"Сумерки" Фильм 1

Ускользая в небытие, я видела сон. Оттуда, где я плыл под темной водой, я расслышал самый замечательный звук, волшебно нафантазировать который сумел мой разум - настолько же прекрасный, настолько же вдохновляющий, насколько и смертельно страшный. Это был второй рык - более глубокий, более дикий, который звенел от ярости. Меня вынесло назад, почти на самую поверхность, резкой болью, которая хлестнула мою поднятую руку, но отыскать дорогу к сознанию в достаточной мере, чтобы открыть глаза, мне не удалось. А потом я понял, что я умер. Потому что сквозь тяжелую толщу воды до меня донесся голос ангела, зовущий меня по имени, зовущий меня на те единственные небеса, куда я хотел попасть. - О нет, Вальт, нет! - в ужасе вскричал голос ангела. Фоном для этого звука, которого я так жаждал, служил другой шум - кошмарные крики и грохот, воспринимать которые мой разум отказывался. Гремел гневный бас, потом раздался шокирующий звук чего-то ломающегося и высокий звук какого-то воя, который внезапно оборвался... Вместо этого, я сделал попытку сосредоточиться на голосе ангела. - Вальт, пожалуйста! Вальт, слушай меня, пожалуйста, пожалуйста, Вальт, пожалуйста! - умолял он. Да, хотел я ответить. Я буду делать все что угодно. Но я не мог отыскать свои губы. - Широ! - воззвал ангел, и в его совершенном голосе слышалась мучительная боль. - Вальт, Вальт, нет, о, пожалуйста, нет, нет! - И ангел бесслезно возрыдал, сорвавшись на сломленные всхлипы. Ангелы не должны рыдать, это было неправильно. Я попытался найти его, чтобы сказать ему, что все в порядке, но вода была так глубока, она давила на меня и я не мог вздохнуть. На мою голову тоже что-то давило в одной точке. Оно причиняло боль. А потом, когда эта боль пробилась ко мне сквозь темноту, пришла боль и в других местах, куда более сильная боль. Я завопил, с трудом ловя ртом воздух, вырываясь из темного бассейна. - Вальт! - воскликнул ангел. - Он потерял кровь, но рана на голове не глубокая, - сообщил мне спокойный голос. - Аккуратнее с его ногой, она сломана. Стон полный ярости сорвался с губ ангела. В боку пульсировала острая колющая боль. Не может быть, что это небеса, или может? Здесь слишком много боли для небес. - По-моему, и несколько ребер тоже, - продолжил методичный голос. Но острая боль в нескольких местах начал проходить. На его место пришла новая, обжигающая словно кипяток, боль в моей руке, которая затмевал все остальное. Кто-то меня поджег. - Шу, - попытался я сказать ему, но мой голос был таким тяжелым и медленным. Я сам себя не понимал. - Вальт, с тобой все будет хорошо. Ты меня слышишь, Вальт? Я люблю тебя. - Шу, - сделал я еще одну попытку. Мой голос стал чуть более различим. - Да, я тут. - Мне больно, - простонал я. - Я понимаю, Вальт, я понимаю, - а потом, в другую сторону, с мукой в голосе, - Неужели ты не можешь ничего сделать? - Мою сумку, пожалуйста... Задержи дыхание, Луи, это поможет, - заверил его Широ. - Луи? - простонал я. - Он здесь, он знал, где тебя искать. - Руке больно, - попытался я сказать ему. - Я понимаю, Вальт. Широ даст тебе что-нибудь, и больно не будет. - Моя рука горит! - пронзительно вскрикнул я, наконец, прорвавшись сквозь остатки темноты, мои веки распахнулись. Я не мог видеть его лица, что-то темное и теплое закрывало мои глаза. Почему они не видят огня и не потушат его? В его голосе послышался испуг: - Вальт? - Да огонь же! Погасите же огонь, кто-нибудь! - кричал я, а он продолжал меня сжигать. - Широ! Его рука! - Он его укусил, - голос Широ более не был спокойным, он был потрясенным. Я услышал, как Шу в ужасе вдохнул и задержал дыхание. - Шу, тебе придется это сделать, - донесся голос Луи, откуда близ моей головы. Прохладные пальцы стерли влагу с моих глаз. - Нет! - взревел он. - Луи... - застонал я. - Может быть, еще есть шанс, - сказал Широ. - Какой? - взмолился Шу. - Попробуй, может, получится высосать яд. Рана довольно чистая. Пока Широ говорил, я почувствовал, как давление на голову увеличилось, и что-то стало колоть и тянуть кожу на голове. Боль от этих манипуляций утонул в боли от огня. - Это сработает? - голос Луи звучал натянуто. - Я не знаю, - сказал Широ. - Но нам нужно поторопиться. - Широ, я... - смешался Шу. - Я не знаю, смогу ли я это сделать. Его прекрасный голос снова наполнила мука. - Решение принимать тебе, Шу, при любом варианте. Я помочь тебе не могу. Мне нужно остановить вот это кровотечение, если ты намерен забирать кровь из его руки. Я непроизвольно скорчился от приступ яростной боли, и от этого движения боль в моей ноге полыхнула так, что мой живот охватил тошнотворный спазм. - Шу! - завопил я. Я осознал, что мои глаза снова закрылись. Я открыл их, отчаянно пытаясь отыскать его лицо. И я его нашел. Наконец-то, я смог увидеть его совершенный лик, обращенный ко мне, искаженный выражением нерешительности и муки. - Луи, найди мне что-нибудь, чтобы наложить шину ему на ногу! - Широ склонился надо мной, занимаясь моей головой. - Шу, ты должен сделать это прямо сейчас, иначе станет слишком поздно. Лицо Шу вновь исказилось. Я смотрел в его глаза, где сомнение внезапно сменилось пламенной решимостью. Его челюсти сжались. Я почувствовал его прохладные, сильные пальцы на своей горящей руке, фиксирующие его на месте. Затем, над ней склонилась его голова, а его холодные губы крепко прижались к моей коже. Сначала, боль только усилилась. Я закричал и забился в холодных руках, которые удерживали меня. Я услышал голос Луи, старающийся меня успокоить. Что-то тяжелое прижало мою ногу к полу, и Широ сжал мою голову в тисках своих каменных рук. Затем, медленно, мои судорожные конвульсии прекратились, по мере того, как моя рука все больше немела. Огонь утихал, сжимаясь во все сокращающуюся точку. Я почувствовал, как мое сознание ускользает вместе с отступающей болью. Я боялся снова упасть в черные воды, боялась потерять его в темноте. - Шу, - попытался я произнести, но не смог расслышать собственный голос. Но они меня услышали. - Вот он, Вальт. - Останься, Шу, останься со мной... - Останусь, - его голос звучал напряженно, но в то же время, в нем слышались нотки триумфа. Я успокоено вздохнул. Огонь исчез, боль в остальных местах был приглушен сонливостью, пропитывающей мое тело. - Он весь вышел? - спросил Широ откуда-то издалека. - Его кровь чиста на вкус, - тихо сказал Шу. - Я чувствую вкус морфия. - Вальт? - обратился ко мне Широ. Я попытался ответить: - М-м-м? - Огонь пропал? - Да, - вздохнул я. - Спасибо, Шу. - Я люблю тебя, - ответил он. - Я знаю, - выдохнул я, уставший донельзя. Я услышал свой самый любимый звук в мире - тихий смех Шу, обессилевший от облегчения. - Вальт, - начал задавать еще один вопрос Широ. Я нахмурился, я хотел спать. - Что? - Где твоя мать? - Во Флориде, - вздохнул я. - Он обманул меня, Шу. Он просмотрел наши записи. Возмущение в моем голосе послышалось не более чем жалкой тенью. Но кое о чем это мне напомнило. - Луи, - Я попытался открыть глаза. - Луи, эта запись... он знал тебя, Луи, он знал, откуда ты. Мне хотелось звучать настойчиво, но голос мой был блеклым. - Я чувствую запах бензина, - добавил я, сумев испытать удивление сквозь туман в голове. - Пришло время его переместить, - сказал Широ. - Нет, я спать хочу, - закапризничал я. - Ты можешь спать, милый, я тебя понесу, - утешил меня Шу. И я оказался в его руках, будто в колыбели на его груди - паря и уплывая, и боли больше не было. - А теперь поспи, Вальт, - это были последние слова, которые я услышал.