Цветок Тьмы

Дорога на Сендай.

      "И?..." – сжался от страха и заскулил, как медведь, пойманный в капкан, Панда. Что им троим сделать против психа. Которого, кажется, невозможно победить. "З..." Умный ход Инумаки Тоге. Но ты кое-что забыл. Злодеи здесь не ждут, когда их убьют. "Проклятая техника: Стигмата!" "АААААААААА!..." – упал головой с размаху прямо на обсидиановый бетон колдун пред-первого ранга. И истошно завопил от несуществующей боли. Что это? "Это делает Бог!" – ангельски улыбнулся своими слепыми на вид глазами Зверь. "Уёбок!..." – уже хотела потянуться за свою алебарду Маки Зенин. Но её проклятое оружие четвёртого ранга уже впивается острыми шипами в череп Зверя. Да. Настолько глубок терновый венец. "Нельзя так говорить!..." – беззлобно хотел отчитать её антихрист. Почему он просто не убьёт всех, пока все ослаблены? Потому что он – посланник Бога. "РРРРРААААРГГГХХХ!..." – готова была голыми руками мужественно изгнать проклятие особого ранга девушка с золотистыми глазами. "МАКИ-ЧАН! УСПОКОЙСЯ!..." – попытался сдержать свою подругу сзади Панда. И смог бы, если бы делал это в полную силу. Но он слишком добрый. Прямо как один золотой ретривер, который сейчас спит вместе со своей мучительницей. Но пока не о нём. "Маки-чан?..." – ни капельки не испугался бегущей на него со всех ног паршивой овцы клана Зенин антихрист. Не потому что мог убить её всех вокруг... О, нет. "О! Это звучит, как Мария! Мадонна-чан! Мадонна-чан!..." – очень долго сумел повторять безобидное оскорбление антихрист. Да, и оскорбление ли это? Сравнить кого-то с Матерью Иисуса Христа? Разве это не... "Я УБЬЮ ТЕБЯ!..." Маки Зенин пыталась хоть как-то ударить проклятие особого ранга своими мощными от природы руками. Несмотря на то, что все инстинкты её тела вопили ей о том, чтобы сдаться. Почему же зверь не убил её? Вот почему. "Мадонна-чан! Мадонна-чан! Мадонна-чан!..." Антихрист с детским восторгом повторял по сути ребяческое прозвище и очень нелепое. И ведь самое страшное, что он не играл со своей целью... Он искренне благоговел каждый раз, когда называл это имя. "И что нам делать?..." – упал на холодный обсидиан и свернулся калачиком Панда. Вопрос интересный. Почему тогда был прерван момент с осознанием того, что Зверь может всех убить? А потому что среди всех побеждённых колдунов всех рангов... Был сильнейший колдун современности Годжо Сатору. И что делать теперь? Что теперь? Было всего несколько способов победить Зверя. Первый – если бы сильнейший колдун современности Годжо Сатору не был бы задет чувствами к своему лучшему другу Сугуро Гето и просто бы стёр наглое и голое и треснутое и можно продолжать список его качеств до бесконечности... Которую сильнейший колдун современности Годжо Сатору не успел использовать. Так что теперь он сидит на холодном, но хотя бы не обжигающем обсидиане и корчится от невыносимой боли. Потому что один удар проклятой техники Зверя «Святотатство»... Спутал все каналы его проклятой энергии. Почему боги не могут дать сильнейшему колдуну современности Годжо Сатору какую-нибудь обратную проклятую технику, чтобы он встал на ноги и поставил на место зазнавшегося эксгибициониста? Потому что между небом и землёй лишь один Достойнейший. Так ведь ты говорил, сильнейший колдун современности Годжо Сатору? Когда посмел тронуть женщину, чья душа ценнее всего мира. Как говорится... Яблоки от яблони недалеко падают. Фушигуро Мэгуми мог победить Зверя, если бы сразу же призвал свой козырь. Пока Зверь был отвлечён более опытными колдунами, владелец проклятой техники Десяти Теней мог бы призвать божественного генерала Махорагу. Который бы рано или поздно стёр бы Зверя в порошок. Почти все его проклятые техники не действуют на бестолковое шикигами. У Махораги нет души, разума или тела, которое можно было бы извращать. Махорага просто зверь, которого никто ещё не мог приручить из пользователей проклятой техники Десяти Теней. И как бы иронично это ни звучало... Но зверь победил бы Зверя. Рано или поздно адаптировавшись к его проклятой технике «Святотатство». А больше противостоять божественному генералу Махораги Зверю ничем. Он, кажется, непобедим. Но дело не в этом. Просто никто не недооценивает его. Ну и как итог... "Сынок!" Ну, здравствуй. Моя мышка. "Эй, госпожа!..." – резко встал на лапы Панда и не понял, как обратиться к миниатюрной женщине с крохотным телом. Разве такая может хоть секунду выжить в этом аду для сильнейших колдунов? Внимание, правильный ответ. "Сынок!" Незуко даже не обратила внимания ни на говорящую панду. Ни на то, что медленно бежит по чёрному обсидиану. Ни на весь этот парад клоунов всех цветов и расцветок, сидящих в одной позе, как в анекдоте. Ну а бой Маки Зенин и Зверя она не видела, потому что... Не может видеть проклятых духов. И вот эта мышка хочет сунуться в пасть ко льву? Ответ очевиден. "Сынок!" Она пыталась найти всегда приметного сына. Как можно не заметить гиганта среди малышей японцев? Но сейчас, из-за пёстрого вида и нарядов неизвестных людей, найти своего сыночка стало практически невозможно. Ну а взглянуть на снова корчащегося в муках сильнейшего колдуна современности Годжо Сатору Незуко не увидела. И... "Сынок!" Сколько Незуко Джонсон может искать своего непутёвого сынка. Она уже шестнадцать дней звонит в полицию и спрашивает: не нашли ли они её единственного сына? И единственного во многих смыслах. Бедная женщина. Она была и так худая как скелет. Но когда она узнала, что её любимый 陽くん и не менее любимый сын исчезли в один день... Она не живая. Она мертва. Но она ищет. Ищет одного человека. И имя ему... "СЫНОК!" Впервые за шестнадцать дней и за всю жизнь так радостно и болезненно во всех смыслах крикнула Незуко. Она нашла его... Она нашла своего сына... Она нашла... "Ха?..." – антихрист наконец-то заткнулся и посмотрел на маленький комок, который обнимал комок гораздо больше. Что для него может значить этот микроскопический комок? Для него, который одним ударом смог одолеть так или иначе сильнейшего колдуна современности Годжо Сатору? Который сейчас отчитывает одного из сильнейших в плане физической силы и мастерства владения проклятыми оружиями колдунью с унизительным четвёртым рангом. Можно сколько угодно говорить о том, насколько несчастна судьба у паршивой овцы клана Зенин. Но сейчас не о ней. А о... "Это ты та, кто заставила Годжо Сатору страдать?..." Быстрее секунды Зверь ушёл от бешеной Маки и оказался прямо перед... Нет. Не беззащитной Незуко Джонсон. Сказать такое. Оскорбить её. И её... "Сынок!..." – смогла вновь крикнуть имя своего единственного сына вдова, заливаясь чистейшими слезами. Невозможно описать, насколько она красива, даже тогда когда плачет. Как мать, так и сын. "А?..." Впервые антихрист чему-то так искренне, но всё ещё чисто удивился. Как только он подумал о том, как, всего лишь, оттащить тело знакомого новоиспечённого колдуна на несколько метров подальше от его матери. Только чтобы она обратила на него внимание. Да. Зверь не хочет убивать... По крайней мере, не всех. "Почему я не чувствую своей проклятой энергии?..." Антихрист попробовал применить хоть одну технику не на матери, конечно же. И не потому что он умнее сильнейшего колдуна современности Годжо Сатору. А потому что в отличие от своего создателя, когда он почувствовал благодать от миниатюрной женщины... Он понял, что лучше её не трогать. "Странно... Я не могу использовать ни одну свою проклятую технику..." Начали. "Ни «Святотатство»..." "Ни «Уста Лжеца»..." "Ни «Воду Очищения»..." "Ни «Слепоту Божью»..." "Ни «Стигмату»..." "Ни «Евангелие»..." "Ни «Николай Угодник»..." "Ни «Благодать»..." "Даже ни «Исповедь», которая восстанавливает меня, если от меня что-то остаётся!..." "Это..." Из слепых глаз по коже цвета бури вместе с чёрной как смоль кровью, падая на треснутые ноги и задевая крошечные половые органы... Зверь заплакал. В своём стиле. "Это ты..." – как к собственной матери обратилось проклятие особого ранга. Потому что с отцом, который наделил его невероятной силой, антихрист уже познакомился. И теперь он знает. От кого у него это религиозное чувство и благодать в холодном сердце. Знаете... А ведь это звучит похоже... Мужчина, давший своей плоти и крови чудовищную силу. И женщина, давшая своей плоти и крови веру в чудеса и иной мир. Где-то это было уже упомянуто... Точно! Это же прямо как у... "Сынок!..." Нет более счастливого дня после стольких бессонных ночей и дней с пролитием священных слёз для вдовы. Да, к ней приходили коллеги с работы. Несколько сослуживцев, которые были в отпуске со своими семьями, не будем говорить какого состава. И даже... Да. Мистер и миссис Джонсон прилетели из далёкой и глухой Лейк-Джордж в ненавидимую всей душой страну. Причин они могли назвать очень много. Но не будем портить тот момент, когда они приехали в квартиру их, к сожалению, единственного по причине бесплодности миссис Джонсон, сына. И увидели райское страдание на лице той... Ладно. Не будем о плохом. Главное не это. Всё плохое не важно. Всё гладкое не важно. Всё пошлое не важно. Всё мерзкое не важно. Всё плохое, что есть в этом мире, неважно. Потому что главное это... "Сынок!..." Маки Зенин, которая со всех ног рвалась к проклятию особого ранга. Не успела даже и крикнуть. Почему? Увы. Даже такая чистая вещь, как любовь... Имеет обратную сторону. "Маки-чан, тихо!..." – шептал максимально тихо, чувствуя неземную силу момента Панда. И если в прошлый раз он едва мог удержать паршивую овцу клана Зенин в своих руках. То теперь ему даже не приходилось стараться, чтобы закрывать рот одной из сильнейших по физическим характеристикам колдуний Токийского техникума колдунов. Да. Баланс между колдунами и проклятыми духами треснул на один угол. Когда Сэмуэль Джонсон перестал кричать от душевной боли, вызванной обсидиановыми блоками ненависти её будущей возлюбленной. А сейчас... Баланса нет. Вообще нет. И хотите шутку? "Honey!" Рядом с сыном и вдовой стало формироваться новый проклятый дух. И кажется, уже можно хоронить всю Японию и, наверное, весь мир. Потому что я боюсь представить, что сейчас творится в США, например. Но спешу обрадовать или огорчить... "Я спасу тебя и нашего сына, Honey!..." Это был идеал Незуко Джонсон. Созданный из её самых чистых эмоций на всей земле, которые она копила мучительно долгие шестнадцать дней. И это уже звучит страшно. Но помните. У святого человека... "О! Привет, папа!..." – с румянцем и детским задором улыбнулся антихрист. Святые родители. "Сын!... Ты так вырос! Я горжусь тобой!..." – знакомое лицо, которое не помолодело ни на день с того момента, как исчезло, потрепало проклятие особого ранга по красным волосам. И никак иначе. Кто заметил – тот заметил. "Маки-чан, фу!..." – с, слава богу, всё той же исполинской силой держал пылающую яростью Маки Зенин Панда. Хорошо, что проклятые духи не могут сами себя усиливать. А то было бы неловко. "Новый теневой стиль: Батто!..." Ах, да. Точно. Ну и что делать? Как только Зверь потерял на время свои техники... Всё вернулось на круги своя. Ой, блядь... "С этим сокровищем!..." Неа. Нет. Просто. Нет. "Не смей трогать папу!" Антихрист быстрее пули, но без усиления за счёт чувств ударил Мэгуми Фушигуро в шею и вырубил его. Почему в шею? Потому что Стив Джонсон учил своего сына, что настоящий солдат всегда бьёт в шею. "УБЕРИ СВОЮ ЗУБОЧИСТКУ ОТ МОЕЙ HONEY И МОЕГО СЫНА!..." А вот это что-то новое. Какая проклятая техника может быть у проклятого духа, рождённого из чистых эмоций? Наверняка что-то круче Шести Глаз и Бесконечности сильнейшего колдуна современности Годжо Сатору? Неа. "Ааааааааааа!..." Мечник со стальными яйцами присел на одно колено. Потому что только что в его стальные яйца врезалась нога, господи упаси, какого размера. Но Незуко Джонсон идеально знает какого размера. И без обид. Когда ты защищаешь свою семью, ты не думаешь о том, чтобы воевать стильно или красиво. Ты просто мочишь всё, что видишь. "Взорвись." Да. Тоге Инумаки потребовалось лишь несколько минут, чтобы прийти в себя. Чтобы уже понять ситуацию и найти проклятого духа послабее. Аой Тодо бы гордился своим... А какой тип девушек нравится Тоге Инумаки? Наверное... "Папа!" Уже не важно. Потому что как только антихрист увидел, что его отец взорвался на частицы... Это не смешно. В общем, как только Зверь увидел эту картину... То... "ХА!..." Ох. А вот это необычно. Хотя... Действительно ли антихрист хотел убивать? Первый раз он хотел убить, потому что его вежливо попросили. Аой Тодо он убил потому, что понял, что тот очень опасен. Чего почему-то мало кто делает. Если вообще кто-то делает? И... Стоп... А он ещё кого-то убил? "Проклятая техника: Манипуляция чёрной птицей: Удар птицы!" Оригинальное название, кстати, да? Всё равно что назвать лёд ледяным, а пламя пламенным, да? Почему всё так буднично и по-клоунски? "ХА!" – одним ударом в шею вырубил грешницу антихрист. Вот почему. Из-за того, что баланс между проклятыми духами и колдунами пошёл слишком глубоко в задницу. Теперь есть две взаимозаменяемые проблемы. Первая... "Проклятая техника: Соотношение!..." "Ах!..." Проклятые духи стали чересчур перекачаны. А вторая... "ГОДЖО-СЕНСЕЙ, ПОМОГИТЕ!" Чем, блядь, занимается сильнейший колдун современности Годжо Сатору?! Который, да, да! Несмотря на то что земля поменяла свою орбиту, когда он родился. Всё равно сильнейший колдун современности Годжо Сатору! Почему? Ответ неожидан. "Я не буду применять Фиолетовый." О. Весело. И что теперь? Кто вообще остался на этом обсидиановом поле ненависти? Где Норитоши Камо? Где богиня: «Как же ты заебала использовать расширение территории по одиннадцатому разу и т. д...»? Где вообще все враги?! Что теперь-то делать?! "Папа!" – со слезами на слепых глазах посмотрел в сторону пустоты антихрист. И увидел чудо. Его отец воскрес. Не буквально, конечно же. Стив Джонсон сейчас в раю. Из-за кого? Из-за... "Сынок!" Шутки в сторону. Пока все вокруг пытались что-либо сделать и не знали, как им выжить в этом окончательно сумасшедшем мире... Вдова и её спящий сын обнимали друг друга. А всё остальное не важно. Ничего не важно. Только одно. "Сынок!..."