Атархис. Маскарад

      Иллитрану удалось поспать от силы три часа, но даже так придумать что-то стоящее пока не получалось. Необходимо было попасть в библиотеку, однако эльф, направляющийся туда ночью, выглядел бы подозрительно, поэтому оставалось дожидаться рассвета. Иллитран проснулся с первыми лучами солнца, взвинченный настолько, что не чувствовал усталости, и планировал первым делом направиться в библиотеку, но Анэйя принесла новость: эльфийских дипломатов пригласили на завтрак.       В этот момент Иллитран ненавидел и свой титул, и чью-то излишнюю вежливость. У вампиров, в отличие от эльфов, не было необходимости в еженочном сне: благодаря энергии магии крови, в обычном режиме им достаточно было хорошего отдыха раз в неделю или даже реже. Именно по этой причине Иллитран удивился, что кто-то решил провести завтрак с эльфами в такую рань. Это польстило бы ему, не будь у него срочных планов.       — И кто же осчастливил нас своим присутствием? — мрачно спросил Иллитран у Анэйи.       — Граф Айкен вас Дайс.       Что ж, этого следовало ожидать: графа назначили ответственным за делегацию, и он не собирался отлынивать от обязанностей — похвально, но очень не вовремя. У Иллитрана, однако, не было богатого выбора — пришлось играть по правилам, которые пока что устанавливал не он.       Айкен вас Дайс был приятным мужчиной, способным поддержать беседу без неловких пауз и натянутого смеха. Он много рассказывал о семье — жене, трёх дочерях и младшем сыне — и Руахэль невольно втянулась в разговор при упоминании детей. Довольно быстро они с графом нашли общий язык, и завтрак можно было бы назвать умиротворяющим, если бы Иллитран не спешил разобраться с нависшей над ним проблемой.       После затянувшегося приёма он первым делом направился в библиотеку, но дойти до цели ему было не суждено: Виннстан вас Холс нарисовался в коридоре, будто только и поджидал Иллитрана с завтрака — не исключено, что так оно и было.       Про себя ругая графа на чём свет стоит, принц улыбнулся:       — Доброе утро, Ваша Светлость.       — Ваше Высочество, какая приятная неожиданность! — Виннстан вас Холс не преминул обслюнявить руку Иллитрана и так и не выпустил её из своих пальцев. — Я как раз думал о вас.       Даже не сомневаюсь…       — Не можете дождаться возможности показать мне замок? — догадался Иллитран.       — Всему своё время, — удивил его граф. — Я обязательно найду вас вечером — виды Хасмиоры великолепны на закате. А сейчас не хотите ли взглянуть на летний сад? Там растут уникальные цветы, привезённые с севера. В начале осени самый пик их цветения.       Как любой другой эльф, Иллитран с радостью бы соблазнился возможностью увидеть необычное растение, но только не в этот момент. Он с мольбой о помощи взглянул на Руахэль, но та ничего не заметила, сосредоточив внимание на Виннстане вас Холсе. Этот вампир поражал настойчивостью.       В голову пришла мысль, что в некотором роде Сабьен был прав: прерви Иллитран чужие попытки сблизиться, и больше никто не попытался бы выкрасть его время. Но вместе с тем не с кого было бы добывать ценную информацию.       Нужно было срочно придумать подходящий отказ.       Внезапно со стороны обеденного зала раздался голос:       — Граф, разве вы забыли, что через пару часов состоится начальный этап переговоров? Не стоит забивать голову принца всякой ерундой перед важной встречей. Полагаю, он и без того волнуется.       Иллитран не ожидал, что помощь придёт от Айкена вас Дайса, и взглянул на него с искренним удивлением. Тот одарил его тёплой улыбкой.       Иллитран ощутил смешанные чувства, но разбираться в них не было никакого желания.       — Я не смог бы забыть об этом даже при желании, — криво ухмыльнулся вас Холс и неохотно отпустил руку принца. — Тогда до вечера, Ваше Высочество.       — Буду ждать, — солгал Иллитран и вместе с другими эльфами пошёл к выделенным для них комнатам.       Весь распорядок шёл коту под хвост. Иллитран захлопнул дверь покоев. Он не привык быть действующим лицом и принимать всё внимание на себя, лучше всего у него получалось действовать чужими руками, когда никто не путался под ногами. В эльфийском дворце Мирамара это получалось идеально: глаза всех придворных были прикованы к наследному принцу и его невесте, а Иллитран становился заметным лишь тогда, когда сам того хотел. Здесь же, среди вампиров, он был диковинкой, у которой не было ни шанса скрыться от любопытных взоров.       — Что-то случилось? — обеспокоилась Анэйя, заметив, что Иллитран нервно крутит золотой браслет на запястье.       — Коэффициент полезности вас Холса стремительно падает. Если он так и будет мне мешать, придётся предпринять меры.       Пойти в библиотеку он больше не мог: сложно будет объяснить праздное времяпровождение графу вас Холсу, если вдруг они снова встретятся в коридоре. Сейчас ни в коем случае нельзя было вызывать подозрений.       Терпеливо вздохнув, Иллитран понял, что у него остаётся только один выход: держаться от дроу подальше столько времени, сколько это возможно. У него ещё оставалась надежда на то, что им сложно будет подойти к нему так, чтобы не привлечь внимания окружающих — в конце концов, дроу и эльфы — главные герои местных сплетен.       Этот вывод подарил немного спокойствия.       Иллитран ненавидел чувствовать, как ситуация выходит из-под контроля.       Процесс переговоров представлял собой унылое зрелище. Уже через полчаса Иллитран решил, что на второй этап его не затащат никакими уговорами — пустая трата времени, как и предполагал Латариэль.       Иллитран сидел напротив дипломатов-дроу и старался не встречаться с ними взглядами, чтобы не дать возможности подать себе знак. Один из тёмных эльфов перебрасывался аргументами с Руахэль, в то время как второй со скучающим видом выводил каракули багровыми чернилами. Иллитран прекрасно его понимал: скука смертная. Эти переговоры — фарс, никто из сторон не собирался уступать. Единственным обвинением со стороны эльфов было похищение наследного принца, однако дроу отрицали политическую подоплёку этого происшествия и утверждали, что оно носило личный характер для одного из высокопоставленных лиц. В свою очередь, тёмные эльфы требовали компенсацию за уничтоженный пограничный пост, что Руахэль считала оскорбительным. Иллитран всегда гадал, как Латариэль и Приам смогли вдвоём разобраться с целым постом, но дроу были удивительно скупы на подробности. Он бы решил, что пост был уничтожен во время нашествия нежити, а дроу всего лишь воспользовались возможностью раздуть конфликт, если бы сам Латариэль не признал вину. Однако и он оставил вопрос подробностей без ответа.       Иллитран как раз размышлял, что могло тогда произойти на границе Мирамара и Акрамара, когда обе стороны пришли к соглашению, что им необходим перерыв.       Иллитран медленно поднялся со стула и размял затекшие плечи. Наконец-то пытка скукой подошла к концу! Он принялся собирать в стопку листы бумаги, на которых за всё время не сделал ни единой пометки. Теперь уж точно остался только обед, и больше никакие силы не удержат его от посещения злосчастной библиотеки.       — Вы уронили часть листов, принц.       Иллитран едва удержался от того, чтобы не вздрогнуть, и встретился с рубиновым взглядом посла-дроу. Шею закололи холодные мурашки. Он готов был поклясться, что не ронял никаких бумаг.       — Спасибо, — Иллитран усилием воли заставил руку не дрожать и забрал несколько листов. Дроу невозмутимо проследовал на выход. По какой-то причине от одного взгляда на них бросало в дрожь.       Что это было? Иллитран посмотрел на полученные от посла бумаги. На первый взгляд они казались чистыми, однако под верхним можно было рассмотреть тень просвечивающего текста. Иллитран чуть отстал от делегации и осторожно приподнял этот лист — на слою ниже вырисовывалась короткая надпись багровыми чернилами: «Галерея Северного сада. Полночь».       Во рту мгновенно пересохло.       В этом раунде дроу определённо его переиграли: им не нужно пытаться незаметно подойти к Иллитрану, если он сам придёт к ним.