Chronicles: Tinker Bell and the Lost City (Хроники: Динь Динь и затерянный город)

      В Долине Фей наступило прекрасное утро, и Динь-Динь была полна решимости не допустить, чтобы оно пропало даром.       Воздух был свеж и ярок в небе не было и намека на вчерашнюю бурю. В тот день Динь встала рано, до того, как ей предстояло всерьез заняться работой. Феи Нетландии отвечали за смену времён года, и даже такие мастера, как она, имели множество дел. В этот поздний весенний час все были заняты подготовкой к наступающему лету, но она не могла упустить возможность прочесать берег в поисках потеряшек, которые прибило волнами.       Подумать только, не так давно феи Нетландии смотрели на такие чудеса как на бесполезный хлам! Но именно Динь-Динь доказала жителям Долины Фей, что на самом деле нет ничего бесполезного. Обладая мастерством и воображением, чужие потерянные вещи могут оказаться полезными, поучительными и даже просто красивыми на вид! Сегодня, кажется, не осталось ни одной феи, которая бы не использовала их в своей повседневной жизни тем или иным способом.       А при таком сильном шторме, как прошлой ночью, с материка наверняка вынесло какие-нибудь удивительные вещи. Динь-Динь взяла с собой две огромные сумки из больших листьев, чтобы унести всё, что найдётся, и тележку, которую соорудила из веточек, травы и четырёх круглых камней в качестве колёс.        Она тяжело тянула тележку к пляжу, её крылья гудели от усилий, а воображение рисовало невероятные находки. Солнце уже поднялось над бухтой, раскрашивая небо в нежные розовые и голубые оттенки. Несмотря на волнение, Динь на мгновение остановилась, любуясь открывшимся видом.       — Просто чудесно… — вздохнула она.       — А, спасибо, Динь! — Сказал Клэнк, неуклюже проходя мимо нее, — Ты тоже сегодня хорошо выглядишь. Ты сделала что-то новое со своими волосами?       — Она имела в виду вид, Клэнки, — вмешался Боббл. Он приземлился рядом с Динь — Динь, щебеча крыльями, и щурясь в рассветном свете через свои капельные очки. — Хотя твои волосы сегодня выглядят особенно заостренными. — Это называется растрепанными волосами, — сухо ответила Динь, поправляя пучок. Она отпустила тележку, вытянулась и зевнула.       Как и Динь-Динь, Боббл и Клэнк обладали талантами фей мастеров и они стали её первыми друзьями по прибытии в Долину Фей. Они немного эксцентричные, но верные товарищи и блестящие изобретатели.       — Спасибо, что помогли мне обыскать бухту так рано, — сказала Динь. — Я знаю, с наступлением нового сезона много дел. Хотя… может быть, кто-нибудь из вас не против поработать с повозкой?       — О, боюсь, я ещё не размялся, — сказал Боббл, печально покачав головой. —Извините, мисс Динь. Не хотелось бы, чтобы я растянул крыло, понимаете? — Боббл начал серию слабых упражнений на растяжку, поднимая руки над головой.       — О, э-э, нет… наверное, лучше не стоит, — сказала Динь, хотя ее собственные крылья болели от того, что она тащила повозку. — А как насчет тебя, Клэнк?       — Что ты сказала, Динь? — крикнул в ответ эльф, — Не слышу тебя из-за шума океана! Ш‑ш‑ш‑шух! Прости‑и‑и! — и он поспешил вперёд.       Динь со смирение вздохнула. Она взвалила ручку тележки себе на плечо. Ни усталость, ни раннее время не могли охладить её энтузиазм.       Все трое прибыли в бухту и обнаружили, что она полна потеряшек. Динь завизжала от восторга, ее крылья затрепетали от вновь обретенной энергии. Она схватила одну из сумок и взлетела в воздух. Динь-Динь осматривала пляж в поисках особенно интересных мелочей.       — Как думаешь, что это? — спросил Боббл, подходя к очкам, похожим на человеческие. Динь-Динь узнала их по своим полетам на материк. Люди носили их, чтобы видеть лучше, так же, как Боббл использовал капли росы. При взгляде сквозь них и без того увеличенные глаза Боббла расширились до гигантских размеров. Он моргал с любопытством.       — Они похожи на… застывшие капли росы, — объяснила Динь, — Прозрачные части полезны, но очень хрупки. Кладите их в тележку — осторожно! — Она поморщилась, услышав, как очки со стуком упали в тележку. Оставалось надеяться, что хотя бы одна линза осталась целой.       Она повернулась к другому сверкающему предмету в дюнах, подняла золотую петлю и очистила ее от песка. По форме она напоминала идеальный круг, за исключением небольшого изогнутого сегмента, который открывался и закрывался при нажатии.       Динь не была уверена, но подумала, что это, может быть, какое-то человеческое украшение. Оно было слишком маленьким для их огромных запястий или шей, но она вспомнила, что видела на Материке несколько человек, которые носили похожие украшения, свисающие с ушей. Однако кольцо было как раз подходящего размера для запястья феи. И то, как оно переливалось на свету, навело ее на мысль об Иридессе, ее подруге, обладающей даром света. Возможно, это был бы хороший подарок! Она положила кольцо в сумку.        Она летала по пляжу, собирая по пути все больше интересных предметов. Там был серебристый трезубец для приготовления человеческой пищи, пружинистая вертушка — у нее их всегда было мало, — и даже белый керамический горшок с фиолетовой рюшечной крышкой, который, как она была уверена, захотели бы заполучить Серебрянка и Розетта.       Затем она заметила торчащее из песка крыло.       Она подлетела ближе.       Это была самая любопытная конструкция, отдаленно напоминающая крыло летучей мыши, но собранная из искусственных элементов. Люди всегда поражали Динь-Динь своим изобретательным мастерством, и это, казалось, представляло собой захватывающее сочетание природного вдохновения и механических материалов.       Смахнув песок с крыла, она поняла, что оно больше, чем казалось. Крыло было всего лишь частью более крупной конструкции, напоминавшей какой—то летательный аппарат — небольшой для человека, но почти идеального размера для феи. Если бы Динь не знала иначе, она бы подумала, что его создали именно для феи.       Но в этом не было никакого смысла, не так ли? Ни один из мастеров Долины Фей не мог сделать что-то столь сложное из металла. Они работали с природными материалами. С чего бы фее вообще начать?       — Ребята? — позвала она, — Можете мне помочь? Я… я сама не могу понять, что это.       Боббл и Клэнк подлетели, с удивлением почесывая головы.       — Да уж, странная штука, — сказал Боббл. — Но потеряшки часто вызывают вопросы. Что это за большой круглый предмет там, внизу?        — Есть только один способ выяснить это! — весело воскликнул Клэнк, отряхивая ладони. — Давайте раскопаем это.       Все трое принялись копать, Динь и Боббл использовали ракушки, чтобы выгребать песок, а Клэнк голыми руками разгребал огромные кучи. Вместе они быстро откопали то, что искали, и тогда фей ожидал сюрприз.       — Там кто-то есть! — ахнула Динь.       Это была не просто кто-то — в центре летательного аппарата, в отсеке лежала фея. Она выглядела такой маленькой и хрупкой, с темными волосами и бледной кожей. По крайней мере, она дышала. Динь видела, как грудь феи поднимается и опускается в слабом ритме       — Бедняжка, — вздохнул Боббл. — Она попала в шторм?       — Но кто она такая? — задумчиво произнес Клэнк, — И откуда она взялась?       Динь-Динь подлетела к люку, с усилием открыла его. Действуя сообща, она, Клэнк и Боббл осторожно вытащили незнакомку и уложили ее на песок.       — Вы двое, идите за целителями, — сказала Динь. — Скажите им, чтобы принесли койку. Скажите, что это срочно! Я присмотрю за ней, пока они не прибудут.       Обе эльфа серьезно кивнули, а затем развернулись и умчались прочь так быстро, как только позволяли их крылья.       Динь-Динь не была целителем, но сделала всё, что могла, для странной феи, пока та ждала. Она собрала веточки из ближайших кустов, затем повернула одну из линз очков, которые они нашли, так, чтобы они отражали солнечный свет. Направив луч на кучку хвороста, она смогла создать маленькую яркую точку. Вскоре в воздух поднялась струйка дыма. Динь подумала, что Десса гордилась бы ею. Вскоре у нее уже горел безопасный костер, чтобы согреть крылья заблудившейся феи.       Затем Динь разорвала один из своих сумок из листьев которые она принесла, чтобы собирать потеряшки, и накрыла им фею как одеялом. Если бедную незнакомку действительно бросало по морю во время вчерашнего шторма, то она, должно быть, ужасно замерзла.       Что же до одежды незнакомки, то она была самой странной — сшитые вместе ткани разного размера, дополненные маленькими декоративными бантиками и пуговицами. Она была одета почти как… ну, как человек. Единственной известной Динь феей, которая одевалась так странно, была Зарина, бывшая изгнанница из Долины фей, которая на время связалась с группой пиратов. Неужели эта незнакомка тоже была вынуждена жить среди людей?       Пока Динь-Динь ждала целителей, она изучала летательный аппарат феи. К круглой кабине пилота, в которой была незнакомка, были прикреплены два крыла, похожие на крылья летучей мыши. Одно из крыльев было повреждено — вероятно, из—за шторма и едва держалось на месте. Заглянув внутрь, к множеству осей и блоков, Динь была потрясена тем, насколько сложным выглядел механизм. Она потянула за шкив и рассмеялась от восторга, когда из песка показался ребристый хвост, с каждым движением стряхивающий грязь.       В задней части внутренней кабины находился какой-то контейнер — резервуар, сделанный из того же прозрачного окаменевшего материала, что и линзы, которые Динь нашла ранее. Она прищурилась, заглядывая внутрь. Тонкий слой сверкающих пылинок покрывал дно резервуара. Неужели это…       Пыльца фей?       Но это изобретение определенно было не из Долины Фей.…       Стон вырвал Динь из ее исследования. Незнакомка шевелилась! Она поспешила к фее.       — Привет? — сказала Динь мягко, стараясь скрыть волнение. — С тобой все в порядке? Не волнуйся, помощь скоро придет!       Глаза феи распахнулись. Когда ее взгляд остановился на Динь-Динь, они расширились от шока.       — Все в порядке! — успокоила её Динь-Динь, подняв руки. — Я друг. С тобой произошел несчастный случай. Ты в Долине Фей, и целители уже в пути. Меня зовут Динь-Динь.       Лицо феи изменилось — неужели Динь увидела в ее глазах облегчение? Она предположила, что это имело смысл, учитывая все, через что только что прошла незнакомка.       — Ты можешь сказать мне, как тебя зовут? — спросила Динь-Динь.       Фея открыла рот, но не издала ни звука. Она с болезненным выражением лица указала на свою шею и покачала головой.       — Ты не можешь говорить? — удивилась Динь. Она нахмурилась, оглядываясь по сторонам. Динь-Динь схватила одну из несгоревших веток, лежавших возле костра, и подожгла ее кончик, пока он не обуглился и не почернел. Затем она оторвала лист от импровизированного одеяла.       — Можешь написать? — спросила она, протягивая предметы.       Руки феи дрожали, когда она держала обгоревшую веточку в одной руке, а лист — в другой. Но, используя обугленный кончик, она смогла нацарапать слово Эльмира на листе черными буквами.       — Эльмира! — радостно воскликнула Динь, — Ладно, хорошо. Итак, откуда ты родом, Эльмира? Откуда-то из Нетландии?       Эльмира покачала головой, придав лицу задумчивое выражение. Она снова подняла палочку и лист — ее трясло все сильнее — и с трудом сумела нарисовать на обратной стороне листа какую-то грубую фигуру. Это было похоже на какую-то башню с остроконечной крышей. Затем Эльмира добавила последнюю деталь: круг, вписанный в вершину, с двумя заостренными линиями внутри.       — Часы? — предположила Динь-Динь.       Эльмира взволнованно кивнула, широко раскинув руки.       — Большие часы, — уточнила Динь-Динь. — Как на материке?       Теперь незнакомка ахнула от удивления. Очевидно, она не ожидала, что Динь-Динь знает о Биг-Бене. Но Динь-Динь несколько раз бывала на Материке и даже однажды пролетала мимо башни со своей подругой-человеком Лиззи. Она была очень многознающей феей.       Но она никогда не слышала о феях с Материка. Такого просто не могло быть. Время от времени феи посещали Материк, но все они начинали свою жизнь в Долине Фей. Возможно, Эльмира была сбита с толку после произошедшего. Она, безусловно, пережила ужасное испытание. Или, может быть, она была изгнанницей, как Зарина, и сумела пересечь море. Но это казалось таким невероятным — как она могла управлять этим изобретением, не говоря уже о выживании на материке, без пыльцы с Древа Волшебной Пыли? И если блестящее вещество, которое Динь увидела в кабине, на самом деле было волшебной пылью, как эта фея её раздобыла?       Динь не могла отрицать, что рядом с ними маячил огромный летательный аппарат, который, казалось, был построен специально для фей.       С каждой минутой ситуация становилась все более странной.       Силы Эльмиры, казалось, были на исходе. Ее глаза слипались от усталости, а руки ужасно дрожали. Динь впервые обратила внимание на странный браслет на запястье феи — медную петлю без застежки, которую Динь могла бы разглядеть. Как же Эльмира надевала и снимала его?       Несмотря на усталость, Эльмира лихорадочно что-то писала на другом листе, морщась от усилий удержать и лист, и обугленную веточку на месте.       — Эй, — сказала Динь-Динь, — может, тебе стоит поберечь себя, пока мы тебя не вылечим?       Фея проигнорировала ее. Она нарисовала маленький продолговатый овал, внутри которого была восьмигранная фигура. Это выглядело почти как шестеренка или винтик. Затем она нарисовала петлю побольше, прикрепленную к верхней части овала и отходящую в сторону. Это выглядело так, словно она рисовала какое-то ожерелье или амулет.       Эльмира отбросила веточку и, подняв свой рисунок, подтолкнула его к Динь-Динь.       — Я не понимаю, — сказала Динь, — Ожерелье?       Глаза Эльмиры горели нетерпением. Она прижала руку к груди.       — Твое ожерелье? Значит, это не человеческое украшение? Это не потеряшка?       Услышав это, Эльмира кивнула и еще настойчивее постучала себя по груди. Затем она подняла изображение Биг-Бена.       — Это потеряшка… — Медленно произнесла Динь, начиная понимать, — Твоя потеряшка. Но она где-то на материке.       Облегчение, отразившееся на лице Эльмиры, было таким же чистым и нежным, как летний дождь. Она благодарно вздохнула, опуская рисунки.       И тут же потеряла сознание.