Oblivio Cordis

Утренний Хогвартс всегда просыпался раньше своих обитателей. Еще до того, как первые ученики начинали сонно спускаться по мраморной лестнице, в Большом зале уже горели свечи, эльфы накрывали столы к завтраку, а узкие окна, затянутые тонким зимним инеем, постепенно наполнялись бледным январским светом. Замок жил в своём собственном ритме — спокойном, неизменном, словно война, которая совсем недавно прокатилась по его коридорам, была лишь далёким кошмаром. Гарри любил эти часы. В них было что-то удивительное: мир ещё не успел окончательно проснуться, и поэтому даже самые шумные места казались тише, чем обычно. Он поправил шарф, перекинутый через плечо, и, перепрыгнув через две последние ступеньки, едва не врезался в Невила. — Прости. — Гарри, однажды ты всё-таки сломаешь себе шею, — обреченно покачал головой Невилл. — Зато красиво. — Не думаю, что мадам Помфри оценит этот аргумент. Поттер лишь улыбнулся и пошёл дальше. В коридорах уже становилось людно. Мимо него проходили сонные рейвенкловцы, второкурсники в спешке перечитывали конспекты перед уроком, а где-то неподалеку Пивз с восторгом преследовал двух испуганных первокурсников, громко возмущаясь, что они совсем не умеют пугаться. Всё было как обычно. Именно поэтому — правильно. Большой зал встретил его знакомым теплом и запахом свежего хлеба. За гриффиндорским столом Рон уже успел наложить себе столько еды, будто собирался не на уроки, а в многодневный поход. — Наконец-то, — пробормотал он, не отрываясь от булочки. — Я уже думал, что ты решил проспать до ужина. — Хотел, — честно ответил Гарри, садясь рядом. — Но, к сожалению, ответственность существует. Гермиона фыркнула, не отрывая взгляда от раскрытой книги. — Ты произнес слово «ответственность» так, будто оно тебя лично обидело. — А разве нет? Рон одобрительно кивнул. — Наконец-то хоть в чём-то мы согласны. Гарри потянулся за чайником. И именно в этот момент краем глаза заметил знакомую светлую фигуру у стола Слизерина. Драко стоял спиной к залу, что-то тихо обсуждая с Блейзом Забини. Когда разговор закончился, он машинально поправил рукав мантии, взял с тарелки яблоко и уже собирался сесть, когда их взгляды случайно встретились. Всё произошло настолько естественно, что Гарри даже не задумывался. Едва заметный кивок. Такая же короткая улыбка в ответ. И каждый вернулся к своему завтраку. Гермиона, которая как раз закрывала книгу, невольно подняла глаза и успела заметить этот короткий обмен взглядами. Ничего особенного. Лишь привычный утренний жест. Она не сказала ни слова. Лишь слегка улыбнулась самыми уголками губ. — Что? — сразу насторожился Гарри, заметив это выражение. — Ничего. — Гермиона. — Совершенно ничего. — она спокойно сделала глоток чая. — Просто странно. — Что именно? — Я помню времена, когда вы с Малфоем не могли пройти мимо друг друга, не обменявшись оскорблениями. Рон фыркнул. — Старые добрые времена. — А теперь? — Гермиона слегка постучала пальцем по чашке. — Теперь вы приветствуете друг друга одним кивком, будто делали это всю жизнь. Гарри на секунду задумался. И только тогда понял, что она права. Он даже не помнил, когда это произошло. Не было момента, после которого они вдруг стали друзьями. Не было грандиозного примирения. Не было громких слов. Однажды они просто… перестали видеть друг в друге врага. Потом начали разговаривать. Потом спорить уже не из-за прошлого, а из-за домашних заданий, квиддича или того, какой чай в «Трех метлах» вкуснее. А со временем это стало такой же привычной частью жизни, как утренний завтрак или запах пергамента в библиотеке. — Знаешь, — озвался Гарри, вертя чашку в ладонях, — мне кажется, самые лучшие вещи иногда случаются именно так. — Как? — Ты даже не замечаешь, когда они становятся для тебя важными. На мгновение за столом воцарилась тишина. Даже Рон перестал жевать. Правда, всего на мгновение. — Гарри, — торжественно произнес он, доедая булочку. — Если ты сейчас начнёшь философствовать за завтраком, я официально переведусь в Хаффлпафф. Гарри рассмеялся. — Боишься, что я сейчас найду смысл жизни? — Боюсь, что Гермиона тебя поддержит. — Уже поддерживаю, — невозмутимо ответила она. — Предатели. Рон театрально покачал головой и потянулся за ещё одной булочкой. Гарри лишь улыбнулся. Обычное утро. Обычные разговоры. Обычные люди рядом. И никто из них ещё не знал, что именно эта обыденность вскоре станет тем, за что придётся бороться.