"Сумерки" Фильм 1

На следующий день Все было гораздо лучше, проще... и одновременно сложнее. День был лучше, потому что не шел дождь, хотя небо затянули густые облака. Он оказался проще, потому что я знал, что ждать. Зеро сидел со мной на английском и проводил меня на следующий урок под гневным взглядом Дена. Мне было очень лестно! На меня обращали куда меньше внимания, чем вчера, а на ланч я пришел с большой компанией, которой были Ден, Зеро, Джек и еще несколько студентов, которых я знал по именам. Отношения потихоньку налаживались. Второй день оказался сложнее, потому что я чувствовал себя разбитым- заснуть под жуткие завывания ветра мне удалось с трудом. Хуже, потому тригонометрии мистер Вернер задал мне вопрос, и ответил неверно. День был ужасным, потому что Шу Куренай не пришел в школу. Все утро я с тревогой ждал ланча и полных ледяной ненависти взглядов . Иногда мне даже хотелось подойти к этому красавцу и спросить, в чем дело. Ночью, лежа без сна, придумал целую речь. Однако обманывать себя ни к чему, у меня не хватит смелости заговорить с Куренаем первым! Мы с Джеком вошли в столовою. Оглядел зал, я увидел странных родственников, однако Шу среди них не было. Тут нас нагнал Зеро и повел к столику. Я старательно прислушивался к общему разговору, а сам с замиранием сердца ждал появления Шу. Может, я все придумал, и он обычный самовлюбленный павлин? Однако Куренай так и не пришел, и я нервничал все сильнее. С тяжелым сердцем я пошел на биологию. Меня провожал Ден. Затаив дыхание, я открыл дверь – Куреная в классе не оказалось и я пошел к своему месту. Сидеть за партой в одиночестве очень даже удобно. По крайне мере, я старался себя в этому убедить. Однако избегать от навязчивой мысли, что Куренай пропустил школу из-за меня, оказалось не просто. Наивно предполагать, что я произвел на незнакомого парня такое сильное впечатление. Бред какой-то! Наконец прозвенел последний звонок . Я пошел на стоянку, чтобы уехать раньше моих новых знакомых. Колы я трохи выехал, на мою машину посмотреть все одноклассники. Я приехал домой, чтобы приготовить себе обед, заглянув в холодильник, нечего там не было. А потом я пошел в кладовку там тоже не было продуктов. Я составив список, взял деньги и поехал в супермаркет. Колы я приехал в супермаркет, вишел з машины, сразу пошел магазин. Через 2 часа, я приехал домой и начал раскладывать продукты по холодыльнику. Когда я все сделал. Пожалуй, проверю электронную почту, прежде чем приступать к урокам. В моем ящике было три новых сообщения. << Вальт - писала мама, - пожалуйста, ответь как можно скорее! Как долетел? Токо и Ника передают привет. Целую, мама>>. Вздохнул, я открыл второе письмо, мать послала его через 8 часов после первого. << Вальт! Почему ты не отвечаешь? Мама>>. Последнее было отправлено сегодня утром. <<Вальт! Если до половины шестого не получу ответа, позвоню Кенто>>. Я посмотрел на часы. Половина п'ятого. Зная мою мать, лучше поспешить. Я ответил на все вопросы, какие написала мне мама. – Вальт?– позвал отец, услышал мои шани на лестнице. Интересно, а кого еще он ожидал увидеть? – Привет, папа! С возвращением! – Спасибо.– Он разулся и отстегнул кобуру, наблюдая, как я ношусь по кухне. – Что на ужин?–осторожно спросил Кенто. – Печений картофель и отбивные,– ответил я, и отец вздохнул с обновлением . Наверное, ему было неловко стоять без дела, он пошел в гостиную и включил телевизор. Пока отбивные подрумянивались, я приготовил салат и накрыл на стол. Все, можно звать Кенто! – Пахнет, очень вкусно, – с одобрением сказал он. – Спасибо! Несколько минут мы ели молча. Тишина не тяготила на Кенто, ни меня. Думаю, мы с ним уживемся. – Как тебе школа? Успел завести друзей?– спросил отец. – Ну на тригонометрии и испанском я сижу с парнем по имени Джейк, мы вместе ходим на ланч. Я знаком с другими ребятами. – Ясно. – ответил отец. – А Куренаев, ты знаешь?– нерешительно спросил я. – Доктор Куренай и его семью? Конечно. Доктор – замечательный человек. – Боюсь, его дети... э-э... не так популярны. В школе их не любят. К моему удивлению, Кенто разозлился. – Чего и следовало ожидать!– пробормотал он.– Доктор Куренай - великолепный хирург и мог бы работать в любой клинике мира, зарабатывая в сто раз больше, чем у нас. Нам очень повезло, что он живет здесь. Ихняя семья в поколениях живут здесь. Признаюсь, такой короткой тирады я от Кенто не ожидал. Кажется, его волнует все, что говорят в городе. – Куренай, довольно милый. – пошел я на попятную. – Ты еще доктора не видел!– рассмеялся отец. – Хорошо, что он женат. Хотя половина медсестер и так сходит по нему с ума... Остаток ужина прошел в тишине, а потом Кенто помог мне убрать со стола и снова сел перед телевизором. Я нехотя поднялся в свою комнату, где ждала меня домашняя работа по математике. Ночь оказалась на удивление тихой, и я быстро уснул. Остаток недели прошел спокойно. Я привык к школе, а к пятнице знал в лицо почти всех студентов. Шу Куренай на занятия не приходил. Каждый день я видел, как его родственники появляются в столовой без него. Только тогда я мог расслабиться и участвовать в беседе. В основном, обсуждали поездку к океану в Ла-Пуш,которую Зеро с друзьями собирались совершить через две недели. Меня тоже позвали, и я согласился, скорее из вежливости, чем из желания куда-то ехать. Надеюсь, на побережье посуше и потеплее. В пятницу я шел на биологию, ничего не опасаясь. Похоже, Шу окончательно забросил школу. Первые выходные в Форксе не были богаты событиями. Кенто дежурил, я убирал, делал домашнюю работу и написал маме ободряющее письмо. В субботу съездил в местную библиотеку. Все выходные шел дождь, но несильный, так что я отлично выспался. В понедельник утром на стоянке я встретил много знакомых. Все приветливо улыбался и желал удачной недели. Утро выдалось особенно холодным, зато без дождя. Можно сказать, что пока я привык гораздо быстрее, чем надеялся, и чувствовал себя вполне комфортно . Когда мы вышли из класса, в воздухе летали белые хлопья. В школьном дворе царило радостное возбуждение. Они радуются? Я чувствовал, как от холода краснеют уши и нос. – Вау! - закричал Зеро. – Снег идет! Я растерянно смотрел на танцующие в воздухе хлопья, из которых росли сугробы. – Да, снег... - появилось хорошее настроение? – Ты любишь снег? – Да. Снег всегда означает веселее. К тому же мне казалось, что сначала падают снежинки, такие красивые шестилучные, похожие на звезды. – Ты что, никогда раньше не видел снегопад? – недоверчиво спросил Зеро. – Почему же, видел, – ответил я. По телевизору. Сара засмеялась и покачала головой. В тот самый момент большой снежок ударила ее по затылку. Мы оба стали лихорадочно оглядываться по сторонам, пытаясь определить, кто его швырнул. – Увидимся за ланчем, хорошо? – спросил я, переминаясь с ноги на ногу.– Игра в снежки для меня. Девушка кивнула, не сводя глаз с удаляющейся спины Дена. В то утро все только и говорили, что о снеге. Как же, первый снегопад в этом году... Снег - это конечно здорово, а вот мокрые ноги - не очень. После испанского мы с Джеком бегом бросились в столовую. Воздух бороздили снежки, и я держал перед собой большую папку, готов отбиваться. У самого входа нас нагнал Зеро. Гель в его волосах замер, и он стал похож на ежа. Пока мы стояли за едой, они с Джеком шумно радовались снегу. Заскучал, я посмотрел на дальний стол. И за столом сидели пятеро. Джек дернул меня за рукав. – Вальт, чего ты копаешься? Неожиданно, у меня потекли слезы. – Что с ним?- спросил у Джека Зеро. – Ничего особенно,-ответил я.– Пропал аппетит. Пожалуй, я выпью содовой и все. –Как ты себя чувствуешь?– испуганно спросил Джек. –Просто, голова кружится,– промямлил я, рассматривая носки ботинок. Я подождал, пока Джек и Зеро выберут еду, и, не поднимал глаз, пошел за ними к столу. Зеро дважды спросил, все ли со мной в порядке. Не пойти мне в медпункт, чтобы отпроситься с биологии. Абсурд какой-то, зачем мне бежать? Я решил взглянуть на Куриная один-единственный раз. Если Шу буравит меня взглядом, я пропущу биологию, как последний трус. Не поднимая головы, я украдкой посмотрел на пятерку. Никаких буравящих взглядов. Немного ободренный, я расправил плечи. Волосы Шу, Дайго и Кен были мокры от тающего снега. Луи та Фри визжали, отворачиваясь от холодных капель. Парни трясли волосами прямо на них! У них, что-то сменилось, а что именно, я понять не мог. Я внимательно посмотрел на Шу. Сегодня он был гораздо румянее, возможно, от игры в снежки. Темные круги под глазами исчезли почти полностью. Нет, суть перемен не только в цвете лица. Тогда в чем же дело? – Вальт, на кого ты смотришь?–неожиданно перебил мои мысли Джек. В этот самый момент я встретился глазами с Курением и тут же опустил голову, за синей завесой волос. Наши взгляды пересеклись лишь на секунду, но я был готов поклясться, что в этот раз в его глазах не было ни лютой ненависти, ни всепоглощающей злобы. – На тебя смотрит Шу Куренай,- прошептал Джек. – Надеюсь, он не злится? – не удержавшись, спросил я. – Нет,– удивленно ответил Джек.– С чего ему злиться? – По-моему, я ему не нравлюсь.– Меня замутило, и я закрыл лицо руками. – Им никто не нравиться. Вернее, они всех презирают. А Шу прежнему на тебя смотрит! – Перестань на него пялиться!- прошипел я. Джек хихикнул, но взгляд отвел, а я поднял глаза, в случае чего готовый к решительным действиям. Остаток ланча я просидел, вперив глаза в пластиковый стол. Уговор дороже денег, даже если сделка заключена с собственной совестью. Взор Куреная не был свирепым, значит, я иду на биологию. От перспективы сидеть рядом с ним мне стало плохо. Когда мы вышли с корпуса, я слушал сетования Стеллы. Войдя в класс, я увидел, что за моей партой никто не сидит, и вздохнул облегчением. Повесил куртку на крючок, я сел на место, достав учебник и блокнот. Систер Денег раздавая микроскопы та другие предметы. Вот скрипку стул- за мою парту кто-то подсел. Я сделал вид, что увлечен рисованием. – Привет,- произнес низкий грудной голос. Неужели со мной заговорил Куренай?! Не в силах поверить чудо, я поднял голову. Как и в прошлый раз, парень сидел на самом краешке парты, но его стул был повернут в мою сторону. С растрепанных белых волос капала вода, однако выглядел он так, будто минуту назад снялся в ролике, рекламирующем шампунь. На ослепительно красивом лице сияла улыбка. Впрочем, глаза оставались настороженными. – Меня зовут Шу Куренай, невозмутимо продолжал парень.– На прошлой неделе я не успел представиться. А ты, наверное, Вальти Аой? У меня голова шла кругом. Может, мне все показалось? Ведь сейчас Шу безукоризненно вежлив. Очевидно, он ждал моего ответа, а я не мог придумать ничего подходящего. – Откуда ты знаешь мое имя?- запинаясь, спросил я. Смех Куреная напоминал звон серебряного колокольчика. – Ну, здесь оно ведомо каждому. Весь город с замиранием ждал твоего приезда! Шу, конечно, издевается, однако в его словах есть доля правды. – Вообще-то, я имел веду, почему ты назвал меня Вальти?– продолжал допытываться я. – Ты предлагаешь "Вальто"? – удивился Куренай. – Нет, больше мне нравиться "Вальт". Просто Кенто,то есть мой отец, за глаза зовет меня Вальти, и на первых парах все называют меня именно так,- объяснил я, чувствуя себя полним идиотом. – Ясно,– только и ответил Куренай. Крайне раздосадованный собственной глупостью, я отвернулся. В этот момент мистер Беннер начал урок. – Можете приступать! – скомандовал он. – Парень, желает начать! –криво улыбнулся Шу. Я смотрел на него, не в силах вымолвить не слова. – Если хочешь, начну я, – проговорил он уже без тени улыбки, видимо, приняв меня за слабоумного. – Нет, нет, все в порядке, – шестой покраснел я. Если честно, я блефовал. Я уже делал эту лабораторку и знал, что искать. – Профоза! – объяснил я, маленько взглянул в окуляр. – Можно посмотреть? – попросил Шу, увидев, что я вынимаю препарат. Пытаясь меня остановить, он легко легонько коснулся моей руки. Его пальцы были ледяными, будто всю перемену он держал их в сугробе. Но вовсе не поэтому я отдернул руку так поспешно. От ледяного прикосновения кожа вспыхнула, а по всему телу разнеслись электрические импульсы. – Прости, – пробормотал Шу, поспешно убирая руку подальше от моей. Однако он мысли заглянуть в окуляр микроскопа он так и не отказался. В полном недоумении я наблюдал, как парень изучает препарат. – Профоза - согласился Куренай, акуратно вписывая это слова в первую колонку таблицы. Затем вставил второй препарат и рассмотрел его.– Анафаза, проговорил он, тут же заполняя вторую колонку. – Можно мне? – надменно поинтересовался я, – Препарат номер три?– попросил я, протягиваю руку. Шу осторожно передал мне приборное стекло, стараясь не касаться моей ладони. На этот раз я не смотрел в окуляр и секунды. – Интерфаза! Куренай еще не успел попросить, а я уже двигал микроскоп к нему. Парень мелко заглянул на препарат и занес результат в таблицу. Я и сам мог сделать запись, но почерк у Шу оказался настолько изящным, что мне не хотелось портить страницу своими каракулями. Мы закончили раньше всех. Я видел, как Зеро с соседкой в неном отчаянии смотрят на коробку с препаратами. Еще одна пара тайком листала учебник. Всеми силами я старался не глазеть на Куреная. Тщетно. Он сам смотрел на меня, причем с тем же необъяснимым разочарованием. Тут я и понял, что изменилось в лице парня по сравнению с прошлой неделей. К нашей парте подошёл мистер Баннер, очевидно, обеспокоенный тем, что мы не работаем. Увидев заполненную таблицу, он удивился и стал проверять ответы. – Шу, кажется, ты не подумал, что Вальти тоже неплохо бы поработать с микроскопом?– саркастически спросил учитель. - Он, любит, чтобы его называли "Вальт"- рассеянно поправил Куренай. Мистер Баннер скептически посмотрел на меня. – Ты уже делал эту лабораторку?- догадался он. – Да, но не на луковом корне,– робко улыбнулся я. Куренай кивнул, будто ожидал, такого ответа. – На сиговой бластуле? – Да – Ну, задумчиво протянул мистер Баннер,– очень удачно, что вы сели вместе.– Пробормотал что-он еще, он ушел к своему столу. – Ты ведь любишь снег, верно?– спросил Шу. Мне показалось, что он с трудом заставляет себя со мной общаться. Неужели в столовой он подслушал наш разговор с Джеком. – И холод тебе нравится,– это прозвучало как утверждение, а не как вопрос. – И сырость тоже,- добавил я. – Наверное, Форкс самое лучшее место для тебя,– задумчиво проговорил Шу. – Очень может быть. Мои слова удивили Шу. – Зачем ты тогда приехал?– не спросил, а потребовал ответа он. – Ну, это сложно... – Попробую понять,– настаивал Шу. Я долго молчал, но потом не выдержал и посмотрел на него. – Мама снова завела детей... – Ну вот, а ты говоришь, что сложно,– мягко и сочуственно проговорил Шу. – Почему же ты не остался с ними? Я понимал не имел, чем вызван его настойчивость. Парень смотрел на меня так, будто его действительно интересовал моя довольно заурядная история. – Не понимаю,– признался он. Казалось, этот факт немало его раздражал. Я вздохнул. Зачем, спрашивается, я все это ему рассказываю? – А теперь ты несчастный,- сделал вывод Шу. – И что с того? – Это не справедливо,– пожал плечами Шу, буравя меня волшебным красным взглядом. Я невесело рассмеялся. – Жизнь вообще несправедливо, разве ты не знаешь? – Вроде бы слышал что-то подробное,– сухо проговорил Куренай. – Вот и вся история,– подвёл итог я, недоумевая, почему он не отводит взгляда. Теплые глаза с красными крапинками смотрел оценивающе. – Ты здорово держишься,– похвалил он, – но, готов поспорить, что страдаешь больше, чем хочешь показать. – Разве я не прав? Я сделал вид, что не слышал вопрос. – Уверен, что все именно так,– самодовольно продолжал Куренай. – Ну а тебе-то что?– раздраженно спросил я, наблюдая, как мистер Баннер кругами ходить по классу. – Хороший вопрос,- пробормотал Шу тихо, будто обращаясь к самому себе. Я вздохнул, хмуро разглядывая доску. – Не хочешь со мной разговаривать?- удевленно спросил он. Словно в трансе я заглянул в его глаза... и снова сказал правду: – Нет, дело не в тебе. Скорее, я злюсь на себя. Мама всегда говорила, что меня можно читать как открытую книгу. Выходить, она права. – Наоборот, я тебя читаю с огромным трудом.– Почему-то мне показалось, что Куренай говорит искреннее. – По-моему, ты весьма проницателен,- заметил я. – Обычно так и есть,– Шу улыбнулся, обнажив ровные, ослепительно белые зубы. Едва прозвенел звонок, Шу, как и в прошлый понедельник, сорвался с места и изящным галопом унесся из класса. Как и прошлый понедельник, я заворожено смотрел ему вслед. Ко мне тут же подскочил Зеро и стал собирать мои учебники. Да он сам как ретривер, виляющий хвостом! – Ну и лабораторка! Эти препараты ничем не отличаются! Везет, тебя посадили с Куренаем. – Я сам справился,- возразил я, немало уязвленний словами Зеро, и тут же пожалел о своем выпаде.– В Фениксе мы уже делали эту лабораторку. – Похоже, Куренай сегодня в отличном настроении,– отметил Зеро, когда мы надевали куртки. – Не понимаю, что с ним было в прошлом понедельник?– с деланным равнодушием спросил я. На физкультуре мне стало легче. Сегодня я играл в одной команде с Зеро, который вел себя, как настоящий рыцарь, и играл за двоих. Естественно, подавать мне приходилось самим, и едва я брал мяч, моя команда бросалась врассыпную. Когда я вышел во двор, моросил холодный дождь. Я побежал к пикапу, не обращаю внимания на душераздирающий рев мотора, тут же включил печку, чтобы по дороге домой они подсохли. Приготовившись выезжать, я внимательно огляделся по сторонам и заметил светлую фигуру Шу Куреная, склонившись над <<вольво>>. Парень пристально смотрел на меня, и я тут же отвернулся , но отвлекся и чуть не задел ржавую << короллу>>. К счастью для <<тойоты>>, я вовремя нажал на тормоза, иначе мой пикап превратил бы ее в металлолом. Глубоко вздохнул, я аккуратно выехал со своего места и, проезжая мимо <<вольво>>, боковым зрением увидел, что Куренай улыбается.