Не делай мне больно

— Наивные. — Что?! Вы о чём?! - Альфа моментально встал со своего места. — Брак заключён, мой сын официально стал главой клана, так что… — Что? — омега держал своего мужа за руку и также смотрел на Тэджуна. — Вы больше не нужны. — Да как… как ты смеешь?! Мой сын вышел замуж за твоего! Я не оставлю своего сына! К тому же у нас был договор! — Договор? Твой сын? Ты хоть когда-нибудь считал его своим сыном? У меня есть запись, как ты недавно избивал своего драгоценного сыночка. Как думаешь, что будет, если это увидят все? А может быть… — Чего именно ты хочешь? — Откажитесь от своей доли «новоиспечённых родственничков» и исчезните, пока я не сжёг вас заживо. — А как же наш сын?! — омега влез в разговор. — А тебе есть до него дело? Он замужний, у него своя семья. Не лезьте в это, я позабочусь о нём.

***

Не успел Чонгук зайти в дом, как Тэхён буквально захлопнул дверь. В руках альфы была бутылка с алкоголем, и уже шатаясь он схватил Чона за руку и потащил за собой. Чонгук рефлекторно пытался вырваться, но когда он понял, что его буквально мёртвой хваткой держат, то испугался не на шутку. — Отпусти! Не трогай меня! - Чонгук второй рукой пытался отбиться. Глаза Кима почернели, а на лице появилась ухмылка. Тэхён толкает его на кровать и, откидывая бутылку в сторону, нависает сверху, грубо целуя в губы. Чонгук и руками, и ногами пытается оттолкнуть Тэхёна. Он буквально пинается, но Ким блокирует все удары. Чонгук всё ещё не сдаётся, продолжает дёргаться. Этот привкус алкоголя с кровью… Маленькая мокрая дорожка появилась на щеке. Чонгук продолжал сопротивляться из последних сил, будто от этого зависела его жизнь. Хотя так ведь и есть. Ему удаётся ударить мужа коленкой в бок и вылезти из хватки. — Мелкая дрянь! Ким останавливает его и прижимает к стенке, давя на горло. Чонгук молча стоит и снова задыхается… В какой раз за этот вечер. — Что не так? Тебе что-то не нравится? Тэхён сильнее надавливает, а Чон автоматически хватается за его руку, чтобы хоть как-то ослабить хватку. На лице Тэхёна дьявольская улыбка, и можно понять, что мягок он точно не будет. Ким облизывает нижнюю губу, а после впивается в шею, оставляя укусы что-то наподобие метки. — Теперь не получится у тебя спать со всеми! Ты только моя сука! Чонгук только сейчас понял, с каким человеком ему придётся жить. И он не знает, сколько продержится. Кажется, что убить себя — это лучшее решение. Внутри только боль, страх, ненависть и отчаяние. Он до последнего верит, что возможно его отпустят… Он всё ещё, чёрт возьми, в это верит. Сжимая челюсть, Чон не сдерживается и плачет. Но воздуха всё меньше и меньше… — Плачешь? Вау, у таких как ты есть причина плакать? Ты же получил всё, о чём так мечтал. Наслаждайся, зайка, а я буду наслаждаться тобой. — Хватит, пожалуйста…- Чонгук глотал слёзы, пытаясь как-то образумить альфу. Омега отрывисто пытается дышать, но Ким сильнее сжимает горло, а второй рукой проводит по телу Чона. — Знаешь, ты довольно неплох. У тебя хорошие пропорции: большие бёдра, тонкая талия. Красивая фигура. Для меня специально готовил? Нужно прямо сейчас всё… Но Тэхён не успевает договорить. Чонгук снова бьёт его, вот только теперь коленкой между ног. Дверь оказывается запертой, поэтому омега бежит в ванную и запирается там. Чонгук садится у двери и слышит сильные стуки. Кажется, что вот-вот альфа сломает дверь. — Открой эту чёртову дверь, пока я не снёс её! Чон поджимает колени и закрывает ладонями уши. Страшно. Безумно страшно. А ведь никто не придёт и не поможет… Что Чонгук может сделать против всего этого? Он просто сидит и трясётся. Он пытается успокоить себя мыслями о том, что Тэхён на самом деле не совсем такой, просто это всё из-за алкоголя… Но обмануть себя не получается. Вскоре стуки прекратились, и спустя долгое время тишины Чонгук просто заснул на полу.

***

— Не думаю… Всё это всегда делается не по любви, так что этот омежка ему не нужен даже. — Но слабых сторон у него нет больше. Отца он ненавидит, папы нет, остаётся этот мальчишка. — Копайте, копайте дальше, у каждого есть слабая сторона.

***

— Как прошла первая брачная ночь? Ким еле открывает глаза и шипит из-за раны на губе. — А? Чего? — Ты спишь ещё, что ли? Я говорю, как всё прошло? — чуть громче говорит в трубку Мин. — Что блять? Ким поворачивается в сторону ванной комнаты и направляется к ней. — Этот ненормальный вчера ударил меня ногой несколько раз и разбил губу! Что с ним не так?! — Ким начал стучаться снова. — А после заперся в ванной и до сих пор сидит там. — Ты пытался вчера буквально изнасиловать его? Я правильно понял? — Я был слегка пьяный. — Ну ты ублюдок, конечно. Не думаешь, что ему может быть страшно? Только о своих желаниях думаешь! — Хён, мне абсолютно похуй! Захотел замуж за меня, должен был знать, какой я человек! — Я слышал, вчера родители ударили его за то, что он пытался сбежать. — И что? — Сбежать! Понимаешь? Возможно он сам был против этого, ведь никто не станет спрашивать омегу о таких делах. — Всё, отключаюсь, мне нужно уезжать. — Оставишь его одного тут? — Здесь куча прислуги, мне нянчиться с ним? — Ладно, увидимся тогда потом. Ким отключился и посмотрел на дверь. — Чёртов омега. Зайдите! Две девушки служанки сразу забежали в комнату. — Он сидит в ванной, вытащите его оттуда. Я уезжаю и буду в семь, к этому времени он должен быть готов. — Да, господин. Тэхён быстро накидывает рубашку, приводя себя в порядок, спускается вниз и останавливается, смотря на домработниц и охранников. — Чтобы даже ни одна муха не залетела и ни вылетела отсюда, понятно? Тэхён садится в машину и выезжает из двора, а за ним машина с охраной.

***

— Господин Чон? Господин Чон! — Не отвечает? Отойди! Омега сделала шаг назад, и охранник начал выламывать дверь. — Он без сознания? — служанка кинулась к Чонгуку и проверила пульс. — Вызовите скорую!

***

— Где он? — На ринге. Я Вас провожу. — Спасибо, не надо, — Ким направился в нужное место и, увидев знакомое лицо, которое на удивление было в крови, сел в кресло, наблюдая за боем. — Бан Кристофер Чан одержал победу! — В принципе, как всегда, — Тэхён усмехнулся и отвёл взгляд. — О! Тэхён-и, малыш, какими судьбами? — Чан подошёл к «другу» и сел рядом. — Я бы набил тебе морду, да только вижу, кто-то это уже сделал. — Ох, спасибо, что напомнил! Убейте его, — альфа указал на своего противника, и тот, не успев и слово произнести, получил пулю в голову. — У тебя вчера свадьба была, да? Извини, что не пришёл, дел было ой как много. — Каких интересно? Заговор против меня строишь? Думаешь я не знал, что ты решил переманить парочку влиятельных людей из моего окружения к себе? — Да ладно тебе, Тэ. Ты же знаешь, что по-другому никак. В нашем мире только так можно выжить. — Конечно. Но предупреждаю, — Ким устремил свой взгляд на Бана, — что сидеть сложа руки я не буду. — Ой, давай поговорим о другом! Слышал твой омега — это Чон Чонгук, сын главы Чон? Говорят дела у них не очень. Клан ослабел и сейчас на грани исчезновения, поэтому они продали своего сына вам. Так ведь? Тэхён поднимает глаза и сжимает кулаки. — Я не интересуюсь слабыми кланами, поэтому ничего не знаю о них. — То есть, омежку эту, ты тоже не знал? — Чан словно подловил Кима и, расплывшись в чеширской улыбке, подставил руки под подбородок. — Тебе какое дело? — Отдай мне его, хочу поразвлечься. — Я поставил ему метку. — И что? Я слышал он очень милый, сексуальный и красивый. Как он в постели? — Тебе омег не хватает? Вокруг тебя их куча, готовых в любой позе лечь под тебя. — Я хочу этого. — Много чего хочешь. — А раньше ты делился… Что, понравился? — Отец мне голову снесёт, если узнает, — Тэхён незаметно осмотрел всё вокруг и вернулся к разговору. — Не узнает. Так когда я могу забрать его? — Успокойся, я вообще-то по делу приехал. Тэхён заметил, что охраны стало больше, но не подал виду. — Убийство одного из старейшины твоих рук дело? — Ох. А ты, я вижу, очень умный. Я недооценил тебя, мой косяк. — Бан Чан, предлагаю тебе мирно разойтись. Не лезь в это дело и следи за своими шавками, чтобы в следующий раз не трогали моих людей. Тебе же хуже. Потерь, я всё равно не понёс, но если узнаю, что кто-нибудь пострадал, то лично пристрелю тебя. — Понял, дружище, — Чан «мило» улыбнулся и указал в сторону окна. — А людишек своих ты взял зачем? — На всякий случай. А то вижу ты точно был готов к моему приходу. — Ладно, — выражение лица Чана меняется. — Сегодня я, так уж и быть, отпущу тебя. Знаешь ли, я пока не в лучшей форме. — Понимаю. Ладно, увидимся. — Ага, — кинул Кристофер и скрылся за дверью ванной комнаты. Тэхён вышел из дома и внезапно ему позвонили. — Да? — Молодой господин! Господин Чон потерял сознание, и мы вызвали скорую, но… — И что? — Ваш отец, он сейчас приедет. — Что?! Чёрт!

***

Тэхён забегает в дом и еле проходит мимо всей этой суматохи. Все готовятся к приходу отца Кима. — Где мой костюм? — На верху, господин. Тэхён быстро поднимается и заходит в комнату, но тут же останавливается. На его кровати лежит омега и явно спит. Он подходит ближе и рассматривает его. Вчера, к сожалению, у него не было такой возможности. Ким смотрит внимательно. Глаза, нос, губы, щёки. Маленький, но такой заметный шрам под глазом, родинка на конце носа и… бледная кожа. Ему было слишком плохо. Тэхён ни капли не чувствует своей вины, более того, он ничего кроме ненависти и отвращения не чувствует. Была бы возможность, то сейчас бы выгнал его из своего дома. Альфа снимает с себя верхнюю одежду, но продолжает смотреть. Чонгук слышит отдалённо какие-то звуки и просыпается. Воспоминания со вчерашнего дня, словно ток, бьют его. Чонгук резко встаёт и, смотрит на Кима, который продолжал раздеваться. Парень отползает назад, но тут же врезается в спинку кровати. Омега быстро осматривает помещение, а после возвращает взгляд на альфу. — Собираешься снова запереться там? — Что ты делаешь? — Чон поджимает ноги, когда Ким подходит ближе и берёт подготовленную для него рубашку. — Я не собираюсь тебя трогать, — Ким на секунду замолкает, — Пока не собираюсь. Тэхён застёгивал пуговицы и смотрел на Чона, как на кусок мяса. — Вчера ты видимо забылся совсем? Сегодня ночью я продолжу начатое. А если ты снова попытаешься… — Отпусти меня… — тихо произнёс Чон и поднял глаза на альфу. — Смеёшься? — Пожалуйста! Я сделаю всё, что ты попросишь… Но только отпусти меня! Прошу… Ким в недоумении смотрит на него, но в глазах альфы только дикая злость. Он резко дёргает его, из-за чего Чонгук встаёт с кровати и чуть ли не падает, но после его впечатывают в стену. Тэхён снова повторил вчерашнее и сжал его горло, но не так сильно. — Отпустить? Ты же прекрасно знал, на что идёшь! А теперь что? На свободу захотел? Нет уж, сука, мы в этом дерьме теперь вместе! Навсегда! — Тогда... Чонгук сжал руки Кима своими и закрыл глаза. Будто ему было хорошо и сейчас его не душили. Тэхён яростно швырнул его на пол, а после поднял за шкирку. — Чтобы через пять минут вышел! Если не выйдешь, плохо будет не только тебе. Чонгук рухнул обратно на пол и, закрыв лицо руками, истошно заплакал. — Отец? — Тэхён спускался и встретился на лестнице с отцом. — Куда ты? — Как куда? К своему зятю. Хочу поприветствовать его и вручить подарок. — Но… — Пропусти. — Отец, подожди… — Ты что-то скрываешь?