Искусство быть тенью (с мятным вкусом) Том 1

Щелчок пластиковой крышки. Маленький белый кирпичик «Тик-Така» падает на язык, взрываясь резкой ментоловой прохладой. Это мой личный ритуал заземления. Способ напомнить себе: я здесь, я жив, и я всё ещё контролирую свою реальность. Ну, или хотя бы пытаюсь. Моя комната в общежитии на окраине Йокогамы стоит сущие копейки. Скрипучая кровать, старый стол и окно с видом на серую стену соседнего здания — идеальное убежище. Здесь нет ни эсперов, ни мафии, ни детективов-самоубийц. Только я и моя тишина. — Парень, ты там заснул? На вынос два латте и черничный чизкейк, шевелись! — прикрикнул из кухни шеф-повар. — Уже бегу, — спокойно отозвался я, поправляя фартук. Работа официантом в небольшом итальянском ресторанчике — идеальное прикрытие. Платят немного, зато контингент тихий, а хозяин не задает лишних вопросов о моем прошлом. Точнее, о его полном отсутствии в местных базах данных. Я подошел к зеркалу в служебном помещении, чтобы проверить внешний вид. Из стекла на меня смотрел парень, который, вопреки своему желанию не выделяться, всё равно приковывал взгляды. Черные волосы лежали сложной, слегка небрежной, но чертовски стильной укладкой — привычка из прошлой жизни, от которой я не смог отказаться. В ушах тускло поблескивали беспроводные наушники, из которых глухо доносился расслабляющий лоу-фай. В кармане лежал новенький сенсорный смартфон. Для этого технологически отсталого в плане гаджетов мирка я выглядел как пришелец из будущего или заезжий айдол на отдыхе. Люди оборачивались. Но для них я был просто «тем красивым официантом», а не угрозой. И меня это устраивало. Я взял поднос с заказом и толкнул бедром дверь в зал. В нос ударил аромат свежемолотого кофе и теплой выпечки. Я направился к угловому столику, мягко улыбаясь клиентам. Мой план на эту жизнь был предельно прост: работать, копить иены, вовремя платить за аренду и держаться как можно дальше от центра города, где раз за разом взрывались портовые склады. Я не собирался становиться героем. Я хотел быть самым обычным статистом. Жаль только, что у Йокогамы на этот счет обычно свои планы. — Лий Мину! Живее, за третьим столиком уже заждались, — шикнул менеджер, впихивая мне в руки огромный, едва сбалансированный поднос. Я мысленно вздохнул. На подносе высилась гора углеводного безумия: три куска клубничного торта, профитроли с шоколадным кремом, огромное ягодное парфе и чайник с ароматным фруктовым чаем. Какой-то безумный сладкоежка решил устроить себе праздник посреди недели. Поправив беспроводной наушник, в котором как раз заиграл успокаивающий трек, я натянул свою дежурную вежливую улыбку и направился в глубь зала. — Ваш заказ: клубничные торты, профитроли, парфе... — на автомате начал перечислять я, плавно выставляя тарелки на деревянную поверхность стола. Но на третьем пункте мой голос предательски дрогнул, а внутренности сковал ледяной ужас. Я замер с тарелкой в руках. Мое лицо, до этого выражавшее абсолютное спокойствие, медленно превратилось в гримасу умирающей чайки — смесь глубокого шока, экзистенциальной тоски и дикого желания немедленно катапультироваться из этого здания. За столиком сидели двое. Маленькая золотоволосая девочка в пышном красном платьице увлеченно болтала ножками, с вожделением глядя на сладости. А рядом с ней, подперев щеку рукой и ласково улыбаясь, сидел мужчина с растрепанными темными волосами, в наброшенном поверх обычной одежды медицинском халате. Элис и Мори Огай. Глава Портовой мафии собственной персоной. Самое начало канона, когда этот опаснейший манипулятор просто притворяется чудаковатым доктором и выгуливает свою живую способность по гражданским кварталам Йокогамы. «Я же просто хотел спокойно дожить до зарплаты», — прокричал мой внутренний голос, пока я изо всех сил старался вернуть лицу человеческий вид. Если я сейчас выроню тарелку или начну паниковать, этот "доктор" мгновенно почует неладное. В мафии дураков не держат, а его скальпели всегда при нем. — ...И ваше ягодное парфе. Желаю приятного аппетита, — выдавил я, силой заставляя свои руки не трястись. Я аккуратно поставил последнюю креманку, стараясь смотреть исключительно на десерт, а не в проницательные фиолетовые глаза мужчины. Запах мятного «Тик-Така» во рту вдруг показался спасительной соломинкой, удерживающей меня от обморока. Моя модная укладка и продвинутый телефон в кармане сейчас казались мне не крутым стилем, а огромной мишенью, привлекающей ненужное внимание. — Ой, Ринтаро, смотри, как красиво! — пискнула Элис, сразу же потянувшись ложкой к торту. — Конечно, дорогая, кушай на здоровье, — мягко отозвался Мори, но его взгляд на долю секунды скользнул по моим беспроводным наушникам, которых в этом технологическом периоде города просто не существовало. — Официант, у вас очень... интересный аксессуар. И необычный стиль. Сердце ушло в пятки. Он заметил. — Благодарю, — я выдавил из себя улыбку такой силы, что у меня едва не свело челюсти. — Обычная корейская безделушка с ночного рынка. Рад, что вам понравилось. Приятного отдыха. Я уже сделал спасительный шаг назад, мысленно умоляя все известные мне вселенные дать мне дойти до кухни, содрать этот фартук и навсегда уехать из Йокогамы. Но Мори Огай не был бы боссом Портовой мафии, если бы так просто отпускал интересные детали. — Хм, корейская? — Мори чуть наклонил голову набок. Его взгляд, обманчиво мягкий и сонный, впился в мое лицо, сканируя каждую микромимику. — Любопытно. Не знал, что на ночных рынках продают столь миниатюрные технологии без единого провода. И ваша укладка… вы ведь приехали издалека, верно? В Йокогаме сейчас неспокойно, а вы кажетесь человеком, который ценит… индивидуальность. Не боитесь привлекать внимание? «Да чтоб тебя черти драли, старый ты маньяк-педофил, какого хрена ты докопался до обычного официанта?!» — взвыл мой внутренний голос, сокрушаясь отборным трехэтажным матом. Терпение, которого у меня и так было не вагон, окончательно дало трещину. Мой идеальный план «тихой жизни статиста» летел в бездну из-за чашки латте и тарелки с профитролями. Я понял, что держать фальшивую улыбку больше не могу. Мое лицо окончательно расслабилось, и я посмотрел на Мори Огая в упор. Прямо в его фиолетовые, неестественно проницательные глаза. Посмотрел с такой нескрываемой, глубокой экзистенциальной тоской, будто этот мужчина лично пришел к моей законной квартире и сжег ее вместе со всеми моими сбережениями. В моем взгляде читалось четкое: «Ты сломал мне жизнь, дед, просто отвали». Мятный «Тик-Так» на языке уже полностью растворился, оставив лишь горьковатый привкус ментола и паники. — Вы правы, в Йокогаме действительно неспокойно, — глухо и совершенно безэмоционально произнес я, даже не пытаясь больше казаться услужливым персоналом. — Именно поэтому я предпочитаю просто разносить заказы, получать свои несчастные иены и не лезть в чужие дела. Простите, господин, но у меня подгорает заказ на соседнем столике. Если вам что-то понадобится… позовите другого официанта. Я слегка поклонился — скорее по привычке, чем из уважения — и, развернувшись на пятках, быстрым шагом направился к служебной двери. Спиной я буквально кожей чувствовал, как Мори провожает меня долгим, теперь уже искренне заинтригованным взглядом, а Элис рядом с ним весело хихикает, пачкая нос в клубничном креме. «Пиздец. Мне пиздец», — лаконично подытожил я про себя, толкая дверь в безопасную темноту кухни.