро после убийства мутировавшего начальника Пака, 6:30. Джиён проснулся в своё обычное время и буквально стащил невыносимо тяжёлое тело с кровати. Кое-как стряхнув остатки сна, он поплёлся в ванную умыться и почистить зубы. Его движения были механическими, словно тело подчинялось заложенной в него программе. «Не переживай. Просто веди себя как обычно. Я всё улажу». Именно это вчера вечером сказал Сухён, когда подвёз его до дома. Джиён понятия не имел, почему тот был так спокоен и как именно собирался «всё уладить», но эти слова оставались единственной причиной, по которой он вообще нашёл в себе силы собраться на работу. Би-и-ип... Би-и-ип... Стоило ему переступить порог квартиры, как в кармане пальто громко зажужжал телефон. Этот сигнал не был похож ни на звонок, ни на обычное сообщение — тональность была совершенно другой. Встревоженный Джиён остановился и достал телефон. Пришло экстренное оповещение от правительства. [Экстренное сообщение о чрезвычайной ситуации] В Культурном центре города Хасон обнаружены двадцать четыре мутанта. В целях вашей безопасности, пожалуйста, воздержитесь от выхода на улицу. На дворе стояла середина января, так что он ожидал предупреждения о сильных морозах или снегопаде. Но содержание этого сообщения оказалось непредсказуемым и пугающе суровым. — ... При слове «мутант» Джиён невольно вспомнил вчерашние события и сильно прикусил губу. Хроническая головная боль снова начала подступать. Он заставил себя собраться на работу, делая вид, будто ничего не произошло, но только что полученное оповещение лишний раз напомнило: вчерашний кошмар был не сном, а реальностью. И это неудивительно. Культурный центр Хасона находился менее чем в пяти километрах от офисного здания компании. Это означало, что мутанты, которых он до этого видел только в новостях и соцсетях, появились практически у него под боком. «А вдруг зараза расползается где-то там, где мы и не знаем?» — вчерашние слова Чан Джухи, которые он отмахнул как глупость, в итоге оказались пророческими. Бззз... Джиён уже собирался убрать телефон обратно, как тот снова завибрировал — на этот раз входящий вызов. На экране высветилось: «Мама». Она наверняка звонила из-за этого предупреждения. — Да. — Я слышала, в Хасоне сейчас творится черт знает что! Ты в порядке? Ну конечно. Стоило Джиёну ответить, как мать тут же засыпала его вопросами. С трудом справляясь с пульсирующей болью в голове, он выдавил: — Да. Я в порядке... Никаким «в порядке» тут и не пахло. Но скажи он правду, мама тут же сорвалась бы в Хасон, поэтому пришлось солгать. Разведясь с отцом, она всю себя посвятила единственному позднему сыну. Джиён не хотел давать ей лишних поводов для беспокойства. Причём не столько ради неё, сколько ради себя самого. Он просто физически не мог выносить её заботу, которая граничила с одержимостью. — Нигде там не шатайся. — Да куда мне идти? Я всегда либо на работе, либо дома. — Ну и ладно. А что с голосом? Ты заболел? Лекарство на травах, что я тебе отправила, допил? — Ох, мам. Я уже на работу иду. Мне пора. — Джиён-а! Я без тебя жить не смогу. Ты же знаешь, да? — Правда, я уже опаздываю. Всё, вешаю трубку! Прежде чем она успела продолжить свою волынку, Джиён поспешно завершил вызов. Если бы он продолжил слушать, обычный звонок вежливости неизбежно перерос бы в причитания и расспросы. Его эмоциональные силы и так были на исходе, и лишняя порция стресса ему сейчас была ни к чему. — И всё-таки я силён... идти на работу в таком состоянии... Горько усмехнувшись, Джиён убрал телефон в карман. Он пережил кошмарную ночь, но наступил новый день. Пока мир не рухнул окончательно, такому человеку, как он, всё равно приходилось возвращаться к повседневной рутине.        По дороге на работу пришли ещё два экстренных оповещения. Число мутировавших увеличилось на шестьдесят четыре человека, жителей призывали к осторожности. Несмотря на шокирующие новости, автобус был забит людьми, ехавшими на работу или учебу. Известие о появлении мутантов в «Белой зоне» ненадолго встревожило всех, но люди всё равно начинали свой день как обычно. Джиён не был исключением. Даже зная, что их старорежимный начальник Пак больше никогда не появится на пороге, он всё равно пришёл в офис за десять минут до начала рабочего дня, как и всегда. На душе было так паршиво, что он, садясь за стол, даже не смог выдавить ответное приветствие коллегам. И снова звонкий голос Чан Джухи нарушил унылую утреннюю тишину офиса: — Нет, ну как они могут заставлять нас приходить как ни в чём не бывало? Не могли, что ли, объявить временные выходные или хотя бы перевести на удалёнку? Раздосадованно поднявшись со своего места, Джухи заглянула поверх перегородки на Джиёна и спросила: — Вы так не думаете, помощник менеджера? Джиён выдавил неловкую улыбку и отвёл глаза. — Говорят же, прямо возле компании появилось больше двадцати мутантов. О чём они вообще думают, заставляя нас приходить, когда в любой момент может случиться что-то серьёзное? — Вот именно... Мне сегодня ехать-то сюда было до безумия страшно. Даже Чхве Сонхва, которая обычно отчитывала Джухи за излишнюю болтливость, согласилась с ней — утреннее экстренное оповещение всё ещё не давало ей покоя. — Но начальник Пак сегодня снова опаздывает. До девяти оставалось всего две минуты, а место Пака всё ещё пустовало. Цокнув языком, Джухи не упустила случая это прокомментировать. У Джиёна внутри всё оборвалось. — Он ведь... не придёт сегодня, да? — Да ну, вряд ли. Наверняка просто опять опаздывает. Пока они переговаривались, у Джиёна по шее скатился холодный пот. — ... Его взгляд невольно скользнул к месту, где вчера рухнул начальник Пак. Там всё тщательно убрали, не оставив и следа от вчерашнего кошмара, но от вида коллег, беззаботно проходящих мимо этого пятачка, по спине пробежал мороз. — Хеён тоже нет. Это, должно быть, из-за вчерашнего...? Эх. Единственная, кто вчера попытался утешить самую младшую сотрудницу, Джухи горько вздохнула и наконец включила компьютер. Когда разговоры поутихли, офис заполнился привычным белым шумом: стуком клавиш, редкими телефонными звонками и усталыми вздохами. Джиён тупо уставился в пустой рабочий стол на мониторе. Он шёл на работу в надежде вернуть хоть какое-то ощущение нормальной жизни, но сейчас был просто не в силах заставить себя делать хоть что-то. Бог знает сколько он так просидел, пока в углу экрана не всплыло маленькое окошко сообщения. Рука на автомате двинула мышку и кликнула по нему. [Руководитель отдела продаж Юн]: Давай сегодня пообедаем вместе. Я уже забронировал столик. Сообщение пришло от Сухёна — человека, о котором в компании ходили слухи, будто за ним ходит призрак, потому что он вечно обедал в одиночку. «И почему опять...» Джиён, который всё утро пребывал в прострации, наконец пришёл в себя, увидев это послание. Однако мысли путались, и он несколько минут колебался, прежде чем напечатать ответ. [Я]: Простите. Что-то с желудком не ладно. Не думаю, что смогу поесть. Отказывать было неудобно, особенно учитывая, что тот уже забронировал столик, но он всё равно нажал «отправить». Честно говоря, он был не в том психологическом состоянии, чтобы вообще думать о еде. После пережитого вчера кусок в горло не лез. А больше всего на свете ему не хотелось сидеть напротив Сухёна — человека, который помог ему избавиться от начальника Пака, и делать вид, будто всё в порядке. — Похоже, наш начальник Пак сегодня действительно решил не приходить. Кто-то в офисе насмешливо пробормотал эту фразу. Видя, что Пака нет на месте спустя приличное время после начала рабочего дня, все отреагировали предсказуемым «ну конечно». Коллеги, судя по всему, решили, что он просто взял спонтанный отгул из-за новостей об инфекции неподалёку от компании. — Ха-а... Глядя на то, как равнодушно все реагируют на пустое кресло Пака, Джиён вздохнул и попытался всерьёз заняться утренними делами. Когда подошло время обеда, увядшие было сотрудники заметно оживились. Тихий офис мгновенно наполнился гулом голосов. Как и принято у корейцев, живущих «на силе риса», большинство разговоров крутилось вокруг извечного вопроса: «Что сегодня на обед?». — Помощник менеджера. Не хотите сходить пообедать? На улице холодно, может, по тарелочке фо-бо? — А, ну... Ким Хёнсок из отдела дизайна, который обычно обедал вместе с Джиёном, тонко намекнул, чего ему хочется сегодня. Но Джиён неловко замялся, переводя компьютер в спящий режим. — Я сегодня неважно себя чувствую, так что пропущу обед. — А... И сегодня тоже? Вы ведь и вчера не обедали. — Извини. Думаю, тебе сегодня стоит пойти с кем-нибудь другим. От слов Джиёна Хёнсок смутился. Поскольку его отдел дизайна состоял исключительно из женщин, он куда ближе общался с Джиёном из планового отдела, чем со своими коллегами. А это значило, что сегодня, как и вчера, ему светило обедать в одиночестве. — А? Помощник менеджера Ким, вам что, сегодня не с кем пообедать? Услышав их разговор, Чан Джухи, которая как раз собиралась на выход вместе с Чхве Сонхва, обернулась у самой двери. Застенчивый от природы Хёнсок тихо выдавил: — Д-да... — Тогда пойдёмте с нами. Обычно неразговорчивая Сонхва сделала неожиданное предложение. Похоже, Хёнсок никак не ожидал приглашения именно от неё: его глаза округлились, и он замахал руками в панике. — О-о, нет-нет. Я могу и один поесть. — Да ладно вам. Пойдёмте с нами. Пока он безуспешно пытался отказаться, Джухи, усугубив его положение, бесцеремонно схватила его за руку и потащила за собой. То ли Джухи была слишком сильной, то ли Хёнсок — слишком хлипким, но он беспомощно поплёлся следом, заваливаясь набок. — Тогда мы побежали обедать! Помощник менеджера, хорошенько отдохните! — А? О, да... С весёлым криком Джухи утащила Хёнсока за собой. Глядя вслед ошарашенному коллеге, Джиён слабо помахал рукой. На первый взгляд, холодная и циничная Сонхва никак не монтировалась с яркой и шумной Джухи, но на деле они были довольно близкими подругами на работе. Насколько знал Джиён, они каждый день обедали вместе, а иногда и пропускали по стаканчику пива после работы. Но, представив робкого Хёнсока, зажатого между этими двумя, он невольно забеспокоился, сможет ли тот вообще спокойно доесть свой обед. — ... В этот момент Джиён заметил Сухёна, стоявшего у дверей офиса, и тут же покачал головой. «Тоже мне, нашёл о ком переживать». Джиён тихо вздохнул, понимая, что Сухён пришёл явно по его душу, и вышел из офиса. — Джиён! Стоило автоматической двери разъехаться в стороны, как Сухён тепло поприветствовал его. В отличие от Джиёна, чьё лицо было бледным и измождённым после бессонной ночи, полной страха, Сухён так и сиял, как ни в чём не бывало. То, насколько он оставался невозмутимым даже после того, как оторвал голову начальнику Паку, заставило Джиёна усомниться — а не приснилось ли ему всё это вчера? Человек, с которым и раньше было непросто общаться, теперь казался ещё более пугающим и непонятным. — Ты сказал, что у тебя разболелся желудок. Сильно? — А... Уже лучше. Спасибо за беспокойство. Избегая заботливого взгляда Сухёна, ответил Джиён. Желудок действительно крутило, но не настолько, чтобы это кого-то волновало, поэтому ложь прозвучала натянуто. — Мне, пожалуй, пора вернуться за стол, отдохнуть. Хорошего вам обе... — Подожди, Джиён. Когда он попытался поспешно ускользнуть обратно в офис, Сухён перехватил его за руку. Только тогда Джиён заметил в его руке фирменный бумажный пакет из известной сетевой сети закусочных с целебными кашами, которая находилась довольно далеко от их офиса. — Я купил кашу. Пойдём поедим в комнате отдыха. — Когда это вы успели...? — Да вот, отлучился ненадолго и взял. Переживал за тебя. — Что? Не стоило так утруждаться... Но всё равно спасибо. «И зачем он всё это делает?» — промелькнула мысль, но, поскольку еда предназначалась ему, Джиён слегка поклонился и принял пакет. Однако стоило ему сделать шаг назад к дверям офиса... — Джиён! Сухён снова потянулся к нему, придерживая разъезжающиеся створки автоматической двери. Улыбаясь, он приподнял другую руку. На пальце у него болтался шуршащий пакет из супермаркета. — Ты ешь со мной. Я ведь не для того покупал тебе кашу, чтобы ты давился ей в одиночестве, верно? — А. — Я и себе кое-что прихватил, так что пошли в комнату отдыха вместе. Прежде чем Джиён успел хоть что-то возразить, Сухён уже развернулся и зашагал по коридору. Глядя ему в спину, Джиён лишь обречённо хмыкнул. Он только-только всеми силами открестился от обеда, и надо же — всё равно пришёл к тому же результату. Навалившаяся усталость была такой сильной, что у него просто не осталось энергии сопротивляться и высвобождать руку из хватки Сухёна. — Похоже, все ушли обедать. Почти никого нет. Придя в комнату отдыха, Сухён огляделся и занял столик в самом углу. Как он и сказал, большинство сотрудников разошлись. В просторном помещении площадью около пятидесяти квадратных метров стоял большой стол, пара кресел-мешков для отдыха и кухонный остров с капсульной кофемашиной и кучей упаковок с травяным чаем. Стороннему человеку могло показаться, что это прекрасное проявление заботы о сотрудниках, но суровая реальность говорила о другом: здесь пахали сверхурочно. Если бы люди уходили домой вовремя, им бы в принципе не понадобилось место для отдыха в офисе. — Ну что, давай есть. Немного помявшись у стола, Джиён нехотя присел. Смотреть, как Сухён заботливо достаёт контейнеры, раскладывает приборы и аккуратно всё расставляет, и при этом отказываться — было выше его сил. Встретившись с выжидающим взглядом Сухёна, он наконец взял ложку. Каша всё ещё дымилась — её явно купили буквально только что. — Руководитель. Насчёт вчерашнего вечера... — осторожно начал Джиён, даже не притронувшись к еде. Раз уж всё так обернулось, он посчитал, что нужно обсудить ситуацию с начальником Паком — то, что вчера в спешке и хаосе они просто замяли. Даже если Сухён обещал взять всю ответственность на себя, Джиён всё равно оставался соучастником. Он не мог делать вид, будто прошлой ночью ничего не произошло. Если начнётся расследование, им нужно хотя бы согласовать свои версии. Но не успел Джиён договорить, как Сухён его перебил: — Ты чего не ешь? Ешь, пока горячая. Холодная каша — то ещё удовольствие. — ... Видя, как тот упорно ждёт, пока он сделает первый глоток, Джиён мысленно вздохнул. Ему ничего не оставалось, кроме как замолчать и зачерпнуть ложку каши. — Вкусно же, правда? Честно говоря, я всегда думал, что каша — это безвкусная размазня, но в некоторых местах её готовят просто потрясающе. Джиён молча кивнул. Он почувствовал нежный, маслянистый вкус кусочков морского ушка и мягкое, приятное послевкусие умами. А когда он добавил немного тушёной в соевом соусе говядины из соседнего контейнера, аппетит вернулся к нему словно по щелчку пальцев. Ложка за ложкой каша быстро исчезала. Из-за пережитого стресса он даже не осознавал, насколько проголодался, тёплая еда приятно согревала изнутри и легко проскальзывала в горло. Из-за этого он окончательно упустил момент, чтобы продолжить разговор о вчерашнем. Джиён решил, что сначала доест, а уже потом вернёт их к этой теме. В этот момент он заметил, как Сухён один за другим распаковывает три треугольных кимбапа из круглосуточного магазина. — Сейчас же обед... Вам правда этого хватит? Чувствуя себя неловко от того, что сам уплетал дорогую кашу с морским ушком, пока его начальник перебивался дешёвыми кимбапами, нерешительно спросил Джиён. Сухён лишь пожал плечами, срывая обёртку. — Если не наемся, стащу какие-нибудь печеньки здесь же, в комнате отдыха. От такого непринуждённого ответа Джиён невольно замедлил ход ложки. — Эм, руководитель. Испытывая неловкость, Джиён окликнул его, собираясь предложить всё-таки спуститься в столовую. — ...? Внезапный оглушительный грохот донёсся из-за пределов комнаты отдыха. Оба они инстинктивно повернули головы на звук. — Руководитель, вы слышали? — Слышал. — Что это было? Звук довольно громкий. — Похоже, упало что-то. Может, уборщики что-то выронили. Отмахнувшись от этого, Сухён принялся открывать треугольный кимбап со острой свининой. Джиён вернулся к каше, которую отложил секундой ранее. Но всего несколько мгновений спустя... — А-а-а-а-а! Услышав этот крик, Джиён замер с ложкой в руке. Это был вопль, будто сошедший с экрана фильма ужасов. Даже у Сухёна от удивления округлились глаза. Немногие другие сотрудники, находившиеся в комнате отдыха, тоже оцепенели. Они безмолвно, с тревогой переглядывались, пытаясь осознать происходящее. Маленькое, ещё недавно тихое пространство мгновенно заполнилось удушающим напряжением. — Это ведь... был крик, да? — Я пойду проверю. С посерьёзневшим лицом Сухён поднялся со своего места. Джиён с тревогой уставился на дверь. Коридор, в котором только что эхом отозвался крик, теперь погрузился в тишину. Возможно, ничего страшного не произошло, но после вчерашнего этот вопль показался слишком зловещим предзнаменованием. Вспомнив события минувшей ночи, Джиён инстинктивно вцепился в рукав Сухёна. — Джиён? Уже собиравшийся сделать шаг к двери Сухён обернулся с недоумевающим видом. — П-простите. Осознав, что натворил, Джиён вздрогнул, поспешно разжал пальцы и отступил на шаг. На идеально разглаженном до этого рукаве рубашки Сухёна осталась замятая складка. — Я просто испугался и сам не заметил, как... Он попытался оправдаться, но все его эмоции всегда были написаны на лице. Глядя на покрасневшие, словно спелые яблоки, щёки Джиёна, Сухён молча и пристально рассматривал его. От этого нечитаемого взгляда у Джиёна ещё сильнее загорелись уши. Сгорая от неловкости и смущения, он поспешил усесться обратно. — ...! Очередной глухой удар раздался уже прямо за дверью. — Мне действительно стоит проверить, — произнёс Сухён и, словно успокаивая, мягко похлопал Джиена по плечу, после чего направился к выходу. — Руководитель! Предчувствуя, что снаружи творится что-то ужасное, позвал его Джиён, но Сухён уже взялся за дверную ручку. Он медленно потянул дверь комнаты отдыха на себя. И в тот же миг... — А-а-а-а-а! Кто-то с диким криком бросился прямо на него. — Руководитель Юн Сухён! — ...! От испуга Джиён выкрикнул его имя в ту же секунду, как Сухён резко увернулся корпусом в сторону. Влетевший в комнату человек пронёсся мимо него и, не успев затормозить, кубарем покатился по полу. Это был сотрудник из отдела бухгалтерии — мужчина, с которым Джиён изредка сталкивался в лифте перед началом рабочего дня. — Вы в порядке? — осторожно приблизился Джиён. Мужчина резко вскинул голову и, бледный как полотно, истошно заорал на него: — Ч-что ты стоишь! Запри дверь! Живее! — А... да, сейчас! Он даже не пытался подняться, лишь отчаянно кричал. Охваченный паникой, Джиён бросился к двери и провернул замок. — Х-х-х... кх-х... — Эй! Приди в себя! Пока Джиён запирал дверь, Сухён приподнял дрожащего как осиновый лист мужчину и помог ему устроиться на кресле-мешке. Тот бессмысленно уставился в потолок, затем крепко зажмурился, судорожно и прерывисто хватая ртом воздух. Джиён подошёл к Сухёну и взглянул на несчастного. [Бухгалтерский отдел — сотрудник Ким О Юн] Он прочитал имя на пропуске, висевшем на шее мужчины... и тут же заметил багровую полосу свежей крови на краю пластиковой карты. Ледяной озноб медленно пополз вниз по спине Джиёна. — И-ик... кх-х... — Вот, выпей сначала воды. Успокойся. Ещё один сотрудник принёс стаканчик из кулера и протянул Ким О Юну. Только тогда тот начал приходить в себя. Он жадно, взахлёб осушил стакан и с трудом выдавил: — С... спасибо... Включая О Юна, в комнате отдыха сейчас находилось пять человек. Воду ему принесла Чхве Ю Ён из юридического отдела с пятого этажа, а в углу, всё ещё уткнувшись в телефон с выражением ужаса на лице, стояла Пак Йеджи из отдела дизайна с этажа Джиёна. — Что там вообще стряслось, снаружи? — Не подходи к двери! Жить надоело?! — истошно заорал О Юн на Ю Ён, которая инстинктивно сделала шаг в сторону выхода. Вздрогнув и явно разозлившись на то, что на неё прикрикнули, девушка сильно нахмурилась. Но что бы там ни произошло снаружи, дело было действительно дрянь. — Р-ребята! Посмотрите на это! Пак Йеджи подбежала к ним, судорожно сжимая телефон. Её лицо было серым от страха. Она ткнула экраном прямо им в лицо. Ю Ён прочитала первой. — Что это... Это же фейк? Точно фейк, да? Мы же в «Белой зоне», здесь такого просто не может быть. Ю Ён, которую трясло не меньше, чем Йеджи, говорила осторожно, словно пытаясь убедить саму себя. Но О Юн крупно задрожал и замотал головой: — Не фейк! Я сам видел! За мной гнались, прямо перед тем как я сюда прибежал! Глядя на их реакцию, Джиён наконец тоже заглянул в телефон Йеджи. [Город Хасон парализован из-за вспышки мутаций. Точное число заражённых неизвестно] [Массовый всплеск мутаций в деловых кварталах. Весь город закрыт на временный карантин] [Мутанты заполонили Хасон за считанные минуты. На улицах царит полнейший хаос] — Эти статьи вышли буквально десять минут назад, и везде заголовки в таком духе, — дрожащим от страха колыхающимся голосом произнесла Пак Йеджи. Блокировка. Это означало, что город фактически признавали «Чёрной зоной». — Получается... нас всех запрут в Хасоне на десять лет? — спросила Чхве Ю Ён, нервно покусывая ногти. Она имела в виду «Серый закон». «Серый закон» предписывал, что выжившие в «Чёрной зоне» граждане могут переселиться обратно в «Белую зону» только в том случае, если смогут продержаться там десять лет. Цель закона была проста — не допустить массового бегства уцелевших из опасных районов, что могло бы дестабилизировать благополучное общество. Десять лет в «Чёрной зоне» звучали как изощрённый смертный приговор, но тем немногим, кто выживал, государство гарантировало щедрые компенсации и полную помощь в реабилитации. Впрочем, вся эта система изначально создавалась с расчётом на то, что большинство людей эти десять лет просто не переживут. В каком-то смысле это была чистая формальность. В реальности число тех, кому удавалось прожить полные десять лет в условиях «Чёрной зоны» и вернуться к нормальной жизни, составляло меньше пяти процентов от общего числа выживших. Даже Джиён, который мало интересовался политикой, прекрасно это знал. — Может, это ошибка в новостях? Репортёры вечно всё раздувают. Я ещё поищу. Пытаясь сохранить остатки хладнокровия, Ю Ён принялась судорожно листать ленту новостей в собственном телефоне. Но очень скоро её лицо стало каменеть. Одного этого взгляда Джиёну хватило, чтобы понять: статья, которую показала Йеджи, не врала. — Пока это лишь временные меры. До полной и окончательной блокировки пройдёт какое-то время. Если мы выберемся до того, как решение утвердят, «Серый закон» на нас распространяться не будет. В удушающей атмосфере, когда всем казалось, будто Хасон уже превратился в адскую бездну, Сухён заговорил первым. Даже в такие минуты он умудрялся сохранять ледяное спокойствие — ровно так же, как и всегда. — Пока не объявили официальный карантин, нам нужно попытаться выбраться из города. — Что?! Нет! Там же мутанты! Если мы выйдем наружу, нам крышка! — буквально взорвался Ким О Юн, подскакивая с кресла-мешка. Остальные двое тут же закивали, соглашаясь с ним. — Мы даже не знаем, что творится на улице. Идти напролом слишком опасно. — Д-да. Если мы пересидим здесь, за нами ведь в конце концов приедут спасатели? — ... При этих словах между бровей Сухёна пролегла едва заметная складка — настолько крошечная, что её вряд ли кто-то заметил. — А ты как думаешь, Джиён? Что ты хочешь делать? Сухён повернулся к нему со своей привычной мягкой улыбкой. Застигнутый врасплох тем, что у него спрашивают мнения, Джиён растерянно замялся. Чисто рационально Сухён был прав: бежать из города до того, как его намертво запечатают и объявят «Чёрной зоной» — единственно верное решение. Но ему было до смерти страшно. Тот мутант, с которым он столкнулся вчера, не имел ничего общего с аккуратными параграфами из инструкций по гражданской обороне. Реальность оказалась куда омерзительнее и кошмарнее. И вчера это был всего лишь один человек — начальник Пак. У Джиёна не было никакой уверенности, что он сможет прорваться через толпы таких чудовищ на улице. — Может... нам пока лучше остаться здесь и посмотреть, как будут развиваться события? — ... Помолчав и внимательно глядя на него, Сухён, казалось, взвесил его слова, после чего согласно кивнул: — Хорошо. Тогда пока понаблюдаем за ситуацией отсюда. Так все пятеро остались в комнате отдыха на шестом этаже, напряжённо прислушиваясь к тому, что происходило за запертой дверью. Прошло около получаса. При обычных обстоятельствах обеденный перерыв уже подходил бы к концу и им пора было возвращаться на свои рабочие места, но никто их не искал. За это время Ю Ён безуспешно пыталась дозвониться в Центр регистрации мутаций, Йеджи и Джиён судорожно обновляли ленту новостей в интернете, а Ким О Юн... пропустивший обед, в одиночку уплетал все запасы печенья и батончиков, что нашлись в комнате отдыха. — Да что такое! Я звоню на горячую линию, а там только автоответчик крутится. Пять раз набрала, пять раз — и всё одно и то же! Пока Ю Ён в панике мерила шагами комнату, Йеджи с тяжёлым вздохом уронила голову на стол. После запредельного стресса вчерашнего и сегодняшнего дней Джиён чувствовал себя выжатым как лимон. Удивительно, но единственным, кто сохранял абсолютное самообладание, был Сухён. Он даже не поленился прибрать со стола, за которым они недавно сидели. Казалось, остывшая каша с морским ушком беспокоила его куда больше, чем невозможность связаться со службами спасения. — Я попробую ещё раз набрать. — М-м. Даже если они ответят, толку от них сейчас мало, — безучастным тоном отозвался Сухён, заканчивая протирать стол. «И почему руководитель Юн ведёт себя так, словно ничего не произошло?» Эта его невозмутимость, граничащая с полным равнодушием, вновь пробудила в Джиёне те же смутные подозрения, что и вчера. — Руководитель, вам совсем не страшно? — наконец озвучил он вопрос, который не давал ему покоя со вчерашнего вечера. Сухён на мгновение замер, явно не ожидая такого вопроса, а затем ответил своим обычным ровным голосом: — Наверное, я просто знаю, что паника ничему не поможет. Да и устал я уже от подобных ситуаций. — ...? Джиён слегка нахмурился, не совсем понимая, что тот имеет в виду. — Что значит... Договорить он не успел — экран его телефона вспыхнул. Увидев имя отправителя, он быстро открыл сообщение. [Чан Джухи] Ребята, вы как там?? Мы с Сонхва-сонбэ сейчас в столовой на третьем этаже. Вы же там все живы??? Джухи буквально засыпала сообщениями групповой чат планового отдела. Убедившись, что его коллеги целы и невредимы, Джиён облегчённо выдохнул и набрал ответ. [Я]: Я сейчас в комнате отдыха на шестом. [Чан Джухи]: Ой, слава богуㅠㅠㅠㅠㅠ Мы отсюда вообще носа высунуть не можем. Весь коридор забит мутантами. Но пока мы внутри, вроде как в безопасности. Вы ведь останетесь в комнате отдыха, помощник менеджера? [Я]: Думаю, да. Будем пока следить за новостями отсюда. В групповом чате состояло восемь человек, но, кроме Джиёна, на сообщения Джухи больше никто не ответил. Что случилось с остальными... — Джиён. Сухён незаметно подошёл со спины и тихо окликнул его. — Сколько у тебя зарядки осталось? — А? Эм... шестьдесят пять процентов. — Ставь на зарядку прямо сейчас. Как только зарядится, мы уходим. — Что? Но мы ведь собирались переждать здесь? — Тш-ш. Когда голос Джиёна невольно взлетел вверх, Сухён приложил указательный палец к губам, призывая к тишине. Затем он слегка наклонился и едва слышно прошептал ему на ухо: — Не паникуй. Просто слушай. — ...? — Ким О Юн. Его укусили. — В каком смы... Джиён ещё не до конца осознал смысл этих слов, но взгляд его тут же метнулся к О Юну. Тот, уничтожив все сладости в комнате отдыха, теперь лихорадочно доедал остатки каши, которую не доел сам Джиён. То, с какой одержимостью он пихал в себя еду, действительно выглядело жутко и ненормально. — Когда я усаживал его в кресло-мешок, то заметил следы укуса на тыльной стороне ладони. Рана была маленькой, так что я сначала сомневался, но, глядя на его поведение сейчас, уверен на все сто. Волчий аппетит — один из первых симптомов. — Т-тогда...! — Тш-ш. Раз рана небольшая, до полной мутации пройдёт чуть больше времени. Поэтому заряжай телефон. Быстрее. Джиён деревянно кивнул. Пятно крови на пропуске О Юна ещё в самом начале вызвало у него нехорошее предчувствие. Какая-то часть его души отчаянно хотела оставаться в этом укрытии как можно дольше, но перспектива оказаться взаперти с мутирующим О Юном пугала до усрачки. С этим чудовищем он точно не хотел встречаться лицом к лицу. — Как только выйдем отсюда, спустимся в офис на пятом этаже. — На пятый? Разве им не нужно поскорее выбираться на улицу? Джиёну хотелось покинуть это проклятое здание как можно быстрее, поэтому он не удержался от вопроса. — Мне нужно кое-что забрать. Заметив его замешательство, коротко пояснил Сухён. Джиён понятия не имел, что именно понадобилось его начальнику в опустевшем офисе, но в этой безумной ситуации Сухён был единственным человеком, на которого он мог опереться. Спорить Джиён не стал и просто кивнул. — Нам ведь нужно предупредить Ю Ён и Йеджи? Насчёт того... что О Юна укусили. — М-м. Поступай как знаешь. Сухён ответил совершенно равнодушно, будто ему было плевать, пойдут девушки с ними или нет. Джиён воткнул кабель зарядки в розетку у стены, а затем подошёл к Ю Ён и Йеджи. — Девушки, можно вас на пару слов? — На пару слов? О чём? — Это важно. Он отвёл их к самому дальнему столику в углу. Сев напротив него, обе девушки замерли в крайнем напряжении. — Эм... в общем... — Джиён никак не мог подобрать слова, замялся, но в итоге тихо вздохнул и выложил всё как есть: — Не думаю, что нам стоит здесь оставаться. Нужно уходить. И как можно скорее. — А? Почему? Пришли какие-то указания сверху? — Нет, дело не в этом... — Джиён бросил быстрый взгляд на О Юна. К счастью, тот был слишком занят поглощением чужих объедков и не обращал на них никакого внимания. — Он скоро мутирует. — Что?! — Тш-ш! Джиён, в точности повторив жест Сухёна, прижал палец к губам. Девушки испуганно уставились на О Юна. Теперь, когда им указали на это, его неестественное поведение бросалось в глаза даже слепому. Лица обеих девушек мгновенно стали белее мела. — Похоже, его укусили в коридоре. Руководитель Юн сам видел следы зубов. Сидевший рядом с Джиёном Сухён согласно кивнул: — Судя по ране, у него ещё есть немного времени до полного превращения. Но оставаться здесь с ним мы не можем. Нам нужно уходить. Выслушав это с застывшим от ужаса лицом, Ю Ён принялась нервно грызть ногти, косясь на дверь полными страха глазами. — А... а что, если мы его выставим? — Выставим... наружу? — Нам не обязательно уходить. Мы можем просто выпихнуть его отсюда. При этих словах лицо Сухёна мгновенно посуровело. — И как конкретно вы планируете это сделать? Скажете ему: «Эй, ты скоро обратишься, так что проваливай»? Думаете, он послушно со всем согласится и уйдёт? Известный своей мягкостью и добротой, Сухён бросил эти резкие слова с абсолютно холодным выражением лица. От его непривычно жёсткого тона Джиён невольно вздрогнул. То, как напряглось это красивое лицо, могло напугать кого угодно. До сих пор Джиён видел в нём лишь покладистого фаната спорта, который любил угощать всех едой, но, столкнувшись с этой его стороной, парень неосознанно подобрался. — ...В любом случае, если мы останемся здесь, это не поможет нам выжить. Чтобы спастись, нельзя устраивать ненужный хаос. Нам лучше уйти. Заметив, видимо, как напрягся Джиён, Сухён слегка смягчил тон, хотя металл в его голосе никуда не делся. — Я никого не заставляю идти с нами. Но какой бы выбор вы ни сделали, ответственность за него нести вам. Так что вы решили? — ... Ю Ён приоткрыла рот, но так и не смогла ничего ответить и лишь беззвучно закрыла его обратно. — Что ж, ясно. Приняв её молчание за отказ, Сухён едва заметно кивнул. — Поступайте как знаете. В любом случае, как только телефоны зарядятся, мы с Джиёном уходим. А ты, Пак Йеджи? — Я... я пойду с вами. Произнося это, Йеджи боязливо покосилась на Ю Ён. Та, поражённая ответом подруги, резко вскочила с места, а её лицо исказилось от ярости. — А я... я не хочу уходить! Вы хоть представляете, что там творится?! Нам нужно просто выставить его отсюда! С какой стати я должна рисковать жизнью на улице?! — Значит, ты остаёшься здесь... — Не разговаривай со мной в таком тоне! Резко оборвав Сухёна, Ю Ён круто повернулась в сторону О Юна. Тот, покончив с кашей, теперь лихорадочно рылся в мусорном ведре в поисках хоть какой-то еды. Что бы ни взбрело ей в голову, Ю Ён решительным шагом направилась прямо к нему. — Послушай, О Юн. Она встала прямо перед ним и окликнула его. Джиён, наблюдая за этой сценой, почувствовал, как его лицо бледнеет от нарастающего ужаса. Они шептались ровно по одной причине: если О Юн поймёт, что от него пытаются избавиться, никто не сможет предугадать его реакцию. — Тебя укусили? Этим единственным вопросом Ю Ён в пух и прах разнесла весь план Сухёна. — Ч-что? — Я спрашиваю, тебя укусил мутант?! — Какое ещё «укусил»?! Ты что, обвиняешь меня?! От столь резкого вопроса О Юн подскочил на месте и сорвался на крик. Его чрезмерно агрессивная реакция лишь заставила Ю Ён прищуриться. — Чего ты так разнервничался? Если тебя не кусали, так и скажи. — Да ты ненормальная! Вешаешь всех собак на ни в чём не повинного человека! — Тогда покажи руку. Помощник менеджера Хон сказал, что видел на ней следы укуса. — Что? Чхве Ю Ён?! — совершенно застигнутый врасплох, Джиён в панике прикрикнул на девушку. — С какой стати ты приплетаешь сюда меня?! Однако Ю Ён проигнорировала его протест и продолжила загонять Ким О Юна в угол. — Покажи руку. Мне нужно проверить. — С чего бы?! Зачем это?! — А ну покажи! — в конце концов не выдержала и заорала Ю Ён. О Юн с глухим стуком швырнул коробку от печенья на пол и раздражённо огрызнулся: — Блядь, да какого хера ты ко мне прицепилась?! — Это ты ведёшь себя как сумасшедший! Всё закончится, если ты просто дашь проверить руку, чего ты сцену устраиваешь?! Оба перешли на крик, осыпая друг друга ругательствами, и обстановка накалилась до предела. — Хватит! Успокойтесь оба! Пока дело не дошло до драки, Джиён быстро вклинился между ними. Но О Юн уставился на него диким, налитым кровью взглядом, в котором читалась неприкрытая жажда убийства. — Да как я, по-твоему, могу успокоиться?! И от вас, помощник менеджера Хон, я такого не ожидал. Шушукаетесь у меня за спиной?! — Всё не так, О Юн... — Да что «не так»?! Вы же все это вместе спланировали, да? А?! Пытаетесь выставить меня отсюда! — Нет, никто ничего не планировал. Джиён вообще был тем единственным, кто изначально порывался уйти из комнаты отдыха сам. Но О Юн ничего не желал слушать. Распаляясь всё сильнее, он принялся крушить всё вокруг, швыряя стулья и канцелярские принадлежности во все стороны. — Прекратите это, господин Ким О Юн. Сделав шаг вперед, Сухён загородил Джиёна собой и преградил О Юну дорогу. Столкнувшись с человеком, который был выше и крупнее его, О Юн на мгновение замешкался. — Мы уходим, так что завязывайте с этим. Хотя на его лице играла всё та же безупречная улыбка, которой он обычно ослеплял клиентов отдела продаж, в ней не осталось и капли привычного тепла или мягкости. Подавленный авторитетом Сухёна, О Юн медленно опустил занесенный стул. И в этот момент... — Ай! Какого хера?! Воспользовавшись его замешательством, Ю Ён подскочила, схватила его за руку и перевернула ладонь. На тыльной стороне левой кисти О Юна красовался след от укуса — уже покрасневший и заметно припухший. — Ха, посмотрите-ка на это. Тебя укусили! И ты собирался отсиживаться здесь с нами? Если у тебя осталась хоть капля совести, убирайся сам! — Ах ты сука...! Ты что творишь?! — Кья-а-а-а! О Юн с силой отпихнул Ю Ён от себя. — Эй! Больной ублюдок! Ты меня сейчас толкнул?! Вереща от возмущения, Ю Ён схватилась за плечо, в которое пришёлся удар. Наблюдая за этим балаганом, Джиён почувствовал, как у него раскалывается голова, и со стоном зажал лоб ладонью. — Нам нужно связать его! А вдруг он прямо сейчас мутирует?! Руководитель Юн! Помощник менеджера Хон! — Хм. В отчаянии Ю Ён уставилась на них двоих, ища поддержки. — Он ещё не мутировал. Не думаю, что сейчас в этом есть необходимость, — холодно и безучастно ответил Сухён. Пак Йеджи нерешительно подала голос вслед за ним: — Т-точно. Мы всё равно уходим, так что... Ю Ён, разбирайся с этим сама. — Ч-что ты сейчас сказала?! Видя, что даже подруга отвернулась от неё, Ю Ён ошарашенно захлопала глазами. Не обращая на это внимания, Сухён уже начал готовиться к выходу. — Для начала нужно проверить, сколько мутантов в коридоре. Игнорируя перепалку, он подошёл к двери и прижал ухо к полотну, пытаясь оценить обстановку снаружи. Вдруг в дверь изнутри глухо и тяжело бахнуло. — Чёрт...! — Ч-что это?! Вздрогнув, Сухён резко отпрянул назад, и все взгляды мгновенно скрестились на двери. Бах! Глухой удар! Кто-то с силой ломился снаружи, наваливаясь на дверь снова и снова. В промежутках между хаотичными ударами сквозь щели просачивались едва различимые хрипы — утробные, болезненные звуки. — Гррр... кх-х-х... Джиён слишком хорошо знал этот звук. Точно так же вчера хрипел начальник Пак. И этот хрип был далеко не один. Бум! Удары становились всё яростнее и чаще. — М-мутанты, да? Это мутанты. Они прямо за дверью...? — Ха-а. Сжавшись от страха и дрожа всем телом, Джиён невольно прижался ближе к Сухёну. Тот тихо вздохнул, заслоняя его плечом, и негромко произнёс: — Сами знаете, слух у мутантов примерно в четыре раза острее, чем у обычных людей. Должно быть, они услышали ваши крики. — И-и что нам теперь делать? Мы здесь умрём? Хнык... — дрожащим голосом спросила Йеджи, едва не плача. — У них не хватит сообразительности выломать дверь. Если будем вести себя тихо, они в конце концов успокоятся и уйдут. Произнося слово «тихо», Сухён выразительно посмотрел сначала на Ю Ён, а затем на О Юна. — П-простите... Мне жаль. Я просто с ума сошла от страха при мысли о том, что придётся выйти наружу... Только сейчас осознав свою глупость, Ю Ён виновато опустила голову. Как и говорил Сухён, стоило им замолчать, как удары в дверь постепенно начали ослабевать. — Кажется... ушли, — с облегчением выдохнул Джиён, бессильно опускаясь на стул. — Госпожа Чхве Ю Ён. Я понимаю, что вам страшно, но то, что вы только что устроили, никому не помогло. Успокойтесь и начните думать головой. — Д-да... Простите... — шмыгая носом и глотая слёзы, Ю Ён кивнула. Казалось, буря наконец улеглась. Однако в отличие от Ю Ён, которая быстро пришла в себя и признала ошибку, О Юн успокоиться уже не мог. «Грёбаные... твари...» Ему казалось, будто из самых глубин его тела поднимается бурлящее пламя, выжигая всё внутри. Сколько бы он ни ел, голод лишь разгорался с новой силой. Животные инстинкты стремительно брали верх над разумом. А понимание того, что его заклеймили мутантом и пытались вышвырнуть, наполнило его дикой обидой и яростью. Почему я? Почему всегда я?! Гнев, рождённый этим чувством несправедливости, сковал его сознание мёртвой хваткой. Он не собирался подыхать в одиночку. И вдруг он резко рванул прямо к двери. — О Юн! Ты что творишь?! Джиён первым почуял неладное и закричал, но было слишком поздно. — О Юн...! Стой! — А-а-а-а-а! Блядь! Почему только я должен так кончить?! Прежде чем кто-то успел его перехватить, Ким О Юн рванул замок и настежь распахнул дверь в коридор. — Грр-х, гррр! Кья-а-а-к! — Кья-а-а-а-а! В ту же секунду, как дверь открылась, трое стоявших снаружи мутантов протиснулись в образовавшийся проём и лавиной хлынули в комнату отдыха. — Кья-а-а-а-а-ах! — Помощник менеджера Чхве, помощник менеджера Ким! Давайте, загрызите и этих тварей тоже! — в безумном экстазе расхохотался О Юн, распахивая дверь ещё шире. Однако его смех оборвался в то же мгновение. Один из мутантов, неестественно выгнув тело, бросился прямо на него, широко разевая пасть. — Кр-р-р-а-а-а-а! — К-какого хера?! Почему вы на меня лезете?! — Грр-кх... гх-р-р-р... — Меня уже укусили! Укусили, говорю же вам! В панике от того, что мутант целится ему прямо в горло, О Юн судорожно выставил перед собой руку, тыча следом от укуса на тыльной стороне ладони, словно пытаясь воззвать к рассудку твари. Но монстр, не способный осознать абсолютно ничего, от этих резких движений лишь сильнее пришёл в ярость. — Кха-а-а-к! — П-постойте, а-а-а-а-а-а! Мутант мёртвой хваткой вцепился О Юну в волосы и глубоко вонзил зубы в его челюсть. Раздался влажный, чавкающий звук разрываемой плоти. — Кха-а-а-а-а-ах! Словно не удовлетворившись вырванным куском мяса с его лица, тварь вонзила когти О Юну в живот и с силой рванула, вспарывая брюшину и добираясь до внутренних органов.