Без пульса

      Хохот и разговоры гулким эхом стучали по вискам. В классе стоял шум, казалось, громче чем на взлётной полосе. Да что уж там, Мира посчитала, что взлёт ракеты намного тише. Ещё один минус, преследующий её всю жизнь, — отличный слух, который с обрядом только усилился. Хотя Мира со временем научилась полностью абстрагироваться от лишнего шума, но не в этой ситуации. Её новые друзья, как и обещали, свободное до уроков время потратили на обсуждение прошлого Миры. Спрашивали про учителей, про уроки и учеников. Даже Краф поражался такому разнообразию мифических существ на квадратный метр. Они смеялись над рассказами о прошлых годах обучения. История с драконом, Змей-Горынычем, была рассмотрена со всех сторон и ракурсов. Пришлось рассказать и об эксперименте с магией времени. Однажды Мира лежала жаркой апрельской ночью и ей в голову пришла гениальная идея. А что будет если перенести одну из башен в прошлое? Ну и следующим же утром она рассказала об этом друзьям. Анна перерыла библиотеку, нашла томов тридцать о подобных заклинаниях. Вася натаскала артефактов по типу маховика времени. Олег занимался сортировкой информации, а Ярик с Захарой — защитой. Как выяснилось через неделю, окунуть в прошлое часть единого магического строения приводит к взрыву. Благо что защита была безупречной, иначе разнесло бы пол замка. Зато был повод научиться аппарации. К чёрту анимагию, мгновенная телепортация намного круче. Пару раз заходил разговор о её родителях и родном доме, но Мира умело отвечала, не отвечая вообще. Ограничилась лишь тем, что они чистокровные, не последние в Магической России люди, и что живёт она уже несколько лет отдельно. Упоминать о том, что её родовое гнездо — огромный замок Черновод, она не посчитала нужным. А прозорливые Элла и Ричард быстро увели тему в другое русло. И вот так незаметно подкралась время первого урока — Заклинания. В классе было шумно, даже учитывая, что половина студентов ещё не пришла. Мира осмотрела просторный зал, заполненный холодным светом из окна. Дождь на улице закончился, но тучи даже не думали рассасываться. Наверное будет гроза, слишком разряженный воздух. Сёстры Хилл почти протащили подругу по кабинету к свободным партам в середине ряда. Парты тут были длинными, как в кабинетах московских институтов. Мира однажды умудрилась оказаться там. Правда, как именно она уже не помнила. Девочки протиснулись к середине стола, кинув сумки на стол, Мира же оказалась за местом от прохода. Последнее свободное сиденье занял Краф. Мира обвела взглядом класс. То тут, то там мелькали красные и жёлтые галстуки. Благодаря всё тем же близняшкам и отчёту, Мира выяснила, что шляпа оказывается предоставила ей выбор между двумя враждующими факультетами. Причём причины вражды были совершенно глупые. По крайней мере в настоящее время. Если раньше змеюк ненавидели из-за основателя, увлёкшегося тёмными искусствами, потом из-за Тёмного Лорда, страдающего от той же мании, то сейчас то что? Ну дети Пожирателей, ну хитрые по натуре, ну чистокровные. Дети же не виноваты в ошибках своих родителей. Мира и сама была далеко не невинным агнцем и чистокровной. Причём, как успела подметить Мира из разговоров друзей, слизеринцы всегда горой за своих и могут облить такой дозой яда, что Василиск нервно курит в сторонке. Мира прекрасно понимала, что так они защищаются, потому что терпеть издевательства в одиночку нереально тяжело. Особенно тяжко младшекурсникам. Они то думали, что в Хогвартсе всё будет хорошо, а получили всеобщую ненависть. Да им на распределении хлопали только свои, неудивительно, что этот клубок змей так озлоблен на мир. Похоже эту простую истину понимала лишь Мира и отчасти её друзья. Эта троица вообще являлась своего рода аутсайдерами факультета из-за своих нестандартных взглядом. В таком обществе Мире было крайне комфортно. Остальные три факультета сосуществовали вполне мирно. И именно поэтому в классе витала дружелюбная атмосфера. Урок предстоял с Пуффендуем, пожалуй самым мирным и дипломатичным факультетом. Только вот если кого-то одного задеть, то эти божьи одуванчики набросится всем скопом. А так, мирный народ. Гриффиндор тут превозносили почти до небес и ставя их учеников в ранг богов. Неудивительно, директор и его зам ведь выходцы из львятника. Да ещё Избранный тут. Удивительно, что слизеринцев ещё не забили камнями. Мира вздохнула. Её это не касалось от слова совсем. Ей нужно только год проучиться и потом можно вздохнуть спокойно. Вообще Мира ещё в России поняла, что отправили её сюда не просто так. Воландеморт действительно представлял опасность для её семьи и им нужно быть уверенными, что мальчишка на пару с квалифицированными магами одолеет эту напасть. Или хотя бы отвлечёт внимание, пока Магическая Россия будет накрываться куполом и ожидать окончания войны. Звон колокола принёс долгожданное облегчение и в классе, наконец, показался учитель. Невысокий профессор, декан Когтеврана, остановился у своего стола. Столешница была едва ли ниже уровня его глаз. Он осмотрел в миг притихших учеников, легонько кивая в такт своим мыслям. Наконец его взгляд наткнулся на Миру. Флитвик дёрнулся, стоило ему осознать, кто сидит на его уроке. Мира уже давно заметила, что от неё шарахались большинство учеников, исключая новых друзей и половину Гриффиндора в целом. Даже с прошлой эмоциональностью ей было бы плевать на мнение большинства, а в данном случае ей это вообще играло на руку. Флитвик быстро отвёл взгляд, прокашлялся и объявил тему урока тоненьким писклявым голосом. Арресто моментум. Мира в миг обратилась в слух. Это заклинание её заинтересовало и мысленно она уже выстраивала возможные варианты того, как его можно применить в некромантии. Учитель нарисовал на доске сложные витиеватые движения палочкой, подробно расписал, что стоит учесть при реализации чар и запрыгнул на стул с навалом из подушек, предоставив студентам возможность попрактиковаться. Мира несколько раз прочитала записи на доске, игнорируя любые внешние раздражители. Флитвик обмолвился, что в основном это заклинание используют на квиддиче во избежание несчастных случаев. Впрочем он также сказал, что эти чары можно применять и в бою. И даже невербально при должном опыте, что Мире особенно понравилось. Мира достала палочку, держа её левой рукой, и медленно начала выводить замысловатые узоры в воздухе. Движения оказались не такими сложными, как выглядели изначально — знак бесконечности с права вниз и резкий взмах в точке начала. Рядом Элла показывала, что Эмма делает не так, а Краф молча и крайне сосредоточенно водил палочкой в воздухе. Мира прикрыла глаза, сосредоточившись на магии. Ей всегда было легче настроиться если представить, как в полной темноте разгорается огненный цветок, опаляя жаром и резонируя, словно камертон. Её отец, вопреки своему внешнему виду, прекрасно управлял огнём, а мать совершенно наоборот — льдом и водой. Мире были подвластны оба направления, но предпочтение она отдавала огню. Он согревал и защищал людей с самых древних времён, а лёд всегда убивал. Прошли считанные секунды, прежде чем Мира открыла глаза. Она взяла длинное чёрное перо и подкинула вверх, моментально воссоздавая вязь взмахов, пропуская через древко палочки поток магии и шепча слова. Лазурит на конце вспыхнул, а дерево потеплело, словно радовалось возможности поколдовать. Перо зависло в воздухе там же, где его застало заклинание. Мира почувствовала, будто бы на конце палочки балансировало её пёрышко. Почти незаметно и всё же она это ощутила. Ещё взмах — перо взмыло ввысь. Мира прервала поток магии и перо плавно опустилось на парту. — Как? — Прошептала Эмма, хлопая ресницами. Только сейчас Мира поняла, что все взгляды прикованы к ней. Плохо. Она же не хотела привлекать внимание. Надо было дождаться пока кто-нибудь другой не исполнит это заклинание, а не лезть вперёд паровоза. Флитвик удивлённо открыл рот и спрыгнул со стула, направляясь к ней. Мира вздохнула, но на её лице не отразилось ни единой эмоции. Лишь глаза на мгновение вспыхнули и погасли — потеряла концентрацию и зрение скакануло на магическое, показывая всё новые и новые вязи заклинаний в воздухе. — Мисс… — Пропищал Флитвик и запнулся. — Бессмертная, сэр. — Услужливо подсказал Краф, делая вид, что занят заклинанием. — Конечно-конечно… — Уже тише пробормотал он и вновь посмотрел на Миру, старательно избегая прямого взгляда в глаза. — Скажите, мисс Бессмертная, что последнее вы изучили на родине? Мира наклонила голову вбок, покручивая пальцами палочку. — Мы остановились на способах борьбы с проклятьями с помощью повседневных чар. — Коротко и ровно ответила она. Флитвик задумчиво закивал и опустил взгляд на её палочку. Несколько секунд он с интересом рассматривал чёрное дерево, а потом посмотрел на Миру. — Можете продемонстрировать это заклинание снова? — В глазах профессора блеснули лукавые нотки, он отошёл на пару шагов назад и в его руке появился небольшой камешек. Мира кивнула, одновременно поудобнее перехватывая палочку. В то же мгновение камешек, который оказался колокольчиком, полетел в её сторону. Мира даже толком сообразить не успела, как с губ сорвалось заклинание, а кисть заныла от резкого движения. Колокольчик завис в считанных сантиметрах от носа, покручиваясь в воздухе. Мира отклонилась назад, опуская колокольчик на стол. — Очень хорошо! — Воскликнул радостный донельзя профессор, привлекая ещё больше внимания. — Десять баллов Гриффиндору! Вот такой результат я ожидаю видеть от каждого в конце урока, продолжайте работать. Профессор ушёл к столу, что-то бормоча себе под нос, а по кабинету мгновенно прокатилась волна одобрительного шёпота и хлопков от гриффиндорцев. Ричард ободряюще улыбнулся, а близняшки нервно начали повторять за Мирой движения.

***

Сразу после колокола, Мира позорно сбежала во двор, потому что те немногие, у которых заклинание так и не вышло, решили её оккупировать. Близняшки и Краф стоически приняли удар на себя и прикрыли Мире спину, указав на тайное место у озера. Мира даже подумать не могла, что вызовет такой ажиотаж. Она ожидала ненависти, но не этого. Что ж, возможно в некоторых аспектах и русские и англичане похожи. Хотя её одноклассники сначала в челюсть заедут, а уже потом разбираться начнут. Мира растянулась на школьном плаще в тени деревьев и принялась читать один из многих темномагических томов по некромантии. Рита не жалела её и даже не пыталась. К концу недели Мире предстояло написать если не научную работу, то как минимум диплом о Тенях*. С учётом того, что об этой гадости мифов больше, чем достоверной информации, ей предстояла та ещё работёнка. Впрочем, радовало одно — в Хогвартсе огромная библиотека. А там где много книг, много и этой дряни. Можно поставить эксперимент и понаблюдать за Тенями в «естественной среде обитания». Перевод древней латыни занял весь обеденный перерыв, благо, что Мира удосужились не вытаскивать из сумки перекус прошлым вечером. Баночку медовухи она решила приберечь до вечера. Что-то подсказывало ей, что здесь на зелья лучше приходить трезвой, как стекло.

***

— Мира! — На подходе к замку, Мире на встречу выбежала Эмма, размахивая руками. — У нас двадцать минут до начала! — Девятнадцать. — Флегматично заметила Элла, убирая в карман часы на цепочке. На мгновение с лица Эммы спала всякая краска, она нервно закусила губу, но уже в следующую секунду тряхнула головой и схватила Миру за руку, таща в сторону подземелий. Мира не сопротивлялась, на ходу запечатывая книгу заклинанием и убирая в сумку. Краф как обычно делал вид, что он великий слепой, но лихорадочный блеск в карих глазах от Миры не укрылся. Вот же литературный маньяк. Ближайший вход в подземелья представлял собой достаточно широкую лестницу из голого камня. Девочки вприпрыжку понеслись вниз, отпустив наконец руку Миры. Она неспеша спустилась, оглядывая голые стены, и чуть не упала на последней ступеньке. Мира почти задохнулась от концентрации магии в воздухе, а зрение интуитивно переключилось. Все стены, пол, потолок, каждый камень и даже воздух сияли от вязи заклинаний. Просто огромное количество тонких нитей, что казалось и шагу невозможно ступить, не запутавшись в этой паутине. А главное ни одно заклинание не сбоило, всё было сделано идеально. Мира так и застыла, не в силах отвести взгляда. Мерцание зелёного и серебристого захватывали дух. — Мира! — Взволнованный голос Эллы вывел из оцепенения. Мира моргнула и уставилась на обеспокоенных сестёр, застывших перед ней. До Миры даже не сразу дошло, что со стороны она секунду назад походила на чокнутую. — Всё в порядке? — Хором спросили Хилл. Мира медленно кивнула, поправляя лямку сумки. — Тогда давай скорее! — Их её ответ явно не удовлетворил, но занятие похоже было намного важнее. — У нас меньше десяти минут. Девочки снова рванули по коридору и Мира поспешила за ними, старательно унимая щекотку на кончиках пальцев. Повернув за угол, девушки почти впечатались в толпу студентов. Тишину прерывали лишь негромкие перешёптывания, а атмосфера угнетала с первых секунд. Хилл, как по щелчку, напустили на себя маски ледяной сосредоточенности и замолчали. Мира подошла к стене, искусно лавируя между студентами. Она достала из кармана резинку и парой лёгких движений подвязала волосы в хвост, правда пара прядей всё равно остались торчать по бокам. В отличии от Заклинаний, где оба факультета присутствовали в полном составе, на Зельях было человек шестнадцать. И только семь студентов с Гриффиндора, остальные же с Когтеврана. Мира вздохнула, оглядывая собравшихся. Половина Когтеврана старательно заучивали параграф, вторая что-то негромко обсуждала. Гриффиндорцы были тише воды, ниже травы. Некоторые из них бросали сочувственные взгляды на Миру, другие кажется молились всем богам, которых знали. Весёленькая атмосфера, ничего не сказать. Ровно за минуту до начала урока, двери в кабинет отворились. Мира отлипла от стены и приготовилась к чему-то непонятному. Первыми зашли Когтевранцы, потом самые отчаянные гриффиндорцы, включая новую компанию Миры. Хилл ободряюще улыбнулись на входе и поспешили занять места в самом отдалении класса. Мира осмотрелась, пробиваясь через студентов. Мрачновато, жутковато, но и рядом с кабинетом некромантии не стояло. Все эти замаринованные ингредиенты на полочках и разнообразные приспособления выглядели весьма миленько. Даже полумрак не угнетал. Похоже Мира была единственной, кто так считал. Парты стояли в длинные ряды справа от входа. Стены в основном заставлены шкафами с ингредиентами. В правом углу притаилась неприметная обшарпанная дверь — кладовая. Мира решила выбрать самый последний ряд, ближе всего к двери, и оттого оказалась одна, что помогало в работе. Молча достала из сумки учебник, пару пергаментов и перьев на всякий случай и котёл стандартного размера. Чары незримого расширения вообще штука полезная, особенно для девушки. Мантия оказалась на спинке стула и холод подземелий забрался под просторную рубашку. Прозвучал колокол и класс замер. Мира подняла взгляд от стола. Она конечно ожидала и знала, кто именно ведёт зелья, но эффект всё равно был потрясающий. Профессор Снейп одним своим видом заставлял чувствовать себя не в своей тарелке. Идеальная осанка и язвительная ухмылка в сочетании с полным презрением во взгляде пробирали до костей. Он обвёл взглядом собравшихся, что-то помечая в журнале, а Мира наблюдала за каждым его движением. Мантия, которая при ходьбе наверняка развивается волнами по воздуху, наглухо застёгнутый чёрный сюртук. Мира даже с конца класса понимала, что ткань дорогая и тёплая. В бледности он мог посоперничать с самой Мирой и даже Ритой. Впечатление портили только неухоженные волосы и выражение лица. Снейп отложил журнал и выпрямился, складывая руки на груди и снова обводя взглядом каждого. — Те немногие, что сегодня присутствуют здесь, должны понимать, что я не потерплю халатности на своих уроках. — Мира заметила, как нервно схватились за руки близняшки и отстранённо подумала, что в досье слишком уж щедящая информация. Профессор Снейп мог обратить в бегство только одним взглядом. — Малейшая ошибка и ноги вашей не будет больше в этом классе. Его взгляд дошёл до Миры. Каждый из студентов вздрагивал, а Мира только повыше подняла голову, чтобы удобнее было смотреть. На периферии сознания мелькнула мысль, что каким бы ужасным этот человек не был, с Мортиновыми ему всё равно не соперничать. Профессор дольше чем нужно смотрел в глаза Мире. Он едва заметно нахмурился — относительно спокойная реакция на её глаза. Весьма специфичная у него внешность надо заметить. При всём своём умении угадывать чужие эмоции Мира совершенно не могла понять о чём думает профессор. То ли злится, то ли презирает. Впрочем её это не волновало от слова совсем и вообще. Мира здесь всего на год и в любом случае отчислить её не смогут. Снейп резко развернулся к небольшой прямоугольной доске. — К концу занятия вы должны сварить Напиток Живой Смерти, хотя бы приблизительно правильный. — На доске вспыхнули буквы, обозначающие тему урока. — Страница десять. Приступайте. Снейп сел за стол и казалось напрочь потерял интерес к ученикам. Студенты поднялись к книгам и зашуршали страницами. Мира быстро пролистала до нужной страницы и принялась бегло просматривать информацию о зелье, а в частности рецепт. Благо ей уже доводилось варить Живую Смерть и трудностей возникнуть не должно. Рано радовалась. Рецепт и содержание параграфа представляли из себя кашу бесполезных терминов и потока сознания. Хотелось плюнуть тому кто составлял этот учебник и тому, кто его вообще допустил в продажу. Чёрт с ним, с описанием, но рецепт! Просто ужас. Да с точки зрения теоретической он составлен правильно, но совершенно не учтён тот факт, что нарезанный корень асфоделя вступает в реакцию с настойкой полыни и гасит эффект дремоносных бобов сильнее положенного. Отсюда и следует, что бобов стоит добавить чуточку больше, а настойки на пять миллилитров меньше.* Увлёкшись, чтением рецепта и мысленными правками, Мира не сразу услышала стремительно приближающиеся шаги. — Мисс Эмма Хилл, неужели в списке покупок было неясно написано, что у каждого студента должен быть свой учебник? — Снейп замер у предпоследнего ряда, на котором сидели Хилл, Краф и пара гриффиндорцев. Мира оторвалась от учебника и подняла взгляд на профессора. Он вскинул бровь, ожидая пока Эмма справится с микроинфарктом и ответит. Хилл внешне выглядела более-менее спокойно, но только внешне. — Простите, сэр… — Эмма виновато опустила голову, перебирая край кофты. — Я отдала свой учебник Мире. Снейп мгновенно перевёл взгляд на Миру. Их разделяли метра два, не больше, и Мира прекрасно видела всю ненависть и презрение в этих чёрных глазах. Не трогало. Мира лишь молча смотрела в ответ, игнорируя всё остальное. — Мисс Бессмертная… — Протянул зельевар, оскалившись. — И что же вам помешало купить учебник? Наверное это первый человек, кто произнёс её фамилию без акцента. — Их отсутствие в магазине, сэр. — Спокойно ответила Мира. В воздухе завис почти ощутимый шок других студентов. Кажется грядёт что-то, но Мире не впервой слушать крики и оскорбления в свой адрес. Мать свою пережила и профессора зельеварения переживёт. К удивлению публики Снейп усмехнулся. — После урока возьмёте старый учебник из кладовой. Продолжайте работать. — Под ошарашенные взгляды, Снейп снова направился к столу. Хилл обернулись. Весь их вид так и кричал: «Какого чёрта только что произошло?». Мира лишь пожала плечами и закатала рукава, открывая несколько неровных шрамов от когтей. Один за одним студенты начали бродить за ингредиентами. Бесшумно и незаметно. Мира оказалась в числе первых и смогла выбрать, по её мнению, одни из лучших. Притащила всё это к своему месту, аккуратно раскладывая в особом порядке. Осмотрев ещё раз ингредиенты и удостоверившись, что ничего не забыла, наконец разожгла огонь под котлом, заранее залитый водой. Пока вода закипала на медленном огне, Мире предстояло добыть сок дремоносных бобов. В учебнике сказано нарезать, но Мира решила не изобретать велосипед и сделать по простому — размять серебряным кинжалом. Так и шанс попасть себе по пальцам меньше и намного быстрее. На пятом бобу Мира отчётливо ощутила прожигающий взгляд на лбу, но отвлекаться не хотелось. Наблюдая как малиновый сок вытекает из бобов, Мира окончательно расслабилась и сосредоточилась исключительно на задании. Мира расправилась с последним бобом и принялась аккуратно помешивать жидкость. Буквально через минуту в воздухе начал клубится едва уловимый пар. Пока он не стал нужной консистенции в левой руке уже оказался флакон с настойкой полыни. Стекло даже сквозь перчатку приятно холодило ладонь. Во флаконе было ровно сто миллилитров. Мира отложила черпак в сторону и принялась тонкой струйкой выливать настойку в котёл. На дне осталось пара капель и Мира тут же отложила флакон в сторону. Больше не нужно. У неё оставалось примерно полторы минуты, чтобы нарезать корень асфоделя, чем она и начала заниматься. Движения, доведённые до автоматизма, окончательно оторвали её от реальности. Всё что имело значение так это котёл и ингредиенты. Корень исчез под слоем пузырящейся жидкости и в руке снова оказался черпак. Три раза по часовой, два против с интервалом в две секунды. Снова в руке блеснул нож, а на доске оказался следующий ингредиент — корень валерианы. Кусочки должны быть чуть крупнее корня асфоделя. В течении десяти секунд добавлять кусочки, чтобы зелье стало цвета чёрной смородины. Мира заглянула в котёл — идеальная консистенция и цвет. Следующий этап — лепестки златоцветника. И снова в учебнике не учли базовые правила сочетания. Вместо семи, нужно добавить восемь. Мира на мгновение задумалась. Восемь с половиной, чтобы погасить запах полыни. Зелье медленно поменяло свой цвет на светло-сиреневый. Остался финальный этап — семь раз против часовой и один раз в противоположную сторону с интервалом в пять секунд. А дальше ждать пока зелье не станет прозрачным с лёгким отблеском розового. — Мисс Бессмертная. Тихий и спокойный голос прозвучал слишком близко и неожиданно. Мира инстинктивно напряглась, запоздало вспомнив, что меч остался на соседнем стуле, а палочка на столе. Девушка подняла голову и столкнулась с вымораживающим до костей взглядом. Снейп стоял в проходе, сложив руки на груди, и похоже стоял он там уже довольно давно. Мира заморгала, пытаясь окончательно вернуться в реальность из мира зелий. — Профессор? Оказывается большинство учеников тоже смотрели на неё. Теперь точно будет что-то. — Мисс Бессмертная, в рецепте чётко написано, что нужно добавить двенадцать дремовидных бобов, сто миллилитров настойки полыни и семь лепестков златоцветника. — Без единой паузы медленно и совершенно спокойно проговорил Снейп. Мира уже поняла, что подобный тон, кто бы им не говорил, не сулит ничего хорошего. Краем глаза она ещё и за зельем смотрела, чтобы вовремя выключить огонь и не запороть всё на последнем этапе. — Почему же вы добавили больше? — Потому что тогда зелье станет эффективнее, сэр. — Просто ответила Мира. Где-то в дальнем углу один гриффиндорец обречённо вздохнул. Снейп вскинул левую бровь. — Почему же вы так считаете? — Выдержав паузу, снова спросил зельевар. Мира вздохнула. — В рецепте, предоставленном в учебнике, не учтён тот факт, что нарезанный корень асфоделя, в частности его сок, при температуре восемьдесят пять градусов вступает в реакцию с настойкой полыни и гасит эффект дремоносных бобов сильнее положенного. А лепестки златоцветника при температуре кипения теряют свою силу, из-за чего зелье будет иметь ярко выраженный запах полыни. — Без единой запинки ответила Мира, надеясь что этого будет достаточно. Сёстры Хилл нервно переглянулись, а Краф едва удержался от улыбки. На мгновение показалось, что на лице профессора проскользнула тень удивления. Определённо показалось. — Вы раздавили, а в учебнике написано, что нужно нарезать. — Проигнорировав её ответ, вновь спросил Снейп. Мира подавила очередной вздох. — Почему? — Потому что в таком случае сок вытечет быстрее и больше, сэр. — Почему? Каждый студент уже плевать хотел на своё зелье, созерцая исключительную картину извращённой казни. Кто-то из когтевранцев умудрился даже ставки сделать. Молча. — Потому что скорлупа лопнет быстрее под равномерным давлением, нежели под нацеленным в одну точку, сэр. — Взгляд невольно метнулся к котлу. Ещё немного и зелье будет готово. Воцарилось поистине гробовое молчание. У кого-то начало выкипать зелье. Снейп долго вглядывался в лицо студентки, прежде чем развернуться и направиться к неудачнику с локальным взрывом в котле. — Продолжайте работать. — Единственное что сказал зельевар. Как раз в этот момент зелье Миры было окончательно готово и девушка поспешила выключить огонь. — Бессмертная, ты реально бессмертная? — Полушёпотом воскликнула Эмма, оборачиваясь к Мире. — Возможно. — Так же тихо ответила она, позволив себе улыбнуться одними уголками губ. Год обещает быть интересным.