Гора Луаньцзан или Улыбнись мне, Вэй Ин!

Гора Луаньцзан всегда потрясала своей мрачностью и тяжёлой энергией. Даже сильным заклинателям было трудно здесь, но только не Вэй Ину. Как его только жизненный путь занёс в это гиблое место? Это было крайне несправедливо по отношению к нему! Он всегда улыбался людям и старался помочь, так за что же так? Лань Чжань подавил тихий вздох, поднимаясь вверх. Ему нужно было удостовериться, что Вэй Ин жив. Что тот здоров Второй нефрит уже и не надеялся. В последнее время Старейшина Илин выглядел бледнее обычного и под глазами залегли тёмные тени. Он похудел, чуть осунулся. Какое уж тут здоровье? В груди больно кольнуло. Куда подевался тот солнечный лучик, носящийся по Облачным Глубинам в бытность свою учеником? Куда пропала светлая, сияющая добротой улыбка? Видимо, всё это забрали и унесли с собой кровопролитная война с Вэнями и Тёмный путь. Сердце сдавило сильнее и Лань Ванцзи стиснул зубы, подавляя болезненный звук. Негоже сильному заклинателю позволять себе такое. Рамки правил давили на плечи, стискивали виски, провоцируя мигрень. "- Как ты смог жить здесь, Вэй Ин? Разве тебе не было бы лучше в Юнь Мэне или Гу Су Лань?" - с тоской думал второй Лань, подходя всё ближе к тёмному провалу тесной пещерки, где обретался Вэй Усянь. После последних событий Цзян Чэн и знать ничего о брате не хотел, что тоже не добавляло спокойствия одному из братьев Лань. Раньше у Вэй Ина были родственники, а теперь единственный родной человек отрекся от него. Мужчина в белом неодобрительно качнул головой и окунулся в тёмный проход, исчезая из виду снаружи. Войдя внутрь он застыл в ужасе - на лице бывшего светлого заклинателя не было ни кровинки. Тот сидел и чуть покачивался, нашептывая одни ему понятные слова. Напрягши слух, Лань Чжань уловил отрывки фраз. - Шицзе, прости.. Цзян Чэн, я не хотел, правда, не хотел!. Мадам Юй.. дядя Цзян!. Я.. я.. - по щеке скатилась слезинка, падая в пыль и разбиваясь на мириады сверкающих капелек.. Лань Ванцзи, сроду не видевший, чтобы Вэй Ин плакал, остолбенел. Он не знал, что делать, не знал, куда бросаться в первую очередь - успокаивать Усяня или искать Юаня. А молодой господин Вэй будто и не чуял его. Все так же сидел, сгорбившись, и подрагивал от непролитых, сдерживаемых слёз, шепча извинения в гулкую пустоту. Лань Чжань всё же решился войти и бесшумно ступил внутрь. Он медленно, словно к опасному зверю, подошёл ближе и опустился на колени - плевать он хотел на белоснежные одежды, просто плевать! Он хотел увидеть лицо Вэй Ина, его прекрасные глаза, которые когда-то сияли счастьем и покоем. Сейчас же они всё чаще светились алым - пугающе, непривычно, но всё так же прекрасно. - Вэй Ин.. - тихо и нерешительно, даже робко, окликнул заклинателя Ванцзи. Тот встрепенулся, поднял голову и застыл, сжав губы в тонкую линию. Он явно боролся с собой, стискивая кулаки до побелевших костяшек, неверяще оглаживая взглядом тело адепта Облачных Глубин. Сглотнув, Вэй Усянь приоткрыл рот, выдыхая одно лишь слово. - Прочь. Лань Чжань дёрнулся, как если бы его ударили наотмашь по щеке. Получить в ответ такое было неожиданно больно и грустно. Кое-как справившись с трепыхающимся от волнения сердцем, Ванцзи попробовал ещё раз. - Вэй Ин, я здесь, чтобы помочь тебе.. Но закончить ему не дали. Его бесцеремонно перебили и снова он получил в ответ то же, только более громкое "Прочь!". Огненный цветок в груди жёг и кололся, беспощадно выжигая надежду. - Но, Вэй Ин, пожалуйста.. - хоть лицо и осталось непроницаемым, в янтарных глазах плескалось отчаяние и вера, надежда и боль. Лань Чжань будто хотел передать вглядом просьбу не гнать, позволить остаться, дать помочь. Но вновь услышал. - Прочь! Или ему слышится, или в голосе говорящего и правда нет гнева? Только усталость, тоска и.. страх? Но.. чего может боятся Вэй Ин? Лань Чжань прикусил губу, комкая в ладони край рукава. А Вэй Усянь неожиданно взорвался. - Ну, что ты за человек такой?! Прочь, прочь тебе говорят! Глупый, глупый Лань Чжань! Голос Вэя дрожал от эмоций, как и его пальцы. На щеках появились пятна румянца, но слишком яркого, будто вызванного жаром. Ванцзи смотрел и не мог оторвать взгляд от серебристой радужки, ожидая продолжения, которое не преминуло последовать. - Дядя Цзян, мадам Юй, шицзе и шиди, Вэнь Нин и Вэнь Цин.. все они пострадали по моей вине, из-за меня! Я хотел их защитить, но не смог! Я.. я прошу тебя уйти, Лань Чжань, пожалуйста! Я знаю, ты ненавидишь меня, но послушай моего совета, хватай Юаня и бегите подальше, умоляю тебя! Послушай меня хоть раз в жизни.. Голос Усяня стал тих и безнадёжен. Он был опечален и подавлен, один в кругу боли и потерь. По блеску в глазах Вэй Ина, Ванцзи понял, наконец, из-за чего тот так яростно гнал его. - Ты.. - Теряю контроль, да! - неожиданно рявкнул Старейшина Илин и еле слышно охнул, - Я.. я не сдержал обещания, Лань Чжань. Нет мне веры и прощения. Уйди, пока не поздно, пока ещё можешь, прошу, уйди! Лань Чжань схватил молодого мужчину за запястье, мягко сжимая и заглянул в глаза, начиная догадываться, что тот задумал. От шока у него свело горло и он издал невнятный сип. Он был настолько потрясён, что как-то пропустил мимо ушей слова о ненависти. - А ты? Как же ты? От грустной улыбки и решительного взгляда у Ванцзи тревожно ёкнуло сердце. И темный заклинатель только подтвердил его опасения, нарочито легкомысленно отвечая. - А что я? Я останусь здесь. Всегда было интересно, что чувствует человек, когда на него нападают лютые мертвецы. -Ты!. Даже в этой ситуации он шутил. Мрачно, несмешно, но он шутил! Лань Чжань на секунду прикрыл глаза, а потом рывком притянул Усяня к себе в объятия. - Ты невозможный, безрассудный, благородный.. как я могу оставить тебя здесь?. - беспомощно прошептал на ухо застывшему в неудобной позе Вэй Ину Ванцзи, утыкаясь лбом в плечо, - Ты всегда.. Усянь сглотнул, облизывая губы. Он и не думал что всегда сдержанный в своих поступках Лань Чжань вытворит такое! Но это.. волновало. И будоражило всё естество, вновь пробуждая надежду, что есть ещё те, кто могут хотя бы терпеть его рядом с собой. Горько, зато правдиво. Не выдержав застывшей в стенах пещеры тишины, мужчина тронул светлого заклинателя в белоснежных одеждах за плечо. - Что, Лань Чжань? Тот отвёл глаза, отворачиваясь, из-за чего показался порозовевший кончик ушка, выглядывающий из-под волны чёрных блестящих волос. У Вэя дрогнули уголки губ, будто бы тот хотел улыбнуться. Лань Чжань совсем не изменился.. - Ты всегда улыбался. Даже когда никто не мог, ты улыбался всегда - глазами, губами, телом. В твоих движениях скользила уверенность и сила, но ты всегда был одинаково добр ко всем, кто заслуживал твою доброту. И помогал, кому мог и хотел помочь. Я.. я соскучился по твоей улыбке, Вэй Ин. Не вымученной, не искусственной, а настоящей. Такой, когда загораются твои глаза и светится лицо. Прошу, позволь мне забрать вас с собой, в Гу Су! Я.. хочу снова увидеть тебя счастливым.. Лань Чжань не смотрел на Вэй Ина, поэтому и не увидел, как дрогнули его брови и покатились по щекам солёные капли. Тот и сам не заметил. Он просто сидел на холодном полу в руках Второго нефрита и тихо плакал, глотая всхлипы. Он и подумать не мог, что Лань Чжань подмечает такие детали. Вэй Усянь вообще считал, что тот на него внимания не обращает и не смотрит никогда! А тут такие откровения! От потрясения клубящаяся внутри энергия улеглась, позволяя вновь чувствовать себя собой, а не кувшином, наполненным до краев опасной гадостью - чуть заденешь и пиши пропало! Пока Вэй Ин безуспешно боролся с потрясением - оно выигрывало по всем фронтам - один предательский звук преодолел преграду плотно сомкнутых губ и Усянь всхлипнул, тут же испуганно икая. Лань Ванцзи вскинулся, скользя взглядом по влажным щекам. Он протянул руку, стирая солёные дорожки, поглаживая мужчину по спине. Он чувствовал тонкую дрожь, проходящую по позвоночнику от попыток нормально вздохнуть, а не охнуть. - Ты совсем меня не бережешь, Лань Чжань! Как можно говорить такое, не предупредив? Я ведь всегда думал, что раздражаю тебя и ты хочешь избавиться от моего общества! - воскликнул Вэй, прижимаясь к пальцам щекой. Было тепло и на удивление уютно - запах сандала легко окутывал фигуру в черном, защищая и умиротворяя. Стало так хорошо и спокойно. Отошли на задний план трудности с контролем тёмной энергии, заботы и тревоги. В груди, впервые за долгое время, появилось ощущение тепла. Ванцзи наклонился, прижимаясь губами к макушке, мягко целуя. Такой Вэй Ин нравился ему гораздо больше изможденного и уставшего. Пусть он и любил его любым, но лучше уж тот будет здоровым и отдохнувшим. Заклинатель в его руках тихо закопошился, тыкаясь носом в отвороты белого ханьфу. Он будто попал в детство, когда его так обнимали сначала родители, а потом дядя Цзян и шицзе. Только пахло теперь не лотосами, сандалом. На удивление тёплый, солнечный запах, который пряно оседал на корне языка. Судорожный вдох наполнил лёгкие новой порцией свежести, рассеивающей затхлость пещерного воздуха. Вэй Ин нехотя отстранился и предпринял новую попытку выгнать Лань Ванцзи с Луаньцзан. Он не хотел, смертельно не хотел, чтобы Лань Чжань оставлял его. Он скучал, видят боги, он так скучал! И теперь, когда сбылись его полуночные и невероятные чаяния, когда Ванцзи здесь, он должен оттолкнуть его. Он слишком сильно извалялся в саже всеобщего неодобрения, чтобы теперь пятнать собой белоснежного нефрита. - Лань Чжань, послушай.. признаю, я тоже скучал, но.. "Ты должен уйти, потому что я могу запятнать твою репутацию" - не прозвучало. Вэй Усянь просто банально не успел это сказать - Ванцзи, сверкнув медовым золотом глаз, притянул того к себе и нежно заткнул поцелуем. Вэй слабо трепыхнулся, не делая активных попыток вырваться. "- Я точно снова сплю. А когда проснусь, снова останусь один.." - когтистая лапа сжала сердце, но заклинатель в чёрном не позволил ей зайти дальше, отвечая на поцелуй, - "Пусть так, но у меня останутся воспоминания и Вэнь Юань. Я нужен ему, из-за меня он остался один.. а пока, раз я сплю, хоть нацелуюсь вдоволь!" И он приоткрыл рот, впуская чужой мягкий язык, на некоторое время забывая, точнее, позволяя себе забыть, кто они и почему им нельзя этого делать. Просто окунаясь в чувство нежности и ласки, жадно впитывая всё то, чего ему так не хватало. Ему не хватало Лань Чжаня. Вэй давно смирился со своей тягой к нему. Потом он долго переваривал открытие, что хочет увидеть, как тот улыбнется ему. Не кому-то, а именно ему. Дальше хуже - Усяню стало остро не хватать молчаливого и собранного адепта в траурных одеждах (так их называли, но Вэй Ин не был согласен с подобным утверждением, пренебрежительно фыркая - "Они просто белые, нормальный цвет.."). А потом.. потом случился Безночный город, толпы мертвецов и его ошибки, которые стоили жизни дорогих ему людей. Он и его любовь, которую Вэй Ин старательно прятал за тысячей улыбок, остались не у дел. Зачем такому, как Лань Чжань, такой как он? У Второго нефрита должна быть примерная, любящая жена, прекрасные детки и милый домик в поле горечавки в Гу Су, а не он, с измаранными по локоть руками и сложным прошлым! Он будет тянуть Ванцзи за собой на дно, подобно водным гулям, а это не то, чего заслуживает такой заклинатель, как Лань Чжань. Тот достоин лучшей жизни, лучшей судьбы без тёмного пятна, коим он, Вэй Ин, несомненно является. Но он подумает об этом позже, а сейчас его целует тот, кого он любит уже долгое время, пусть и без взаимности. Лань Чжань, будто почувствовав изменения в настроении, слегка куснул пухлую губу и остранился, заглядывая Усяню в глаза. - Прекрати думать, мешаешь. Вэй удивлённо приоткрыл рот, выдыхая тихое и потрясённое "о". Прохладные тонкие пальцы коснулись теплых щек и проведя по скулам вверх, обхватывая лицо напротив. На губах появилась счастливая улыбка, обладатель которой этого даже не заметил, занятый другими, более приятными вещами. - Так, это не сон? И не бред от искажения Ци? Я сейчас в сознании, и ты.. Лань Чжань, ты правда поцеловал меня! Гэгэ, это правда, по-настоящему правда! Ванцзи снова дрогнул, одной рукой притягивая ладную фигуру к себе на колени, а другой прижимая прохладную ладошку к щеке сильными пальцами. Мужчина в белом на секунду замер, будто борясь с собой, а потом попросил. - Сделай так ещё раз. Радостное выражение сменилось на озадаченное - Вэй Усянь честно пытался понять, чего от него хочет Лань Чжань. Раздумья ни к чему его не привели и он осторожно поинтересовался, чуть поглаживая скулу кончиками пальцев. - Сделать как, Лань Чжань? У заклинателя с узорами облаков на белом ханьфу опять вспыхнули ярким цветом кончики ушей. - Улыбнись и позови меня, Вэй Ин. Хочу слышать тебя, - сказал Ванцзи, оставляя мимолётное касание в уголке чуть припухших губ. При виде этого рта на нефрита нападало почти непреодолимое желание целоваться. Сначала это шокировало, потом раздражало, а позже вынуждало грустить. Он не сдержался лишь раз, на горе Байфэн, о чём, честно признаться, ни капли не жалел! Пока Ванцзи предавался приятным воспоминаниям, Вэй Ин старательно вспоминал, как дышать. Он задыхался от щемящей нежности в груди и пытался что-то сделать со своим глупым сердцем, которое словно сошло с ума, колотясь в груди так быстро и громко, будто хотело проломить рёбра. Когда мужчина смог справиться с собой, он тихо рассмеялся, улыбаясь. - Лань Чжань, гэгэ, ты невозможен и так жесток! Ты заставляешь меня краснеть! Подумать только, самый правильный заклинатель Гу Су Лань вгоняет в краску Старейшину Илина! А ведь, по слухам, я тот ещё бесстыдник! Сам ведь так говорил, а-Чжань! У Лань Ванцзи закружилась голова. Из-за того, как Вэй Ин произносил "гэгэ" - тянул гласные, выговаривал с придыханием, улыбаясь глазами, - у Ванцзи кружилась голова и поднимала голову страсть. Встряхнув головой, мужчина прижал Вэя к себе и ткнулся носом в изгиб шеи, втягивая еле уловимый аромат лотосов. К нему примешивался ещё какой-то, но очень слабый, тонкий, похожий на благовония. Не в силах больше бороться с желанием коснуться кожи, Лань Чжань потерся носом и прижался губами ровно там, где шея переходила в плечо, чуть выше ворота. Язык прочертил тонкую влажную полосу, а чуть сжавшиеся зубы оставили маленькое розовое пятнышко, практически незаметное, если не знать, куда нужно обратить свой взгляд. Вэй Усянь только ахнул, запуская пальцы в мягкие пряди и бережно обхватывая затылок. Это было неожиданно приятно. Он, конечно, читал множество разной литературы, среди которой затерялась парочка с весенними картинками, но подобного он не видел нигде. Заклинатель с алой лентой в волосах почувствовал острую потребность продолжения, но заставил себя хоть немного разогнать туман в голове и легонько потянул Ванцзи за волосы, осторожно оттягивая мужчину от облюбованной шеи. - Лань Чжань, погоди, остановись! Ты же пожалеешь.. - с горечью пробормотал Старейшина Илин, пряча глаза, - Тебе вообще опасно находится здесь. И для твоего Золотого ядра, и для твоей репутации. Послушай меня, я - не тот человек, что может быть рядом с тобой. Так будет лучше.. И его снова перебили. На этот раз Ванцзи ограничился укусом в ключицу, так соблазнительно выглядывающую из-под вороха сбившейся одежды. С довольным вздохом младший Лань чуть отстранился, любуясь делом губ своих, и перевел взгляд на лицо потрясённого Вэй Ина. - Вэй Ин, меня это давно не пугает. Больше всего я боюсь потерять тебя и Юаня. Я никогда не буду сожалеть о близости с тобой. Я.. Ванцзи покраснел, смущаясь того, что хотел сказать и ради чего вообще пришёл сюда, но всё же нашел в себе силы продолжить. - Я люблю тебя, хочу тебя, не могу без тебя. Сердце радуется при виде тебя.. На Вэй Ина страшно было смотреть. Он кусал губы, бледный и дрожащий. Пальцы выскользнули из шелковистого водопада волос, впиваясь подушечками в плечи. Он с болезненной надеждой вглядывался в яркие, цвета теплого янтаря и сияющего золота глаза напротив, будто ища там что-то, ведомое ему одному. То ли Усянь там что-то нашёл, то ли просто уверился, что ему сказали правду, он бессильно обмяк, будто из тела разом вынули все, до единой, кости. Ткнувшись, как слепой котенок, носом в румяную от признания щёку нефрита, Вэй Ин дрожаще выдохнул, слабо шепча. - Я же просил тебя предупреждать. Ты совсем не щадишь моё бедное сердце. Из-за тебя оно чуть не остановилось от счастья.. Лань Чжань понял, о чём говорил Вэй Ин, ведь только что его собственное сердце глухо стукнуло внутри, посылая приятно-колкие мурашки. - Я.. могу считать это за ответ? - на него, совсем как раньше, когда не было ещё познано боли потерь и горечи утраты, смотрели ясные серебристые глаза, сияя уверенностью и чем-то ещё, что передать одним словом было невозможно. - Люблю тебя, хочу тебя, не могу без тебя, - ответил его словами Усянь и сам потянулся за поцелуем, обвивая руками шею Ванцзи. Тот с тихим выдохом принял пожелание любимого к сведению и поторопился выполнить его, вновь впиваясь в нежные губы уже более напористо. Ответом ему послужил довольный стон и скользнувший по нижней губе язык. Рыкнул Лань Чжань случайно - от переизбытка чувств, но Вэй Ин не испугался, напротив - только прижался ближе и снова поддразнил языком. Что ж, Второй нефрит всегда знал, что напугать Усяня было непросто. Он и не стремился к этому, просто не смог подавить горловой звук, когда Вэй чуть пососал кончик его языка, после мягко прикусывая. Лань Ванцзи вообще всегда сложно давался самоконтроль, когда Вэй Ин хотел его "растормошить". И этот раз не стал исключением. Они так и сидели, будто вплавившись друг в друга. Губы саднили от постоянных поцелуев, дыхание было сбито, глаза сияли радостью и желанием. Шея и ключицы Вэй Ина были в розовых пятнышках, у Лань Чжаня на плече ярко алела метка, оставленная губами тёмного заклинателя. Тот очень долго и старательно зализывал след своей несдержанности, заставляя Ланя тихо постанывать. Они оба хотели большего, и если Вэй Ин был готов на решительные действия прямо сейчас, то Лань Чжань хотел, чтобы Вэю было удобно, а каменный пол трудно назвать удобным. - Вэй Ин, давай уйдём отсюда? Я спрашивал брата, мы можем жить в моем Ордене. Это не потому, что я хочу затащить тебя в место, где принято следовать правилам, просто там и ты, и Юань в большей безопасности, чем тут. Я хочу быть уверен, что ты будешь жив и здоров. Не знаю, как я буду жить без тебя. (прим. автора - Я знаю как, лучше не надо, тебе не понравится, уверяю! Так что хватай и галопом в Гу Су!) Вэй Усянь тихо вздохнул. Он понимал Лань Чжаня и понимал его опасения. Он уже несколько раз отказывал ему, причиняя тем самым боль. Так что могло помешать ему согласиться? Только собственное упрямство! А с ним уж он как-нибудь справится, он уверен. Уже всё для себя решив, Вэй Ин погладил Лань Ванцзи по щеке, оставляя на ней поцелуй. - Хорошо, я пойду с тобой в Гу Су. Паинькой быть не обещаю, но постараюсь не слишком привлекать внимание. Почти встав с таких удобных колен, Вэй вдруг встрепенулся. - Точно же! Я ведь забыл тебе сказать! Я уничтожил Стигийскую Печать. Теперь никто не сможет управлять мертвецами с её помощью. Так будет лучше. Лань Чжань склонил голову, согласно кивая. - Мгм. Его лаконичный ответ развеселил Усяня и тот громко захохотал, из-за чего с потолка осыпалось пару мелких камушков. - Лань Чжань, Лань Чжань! Ты снова в своём репертуаре! Неужели мне снова придется клещами вытягивать из тебя слова? Ванцзи только неопределённо хмыкнул, слушая новый взрыв хохота и наслаждаясь звонким смехом. То, по чему он так скучал, вернулось к нему. Тот, кого он так хотел видеть рядом, шел с ним рука об руку и что-то весело щебетал - о Юане, о Вэнь Нине, об их совместных играх и забавных случаях, игнорируя грустные и печальные. Собрался Вэй Ин быстро - из нехитрого скарба у него была флейта, пара сменных одежд, мешочек с деньгами, ребенок и осел. Вэнь Нин хоть и был сокровищем, по мнению Усяня, в эту категорию не вписывался. Он сначала порывался остаться на Луаньцзан, но Вэй Ин запретил ему это делать и против слова Старейшины тот оказался бессилен. Он, конечно, пытался, но Усянь не дал ему и шанса, сказав: - Я уже один раз обещал твоей сестре, что смогу вас защитить и не сдержал обещания. Так позволь хоть сейчас как-то обезопасить тебя! Больше у Вэня слов для возражений не нашлось. Так они и ушли, оставляя за спинами запечатанную мощным щитом проклятую землю, на которой остались призванные Вэем со всей округи лютые мертвецы. На то, чтобы поставить подобный барьер ушла почти вся темная энергия и Вэй Ин вздохнул с облегчением - держать её в себе было трудно. А уж последние несколько месяцев и вовсе невыносимо из-за страха о повторном инциденте потери управления над силой. Теперь он был за это спокоен. В закатных лучах яркого солнца появились три фигуры людей и одна животного. Молодой мужчина в белом вел ослика за поводок, а на спине осла сидел мужчина в черном, придерживая маленького мальчика в простом, но хорошо выглядящем наряде. Рядом с ними, то тут, то там мелькала тень, прячась в перелеске, но маленькую компанию это не пугало. Мальчик игрался с алой лентой в волосах сидящего позади молодого человека, а тот что-то весело рассказывал идущему рядом с ними заклинателю в белом. Тот чуть улыбался уголками губ и каждый раз, когда он так делал, рассказчик замолкал, с восхищением любуясь этой еле заметной улыбкой. Теперь он верил, что не один, что нужен. И знал, что всё будет хорошо.