Мой вредный временный опекун

Утро того дня, когда все случилось. За час до первой главы. Душный дом на Тисовой улице. … Не так уж просто вывести из себя того, кто привык проверять безграмотные работы школьников вот уже больше десяти лет. Однако легендарному Гарри Поттеру удалось выполнить и этот челлендж. Северус Снейп держал в руках его эссе на тему древорастущего зелья и не мог поверить своим глазам. Такого безалаберного отношения он не видел уже очень давно. — Думаете, что если вас отправили на домашнее обучение, то и учиться не нужно, в этом вы сильно ошибаетесь, — черкнул красными чернилами профессор. Уж лучше бы чистый лист сдал, и то было бы не так обидно, чем читать весь этот бред. Как будто мальчишка писал его засыпая, не особенно вникая в смысл того, о чем малевал на листке. Строчки расползались лапками сенокосца в разные стороны, а рисунок среза ольхи был просто настолько безграмотный, что кровь едва не выступила в уголках глаз. Нет, ну это вообще ни в какие ворота! Уроки зельеварения проходили три раза в неделю, и день ото дня сданное домашнее задание, подписанное Поттером, становилось все хуже. Северус мог стерпеть его заносчивый характер, его острый язык, его задиристость и непослушание, но чего он не мог вытерпеть — это полное пренебрежение к его занятиям. Как будто он сам мечтал обучать тупиц зельеварению. Душа Снейпа лежала к темным искусствам, но Дамблдор ни разу не дал ему и возможности занять это место, сколько бы раз он не подавал прошение. Снейп точно не был уверен, что именно заставило его выйти из своего дома. Почему он так тщательно сложил это уродливое эссе, пряча в кармане плаща. В тот момент в нем кипело праведное возмущение, и он желал посмотреть в эти зеленые глаза, отвесив ему оплеуху. «Считаете себя великолепным, Поттер?!» — подбирал слова для нравоучительной лекции профессор, пока собирался трансгрессировать в магловскую часть Лондона. Ему, как преподавателю, был известен адрес родственников Поттера, которые наверняка души не чаяли в своем приемыше. И ему страсть как хотелось донести до них, что этот ребенок совершенно отбился от рук. «Ему нужно закончить школу, это прямая обязанность каждого волшебника. Каким человеком он вырастет, если он уже сейчас не принимает авторитет своих учителей?» В этой части Лондона шел мелкий накрапывающий дождь. Лето само по себе выдалось жарким, хотя достаточно влажным, так что дождь был вовсе не сюрпризом. Северус тяжело вздохнул, длинными шагами направляясь к двухэтажному дому. Белый заборчик, ровный газон. Симпатичное жилище для дружной семьи, сплоченной горем утраты Лили и Джеймса Поттеров. Так, по крайней мере думал сам Снейп, рассматривая высокие окна с ажурными занавесками. У него самого такого дома никогда не было, и не предвещалось. Он поднялся по ступенькам, находя и вдавливая кнопку звонка. Однако ничего и не произошло, Северус сколько не прислушивался, не мог услышать привычного переливчатого звона или звук шагов. Кнопка не реагировала. «Сломано?» — подумал он. — Есть кто дома? — позвал он твердым голосом. Но сам сильно сомневался, что можно реально что-то услышать через такую стену. Северус помялся на пороге, обдумывая, что же делать дальше. Поттер определенно должен быть в доме, он никак не мог пропустить чтение с листа с профессором Клингстоуном, а для этого гриффиндорцу необходимо было сидеть за своей книгой, внимательно читая всплывающие строчки. Занятие должно было начаться через час, а значит он точно должен быть в доме. «Задняя дверь», — вспомнил Северус. Быть может семья находится на заднем дворе, это было бы разумной мыслью, если бы не дождь. Но уходить с пустыми руками не хотелось, Снейп твердо решил отчитать мальчишку. Это был его долг как преподавателя, и он не желал отступать. Именно по этой причине он открыл себе калитку, обходя дом с заднего двора. Дверь ожидаемо оказалась запертой, он даже подергал ее за ручку. Но Снейп не был бы Снейпом, если бы не заглянул в окна, пытаясь понять, как привлечь к себе внимание живущих в доме. Большинство из них продемонстрировали ему пустые комнаты, и лишь заглянув в последнее, выходящее на задний двор, он вдруг заметил Гарри. Нашел его глазами, застывая на месте. Снейп на несколько секунд потерял дар речи, чувствуя, как дрожат пальцы рук, которые прижались к губам. Он побледнел, не веря своим глазам. Нет! Не может этого быть… — Бери глубже, не отлынивай, — с кряхтением отзывается Вернон, растекаясь в своем излюбленном кресле. Его жена с ребенком в гостях где-то на другом конце города, а ему бояться нечего. Он намеренно хватает темные непослушные волосы парня, привлекая ближе, пока тот наконец не давится. — Глубже, он не такой уж и большой, чтобы ты в слезах сидел. Или хочешь получить еще несколько ударов? Руки Поттера заведены за спину, он держит газету. Ему нельзя ее мять, ему нельзя сжимать пальцы так, чтобы бумага затрещала, он вынужден контролировать себя, сидя на коленях. Его голова между ног опекуна, и он честно старается, чтобы это побыстрее закончилось, потому как Вернон уже давно не молод, и его хватает всего лишь на один раз. Затянется ли это на час или закончится за пару минут — зависит только от Гарри. И он с усердием сосет, стараясь не перекрывать дыхалку. На глазах слезы, но не от жалости к самому себе — эту стадию он перешагнул еще пару недель назад, когда в его обязанностях вдруг оказалась и ублажать мужчину. Вернон быстро прознал, что мальчик не может колдовать, он не может выйти из дома без разрешения самого Вернона, и тогда мужчина смекнул, как это можно использовать. — Умничка. Продолжай, — улыбается садист. Гарри честно старается не давиться, но это тяжело, потому как его постоянно тянут за волосы, сбивая с ритма. — Поттер! — все же выходит из оцепенения Северус. Он с силой ударяет по стеклу окна, но к его изумлению удар не достигает цели. Тонкий слой магии гасит его, так и не дав прикоснуться. Северус шепчет заклинание, рассматривая наложенные щиты. Он видел их и раньше, Дамблдор такие любил, он вообще любил всё, связанное с защитой. Северус бьет уже заклинанием, но магия гасит и его. Даже после смерти щиты были неимоверно сильны, защищая Поттера внутри, питаясь кровной связью. — Поттер! — крикнул мужчина, пытаясь привлечь к себе внимание. Но никто из находящихся внутри его не слышит. Гарри старается считать про себя. Он старается держаться, чтобы опять не молить о пощаде. В прошлый раз Вернона это только раззадорило, и парень очень не хотел повторения. Он смиренно стоит на коленях между разведенных бедер мужчины, чувствуя, как тот кончает ему на язык. — Открой рот, я хочу посмотреть, — почти ласково отзывается Дурсль, застегивая ширинку. Он наклоняется к подростку, касаясь его своими толстыми пальцами. Гарри не хочет знать, как он выглядит, когда безропотно открывает рот, а сперма смешивается со слюной. Он не глотает, Вернон никогда об этом не просил, ему просто нравится смотреть и трогать, нравится сжимать его больное плечо со всей дури. Поттер морщится, но понимает, что никак не может этому помешать. Все видели, как он подскользнулся и грохнулся на улице, сильно ударившись левым плечом и боком. Тогда даже доктора пришлось вызывать, и Петунья сама оплатила осмотр его синяков. Вернон же был в восторге — теперь ему не нужно было скрывать следы, пока заживали другие синяки. Более того — он намеренно оставлял новые, прекрасно зная, что Гарри не может на него пожаловаться. — Сплевывай. И умойся, — диктует он парнишке. Поттер молча поднимается на ноги, уходя в ванную комнату, где его всего трясет. Он и понятия не имеет, что в этот самый момент с улицы к нему пытается попасть Северус Снейп. — Да почему же ты не разрешаешь мне пройти?! — злится профессор. Он пытается быстро сообразить, в чем отличие между его визитом и визитами других. Он маг, это понятно, защита явно активируется против магов. Но тогда почему Макгонагалл смогла провести мальчишку сюда? Она же лично в руки передавала своих. «Она замещающий директора школы, а этот статус равносилен статусу опекуна, ведь пока мальчишка в школе, он находится на попечительстве у директора», — додумывается Северус. — «Люциус. Он все еще глава родительского комитета в школе, а значит тоже имеет статус опекуна со стороны школы». Северус даже не думает ни о чем другом. Он все еще шокирован увиденной сценой, внутри него все кипит и бурлит. Поттера нужно вызволять. Его нужно выдернуть из этого заклятого дома, а с последствиями можно будет разобраться и потом. Северус трансгрессирует прямо с заднего дома, выпадая в реальность почти у самого дома Малфоев. Он всегда был почетным гостем в Мэноре, и сейчас впервые пользовался этим положением. — Люциус, — распахивает он дверь. Длинноволосый мужчина удивленно смотрит на его бледное лицо, поднимаясь на ноги. — Что случилось, Северус? Они все же послали за нами авроров? — обеспокоенно спрашивает он. — Нет, твоя семья в безопасности. Помоги мне, сейчас же, — Снейп хватает его руку, трансгрессируя сразу же после прикосновения. Люциус стал его школьным другом почти сразу же, стоило этому мальчику из чистокровной семьи перевестись в Хогвартсе на старшие курсы. Раньше они доверяли друг другу, поддерживая без лишних слов. И сейчас Снейп очень желал, чтобы Малфой не спрашивал его ни о чем. — Где мы? — оглядывается Люциус. — В чем ты хочешь моей помощи? — Открой мне эту дверь. Постучи в нее, сломай, мне все равно, — зло выдыхает Северус, подталкивая его. — Пожалуйста. — Странные у тебя просьбы, конечно, — ничего не понимает Малфой. Но он поднимается на ступеньки, поднимая руку. Его костяшки касаются дерева трижды, после чего они оба просто ждут. Вернон нехотя поднимается с кресла, поправляя рубашку на толстом пузе. Он идет к двери, открывая ее незнакомцам. — Вы кто? Я не интересуюсь благотворительностью. — Поттер, — не слушая его Снейп шагает вперед, заглядывая за плечо мужчины. — Гарри Поттер! Люциус Малфой немного озадаченно переводит взгляд с одного мужчины на другого, совершенно не понимая, что происходит. Он давно уже не видел эмоций на лице Северуса, и это его порядком взволновало. — Мы из школы магии, — негромко пояснил Малфой, вежливо улыбаясь. — Не могли бы вы позвать сюда Гарри Поттера? — Гарри! — коротко рыкнул Вернон, оглядываясь. — К тебе тут пришли. Подросток выходит к ним. Снейп пристально вглядывается в его лицо, но мальчишка ничего не показывает. Он спокоен, словно вода из крана смыла все его чувства. — Профессор Снейп? Люциус Малфой? — моргает Гарри, подходя ближе. Снейп недолго думая, сгребает его к себе, стаскивая по ступенькам на улицу. — Нужно срочно вернуться в школу. Мы его забираем, — врет он Вернону. Тот непонимающе кивает. С взрослыми волшебниками он предпочитает не связываться, помня, что им-то как раз колдовать не запрещено. — Идемте, Поттер, — Снейп не позволяет подростку и пискнуть, просто уводит его как можно дальше в сопровождении Малфоя, мерно шагающего рядом. — Я должен спросить, что происходит? — Люциус переводит взгляд на Северуса. — Я еще нужен для похищения или я могу пойти домой? — Похищения? — Поттер поднимает взгляд на Снейпа. — Вы меня похищаете? — А вы хотите остаться у маглов? — мужчина смотрит в зеленые глаза. — Я так не думаю. Люциус Малфой все еще назначен главой родительского комитета, не хотелось ли вам сообщить ему о каких-либо нарушениях? Его голос звучит грозно. Поттер даже пугается. — Нет, не хочу, — сглатывает он. Люциус подходит к подростку ближе, слегка наклоняясь. Он выше его почти на голову, так что Поттер кажется маленьким. Мужчина, не стесняясь, цепляет ногтем и оттягивает с плеча край футболки парня, открывая фиолетовые переливы синяков. — Мне даже не требуется видеть всего, чтобы уже иметь все основания для составления жалобы на вашего маггловского опекуна, — присвистнул Малфой. — Тебе же семнадцать, как и моему сыну. Ты еще несовершеннолетний, а значит твоего согласия для жалобы не требуется. — Не надо, пожалуйста, — пугается Гарри. — Пожалуйста, без жалоб! Я сам упал. Правда, это видели даже наши соседи. Не надо жалоб. Малфой недоверчиво смотрит на него свысока. — Я, пожалуй, все равно не буду рисковать репутацией родительского комитета. Следуйте за профессором, Поттер, — Люциус переводит взгляд на Снейпа. Им слов между друг другом лишних не нужно, чтобы все и так стало ясно. — Я пока что не буду подавать жалобу, но нужно убедиться, что с вами все в порядке. Хорошо? — Да. — Да, сэр, — надавливает Малфой. — Да, сэр, — выдыхает Гарри. Снейп удивленно поднимает бровь. Еще какой-то год назад с небольшим мальчишка спорил с ним касательно этого обращения, вывернув ситуацию наизнанку. Сейчас же он сломлен, позволив даже Малфою настоять на своем. — Идемте, Поттер, — произносит Северус. — Благодарю за поддержку, Люциус Малфой. Увидимся позже. — Непременно, — кивает волшебник. Они заходят в глухой переулок, где нет свидетелей. Магия искрит на плащах, перенося их в совершенно другой мир, где маглам никогда не будет места. Северус отводит Гарри в свой небольшой дом. — Для начала я осмотрю вас. Хорошо? — Да. Конечно, — соглашается Гарри. Он не осматривается и никак не показывает своих мыслей. Однако его плечи опущены. Северус старается не смотреть на них и не вспоминать ту картину, подсмотренную через окно. Он больше не хочет видеть насилия, не хочет видеть сдерживаемые слезы на глазах у парня, который и так войну прошел. Хватит с него потерь и жертв. Достаточно. Снейп не был уверен, что поступает правильно. Но он не мог иначе. Он не мог бросить Поттера в том доме, не мог оставить его в одиночестве. И пусть даже если сам Поттер никогда не оценит его помощи, он все равно постарается. Хотя бы ради Лили, которая не сделала ничего плохого, чтобы ее ребенок так страдал.