Лунный спаситель

Утро только начиналось, когда в штабе миротворцев раздался странный звонок. Кто-то назвал адрес на окраине Пилтовера и сразу сбросил трубку. Дежурный записал адрес и передал его наряду. Группа миротворцев выехала на место и, прибыв, увидела неприметное здание. Внутри послышались выстрелы, и они приняли решение штурмовать. Когда они ворвались внутрь, перед ними открылась ужасающая картина. Это был незаконный бордель, где держали несколько девушек, которые числились пропавшими уже несколько дней. Их нашли в целости, но в ужасном состоянии. В здании было множество тел похитителей — некоторые были разрублены наполовину, другие лежали рассечёнными так, что вызывали содрогание. Пол был залит кровью, но девушки не пострадали. Они были напуганы, но с облегчением рассказывали о таинственном спасителе. — Это был мужчина, — говорила одна из девушек дрожащим голосом. — Он появился из ниоткуда. Как тень. Всё в чёрном, и с огромным мечом. Он с лёгкостью расправлялся с ними, словно они были бумагой. Мы даже не видели его лица — только глаза. Тёмные, холодные, но с таким спокойствием... — Он спас нас, — добавила другая. — Мы уже и не надеялись, что кто-то придёт, а он просто появился и разобрался со всеми. Мы пытались узнать его имя, но он сказал только: «Можете называть меня Тенью» — и исчез. Даже не спросил благодарности. В штабе Кейтлин слушала всё это от своей подруги Медди, которая только что вернулась с того вызова. Она сидела напротив и задумчиво крутила ручку в руках. — Ты понимаешь, — говорила Медди, — эти девушки просто влюблены в него. Говорят, что хотели бы выйти за него замуж. А он просто ушёл, даже имени не сказал. Кейтлин нахмурилась: — Тень? Странное имя. Я впервые о таком слышу. И никто из миротворцев раньше не сталкивался с этим человеком. Откуда он взялся? — Не знаю, — ответила Медди, пожимая плечами. — Девушки говорят, что он появился внезапно, словно из воздуха. И ушёл так же. — Это начинает казаться чем-то большим, чем просто случайность, — задумчиво сказала Кейтлин. — Надо будет проверить все базы данных, возможно, он где-то засветился. В этот момент в комнату вошла Грейс с папкой в руках. Она выглядела встревоженной и серьёзной. — У меня для вас новое дело, — сказала она, кладя папку на стол. — За последние две недели пропали ещё три девушки. Все из одного района. Без следа. Мне доложили, что есть связь с теми, кого вчера нашли. Я хочу, чтобы вы разобрались в этом. Кейтлин взяла папку и начала листать бумаги, рассматривая фотографии и отчёты. — Три девушки, — прочитала она вслух. — В возрасте от 18 до 25. Исчезли из одного района. Вчерашние найдёныши тоже там пропадали. — Значит, это могут быть новые жертвы той же банды, — заметила Медди. — Если так, то наш таинственный спаситель может снова появиться. — Если он вообще существует, — добавила Кейтлин, всё ещё сомневаясь. — Пока что мы знаем о нём только из рассказов. Нам нужно проверить всё самим. Грейс кивнула: — Я хочу, чтобы вы подготовили план и проверили все возможные места, где их могут держать. И если этот ваш «Тень» действительно существует — постарайтесь выяснить, кто он. Мне не нравится, когда кто-то вершит правосудие в обход закона. Кейтлин закрыла папку и посмотрела на Медди, в глазах которой уже загорелся азарт. — Тогда нам нужно действовать быстро, — сказала Кейтлин. — Потому что если этот «Тень» появится снова, мы должны быть готовы. И выяснить, кто скрывается за этим именем. Рабочий день тянулся медленно. Кейтлин и Медди заполняли отчёты, проверяли списки пропавших и отмечали подозрительные адреса в районе, который считался одним из самых опасных в Пилтовере. Здесь часто пропадали люди, а местные группировки чувствовали себя почти безнаказанно. — Ну что, — сказала Медди, закрывая папку, — давай проверим пару мест, пока не стемнело. — Хорошо, — ответила Кейтлин, вставая и застёгивая кобуру. — Я тоже хочу понять, что там происходит. Они вышли из штаба и направились в восточную часть города. Узкие улочки, старые здания, мрачные переулки — даже днём здесь было неуютно. Они проверили несколько заброшенных домов, пустующих складов, но везде было пусто. — Странно, — заметила Медди, оглядываясь. — В прошлом отчёте говорилось, что здесь активно орудуют банды, а сейчас — тишина. — Может, они просто затаились, — пожала плечами Кейтлин. Они свернули в очередной переулок, как вдруг Кейтлин услышала приглушённые голоса. Она остановилась и прислушалась. — Тихо, — сказала она, поднимая руку. — Там кто-то есть. Они осторожно двинулись в сторону звука, но едва завернули за угол, как из теней выскочили несколько человек. Их окружили — не меньше шести вооружённых мужчин. — Миротворцы, — усмехнулся один из них, поигрывая ножом. — А мы вас не ждали, но раз уж вы пришли — оставайтесь. Началась драка. Кейтлин и Медди отбивались как могли, но их было слишком мало. Медди успела нажать кнопку экстренного вызова, прежде чем один из бандитов отшвырнул её в сторону. Двое напали на Кейтлин сзади. Она почувствовала сильный удар по голове, и перед глазами вспыхнули искры. Она упала на колени, пытаясь удержаться, но сознание начало меркнуть. Кровь потекла по её лицу, а нападавшие уже тащили её вглубь переулка. — Кейтлин! — крикнула Медди, пытаясь подняться, но один из бандитов резко остановился и с разворота ударил её в лицо. Медди отлетела к стене, из носа хлынула кровь, и она рухнула на землю. Подмога прибыла через несколько минут, но было уже поздно. Воры скрылись, а Кейтлин нигде не было. — Она пропала, — тяжело дыша, сказала Медди, держась за разбитое лицо. — Они забрали её. Новость о нападении разнеслась мгновенно. Миротворцы были в шоке — одного из них похитили прямо в центре Пилтовера. Патрули усилили, а слабые и малочисленные группы больше не отправляли в опасные районы. В опасные места теперь ходили только мужчины с дополнительным оружием. Но Кейтлин никто не мог найти. Её след словно исчез. Темнота постепенно рассеивалась, и Кейтлин начала приходить в себя. Голова гудела, а по виску стекала тёплая струйка крови. Она попыталась пошевелиться, но руки были крепко связаны за спиной, а тело ломило от боли. Она лежала на холодном каменном полу, и в воздухе пахло сыростью и металлом. Она приоткрыла глаза и с трудом сфокусировала взгляд. Вокруг было темно, но сквозь тусклый свет пробивался слабый луч откуда-то сверху. Она находилась в странном помещении, обставленном в иностранном стиле: резные деревянные панели, низкие столики, тёмные ткани на стенах. Это место казалось чуждым Пилтоверу — словно её перенесли в другую страну. Дверь со скрипом открылась, и вошли двое мужчин в тёмной одежде. Они подошли к Кейтлин и начали осматривать её, бесцеремонно переворачивая и щупая, словно проверяя, нет ли при ней оружия. — Она ещё жива? — спросил один из них, равнодушно оглядывая её. — Жива, — ответил второй, пнув её ногой. — Даже очухалась уже. Кейтлин попыталась ударить ногой, но её движения были скованы, и бандиты разозлились. — Ах ты, сучка! — рявкнул один из них и нанёс ей сильный удар в бок. Следом пришёлся ещё один удар, затем ещё. Кейтлин инстинктивно сжалась, чувствуя, как по телу разливается боль. Её били ногами, кулаками, и вскоре она почувствовала, как её лицо заливает кровь из разбитой брови. — Хватит, — холодно сказал другой. — Она нам ещё пригодится. Они схватили её за плечи и потащили в соседнюю комнату. Она была пустой, с голыми стенами, единственным окном под потолком и тяжёлой дверью без ручки снаружи. В углу, сжавшись в комок, сидели несколько девушек — испуганных, избитых, в рваной одежде. У всех были синяки и раны. Кейтлин узнала их по фотографиям из розыскных листов. Это были те самые пропавшие девушки. — Сиди здесь, — бросил один из бандитов, швыряя Кейтлин к стене. — И не рыпайся. Дверь захлопнулась, и тяжелый замок щёлкнул. Кейтлин с трудом приподнялась, пытаясь перевести дыхание. Девушки сразу же подползли к ней, встревоженные и напуганные. — Вы... вы миротворец? — прошептала одна из них, бледная, с синяком под глазом. — Мы видели вашу форму... Кейтлин попыталась ответить, но голос сорвался от боли: — Да... меня зовут Кейтлин... Вы те самые, которых ищут? — Мы уже не надеялись, что нас кто-то найдёт, — тихо сказала другая, её глаза были полны слёз. — Они держат нас здесь уже несколько дней. Бьют, угрожают. Мы слышали, что вас тоже схватили... Кейтлин прикрыла глаза, пытаясь успокоить боль в теле. Она чувствовала, как лицо опухает, а на руках вздуваются синяки. — Всё будет хорошо, — сказала она, стараясь звучать твёрже, чем чувствовала. — Я вытащу вас отсюда. Обещаю. Девушки переглянулись, но в их взглядах была только усталая надежда. Одна из них взяла Кейтлин за руку и прошептала: — Мы в вас верим... просто не дайте нам умереть здесь. Дни тянулись бесконечно, превращаясь в серую, болезненную череду. Кейтлин сбилась со счёта, сколько раз её вытаскивали из комнаты, чтобы снова бить и издеваться. Каждый раз она возвращалась с новыми синяками, ссадинами, с запёкшейся кровью на губах и следами от ножа на руках. Её кормили раз в день — какой-то жидкой похлёбкой, которую она с трудом проглатывала, почти не чувствуя вкуса. Воды давали мало, и горло постоянно пересыхало. Девушки в комнате тоже страдали. Их били реже, но запугивали постоянно. Одна из них, самая младшая, почти перестала говорить, только сжималась в углу и вздрагивала от каждого звука. Кейтлин пыталась их поддерживать, но сил становилось всё меньше. На пятый день их прихода в комнату вошли трое мужчин. Они осматривали пленниц, как скот, переговариваясь между собой на грубом языке. — Эти хорошие, — сказал один, кивая на девушек. — Чистые, молодые. За таких заплатят хорошо. Особенно вон та, рыжая — редкий экземпляр. — А эту, — второй указал на Кейтлин, — за неё отдельная цена. Миротворец. У тех, кто заказывал, свои счёты с ними. Она уйдёт с первой партией. Кейтлин почувствовала, как в груди всё холодеет. Она поняла: их собираются продать. Не просто держать в заложниках — продать за границу, в руки иностранцев. Если их отправят в такой бордель, жизнь станет в тысячи раз хуже. Её даже не убьют сразу — её будут использовать, пока она не сломается окончательно. Она сжала кулаки, пытаясь скрыть дрожь. Когда мужчины вышли и дверь захлопнулась, Кейтлин опустила голову на колени и почувствовала, как внутри поднимается паника. Дни становились всё страшнее. Каждый раз, когда за дверью раздавались шаги, Кейтлин вздрагивала и замирала. Она прислушивалась, пытаясь угадать, кто идёт: охрана, чтобы снова её избить, или те, кто заберёт их навсегда. Она боялась каждого открытия двери, каждого звука в коридоре. Она стала тихой, почти пугливой, хотя старалась держаться ради девушек. Одна из них, та, что была постарше, подсела к ней и тихо сказала: — Не сдавайся. Ты — миротворец. Если ты сломаешься, мы тоже пропали. Кейтлин подняла на неё глаза, полные боли и страха, но кивнула: — Я... я постараюсь. Но в глубине души она знала, что её силы на исходе. И если их не найдут в ближайшие дни — она уже не сможет держаться. Ночь была тихой и тягучей. Кейтлин сидела в углу, прижав колени к груди, и пыталась не думать о том, что будет завтра. Девушки рядом спали, сжавшись в комок, и лишь её глаза оставались открытыми, вглядываясь в темноту и прислушиваясь к каждому шороху. Вдруг она услышала странные звуки: крики, резкие и отрывистые, словно кто-то сопротивлялся. Шаги в коридоре становились ближе. Кейтлин замерла, её сердце забилось быстрее. Девушки тоже проснулись, испуганно прижимаясь друг к другу и к стене. Дверь с грохотом распахнулась. На пороге стоял силуэт — высокий, в чёрном плаще и странной плоской шляпе. Весь его облик был тёмным, и от него пахло железом и кровью. Девушки вскрикнули, прижимаясь к стене. — Не бойтесь, — раздался тихий, но спокойный голос. — Я не враг. Силуэт шагнул вперёд. Он подошёл к пленницам и, к их удивлению, обнял их всех четверых — и Кейтлин тоже, легко и бережно, словно укрывая от холода. — Я вас спасу, — сказал он. — Вы будете в безопасности. В комнату вбежал один из бандитов с ножом в руке. Силуэт мгновенно обернулся, и в руке его сверкнула длинная, изогнутая катана. Одно движение — и тело мужчины рухнуло на пол, разрубленное на несколько частей. Девушки вскрикнули, закрывая глаза, а силуэт опустил меч и, достав из кармана маленький телефон, набрал номер. — Адрес: восточный склад, третья линия. Заберите их, — сказал он коротко и сбросил вызов. На другом конце линии миротворцы, узнав голос, сразу поняли: история повторяется. Они выехали по указанному адресу. Силуэт подошёл к пленницам, присел рядом с Кейтлин и мягко обнял её за плечи. — Подмога уже едет, — тихо сказал он. — Всё закончится. Кейтлин больше не могла сдерживаться. Вся боль, страх и отчаяние, копившиеся дни, вырвались наружу. Она зарыдала, уткнувшись в плечо своего спасителя, чувствуя, как всё тело сотрясается от рыданий. — Тише, — раздался рядом ласковый голос. — Всё закончилось. Всё уже позади. Ты в безопасности. Кейтлин подняла голову и сквозь слёзы взглянула на незнакомца. Лунный свет упал на его лицо, но оно было скрыто тканью. Однако из-под края ткани, у самой шеи, виднелись яркие пряди красных волос, которые она не могла спутать ни с кем другим. Кейтлин смотрела на эти волосы, и в её голове промелькнула мысль, что где-то она уже видела их. Но лицо было скрыто, а голос она не узнавала. Наверное, это просто совпадение. Она отбросила сомнения и выдохнула, чувствуя, как силы понемногу возвращаются. — Кто ты? — тихо спросила она. — Почему ты помогаешь нам? Силуэт чуть склонил голову, затем спокойно ответил: — Я просто тот, кто не может пройти мимо чужой беды. Меня называют Тенью. Этого достаточно. Девушки вокруг притихли, глядя на неё с надеждой и уважением. А Кейтлин, прижавшись к плечу этой загадочной фигуры, чувствовала, как в груди зарождается спокойствие. Она ещё не знала, кто скрывается под этой тканью и шляпой, но одно она поняла точно: этот человек спас её, и за это она будет благодарна навсегда. Вдруг за дверью послышались резкие голоса, топот множества ног и хлопки — миротворцы ворвались в здание. Силуэт, сидевший рядом с Кейтлин, мгновенно встал, подошёл к высокому, зарешечённому окну и одним ударом катаны разбил его. Осколки посыпались на пол, и он обернулся к девушкам, встретившись взглядом с каждой, хоть лица его всё ещё было не видно. — Спасибо, — тихо сказала одна из девушек. — Спасибо, что пришли за нами. — Берегите себя, — ответила Тень, и в её голосе слышалась лёгкая улыбка. — И не оглядывайтесь. Она легко взобралась на подоконник и исчезла в ночи, растворившись на крыше. В ту же секунду дверь распахнулась, и в комнату ворвались миротворцы с оружием наготове. — Всем оставаться на местах! — крикнул один из них, но, увидев девушек, сразу опустил оружие. — Это они! Мы нашли их! — Там есть раненые! — добавил другой, подбегая к пленницам. Кейтлин попыталась подняться, но тело ломило, а руки дрожали. К ней подскочили двое мужчин, помогая встать и поддерживая под руки. — Офицер Кираман! Вы живы! — выдохнул один из них. — Мы уже думали, что не успеем... — Я здесь, — едва слышно ответила Кейтлин, прикрывая глаза от боли. Девушкам дали тёплые одеяла и накрыли плечи, чтобы скрыть порванную одежду, и вывели из здания. На улице их уже ждали машины и медики. Они молча садились в экипажи, укрываясь от холода и чужих взглядов. В штабе, куда их привезли, Кейтлин сидела на стуле, когда вбежала Медди. Она была запыхавшейся, с красными глазами — видимо, не спала все эти дни. — Кейт! — крикнула она и бросилась к подруге, крепко обнимая её. — Ты жива! Прости меня! Я не смогла тебя защитить! Я не смогла ничего сделать! Кейтлин обняла её в ответ, прижимаясь к плечу подруги, чувствуя, как силы оставляют её, но в груди становится теплее. — Всё хорошо, Медди, — тихо ответила она. — Ты не виновата. Ты сделала всё, что могла. — Ты вся в синяках! — всхлипнула Медди, отстраняясь и осматривая её. — Они тебя избили... — Я жива, — повторила Кейтлин, едва шевеля губами. — И теперь я хочу домой. Медди кивнула, сжимая её руку, и рядом тут же появились медики, чтобы осмотреть Кейтлин и обработать раны. В комнате было шумно, но Кейтлин закрыла глаза, чувствуя, как внутри неё наконец наступает покой. Всё закончилось. Она была в безопасности. И рядом была Медди, которая готова быть с ней, сколько бы ни понадобилось. В штабе всё ещё царил хаос, когда в комнату вошла Грейс. Она быстро окинула взглядом помещение, заметила Кейтлин, сидящую с бледным лицом и в синяках, и направилась прямо к ней. — Кейтлин, — сказала она, присаживаясь рядом. — Твои родители уже знают, что тебя нашли. Они очень напуганы. Я думаю, тебе лучше отправиться домой прямо сейчас. Кейтлин подняла на неё уставшие глаза и слабо кивнула. — Да... я тоже хочу домой. Грейс оглянулась на девушек, которые сидели в углу, укрытые одеялами, и давали показания миротворцам. Все они твердили одно и то же: их спасла загадочная фигура в чёрном, с катаной, которая назвала себя Тенью. — Кейт, — тихо спросила Грейс, наклоняясь к ней. — Это правда? Девушки говорят о какой-то Тени, которая спасла их. Ты её видела? Кейтлин медленно кивнула, прикрывая глаза: — Да. Она была там. Она... она спасла нас. Разрубила одного из бандитов, разбила окно и исчезла. Она сказала, что её называют Тенью. Грейс нахмурилась, но ничего не сказала, а Кейтлин добавила, понизив голос: — И ещё. Я заметила, что в здании была странная мебель — явно не из Пилтовера. Иностранная. Я думаю, их продавали за границу. Это не просто банда. Это какая-то сеть. Грейс серьёзно посмотрела на неё и кивнула: — Мы разберёмся. А теперь иди домой. Ты заслужила отдых. Кейтлин с трудом поднялась, опираясь на руку Медди, и медленно направилась к выходу. Всё тело болело, каждый шаг отдавался тупой болью, но она шла, стиснув зубы. Когда она подошла к дому, ворота уже были открыты. Едва она ступила на порог, как дверь распахнулась, и на пороге появились Кассандра и Тобиас. — Кейтлин! — воскликнула мать, бросаясь к ней и заключая в объятия. — Боже, мы так переживали! Кейтлин обняла её в ответ, чувствуя, как всё тело наливается тяжестью. — Всё хорошо, мама, — прошептала она. — Ты вся в синяках! — с беспокойством сказал Тобиас, осматривая её. — Я в порядке, — ответила Кейтлин, но голос её звучал глухо. Кассандра обняла дочь ещё крепче и, поддерживая её, повела в дом. Кейтлин облокотилась на мать, чувствуя, как силы окончательно покидают её. Она сделала несколько шагов, а затем, не в силах больше держаться, буквально повисла на плече Кассандры и провалилась в глубокий сон прямо на ходу. Кассандра и Тобиас переглянулись, и отец тихо сказал: — Отнеси её в комнату. Ей нужно отдохнуть. Кассандра кивнула и, поддерживая дочь, повела её в спальню, чувствуя, как в груди разливается облегчение — её девочка была жива. И теперь она была дома. Когда Кейтлин уложили в кровать, Кассандра бережно поцеловала её в лоб, поправила одеяло и тихо вышла из комнаты, наконец позволяя себе выдохнуть. Дверь закрылась, и в доме воцарилась та особенная тишина, которая бывает только после долгого ожидания и тревоги. Кейтлин лежала, чувствуя, как мягкая постель обволакивает её тело. Она начала медленно проваливаться в сон, как вдруг в комнате послышался едва уловимый звук — словно кто-то бесшумно ступил на пол. Она замерла, но не открыла глаз, прислушиваясь. Чёрная фигура в плоской шляпе появилась из тени у окна. Тень подошла к кровати и, остановившись, осторожно провела рукой по её голове, поглаживая волосы. Кейтлин почувствовала это прикосновение и медленно открыла глаза. Перед ней стоял силуэт — тот самый, что спас её в борделе. Из-под края ткани виднелись знакомые пряди красных волос. — Ты не спишь? — тихо спросила Тень, садясь на край кровати. Кейтлин приподнялась на локтях, чувствуя, как тепло разливается внутри. Она смотрела на неё и улыбалась, несмотря на боль. — Спасибо, — сказала она просто, и в этом слове было всё: благодарность, облегчение, тепло. Она протянула руки и крепко обняла Тень, прижимаясь к ней, словно боясь, что та снова исчезнет. Тень мягко обняла её в ответ, удерживая, но не нарушая тишины. — Как ты себя чувствуешь? — спросила она, чуть отстраняясь и заглядывая ей в глаза. Кейтлин улыбнулась, чувствуя, как внутри становится легче: — Со своим спасителем — намного лучше. Гораздо лучше. — Ты вся в синяках, — тихо сказала Тень, проводя кончиками пальцев по её щеке, едва касаясь. — Они тебя сильно избили. — Знаю, — ответила Кейтлин, чуть прикрывая глаза от её прикосновения. — Но я жива. И я дома. И ты здесь. Это всё, что имеет значение. — Ты не боишься меня? — спросила Тень, и в её голосе послышалось лёгкое сомнение. — Я ведь прихожу в твой дом, исчезаю в темноте. Ты даже не знаешь моего настоящего имени. — Ты спасла меня, — просто ответила Кейтлин. — Ты спасла тех девушек. Ты не раз приходила мне на помощь. Я не знаю, кто ты, но я знаю, что ты — хороший человек. И твоё лицо мне не нужно, чтобы доверять тебе. Тень замолчала, и в темноте показалось, что она улыбается. — Ты удивительная, Кейтлин. Ты не перестаёшь меня удивлять. — Может, когда-нибудь ты покажешь мне своё лицо? — тихо спросила Кейтлин, вглядываясь в скрытые черты. — Может быть, — ответила Тень. — Но не сейчас. Сейчас тебе нужно отдыхать. Спи. Я буду рядом. — Ты останешься? — спросила Кейтлин, уже чувствуя, как сон накрывает её. — Я останусь, — тихо сказала Тень и укрыла её одеялом. — Пока ты не уснёшь. И пока не почувствуешь себя в безопасности. Кейтлин закрыла глаза, чувствуя, как пальцы Тени мягко гладят её по волосам, и с улыбкой провалилась в глубокий, спокойный сон. Она знала — рядом с ней кто-то, кому она может доверять. И этого было достаточно. Утро встретило Кейтлин мягким светом, пробивающимся сквозь шторы. Она открыла глаза и почувствовала странное тепло в груди — оно не было связано с болью, скорее с воспоминанием о том, что кто-то был рядом, кто-то держал её за руку и гладил по голове. Она медленно села на кровати, оглядела комнату, но Тени уже не было. Только лёгкий след на подушке — будто кто-то сидел рядом. Она встала, чувствуя, как тело всё ещё болит, но внутри было спокойно. Ей хотелось узнать больше о своём спасителе: почему он носит такую одежду, почему скрывает лицо, откуда он взялся и зачем помогает людям. Но вопросов было больше, чем ответов, и она решила пока оставить их себе. Кейтлин спустилась на кухню. Кассандра уже стояла у плиты, на столе дымилась чашка свежезаваренного кофе. Увидев дочь, она тут же подошла и крепко обняла её. — Доброе утро, моя девочка, — сказала она, прижимая Кейтлин к себе. — Я так рада, что ты дома. Кейтлин улыбнулась, обнимая мать в ответ: — Доброе утро, мам. Я тоже рада быть здесь. — Садись, — Кассандра подвела её к столу. — Я сварила тебе кофе. Знаю, что ты сегодня не на работу, но ты ведь любишь его по утрам. Кейтлин села на стул, взяла в руки тёплую кружку и сделала глоток. Кассандра села рядом, гладя её по плечу, словно пытаясь согреть даже через прикосновение. — Расскажи мне, что они с тобой делали, — тихо попросила она, и в голосе её звучала боль. — Что ты пережила там? Кейтлин помедлила, но затем начала рассказывать. Она говорила о том, как её схватили, как били, как держали в сырой комнате вместе с другими девушками, как боялась, что их продадут за границу. Она говорила спокойно, но Кассандра с каждым её словом сжимала руку дочери всё крепче, словно пытаясь забрать эту боль себе. — Они не давали нам воды, били каждый день, — сказала Кейтлин, делая ещё глоток кофе. — Я думала, что не выберусь. Но потом пришла она. Тень. — Тень? — переспросила Кассандра, нахмурившись. — Да, — кивнула Кейтлин. — Она спасла нас. Разбила окно, разрубила одного из бандитов и исчезла. Она была вся в чёрном, с огромной катаной. Лица я не видела, но волосы... красные. Такие яркие, как у... Она не договорила, потому что в комнату вошёл Тобиас. Он выглядел уставшим, но с облегчением, увидев дочь за столом. — Доброе утро, пап, — сказала Кейтлин. Тобиас подошёл, поцеловал её в макушку и сел рядом, положив руку на плечо. — Мы так волновались за тебя, Кейт, — сказал он. — Когда нам сообщили, что тебя похитили... я не мог найти себе места. — Я знаю, пап, — ответила Кейтлин, накрывая его ладонь своей. — Но теперь всё позади. Я дома. Кассандра обняла её ещё раз, прижимаясь щекой к её плечу. — Ты не представляешь, как я боялась, что не увижу тебя снова, — прошептала она. Кейтлин отставила кружку и положила голову ей на плечо. — Я тоже боялась, мама. Но я здесь, и я в порядке. Они сидели так втроём, в тихой утренней кухне, обнимаясь и чувствуя, как впервые за долгие дни в доме воцаряется покой. Тобиас молча держал их за руки, Кассандра гладила дочь по голове, а Кейтлин закрыла глаза и позволила себе просто быть — дома, в безопасности, среди тех, кто её любит.​