Демоны и Винчестеры

Дин помог тебе подняться, бережно придерживая за талию, словно ты была сделана из хрупкого стекла — что само по себе было дико для парня, который минуту назад снёс башку вампиру. Когда вы наконец пробрались через завалы и нашли Сэма, тот стоял посреди горы обезглавленных тел, устало опираясь на мачете. Он перевёл взгляд с тебя на Дина, задержался на ваших подозрительно взъерошенных волосах и припухших губах, после чего тяжело вздохнул и закатил глаза так глубоко, что, казалось, узрел затылок. — Вы бы хоть куртки отряхнули, романтики, — проворчал Сэм. — Заткнись, Сэмми, мы спасали человечество, — огрызнулся Дин, но уши его предательски покраснели. Дорога обратно в бункер была незабываемой. Импала летела по ночному шоссе под грохот Led Zeppelin, но настоящая буря бушевала внутри салона. Ты сидела на заднем сиденье, а Дин то и дело ловил твой взгляд в зеркале заднего вида, подмигивая и посылая тебе двусмысленные улыбки. Сэм, сидевший на пассажирском сиденье с ноутбуком, выглядел как кассир в супермаркете, у которого зависла касса в час пик. — Так, — Сэм захлопнул крышку ноутбука и повернулся вполоборота. — Дин, у меня к тебе вопрос. — Если он про то, почему я съел твой салат с киноа, то ответ простой: это не еда, Сэмми, это силос для коз, — не отрываясь от дороги, бросил Дин. — Нет, я про то, почему Т/И сидит сзади, а ты каждые три секунды смотришь в зеркало так, будто там показывают финал Супербоула? И почему у тебя на шее след... от помады? Дин резко кашлянул, едва не выпустив руль, и потянулся переключать радио, сделав музыку погромче. — Ничего не слышу! Плохая связь! — крикнул он. — Мы в одной машине, придурок! — Сэм устало потер переносицу и повернулся к тебе. — Т/И, если он будет приставать к тебе со своими кассетными аудиозаписями или пытаться накормить пирогом пятидневной давности — просто скажи мне. Я знаю, где он прячет свою любимую порнокассету, мы сожжем её в знак протеста. — Эй! Попрошу без угроз святому! — воскликнул Дин, но тут же поймал твой смеющийся взгляд в зеркале. Его лицо смягчилось, и он беззвучно одними губами прошептал тебе: *«Дождись, пока мы приедем»*. Бункер Просвещенных встретил вас тишиной, пахнущей старыми книгами и бетоном. Сэм, пробормотав что-то о том, что ему «нужно срочно выпить кофе и развидеть этот день», ушел в библиотеку. Ты направилась в свою комнату, чтобы наконец смыть с себя пыль и дорожную грязь. Но не успела ты закрыть за собой тяжелую железную дверь, как в нее проскользнул Дин. Он закрыл замок одним щелчком и прижался спиной к двери, глядя на тебя темнеющими, почти черными от желания глазами. — Больше никакого Сэма. Никаких монстров, — хрипло сказал он. — Только ты и я. Ты не успела ответить. Дин сократил расстояние между вами в один шаг, обхватив твоё лицо ладонями, и поцеловал — на этот раз без тени страха, с чистой, накопившейся за эти недели страстью. Вы оба слишком долго сдерживались, притворяясь просто «напарниками». Он нетерпеливо стянул с тебя куртку, его горячие ладони скользнули под твою футболку, обжигая кожу. Ты тихо выдохнула ему в губы, запуская пальцы в его короткие, жесткие волосы. Дин подхватил тебя под бедра, и ты обхватила его ногами, прижимаясь к его крепкому телу. Он донес тебя до кровати, мягко опустив на простыни, но не прерывая поцелуя ни на секунду. Каждое его прикосновение было требовательным, но в то же время невероятно чутким. Дин целовал твою шею, ключицы, спускаясь ниже, заставляя тебя тихо стонать и выгибаться навстречу его телу. — Ты сводишь меня с ума, Т/И, — прошептал он тебе в самые губы, тяжело дыша, когда его пальцы переплелись с твоими, прижимая твои руки к подушке. В полумраке комнаты, под тусклым светом настольной лампы, все страхи внешнего мира перестали существовать. Были только его горячая кожа, тихий шепот, скрип пружин старой кровати и сводящий с ума ритм, в котором двигались ваши тела. Дин любил тебя так, словно этот раз был последним — со всей отчаянной страстью охотника, который наконец нашел свой личный рай посреди бесконечного ада. Утром ты проснулась от восхитительного запаха. Открыв глаза, ты увидела Дина. Он сидел на краю кровати, одетый в одни серые тренировочные штаны, демонстрируя свои широкие плечи и россыпь шрамов на спине. В руках он держал тарелку с криво пожаренными, но явно теплыми тостами и кружку кофе. — Доброе утро, соня, — улыбнулся он, и в этой улыбке не было ни капли его обычной защитной брони. Только тепло и легкая утренняя хрипота в голосе. — Я тут... соорудил завтрак. Сэмми пытался всучить мне овсянку, но я отвоевал хлеб. Ты приподнялась на локтях, натягивая на себя простыню, и улыбнулась: — Ты сам готовил? Дин Винчестер, ты меня поражаешь. — Эй, я чертовски хорош во всем, за что берусь, — Дин подмигнул тебе, присаживаясь ближе и протягивая кофе. Но перед тем, как отдать кружку, он наклонился и нежно поцеловал тебя в губы. — Особенно в том, что было ночью. В этот момент в дверь комнаты негромко, но настойчиво постучали. Из-за двери раздался страдальческий голос Сэма: — Дин! Если ты не заберешь свои грязные носки из прачечной в течение пяти минут, я скормлю их первому встречному перекрестному демону! И да... Т/И, доброе утро. Пожалуйста, скажи ему, чтобы он надел футболку, на это же больно смотреть. Дин закатил глаза, но рассмеялся, прижимая тебя к себе свободным плечом. — Ну что, напарница, — прошептал он тебе на ухо. — Кажется, наш безумный день снова начинается.