Эта камера пыток - наш будущий дом

— Мы всё ещё можем повернуть назад — полушёпотом, произнёс Мейсон.       Он прекрасно понимал, что парень не отступит, но надежда ведь умирает последней? Лиаму нужно было время, чтобы обдумать и переварить всё происходящее. Однако почему-то его лучший друг был уверен, что тот даже не напрягался. Его голову переполняли мысли о Рейкене вперемешку с возможным планом проникновения в заброшенное здание, даже когда ему чётко объяснили, что об этом они смогут позаботиться самостоятельно. Ему нужно было лишь сказать — «Мы едем за чёртовой химерой, потому что он мне нужен и я хочу его спасти!» — и тогда все вопросы сразу бы отпали сами собой. Именно из-за страха произнести это вслух ему приходится сейчас проматывать каждый вопрос по миллиону раз, чтобы в конечном итоге вернуться в самое начало и так до бесконечности.        На это было две причины: Первая - Лиам боялся разочаровать Скотта. Альфа оставил его за главного, доверил ему целый город, родной дом. И вместо того, чтобы беспокоится о благополучии Бейкон Хилс, бета всё своё время тратил на учёбу. Но и про неё тот готов лёгко забыть, как только дело заходит о близких. Это и являлось второй причиной. Парень до сих пор не может признать тот факт, что Тео является для него дорогим и близким человеком, который заставляет его волноваться до дрожи в коленях, до мучительной боли у висков, что даже регенерация оборотней не в силах помочь.       Как только Лиам не спеша поднял голову, отлипая от запотевшего окна (и от своих мыслей), за которым понемногу накрапывал дождь, тот глянул на сидящего рядом Кори, что уже был готов выдать гениальнейший план спасения, лишь бы не видеть эту кислую и угрюмую морду. — Назад дороги нет, сам знаешь.       Ехать оставалось от силы минут пять, поэтому машина в какой-то момент плавно ушла вправо, сворачивая с дороги и останавливаясь у ничем не примечательных кустов. В салоне нависло неловкое молчание, от которого Лиаму с каждой секундой становилось всё хуже и хуже, заставляя всё его тело сильнее дрожать от напряжения и нарастающей тревоги. Как только тяжёлый вздох буквально вырвался из чужой груди, химера поспешил открыть лежащий на его коленях ноутбук, аккуратно опуская его на водительский подлокотник. — Это заброшенная военная фабрика, на которой производили взрывоопасные боеприпасы для незаконного экспорта в другие страны       Абсолютно каждое сказанное им слово уменьшало и без того чертовски низкий процент оставшегося в парнях оптимизма. — Спустя какое-то время их рассекретили и обвинили в предательстве, а потом — Кори сделал небольшую паузу и оторвал взгляд от ноутбука — потом всех приговорили к смертной казни. Расстреляли около сотни человек. — Звучит отлично — подумал про себе Данбар и откинул голову на спинку сидения, разделяя с Мейсоном этот глупый жест в виде поддельной улыбки, кричащей «мы все умрём». — В итоге, когда начали расследовать это дело, выяснилось, что в здании были камеры для пыток и комнаты на банковских замках. Самое интересное то, что через несколько лет произошёл повторный обход здания, после которого исследовательский центр потерял группу рабочих. Перед тем, как они пропали, они успели передать информацию о многочисленных изменениях и в том числе о том, что ими были замечены несколько странных людей в тёмных плащах и с масками на лицах.       А почему бы и нет?       Это был подарок судьбы, никак иначе. Сборная солянка прямиком из ада. Теперь было не удивительно, почему похитили именно Тео. Убийства, боеприпасы, пыточные, врачеватели — всё это было самым плохим сочетанием в мире. Больше никакой уверенности и надежды не было. Лиам последний раз прокрутил всё вышесказанное, выделяя единственную положительную новость — Рейкен точно находится там, в этом нет сомнений. Однако факт того, что над ним прямо сейчас могут издеваться, используя какое либо оружие и военные припасы с этой самой фабрики, давил на бету и тот не в силах сопротивляться, выскочил из машины.       Довольно быстрым шагом, он направился в сторону здания, которое уже можно было заметить где-то на горизонте, попутно листая записную книжку, вытирая мокрый от дождя экран рукавом тёмно-синий толстовки. Наконец отыскав номер шерифа, тот на пару секунд прищурился, прислушиваясь к копошению парней позади него, из-за чего решил спуститься на пару строчек вниз и со второй попытки ему удалось нажать на контакт. Через пару гудков трубку снял немного заспанный и хрипловатый голос: — Лиам? — спросил юноша, отстраняясь от тетради с конспектами по истории, на которых он благополучно успел заснуть. — Это я. И да, Нолан, есть просьба. — серьёзным тоном, выпалил бета, буквально сразу же спотыкаясь о камень. Какое счастье, что Мейсон подхватил его раньше, чем он успел упасть в объятья мокрого асфальта. — Слушаю. — Ты можешь ровно через полчаса позвонить Стилински и сказать ему, чтобы пустил пару патрульных по юго-западной выездной дороге, до заброшенной военной фабрики. Там всего пару поворотов с дороги, смотри, сначала надо… — Лиам не успел договорить, так как Хьюитт резко выхватил телефон из рук оборотня, пихая его в сторону. — Мы сейчас скинем тебе координаты этого здания. Если вдруг тебе откажут, скажешь, что нас убивают. Только учти — это не шутка. Возможно эти слова были моими последними.       Как только они договорили, в сторону парня посыпались недоумевающие взгляды сверхъестественных существ, что осуждающе покачивали головами и щурили свои глаза. — Что?! Надо было перестраховаться. Теперь мы точно знаем, что он позвонит. Не смотрите на меня так! Я не драматизирую конечно, но мы идёт на верную гибель.       Мейсон сейчас констатировал факт, с которым было невозможно не согласиться, но как только он произнёс это вслух, Кори тут же зашипел, толкая его бедром, поджимая собственные губы. Всё и так шло не слишком гладко и все эти сомнения конечно же витали вокруг них, однако тыкать ими в лицо с таким пассивным настроем было вовсе не обязательно. Было довольно сложно оправиться после такого долгого перерыва, тем более когда всё и вся против тебя. Возможно, если бы Лиам не был таким отстранённым эти последние несколько месяцев, ему было бы чуть проще заручиться их поддержкой в данный момент на все сто процентов. Он знал — они его никогда не бросят, ведь они его друзья, его стая. Но чувство вины поглощало эти мысли. Он оступился. Его оплошность сейчас у всех на виду и это нужно было исправить. Нужно было найти грёбанного Тео Рейкена и набить ему морду… ну и может совсем немного разобраться в себе.

***

      С каждой секундой в помещении становилось всё холоднее и холоднее, а стенки как будто медленно сужались, образуя несуществующий вакуум, от которого было крайне тяжело дышать. С того самого момента, как все миражи и кошмары испарились, химера вообще не шевелился. Тот продолжал держать глаза закрытыми, пытаясь услышать хоть что-то помимо утомительного гула на спиной. Все попытки заканчивались мыслями о скорой смерти этого гнусного мудака, что наверняка просто сидел и пялился, как подросток понемногу сходит с сума. Конечно, можно было прямо сейчас встать и по-свойски начать язвить и пытаться сделать эти невыносимо скучные часы чуть веселее, однако парень был достаточно умным, чтобы так не делать, по крайне мере сейчас. Обстановка была слишком напряжённая, ведь с момента звонка прошло приличное количество времени и от слов Тео мог зависеть исход дальнейших событий. Его настроение попросту не могло так просто стабилизироваться и это ощущалось всё сильнее с каждым новым предложением. Именно поэтому было максимально обидно осознавать, что момент был упущен только из-за мании вечной осторожности всего, что касалось глупого волчонка и его не менее глупых друзей.       Всё тело моментально вздрогнуло, как только шум колонки заполнил комнату, а по ту сторону можно было услышать размеренное и слегка приглушённое дыхание, которое успело затянуться на целых пять с половиной минут. Рейкен засекал.       Но даже спустя этот небольшой отрезок времени, мужчина не проронил ни слова. В чувство привёл резкий грохот чего-то металлического и, судя по всему, очень прочного, так как после последовало ещё несколько точно таких же, но уже более громких удара, сопровождаясь шумом то ли воды, то ли пара, который так или иначе должен был генерироваться из какого-либо источника.       Вентиляция загудела пуще прежнего и её шум уже не казался таким тихим и раздражающим, но в любом случае он даже не успел подумать об этом, ведь в его мысли прокрался мерзкий, шутливый голос. — Вот-вот всё это закончится, поверь мне. Ты же мне веришь, правда Тео, дружище?       Нужно было немедленно ответить ему, послать куда подальше или по крайне мере согласиться и солгать, однако собственные губы не желали размыкаться и этот немой вопрос был поглощён устрашающе тёмными стенами мрачного помещения, заставляя пропустить краткое и весьма недовольное рычание со стороны. — Каким бы безупречным ты не пытался казаться, ты всегда будешь грязным и подлым убийцей, действующим исключительно в собственных интересах, даже если на кону будут стоять жизни других. Люди, оборотни, химеры — неважно. Такие как ты не должны умирать. Такие как ты должны мучиться. Каждая скотина имеет какие-либо сильные стороны. Но с силой приходит и большая ответственность… Я прав, не так ли?       Он говорил медленно и монотонно, как всегда делая паузы, иногда, лишь на мгновение повышая голос, похрустывая окровавленными костяшками и перетёртой потом и кровью шеей. — Ты мне не друг. — проигнорировав чужой вопрос, выпалил Рейкен, ссылаясь на реплику чуть выше, — У меня никогда их не было и никогда не будет.       Это всё, что он смог придумать? Он даже не старался. От такого мужчина съёжился в кресле,вскидывая голову и прижимая колени к груди. Не спеша поправляя мокрые от собственной крови пряди волос, тот немного отдалился от микрофона и всё же решил продолжить свою пламенную речь, ведь он, на самом деле, к ней так долго готовился и какой-то мерзкий, язвительный подросток не испортит его грандиозных планов. Не спать ночами, буквально вбивать мысли себе в голову и наказывать себя за некрасивые слова и фразы. Это всё было так в его стиле. Всё должно было быть идеально. Любой просчёт — признак несовершенства. А стоит ли после такого существовать? — Друзья не лгут. Да. А ты, ты… — секунда молчания, а потом резкий скрип и громкое — А ты лжец! Лжееец! — завопил тот, кажется, падая со стула, задыхаясь смехом и собственными слюнями. Эти эмоции окутывали его с ног до головы и их было невозможно назвать поддельными. Всё это плотно засело в чужой черепушке, обманывая собственные чувства и мысли, лишь бы создать вокруг себя некую ауру, подобие радости и счастья, которое питалось исключительно физической болью и визуальной составляющей в виде страдания других. Он считал, что этому гадкому подростку знакомы эти чувства. Он был в этом уверен.       Тео слушал все эти выпады, продолжая лишь ровно дышать и шмыгать носом. Иногда тот морщился от его слов, но лишь тогда, когда они казались правдивыми. Этот человек сейчас был проводником его разума, что указывал лишь на чёрные пятна, которые так хотелось опустить и больше никогда о них не вспоминать. От этого становилось ещё хуже. Правда, хотелось просто жить дальше, не как раньше, а как обычно, как все, однако каждому было попросту необходимо ткнуть в химеру пальцем и осудить его за все смертные грехи. Он и без вас знает обо всё этом и думает куда больше чем вы, но от всей этой грязи, как ему казалось, избавиться было невозможно.       Псих смотрел на свой монитор, улыбаясь и откусывая мелкие кусочки мяса от своего рта, отрывая его с внутренних сторон обеих щёк, иногда обгрызая остатки кожи с опухших, красных губ. — Каждому нужна причина для существования, иначе жизнь ничем не будет отличаться от смерти, — играясь стекающей по подбородку кровью, выдавил ненормальный — твоя же причина для существования скоро умрёт.       Юноша резко дёрнулся, опрокидывая голову назад, заостряя свой взгляд на мерцающем красном огоньке в углу комнаты. Он больше не мог это терпеть. С ним просто играли, пытаясь вывести на эмоции. Галлюцинации, кошмары, пережитки прошлого обросшие провокацией и банальной ложью. Было глупо считать, что он хоть когда-нибудь остановится, поэтому следовать его нелепым правилам Рейкен больше не собирается. Глаза моментально загорелись, а в области груди начало зарождаться недовольное рычание, готовое вырваться в любую секунду. — Такой жалкий… — хихикая, продолжал издеваться старший, заглядывая в соседний монитор, а после ухмыляясь, похрустывая грязной от тёмно-бордовый жидкости шеей. Его длинные худощавые пальцы потянулись к панели управления, тыкая в относительно небольшую кнопку зелёного цвета, что в тот же момент смогла издать довольно громкий щелчок. — Ведь ты не безупречный. Ты смехотворный. — продолжал тот себе под нос, медленно пододвигаясь к микрофону с желанием заорать что есть мочи. — Да ты даже друга своего спасти не смог!       Парень даже не успел среагировать. Тот кое-как поднялся на ноги и потянул за цепи так сильно, как только мог. Мгновение спустя сработала сигнализация, отпирая абсолютно все двери во всём здании, однако, намертво запирая все эвакуационные, наружные выходы и входы с фабрики.       Как только в камеру начал проникать свет, исходящий из хорошо освещённого коридора, Тео зарычал, оголяя свои клыки и концентрируя всю свою силу, разорвал цепи. От неожиданности теряя равновесие он упал на пол, но довольно быстро смог сориентироваться, выбегая из помещения под мигающий, красный свет, что кардинально отличался от какой-то там мелкой лампочки на камере наблюдения.

***

— Он будет нам по гроб жизни обязан. Особенно тебе, — кивая головой в сторону лучшего друга, пыхтел Хьютт, что двумя руками удерживал рюкзак, прижимая к груди, пытаясь уберечь от дождя его содержимое.       Химера всё так же продолжал молча осуждать своего парня за словесное недержание, ведь обстановка и так была не из приятных, а любое упоминание Тео бросало бету в дрожь и юноша невольно наблюдая за этим, хотел лишь любым доступным ему способом приглушить чужую боль. Он примерно представлял, что мог чувствовать Лиам в этот момент. В отличии от Мейсона, Кори не был слепым. — Он нам ничем не обязан — прорычал оборотень, — он моя ответственность. — Может быть он и является твоей ответственностью, но правда лишь в том, что он всё ещё обязан тебе жизнью. — продолжал рассуждать единственный здесь человек, возмущённо фыркая, продолжая от скуки и негодования оглядываться по сторонам. Сплошь и рядом был только один лес и главная дорога, вдоль которой они шли, поэтому через секунду тот начал пилить взглядом свои кеды, что крайне быстро промокали просто в геометрических масштабах. Он обвинял в этом исключительно доброту и упёртость патлатого придурка. — Если бы не он, я давно уже был бы мёртв!       К большому сожалению, в привилегии оборотней не входило сверхъестественное боковое зрение, однако и без этого можно было почувствовать осуждающе пронзительный взгляд, что крайне резко перескочил от уже на половину сырой обуви к широкой, мокрой спине.       Слова вырываются из груди прежде, чем мозг смог на них среагировать, однако отрицать то, что это было чистой правдой, чертовски глупо. Всю дорогу парень пытался отогнать эти мысли от себя, стараясь подавить их чувством долга или, быть может, здравым смыслом.        Скотт говорил: «Всегда надо помогать, даже если речь идёт о твоём заклятом враге, и даже если от этого зависят жизни людей». Потом ведь всё окупится? Наверное да, но дело-то было вовсе не в выгоде или в «ответственности». Это было так сложно принять, особенно когда ты вспоминаешь, что речь идёт о Тео, мать его, Рейкене.       Данбар резко открыл рот, с желание возразить своим же собственным словам, наверное в в сотый раз отмечая у себя в голове, что давно бы пора отрезать собственный язык, однако в ту же секунду его перебивают: — Да, это правда. — кивая головой, крайне уверенно соглашается Кори, продолжая не спеша следовать за парнями с весьма серьёзным выражением лица.       Пусть даже Мейсон и являлся лучшим другом Лиама, это никак не могло отменять тот факт, что химера хотел стать чуть ближе к бете, плане взаимоотношений между хорошими друзьями, членами стаи. Вот он-то точно был обязан и МакКоллу, и самому Лиаму за спасение, чудесную дружбу, поддержку и за самого горячего парня на свете, конечно же. Волчонок был хорошим и добрым альфой, и он безусловно нуждался в поддержке. Это заставляло невольно наблюдать за каждым его действием и словом, анализируя его мышление, речь и взгляды. Да, для Мейсона это уже казалось чем-то обыденным, и, скорее всего, он даже не обращал внимание на такие мелочи, как, например, небольшое заикание во время волнения, или, быть может, защитная реакция в виде аналогичных слов, жестов, движений оппонента.       Даже сейчас из чужих уст вырвалась неоспоримая правда, его собственное, истинное мнение, которое он, по привычке, хотел перекрыть никудышной ложью. Он наверняка об этом думал, ведь такое сложно было просто наобум вырвать из огромного клубка мыслей и бездумно произнести вслух. Оборотень по привычке отмахнулся бы совсем не смешной шуткой или вообще банально глупым отрицанием всего вышесказанного, ведь он так делал постоянно. Именно поэтому Брайант его опередил, понимая, как тяжело было это признавать, но уж лучше так, чем каждый раз без конца врать самому себе.       На такие несвойственные тому заявления Лиам обернулся, одаряя самодовольного Кори ошарашенным взглядом, вскидывая бровь и крайне громко вздыхая. — Это настолько очевидно? Серьёзно? — думает парень, поджимая губы, пытаясь немного успокоить своё сердцебиение. Было не самое лучшее время для выяснения отношений, тем более обстановка и так была напряжённой ещё с самого начала поездки.       Данбар всё же решил оставить последнее слово за своим весьма наблюдательным другом, опуская руки в карманы насквозь промокшей толстовки, поскрипывая зубами и проклиная свою излишнюю эмоциональность. Из-за неё, тот каждый раз чувствует себя отстойно и его это бесит, потому что он сам отстойный и реагирует он на всё очень отстойно. Бесит.       Прохлада продолжает бить по лицу, уступая дождю, что так же продолжал лить без остановки, остужая накипевшие эмоции. Никакой ливень или не имеющая абсолютно никакого смысла мантра не в силах утихомирить этого оборотня. На это было способно только одно единственное существо на этой проклятущей планете. Этот чёртов Тео Рейкен, до которого им оставалось всего пару десятков метров.       Обогнув здание со стороны, отдаляясь от дороги и главного входа на территорию фабрики, ребята дошли до полуразрушенного ограждения, с лёгкостью преодолевая препятствие и устремляясь к потрёпанному электро-островку, ныряя в большую будку по соседству. Как оно обычно и бывает, продуманность и чёткость действий не их конёк, однако делать вид, что они и вправду следуют какому-то гениальному, невероятному плану им никто не запрещал.       Пробегая быстрым взглядом по комнате, Мейсон выхватил из шкафчика под столом первое, что попалось под руку, а когда обнаружил слегка помятый журнал «плейбой», который он сжимал крепкой хваткой, сразу же встрепенулся, за мгновение разжимая ладонь, надеясь, что во второй раз ему повезёт чуть больше.       Парни не долго думая отпустили короткие смешки и присоединились к поискам. Была доля вероятности, что они найдут чертежи, так как на самой фабрике, в ходе первого расследования, они не были обнаружены. Центр обыскал все корпуса основного здания, правда до этой части им так и не удалось дойти.       По прошествии десяти минут, химера издал глухой победный писк, размахивая плотными листами глянцевой бумаги по воздуху. Друзья последовали его примеру, довольно быстро сгребая всё лишнее с рабочего стола, открывая ноутбук и переглядываясь между собой. — И так, — всё же решил начать Кори — всё не так плохо как я предполагал.       Это должно было прозвучать оптимистично и подбадривающе, однако что-то явно пошло не так. — Чертежи отличаются от того, что мы с тобой нашли. Тут многое написано от руки. — тыкая в потёртые места, говорил Хьютт, делая акцент на перечёркнутых надписях и дополнительных заметках непосредственно поверх основного чертежа. Это не было похоже на черновую версию. Больше походило на переделанную, более развёрнутую планировку помещений, как бы странно это не звучало. Помимо первых двух этажей, что висели и на сайте в открытом доступе, на плотной бумаге перед их глазами красовалось ещё как минимум три подземных этажа, с кучей ходов и различных разветвлений.       Каждый из них по очереди изучал все представленные им материалы, иногда переговариваясь друг с другом, однако они были не в силах придумать достаточно хороший план, чтобы выйти сухими из воды. Стоп, вода, точно.       Мейсон приподнялся на локтях и глянул в сторону приоткрытого окна, которое Лиам несколько раз пытался закрыть, но у него не вышло и в конечном итоге он просто сломал щеколду, ругаясь себе под нос.       За раскатами грома и непрерывно льющим дождём, парень оценивающим взглядом посмотрел на аварийную лестницу, ведущую на крышу, а сразу за ней огромное водохранилище, занимающее большую часть последнего этажа. Он ещё пару секунд изучающе всматривался и высчитывал что-то у себя в голове, но после резко схватился за ноутбук, вырывая его из чужих рук. — У меня есть идея, но она вам не понравится. — сразу в лоб произнёс Мейс, ожидая реакции друзей. — Выбирать не приходится. И то верно. — Так как здесь происходил активный процесс работы со взрывоопасными материалами, я могу предположить, что пожары и взрывы были частым явлением, — указывая пальцем на невероятных размеров вместилище, объяснял Хьютт, — и мы теперь точно знаем, что помимо этих двух этажей мы имеем огромные подземные туннели.       Стоящий прямо перед ним Кори уже догадывался к чему ведёт его парень, однако по лицу Данбара было видно, что он вообще ничего не вкуривает. — Я так понимаю, ты предлагаешь затопить нижние этажи? — напрямую спросил химера, чтобы оборотень перестал напрягаться, хотя кто бы мог подумать, что этим вопросом тот загонит Лиама в эмоциональный тупик.       Сразу же заметив это, Мейсон схватил волчонка за плечо, от чего второй немного напрягся и тут же поднял свой немного поплывший взгляд. — План состоит в том, чтобы разломать хранилище и начать топить нижние этажи. Наверняка в самом здании есть ещё несколько экстренных мини-ёмкостей, которые тоже можно было бы зацепить, — сделал он паузу, но заметив ещё большее напряжение со стороны, мгновенно продолжил — так вот, когда мы обходили ворота, они были заперты, как и большинство выходов. Это всё электрические двери и замки, а это значит, что фабрика может вырабатывать достаточно электроэнергии и все находящиеся там механизмы полностью в рабочем состоянии. Я предлагаю начать топить этажи, а после пойти искать Тео, по дороге открывая и второстепенные баки с водой. Когда же мы его найдём, Кори замаскирует его и мы постараемся дойти до эвакуационной, внутренней лестницы. — химера тыкнул пальцем в чертежи, когда его парень озвучил это, а потом направил руку в сторону здания, чтобы те посмотрели и на лестницу, ведущую к крыше. — А к чему ты упомянул электричество? — единственное, что смог спросить Лиам. — Осмелюсь предположить, что он хочет пустить его по всей фабрике, как только ему удастся вытащить Тео. Для этого и надо всё затопить.       На такое заявление от Мейсона, волчонок смог лишь одобрительно кивнуть почёсывая затылок, немного успокаиваюсь, заставляя себя вслушиваться в бьющие по земле капли дождя. — Я пишу Нолану.

***

      Запах.       Сырой, прогнивший, но запах.       Наконец он чувствует его, выбегая из коридора, рыская взглядом по всему помещению. Свет ударяет по глазам, заставляет щуриться, пока гул сирены режет слух, выбивая из химеры последние мысли. Стенки всё так же продолжали давить со всех сторон так, что сконцентрироваться было попросту невозможно. Ничего нового. Пульсирующие виски вырисовывали белые пятна на радужке, но у Тео не было времени обращать внимание на такие мелочи. Единственное, что было важно в данные момент — это карта этажа. Пусть даже парень знал здесь каждый чёртов угол, каждую щёлочку. Сейчас думать было просто невозможно. Всё и так по сути являлось таким однообразным: коридоры, комнаты, хранилища, камеры. Это, вперемешку с недавним бредом и довольно болезненным отходником, превращалось в самое ужасное комбо, которое можно было представить. По крайней мере, Рейкен был уверен в этом на все сто процентов и ближайшие пару часов, пока его не отпустит, никто не сможет доказать обратное. Желание выбраться отсюда живым превозмогает всем остальным всплывающим между вспышками боли мыслям.       Судорожно кидаясь из стороны в сторону, химера поднимает голову, замечая тёмный силуэт, что медленно движется прямо над самым потолком, размахивая каким-то массивным предметов в руках. Резкие выпады заменялись плавными и аккуратными, из-за чего долго рассматривать эту картину было крайне непросто. Когда же чужое лицо изволило высунуться из-под тёмной завесы, бьющая в глаза сирена осветила его лик, заставляя Рейкена оскалить зубы. — Догони, если сможешь… — прохрипел мужчина, буквально натягивая улыбку на своё измазанное сажей и кровью лицо, возвышая кувалду над озябшим телом, роняя её на стальные трубы. Заливаясь смехом, он всё быстрее и быстрее терял рассудок, забываясь и наслаждаясь происходящим. Как только ему выпадет возможность поставить точку и закончить эту приятную идиллию, он сделает это максимально болезненно и гадко, стараясь пересечь собственную черту, даже если счёт пойдёт на жизни.       Исходящий из повреждённых труб густой пар тут же заполнил всё пространство, и под мерзкий, оглушающий вопль, Тео сорвался с места, ныряя в новый коридор, а после вскарабкиваясь по лестнице, пускается в погоню. — Ну давай же! — ругался парень, следуя по горячим следам, не оставляя никаких шансов на спасение. Ещё совсем немного и юноша его настигнет, хотя и дураку было понятно, это наверняка очередная ловушка.       Пока он бежал сквозь густые облака, сворачивая в новые и новые закутки, тот немного сбавил ход, неожиданно вспоминая последние слова того психопата, до того, как двери в камеру благополучно отворились. Осознав причину всей этой погони, сердце опять забилось в бешеном ритме. Не то, чтобы сейчас оно не билось как сумасшедшее из-за сбитого дыхания. Нет, это другое.       И вот опять этот звон, оповещающий Рейкена о новой поломке в районе верхних этажей, правда здесь был один весомый нюанс: этот шум кардинально отличался от предыдущего.        Во-первых, этот бьющийся в конвульсиях двинутый маньяк не смог бы так быстро добраться до основного корпуса, а во-вторых, это больше походило на какой-то автоматический шум, задуманный системой.        Все сомнения развеялись, как только химера услышал сиплое: «О, они уже здесь…».       Он вспыхнул, загорелся изнутри, издал гортанные рык и вдохнув полной грудью отпрянул, продолжая свой путь. Если играть с ним в эту глупую игру, можно вообще остаться здесь навсегда и умереть под грудой гнилого металла. Тео продолжил бы пробираться сквозь полуразрушенное здание, в перерывах проклиная всех и вся, но как только ему наконец удалось достичь яруса, отделяющего его от последнего, подземного этажа, из-под двери резким потоком начала лить ледяная вода, роняя химеру на пол. Дезориентированный, Рейкен поймал пару ударов своей головой об заржавевшие ступени, кое-как приподнимаясь на локтях, продолжая сопротивляться нескончаемому потоку, задыхаясь и захлёбываясь. — Да ты издеваешься! — прохрипел тот, высовывая сырую макушку из-под потока, хватаясь озябшими руками за прутья. Добраться до более устойчивой поверхности было довольно сложно и именно поэтому резкая мотивация пришла оттуда, откуда её совсем не ждали. — Тео?

***

— На счёт три, хорошо? Один, два… Три! — и в ту же секунду люк, что удерживал немалое количество воды, открылся, и мощной струёй начал бить в глубь здания. Недолго думая, парни схватили химеру с двух сторон, не спеша спускаясь по аварийной лестнице.       Непосредственно в самом здании на удивление было довольно тихо. Ожидалась драка или даже кровопролитие, однако никто не среагировал на взлом главного водохранилища и это был первый тревожный звоночек.       Старые механизмы, разбросанные по всей территории ящики с грудами металла и военной техники наводили дикий ужас, особенно учитывая то, для чего и для кого эта фабрика проработала столько лет и какие ещё страшные вещи происходили в этих потрёпанных временем помещениях. Лиам был единственным, кто сейчас не обращал на всё это абсолютно никакого внимания. Оборотень лишь продолжал вслушиваться в окружение, высматривая новые вместилища с водой, что уже потихоньку наполняла первый этаж. Товарищи по несчастью были настроены более пессимистически, поэтому время от времени сглатывали при виде разорванных участков помещения, с кучей оружия и свисающими с потолка железными балками.       Из-за Мейсона в какой-то момент весь этот спасательный отряд начал шагать по левой стороне коридоров и специально оборудованных комнат, так как парень был почти на сто процентов уверен в том, что эта пустота лишь часть продуманной ловушки. — Да, сейчас нас всех затащат вглубь здания, а потом закроют и прикончат, отлично — бормотал Хьютт, получая недовольное рычание от своего лучшего друга. — Даже если это ловушка, ты точно не улучшаешь нашу ситуацию. Ты можешь говорить потише? — Данбар конечно же тоже переживал по этой причине не меньше Мейсона, но у него, к сожалению, не было времени об этом думать. — Ты получаешь странный ответ на свой звонок, отправляешься на край города в проклятое Богом место, в котором, так, знаешь, к слову, могут тебя прикончить, чтобы спасти того, кто мог с лёгкостью подстроить это самостоятельно? Где гарантия, что это сделал не Тео? Что это не его очередной план по захвату стаи? Ты не думал об этом? Конечно же нет.. — в тот момент Хьютт даже не заметил как отцепился от Кори и ушёл в центр комнаты, — по какой-то неведомой причине мы продолжаем идти на верную смерть за Рейкеном. Р-е-й-к-е-н-о-м. Серьёзно?       Прямо сейчас Лиам зол. Очень зол. Он давно не разговаривал с Мейсоном. Точнее, с того момента, как уехал Скотт. Лишь банальные фразы, какие-то мелкие словечки и всё. Больше ничего. Он всегда был таким, или бете просто кажется? Виноват ли он в том, что говорит ему друг, смотря прямо в глаза. Парень не хочет отвечать. Даже когда видит, как он со страхом осознаёт, что стоит на каком-то красном кресте по центру, после чего бежит обратно, хватаясь за Кори.       Данбар не хочет оправдываться. Оправдывать Тео . Он и сам толком кое-как создал цельный образ в голове, сгенерировав свое личное мнение об этой химере. Он знает для чего он идёт вперёд. Верит в то, что Рейкен и правда здесь и что это не ловушка и не глупая шутка. Правда пока непонятно, чего Лиам хочет больше - чтобы это оказалось не смешной шуткой или правдой. Если всё это не взаправду, тогда бета будет знать, что Тео в безопасности... ну а если нет, то нужно как можно быстрее ускорить шаг.       За спиной у них было открыто уже четыре огромных бака, а реакция нулевая. Волнение не покидала их из-за возможной засады или, быть может, банального отсутствия кого-либо в этой глуши. Парней не покидало чувство, что что-то здесь не так. Когда Хьютт желал это озвучить, Кори пихал его локтем, ибо понимал - наговорил он уже достаточно. — Всё, это уже смешно. — Брайант не успел заткнуть парню рот. — Мы идём по фейковым чертежам, чёрт знает куда, по абсолютно пустому зданию. Я подожду, пока ты попытаешься доказать мне обратное. Ты ведь вроде обладаешь невероятным слухом. Что-нибудь слышал, пока мы шли?       Данбар встал на месте, а по его телу пошли мурашки. В любой момент его эмоции могут вспыхнуть ярким пламенем. Кори заметил это и перехватил ладонь оборотня, разворачивая того к себе лицом. Лиам поднял глаза на своего друга и те блистали янтарём. — Послушай. Мы довольно давно тебя не видели. Ну как, ты понял о чём я. Когда ты прибежал с этим странным звонком мы даже обрадовались. Ты выглядел таким живым, каким мы не видели тебя уже несколько месяцев. Мейсон хочет сказать... — химера глянул на парня, — Кхм, Мейсон хочет сказать, — более громко произнёс Кори и Хьютт встрепенулся. — Я хочу сказать, что переживаю за тебя. Мне правда не хочется, чтобы эта вылазка стала твоей последней... — поднял тот виновато глаза, — и всё из-за грёбаного Рейкена!       Ты почти справился, молодец. Брайант, услышав это, ударил себя ладонью по лбу, однако в тот момент Лиам заулыбался и хихикнул в ответ. Ему на самом деле стало куда спокойнее, правда ненадолго.       Внезапно какой-то белый шум начал отталкиваться по стенкам, перебив этот обмен трогательных эмоций. За ним последовало неразборчивое бормотание, а после крайне громкое: — Да ты даже друга своего спасти не смог!        Огромные красные лампы замигали в проёме одной из дверей, а через секунду оглушающая сирена окончательно дезориентировала парней, оповещая об опасности на самых нижних этажах фабрики. Подростки сразу же заметались, прыгая в сторону, скрываясь за стенкой и ожидая нападения.       Хьютт держался одной рукой за грудь Лиама, а второй рукой за плечо Кори. Он буквально почувствовал как сердце оборотня готово выскочить из тела хозяина и разорваться на множество частей. Возможно волчонок испугался, ожидая вражеской засады, так как его глаза метались из стороны в сторону, как будто что-то выискивая. В этот момент Мейсон понял, что дело не в этом. — Хей, — вдруг, отцепляясь от Кори, парень всё же переборол себя, подбежав к очередному водохранилищу, резким движением опуская рычаг, — теперь не нужно открывать люки. Когда работает сирена, включается эвакуационный режим! — лицо Хьютта выглядело довольно радостным, и тогда друзья подбежали, похлопав его по плечу. — Ага, значит процесс пойдёт чуть быстрее — кивнул Данбар, но его тут же остановили. — Верно, но ты точно не знаешь, из-за чего включилась сигнализация — поставил оборотня перед фактом Брайант, всматриваясь во все прежде закрытые намертво двери. — Сейчас уже не важно. Проходы открылись, бежать есть куда — тот замер на пару мгновений, а после выдавил хриплое — а вдруг это…       И тут Лиама перебило еле слышимое простому человеку рычание откуда-то снизу. Наконец-то, да!Это точно был Тео. Без доли сомнений подросток отпрянул от парней, пулей влетая в соседний коридор. Мейсон ринулся за ним. — Постой! От тебя там толку нет, — крикнул Кори, — мы должны открыть баки на оставшихся ярусах, только так мы сможем ему помочь.       Хьютт колебался, но слова химеры звучали разумно. Он убедил его спуститься по уже открытой внутренней лестнице и продолжить начатое.       В это время Лиам на интуитивном уровне «шёл по следу», метаясь из угла в угол. Спустя минуту ему удалось спуститься ниже, а внешний вид здания, по неизвестным тому причинам, начал меняться. Тяжело дыша, Данбар обнаружил, что стоит уже по колено в воде. Бежать было невозможно, поэтому он чуть сбавил ход, прислушиваясь к потоку и всевозможным шорохам. Мигающий свет мешал, а сирена в какой-то момент начала издавать несвойственный для обычной сирены шум. Оборотень держался за приоткрытые школьные шкафчики, стараясь не упасть, ведь горы книг под ногами затрудняли его передвижение. Перепрыгнув через льняной шкаф и обойдя несколько парт с ободранными краями, парень мельком заметил тень, что манила его на нижний ярус. — Тео?       Было глупо полагать, что химера будет прятаться от него, хотя имя Рейкена вырвалось рефлекторно, как будто Данбар был наготове: высчитывал каждую секунду, ожидая подходящего момента, чтобы окликнуть, броситься на помощь.       Лиам перескакивал через три ступеньки сразу и те незамедлительно ломались под его ногами. Ржавые прутья царапали его ладони, а вытекающая из всех щелей ледяная вода подбивала вперёд. В конечном итоге парень безнадёжно рухнул всем телом в образовавшийся «бассейн», выныривая, оценивающе оглядывая помещение: на поверхности можно было заметить кучу спортивных сумок, грязные куски оборванной одежды и ткани, поплывшие чернильные листы и кажется цепи, что свисали с потолка. Бедра были уже на две трети под водой, а поток всё никак не прекращался. Позади оборотня, поперёк уже убитой лестницы, находилась широкая и весьма устойчивая балка, от которой в пол уходили сторонние крепления. Не долго думая, он вскарабкался на спасительный островок и как только ноги ступили на сухую поверхность, с противоположного конца комнаты, приглушённым эхом донёсся довольный смешок.       Всё тело задрожало, стоило лишь только обернуться. Некто стоял на аналогичной железной балке в противоположном углу довольно просторной, полупустой комнаты. Этот человек стоял почти неподвижно. Когда глаза Лиама начали постепенно рассматривать его, первое, что он заметил - насквозь пропитанную кровью рубашку. Была ли это его собственная кровь или, быть может, кровь Тео. В любом случае Данбар был уверен, что совсем скоро выяснит это.       Несмотря на внешний вид, мужчина стоял с весьма уверенным видом. Вновь заглянув в лицо, бета встретился с его взглядом и тот смотрел на него похотливо-довольными глазами, наблюдая за реакцией подростка сквозь влажные пряди волос. Если позади Лиама сейчас была дряхлая лестница, то за спиной у этого урода не было абсолютно ничего. Бывшая шахта лифта, по которой непрерывно стекала вода, уходила на самые нижние этажи здания, когда сам лифт превратился в груду ржавого металлолома, что валялся где-то внизу грубыми, массивными листами железа. Ноги его стояли почти на краю, а тот был полностью спокоен.       Им не удалось долго играть в гляделки. Оборотень сделал глубокий вдох и его глаза загорелись. Одновременно с этим, человек сделал шаг вперёд. В этот момент в его левой руке отчётливо можно было разглядеть оружие. Кисть и худощавые пальцы выглядели просто ужасно: кровь, множество царапин, тонкие кости обтянутые кожей. Но на самом деле не это привлекало внимание. Вторая рука уходила назад, так же сгибаясь в районе локтя, однако на этот раз щуплая ладонь сжимала пряди мокрых каштановых волос молодого парня, что так же неподвижно и спокойно стоял рядом, когда к его виску было прижато дуло пистолета.       Сердце беты пропустило пару ударов - какой-то мудак сейчас стоит на другом конце затопленного помещения с приставленным к голове пистолетом. Приставленным к голове Тео Рейкена.       Данбар глянул вниз, оценивая уровень воды, после оглянулся назад, громко вздыхая. Он нашёл то, что искал, но к этому он явно не был готов. Его растерянность была заметна. Парнишка попросту не знал, что ему делать.       Пару секунд колебаний и он поднял ногу, чтобы сделать шаг вперёд, но тут мужчина напротив сделал резкий выпад, чуть ли не роняя химеру с обрыва, притягивая его обратно за волосы. За этим жестом конечно же последовала недовольное шипение, но Тео ничего не смог с этим поделать. — Нет, нет, нет — отрицательно покачал головой незнакомец, - если ты шевельнёшься - ему конец. Ты меня понял?       Секунда молчания и Лиам слегка кивнул голой, не в силах утихомирить своё сердцебиение. — Я сказал не двигаться!        Пистолет буквально начали вдавливать в чужую голову, оттягивая волосы ещё сильнее и напористее, от чего Рейкен покосился назад. Мужчина был зол, чертовски зол. Агрессия переполняла его. — Хорошо.. — сдавленно, через ком в горле оборотню удалось это выдавить. Он сам не понял в какой момент стал так трусить и бояться. Ещё пару минут назад он был готов перегрызть глотку любому, кого встретит в этом здании, а сейчас, поджав хвост, готов выполнять приказы, лишь бы этот пистолет оказался как можно дальше от виска близкого ему человека — Мой хороший, я тебя не слышуууу!       Всплеск руками и удар по плечу химеры не был устрашающим, до тех пор, пока Тео не схватился за него. Лиам даже не заметил, что Тео был насквозь пропитан кровью, ибо её было так много, что почти вся верхняя часть футболки была покрыта ею. Данбар застыл, не в силах произнести ни слова. — Зато я слышу. — тяжело задышал Рейкен.       Наконец-то он подал голос. — Мне этого не достаточно. Давай, ты, мерзкое отродье, скажи, что ты думаешь об этом. Тебе нравится? Признай это! — вновь резкий удар, но на этот раз более сильный и точный, от которого химера издал болезненный стон. По правде говоря, Лиам слышал такое от Тео впервые за всё то время, что они провели друг с другом, сражаясь и получая множество увечий различной степени. — Не трогай его. Сказал оборотень до того, как подумать. — Ах, не трогать? Прости, не трогать его? — очередной удар в ту же точку — Хммм... дай подумать..— ещё удар, — Даже не знаю.. — Хватит! Глаза вспыхнули, клыки оголились, когти выросли. — Оо, наш малыш разозлился, посмотри Тео, как он хочет тебя защитить. Может скажешь ему? Или хочешь, чтобы я сказал?       Почему он не сопротивляется? Лиам никогда бы не поверил, что Рейкен не стал сопротивляться в подобной ситуации. Этот парень извивался при любом удобном или даже крайне неудобном случае. Этот щуплый мужчина выглядел таким слабым и беспомощным на его фоне, что было даже смешно. Однако сейчас можно было откинуть все эти факты куда подальше, ведь прямо сейчас бета наблюдает за истекающим кровью подростком, чьё сердце, на удивление, было спокойно. — Сказать что? — Данбар не был уверен, что хочет знать, но выбора у него, судя по всему, не было. — Наш дорогой Тео кажется не в состоянии сейчас говорить, да милый? Ну ладно, я сделаю это за него, мы всё-таки с ним хорошие друзья. Единственные друзья       Химеру подняли с колен, на которые он успел упасть после второго удара по плечу, и приобняли за голову, прижимаясь к влажной щеке. — Тео привёл тебя ко мне прямо в руки и ему, по-видимому, совсем не стыдно. Бедняжка думал, что мы с ним за одно, но он так ошибался... Но не бойся, у этой истории будет счастливый конец. Я обещаю. Ведь все мечты сбываются, верно? Никто не останется в тени, теперь никто и никогда. Знали бы, насколько сильно я счастлив. Мне так грустно, грустно от того, что вы не разделяете это замечательное чувство вместе со мной. Мне так жаль, что мой лучший друг не увидит как я расшибаю твою мерзкую черепушку. Он так мечтал сделать это за меня, но я ему не позволю. Всё веселье достанется мне и только мне, никому другому! Слышишь?! Посмотри на него...посмотри ему в глаза. Смотри в глаза!       Надо было переварить всё вышесказанное, осознать, что только что произошло, и что чёрт возьми этот психованный только что сказал, но он не успел. Как только бета встретился с измученным взглядом химеры, он тяжело выдохнул.

Щелчок, громкий смех, оглушающий выстрел.

Лиам больше не видел этих глаз. Тех глаз, в которые когда-то ему угораздило влюбиться.