Venomous addiction

Следующие три дня слились в один непрерывный поток патрулей, инструктажей и тренировок. Рубеж жил по своему ритму, и ритм этот был рваным, как пульс лихорадящего больного: то затишье на полдня, то вдруг сирена, топот ног в коридорах, гул активированных резаков за стеной. А потом снова затишье, и только барьер мерно гудел над головой. Райна училась. Она впитывала всё, что говорил Леннарт, запоминала каждый жест, каждый маршрут, каждую отметку на карте. Лира больше не жаловалась на скуку, потому что скуки не было. Даже в спокойные часы воздух в Рубеже оставался наэлектризованным, и каждый понимал, что передышка может оборваться в любую секунду. На четвёртое утро их подняли затемно. Ксандр лично пришёл в казарму, рывком открыл дверь и скомандовал построение через десять минут. Голос у него был такой, что никто не стал переспрашивать, зачем и почему. Через десять минут отряд стоял в полной выкладке у выхода на верхний ярус, а Ксандр уже ждал их с планшетом в руке. – Сегодня работаем в Четвёртом секторе, – объявил он, скользнув взглядом по строю. – Там барьер дал микротрещину, нужно залатать, пока не разошлась. Инженеры уже на месте, ваша задача – прикрытие. Рик, Тэсс, Леннарт – берёте своих подопечных и распределяете по периметру. Огонь открывать только по моей команде. Вопросы есть? Вопросов не было. Райна переглянулась с Лирой и заметила, что та уже не выглядит испуганной. Скорее собранной и злой, как человек, который устал бояться и теперь просто хочет сделать свою работу. Четвёртый сектор встретил их ветром, который завывал в пустых проёмах окон, и низким, почти осязаемым гулом барьера. Инженеры уже возились у стыковочного узла: трое в защитных костюмах, с переносным генератором и катушками кабеля. Рик расставил курсантов по периметру, приказав смотреть в оба. Райна заняла позицию у восточной стены, откуда просматривался длинный участок разрушенной улицы. Она стояла, держа резак наготове, и сканировала взглядом пустые проёмы, тени под арками, груды битого бетона. Ничего не двигалось. Только ветер гонял пыль по асфальту. Через час барьер дрогнул. Это было похоже на рябь, пробежавшую по поверхности воды, только рябь эта шла по воздуху, искажая очертания зданий за ней. Райна почувствовала, как вибрация отдаётся в зубах, и увидела, что инженеры засуетились быстрее. – Спокойно, – раздался голос Ксандра в коммуникаторе. – Микротрещина расширяется, но контроль держат. Продолжаем наблюдение. Райна выдохнула и перехватила резак поудобнее. Лира, стоявшая метрах в двадцати левее, обернулась и показала ей поднятый вверх большой палец. Мол, всё путём. Райна кивнула в ответ. А потом она увидела движение. Тень метнулась между двумя остовами зданий, быстрая и низкая. Райна напряглась и активировала резак, но тень уже исчезла, растворилась в лабиринте руин. – Командир, – произнесла она в коммуникатор. – У восточной стены движение. Похоже на Горгону. – Принял, – голос Ксандра был спокойным. – Не дёргаться. Если пойдёт в вашу сторону, встречайте. Если нет, пусть уходит. Райна сглотнула и приготовилась. Сердце колотилось, но руки были наготове. Она знала, что справится с мелкой Горгоной. Знала так же твёрдо, как то, что солнце в Рубеже не видно за барьером. Тень появилась снова, на этот раз ближе. Райна уже различала очертания: приземистое тело, четыре лапы, длинный хвост. Горгона остановилась и принюхалась, повела головой. Её жёлтые глаза на мгновение встретились с глазами Райны. А потом тварь рванула прямо на неё. Райна не стала ждать, как Ксандр. Она шагнула вперёд, уходя с линии атаки, и ударила резаком по диагонали, целясь в основание шеи. Горгона взвизгнула и попыталась затормозить, но инерция несла её вперёд. Лезвие вошло в плоть с глухим чавкающим звуком. Тварь рухнула к её ногам, задёргалась, заскребла когтями по бетону и затихла. Райна стояла над ней, тяжело дыша, и смотрела на затухающие жёлтые глаза. Её первую Горгону. Её первую убитую тварь. – Чисто, – произнесла она в коммуникатор, и голос прозвучал на удивление ровно. – У восточной стены чисто. – Принял, – отозвался Ксандр. В его голосе ей почудилось что-то похожее на одобрение, но она не была уверена. Лира подбежала к ней через пару минут, когда инженеры закончили латать трещину и дали отбой. Она посмотрела на тушу Горгоны, потом на Райну, и её лицо расплылось в ухмылке. – Ну вот, – сказала она, хлопнув подругу по плечу. – А ты боялась, что не справишься. Справилась же. – Она была мелкая. – Да какая нахрен разница? Ты её завалила. С первой кровью, Райна! Райна посмотрела на резак в своей руке. Лезвие было испачкано тёмной, почти чёрной кровью. Она вытерла его о костяную пластину твари, как это делал Ксандр, и убрала в ножны. Что-то внутри неё изменилось. Ксандр подошёл к ней, когда отряд уже собирался возвращаться в казармы. Мужчина остановился рядом, посмотрел на тушу Горгоны, потом на Райну. Его взгляд скользнул по её лицу, задержался на испачканном рукаве и на резаке в ножнах. – Первый есть, – произнёс он. – Чисто сработано. – Спасибо, командир. Он помолчал, слегка склонив голову набок, будто оценивал её заново. – Двигались хорошо. Колени только провалились на шаге вправо. Отработаете на следующей тренировке. – Отработаю. Ксандр уже повернулся, чтобы уйти, но вдруг задержался и бросил через плечо: – И рукав зашейте. Неприлично ходить с дырой на локте. Райна опустила взгляд на рукав и только теперь заметила прореху. Когда она успела порвать форму, она не помнила. А он заметил. Заметил какую-то дурацкую дырку на локте. – Зашью, – пообещала она, и её губы сами собой дрогнули в усмешке. – Спасибо, что заметили. – Я всё замечаю, – бросил он, не оборачиваясь, и пошёл дальше. Райна проводила его взглядом. Сердце колотилось быстрее обычного, и она не могла понять, от чего именно: от короткого боя или от того, как он на неё посмотрел. Вечером в казарме было шумно. Маркус тоже убил свою первую Горгону и теперь в красках расписывал, как он её «разделал как орех». Айко сидела в углу и молча перебирала ремни, но на её лице читалось удовлетворение: она тоже справилась. Лира лежала на койке и смотрела в потолок с выражением глубокой задумчивости. – О чём думаешь? – спросила Райна, садясь рядом. – О том, что мы здесь уже почти неделю, – ответила Лира. – И я до сих пор жива. И ты жива. И даже Маркус жив. Это так странно. – Привыкай. – Стараюсь, – Лира повернула голову и уставилась на неё. – Знаешь, когда я увидела, как ты валишь ту Горгону, я вдруг поняла, что ты действительно справишься. Не потому что ты особенная или быстрая, а потому что ты не боишься. – Я боюсь, – возразила Райна. – Просто я не даю страху меня остановить. – Вот именно, – Лира кивнула. – Ты его не глушишь, а используешь. И это очень круто. Я тоже так хочу. – Научишься. Ты вообще способная, когда не ноешь. Лира фыркнула и запустила в неё подушкой. Райна увернулась, и подушка пролетела мимо, врезавшись в затылок Маркуса, который как раз проходил мимо. Маркус обернулся, выругался сквозь зубы, но потом заметил, что подушка прилетела от Лиры, и его лицо неожиданно смягчилось. – Чего дерётесь? – проворчал он, поднимая подушку и возвращая её Лире. – Это она первая начала, – Лира ткнула пальцем в Райну. – Ага, конечно, – Райна усмехнулась. – Я вообще здесь при чём? Маркус покачал головой и пошёл к своей койке, но на полпути обернулся. – Кстати, Рейн, – сказал он. – Там тебя командир вызывает. В свой кабинет. Райна переглянулась с Лирой. Та многозначительно шевельнула бровями. – О-о-о, – протянула она. – Опять. Смотри, зачастил он больно с приглашениями. – Прекрати, – оборвала её Райна, поднимаясь с койки. – А что? Я просто констатирую факт. Второй раз за неделю. Может, ты ему нравишься? – Я ему не нравлюсь. Я просто аномалия, за которой нужно следить. Лира хмыкнула и снова откинулась на подушку. – Ну-ну. Иди уже, аномалия. Не заставляй командира ждать. Райна вышла из казармы, чувствуя, как щёки предательски теплеют. Коридор был пуст, и шаги гулко отдавались от бетонных стен. Она шла и думала о том, что Лира, возможно, права. Возможно, он вызывает её не только из-за «Руна». А возможно, она просто придумывает то, чего нет. Кабинет Ксандра встретил её запахом старых бумаг. Он сидел за столом, но когда она вошла, поднялся и обошёл стол, остановившись напротив. Сегодня мужчина был без куртки, в одной рубашке с закатанными до локтей рукавами, и Райна заметила, как перекатываются мышцы на его предплечьях, когда он скрестил руки на груди. – Садитесь, – командир кивнул на стул. Девушка села, стараясь держать спину прямо. Ксандр не стал возвращаться за стол. Вместо этого он опёрся бедром о край стола прямо напротив неё, и теперь она была вынуждена смотреть на него снизу вверх. Он находился слишком близко, и Райна почувствовала, как внутри разливается тепло. – Я просмотрел рапорты за сегодня, – начал он, и его голос звучал ниже обычного. – Вы сработали хорошо. Леннарт вас похвалил. – Спасибо, командир. – Это не комплимент. – Он чуть дёрнул уголком рта, и Райна вдруг поняла, что этот жест – его версия улыбки. – Я хочу спросить вас о другом. Райна напряглась, ожидая неизбежного вопроса о браслете. Но Ксандр не смотрел на её запястье. Он смотрел ей в глаза, и в его взгляде было что-то, чего она не видела раньше. Любопытство, смешанное с чем-то тёплым. Интерес? – Вы бегали сегодня? – спросил он. – Нет. Я стояла на посту. Только шагнула в сторону, когда Горгона пошла в атаку. – Я не про это. – Он выдержал паузу. – Вы не бежали, не использовали свою скорость. Вы сдерживались. Райна опустила глаза и уставилась на свои руки, лежащие на коленях. Он был прав. Весь бой она сознательно тормозила себя, заставляла двигаться медленнее, чем могла. Чтобы не привлекать внимания и не вызывать вопросов. – Я не хотела рисковать, – призналась она. – Если бы я двигалась быстрее, это заметили бы. – Заметили бы, – согласился он. – Но вы могли бы и не заметить, что сдерживаетесь. А вы заметили. Вы контролировали себя сознательно. – Он чуть наклонился вперёд, и расстояние между ними сократилось до каких-то жалких сантиметров. – Это хорошо, Райна. Очень хорошо. Её имя, произнесённое без формального «курсант», прозвучало непривычно мягко. И Райна почувствовала, как сердце пропускает удар. – Я хочу, чтобы вы понимали, – продолжил он, и его голос стал чуть тише. – Ваша скорость – это не проклятие. Это ресурс. Если вы научитесь использовать его правильно, то станете лучшим бойцом в этом отряде. Но для этого вам нужно перестать бояться самой себя. – Я не боюсь себя, – возразила она, задирая подбородок. Он покачал головой и сделал ещё полшага ближе. Теперь она чувствовала запах, исходящий от его рубашки: машинное масло, красное дерево и черный перец. Ну что за горячая штучка. – Боитесь, – произнёс он почти шёпотом. – Вы боитесь, что ваша особенность сделает вас чужой. Что вас будут сторониться или запрут в лаборатории. Я вас понимаю. Но здесь, в Рубеже, всем плевать, кто ты и откуда. Здесь важно только одно: можешь ли ты убивать тварей и прикрывать спину товарищам. И вы можете. – Его взгляд скользнул по её лицу, задержался на губах и тут же вернулся к глазам. – Так перестаньте тратить силы на то, чтобы казаться обычной. Вы не обычная, Райна. И это заметно. Райна сглотнула. Она чувствовала, как горят щёки, но не отводила взгляда. – Я попробую, – выдавила она. – Не пробуйте. – Он наклонился ещё ближе, и теперь его лицо было на одном уровне с её лицом. – Делайте. Я даю вам разрешение. На следующей тренировке покажете всё, на что способны. Посмотрим, что вы умеете на самом деле. – Хорошо, командир, – прошептала она. Он выпрямился, и Райна почувствовала, как исчезает то странное напряжение, которое возникло между ними. Ксандр снова стал отстранённым и собранным, но в его глазах всё ещё тлело что-то, чего она не могла расшифровать. – Идите, Рейн. Завтра тяжёлый день. Она встала и направилась к двери, но на пороге задержалась. – Командир... почему вы это делаете? Почему вы мне помогаете? Он посмотрел на неё долгим взглядом, и его пальцы машинально коснулись старого браслета на запястье. – Потому что вы мне напоминаете кое-кого, – сказал он наконец. Райна хотела спросить ещё что-то, но он уже отвернулся к столу, давая понять, что разговор окончен. Что это, чёрт возьми, было? Она не знала ответа. Но одно она знала точно: этот разговор изменил что-то между ними. Что-то, что уже нельзя было отмотать назад. Райна вышла в коридор и плотно закрыла за собой дверь. Прислонилась спиной к холодной стене, зажмурилась и шумно выдохнула. Сердце колотилось где-то в горле, а ладони вспотели так, что она вытерла их о штаны, но это не помогло. Он сказал, что она ему кого-то напоминает. Сказал, что она не обычная. Сказал это почти шёпотом, глядя ей в глаза с такого расстояния, что она видела крошечную точку в серой радужке и чувствовала запах его рубашки. От этого запаха у неё до сих пор кружилась голова. Что ты творишь, Райна? Это твой командир. Она отлепилась от стены и пошла по коридору, но ноги были ватные, и каждый шаг давался с трудом. Хорошо, что никто не видел её сейчас. Слава богу, что Лира не могла прочитать её мысли, потому что мысли были совершенно неподобающие для курсантки, которая только что вышла из кабинета начальника. В казарме было темно и тихо. Лира лежала на своей койке, свернувшись калачиком, но стоило Райне переступить порог, как она тут же приоткрыла один глаз. – Ну? – потребовала она. – Что на этот раз? Райна стянула ботинки и села на свою койку, поджав ноги. Щёки всё ещё горели, и она знала, что Лира это заметит. Та всегда всё замечала. – Он сказал, чтобы я перестала сдерживаться, – ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – И всё? – Лира села и уставилась на неё с прищуром заправского дознавателя. – Ты врёшь. – Я не вру. – Ты красная как свёкла, Рейн. Ты никогда не краснеешь. – Лира свесила ноги с койки и подалась вперёд. – Что он тебе сказал на самом деле? Райна отвернулась и начала расшнуровывать второй ботинок, хотя он уже был расшнурован. Ей нужно было чем-то занять руки. – Он сказал, что я не обычная, – пробормотала она. – Что это заметно. – Заметно, – повторила Лира и вдруг широко ухмыльнулась. – Кому заметно? Ему? – Всем. Он имел в виду всех. – Ага, конечно, – Лира откинулась обратно на подушку и закинула руки за голову. – Знаешь, что это такое? Это комплимент. От мужика, который вообще комплиментов не делает. Я его за две недели ни разу не слышала, чтобы он кого-то похвалил, кроме тебя. Райна замерла с ботинком в руке и уставилась на Лиру. – Ты правда так думаешь? – Я правда так вижу, – Лира перевернулась на бок и подпёрла голову рукой. – Слушай, я понимаю, что ты у нас ледяная королева и всё такое. Но ты хотя бы сама себе признайся, что он тебе нравится. Это ж не преступление. – Он мой командир. – И что? Командиры тоже люди. У них тоже есть глаза. И, судя по тому, как он на тебя смотрит, глаза у него работают отлично. Райна бросила ботинок на пол и легла, уставившись в потолок. Лира была права, и от этого становилось только хуже. Он смотрел на неё. Он подходил слишком близко. Он говорил с ней так, как не говорил ни с кем другим. И это было заметно не только ей. Лира тоже видела. – Я не знаю, что с этим делать, – призналась она тихо. – Я вообще не понимаю, что чувствую. – Ну, – Лира зевнула, – когда поймёшь, дай знать. А пока просто наслаждайся. Ты молодая, красивая, только что завалила свою первую Горгону. Жизнь налаживается. – Ты невозможна. – Я прекрасна, – поправила Лира. – И ты меня обожаешь. А теперь спи. Завтра ты будешь показывать своему командиру всё, на что способна. Может, он ещё что-нибудь заметит. Она многозначительно хмыкнула и натянула одеяло до подбородка. Райна швырнула в неё подушкой, но Лира уже сделала вид, что спит. Райна осталась лежать в темноте. Она смотрела в потолок и прислушивалась к гулу барьера, но мысли её были далеко. Перед глазами всё ещё стоял Ксандр, склонившийся к ней так близко, что она чувствовала его дыхание на своей щеке. На следующее утро она проснулась с твёрдым намерением больше не краснеть. Получилось не очень. Стоило ей увидеть Ксандра на построении, как щёки снова предательски потеплели, и она уставилась в пол, делая вид, что изучает трещину в бетоне. Лира, стоявшая рядом, тихо фыркнула, но промолчала. Ксандр объявил, что сегодня тренировка на верхнем ярусе, в заброшенном секторе, который имитирует условия боя в городской застройке. Он распределил пары и велел всем активировать резаки. Райна встала в пару с Айко, которая была спокойной и точной, и это её устраивало. Тренировка началась. Они отрабатывали зачистку зданий, прикрытие, отход. Ксандр ходил между парами, делал замечания, поправлял стойки. Когда он подошёл к Райне, она заставила себя не дёргаться. Он остановился в полушаге от неё, и она снова почувствовала тот самый запах. – Рейн, – произнёс он. – Я же сказал: покажите, на что вы способны. Она вдохнула и активировала резак. А потом она перестала сдерживаться. Она двигалась так, как не позволяла себе со времён Академии. Быстро, резко, без единого лишнего движения. Айко не успевала за ней и через минуту попросила перерыв. Ксандр стоял в стороне, скрестив руки на груди, и смотрел. Его лицо было непроницаемым, но Райна заметила, как дрогнули его пальцы, когда она особенно быстро ушла с линии воображаемой атаки. Когда тренировка закончилась, он подозвал её к себе. – Вот так, – сказал он. – Теперь я вижу, что вы умеете на самом деле. – И как? – спросила она, всё ещё тяжело дыша. Он помолчал, глядя ей в глаза. Потом уголок его рта дрогнул. – Впечатляет, Рейн. Очень впечатляет. Она почувствовала, как сердце пропускает удар, и улыбнулась. Впервые за долгое время она улыбнулась открыто и не прячась, и он это заметил. Его взгляд на секунду задержался на её губах, а потом он отвернулся и пошёл к остальным курсантам. Но Райна успела увидеть, как его пальцы сжались в кулак и медленно разжались. Тот самый жест, который она уже видела раньше. И теперь она знала, что он означает. Он тоже чувствовал это.