Stressed out

      Клуб «Helium» был местом, где люди могли сбрасывать свои пластиковые маски, раскрепощаясь и не боясь лишний раз получить в свои стороны осуждающие взгляды. Кожанные диваны, велюровые, бархатные, а то и из экокожи, мытые на скорую руку. Они работают как губки: моментально впитывают запахи из воздуха, удерживая их годами в наполнителях из-за чего эпизодически чувствовается приторность.       Нишимура Рики, он же Ники, в узких кругах известен как Никитос. Губастый парень в рассвете сил, он был воплощением грязных фантазий девушек перед сном. Высокий, статный японец с лисьим прищуром, соблазнительной ухмылкой. Любой или любая увидет его — никогда уже не сумеет выбраться из путов любви. Высокий, кожа цвета латте, глаза-щелочки — тот тип, что может заставить тебя забыть пароль от Wi‑Fi и номер мамы в контактах одновременно.О его красоте слагали легенды, поговаривали, что якобы он продал душу дьяволу за вечную молодость. Ведь он выглядел запрещенно-красивым, даже труднодоступном. Хоть он и был стриптизёром. Но всё же пользовался широкой популярностью.

— Ники, готово выступления для девичника? — раздался мягкий, родной голос, обвалакивающий Нишимуру.

— А как же, конечно. Есть сомнения? — почти промурлыкав, спросил Ники.

      Квартира, в которой жила пара, находилась рядом с клубом. Рики бывший воспитанник детдома. Он сбежал оттуда, когда ему было шестнадцать. Ему до боли нравились танцы. Он буквально растворялся в них, ведь это делало его намного счастливее.       Он попал в клуб, благодаря красноволосому Ли Хисыну. Тот работал уборщиком в клубе, мечтал о карьере выдающегося музыканта. Однако жизнь все перевернула 360⁰ со стреметельной скоростью, вот до чего дошли парни.       Вначале у них были братские отношения. Хисын, как и подобает хёну заботился о младшем. Ники со временем к нему привязался к котёнок, и не хотел покидать своего будущего парня.       Со временем, их дружба переросла в нечто иное. Именно в этот момент юный Рики вкусил запретный плод любви. Вначале он стеснялся своих чувств, боясь, что Ли отвергнет его, найдя симпатичную фифу. Фортуна благоволила им, чему они были безмерно рады.

      — Хи, а может в айдолы пойдём? Ты — музыкант, я — у тебя на подтанцовке, как тебе?

— О, нет семилетнее рабство на жадного толстосума! — картонно вскинул руки Ли. — Нет, мечтаю хотя-бы на миг попасть в 90-х: Майкел Джексон, Бритни Спирс, Бэкстрит бойз. Они такие хиты выпускали, а сейчас всё тиктоничное, одноразовое. Вот накопим на студию, тогда и поговорим, оки?

— Ладно.

      Сара пришла в клуб впервые и сразу поняла: здесь — свои законы и свои герои. Она зашла, круто отряхнула пальто и так уверенно посмотрела по сторонам, будто была режиссёром собственной жизни, а не только статистом в ней.        Никитос — заметил её с порога.       — Пупсик, — и тут его голос был нежнее, чем свет у бармена, — как тебя зовут?       Сара, не моргнув, ответила так, что у всех в баре прямо конверт упал от неожиданности:       — Я тебе пальцы сломаю и засуну их туда, где не светит солнце.       Ники на секунду завис. Его лисьи глаза округлились до размеров пятирублёвых монет. В его голове пронеслась короткая, но очень яркая мысль: «Опа. Кажется, мои мазохистские наклонности только что вышли на новый уровень. Какая женщина!»       Он медленно убрал руку с её плеча, сделал шаг назад, картинно прижал ладонь к сердцу и выдал свою самую фирменную, слегка придурковатую ухмылку:       — Оу, пупсик… А ты умеешь разогреть атмосферу без предварительных ласк. Сразу к жёсткому доминированию? Мне нравится твой стиль, но давай сначала хотя бы выпьем по «Голубой лагуне». У меня как раз есть скидка на баре как у ведущего пилона этого заведения.       Сара Мин посмотрела на него взглядом уставшего психиатра, которому привели особо запущенного пациента. Она поправила свою кожаную куртку и уже собиралась реально продемонстрировать ему анатомический мастер-класс по ломанию пальцев, как вдруг…       — А-А-А-А-А-А-О-О-О-О-О-Ы-Ы-Ы-Ы! — этот дикий, истошный вопль перекрыл даже басы из колонок.       Звук шёл из VIP-кабинки №3, которая была обтянута тем самым велюром, помнящим ещё первый приезд группы «Руки Вверх!» в этот город.       Музыка резко оборвалась. Посетители замерли с открытыми ртами. Из кабинки с криками вылетела администраторша клуба, бледная как смерть, и с ходу вписалась лицом в барную стойку.       — Там… Там… — заикалась она, указывая дрожащим пальцем в сторону шторки. — Там Джуп! Он… он больше не будет заказывать приватные танцы!       Рики и Сара переглянулись. Никитос, забыв про свой пафос, рванул в кабинку первым (чисто профессиональное любопытство: Джуп был его самым щедрым фанатом, который за один взмах бедра Ники мог отвалить годовой бюджет небольшого африканского государства).       Сара вздохнула и пошла следом. Внутри кабинки воняло клубничным лубрикантом и… палёной пластмассой. На диване в неестественной позе полулежал Джуп — легендарный VIP-клиент, основатель половины шоу-бизнеса и просто любитель прозрачных штанов. Его глаза были выпучены, а изо рта торчал… старый микрофон на проводе. На его шее виднелся странный след, похожий на ожог от лазера, а в руке был зажат обрывок магнитной ленты от старой видеокассеты.       — Пипец… — прошептал Ники, прикрывая рот рукой. — Кто-то реально заставил его спеть его последний хит прямо в желудок. Это же жестокое убийство!       — Не просто убийство, — Сара подошла ближе, прищурившись. Её детективный радар зашкаливал. — Посмотри на этот провод. Это не обычный шнур. И лента… на ней написано «1995». Что за чертовщина?       В этот момент в кабинку забежал Хисын. В руках у него была швабра и ведро, а на голове — его фирменный красный хаос из волос. Его лицо выражало крайнюю степень шока и скорби.       — О боже! Джуп-ним! — Хисын бросил швабру и тут же подбежал к Ники, крепко обнимая его за плечи. — Рики, солнце, не смотри на это! Тебе нельзя такое видеть, твоя нежная психика стриптизёра не выдержит! Кто мог сотворить такое с этим святым человеком, который давал нам такие чаевые?!       Ники уткнулся носом в плечо своего хёна, шмыгая носом:       — Хи… Это ужасно. Наш лучший спонсор… Теперь нам придётся питаться дошираком без сосисок!       Сара посмотрела на Хисына. Тот выглядел как типичный преданный бойфренд, готовый защитить своего парня от любых невзгод. Ну кто заподозрит этого милого красноволосого уборщика, который мечтает о Бритни Спирс и собирает пыль по углам? Никто. И Сара тоже не подумала на него. А зря. Потому что Хисын в этот момент незаметно убирал в карман своих рабочих штанов крошечную синюю деталь, светящуюся неоном…