Гора Луаньцзан или Улыбнись мне, Вэй Ин!

Лань Чжань точно должен был догадаться, что так и будет. Он слишком хорошо знал Вэй Ина, чтобы не заподозрить того в чём-то подобном! Но, как показала практика и долгие года знакомства этот чертёнок прекрасно маскировался под ангела, а потому волей неволей перестаёшь ожидать чего-то дьявольского. Но иначе, как дьявольским, Ванцзи не мог это назвать! Его планомерно, шаг за шагом, изо дня в день испытывали на прочность моральных принципов, выдержку и умение сдерживать свои желания. А если по-человечески, его просто соблазняли. Изощрённо, искусно и постоянно! Все началось в закусочной в ближайшем городке. Вэй Усянь предложил переночевать в нормальных условиях, а после, с утра, выдвигаться в дальний путь. Тем более, что запасы еды и питья надлежало пополнить, чего на Луаньцзан, увы, сделать было нельзя. С мнением старшего согласились - Лань Чжань промолчал, что тоже приравнивалось к согласию - и направили свои стопы сначала перекусить, а потом уже поинтересоваться, где можно снять пару комнат на ночь. Вэнь Нин попрощался с ними у городских ворот, намереваясь пойти вперед и разведать местность, заодно подчистив здешние места от нежити. Вэй Ин, наказав ему быть осторожным, отпустил лютого мертвеца, всё же слегка волнуясь за его благополучие. Двое взрослых и ребенок с осликом довольно быстро нашли место, где можно было и поесть, и переночевать. Закусочная находилась в удобном чистом месте, приветливо встречая посетителей распахнутыми дверьми. Сделав заказ, Ванцзи и Усянь заговорили о чём-то своём вполголоса, не мешая Юаню что-то рисовать на пергаменте, который Лань Чжань пожертвовал ребенку для своих нужд. Как только листик заполнился рисунками наполовину, им принесли еду. И тут Лань Ванцзи понял, что попал прямиком в преисподнюю. Вэй Ин и до этого ел аккуратно и быстро, хоть и грешил тем, что не мог делать это молча, но сейчас.. сейчас он не издал ни звука, с величайшей осторожностью подхватывая кусочки острого мяса и довольно щуря глаза. Язык юрко облизывал губы от перца, что лёгкой пылью оседал в уголках. Сами губы, чуть покрасневшие от острой приправы, обхватывали кусочки медленно, дразняще. Тонкие пальцы уверенно сжимали палочки, поднося новый ломтик ко рту и расслаблялись, стоило тому оказаться внутри. Но самое ужасное и распаляющее страсть зрелище Вэй Ин приберег на потом! Когда принесли кувшин вина Лань Чжань чуть расслабился. Больше пыток с применением еды не предвиделось. И хорошо, потому что дышать было трудно, а уши, скрытые волосами, пылали. Ему необходима передышка, чтобы успокоить сердце и мятущийся дух. О телесных волнениях и говорить нет смысла.. Вэй Усянь проявил милосердие ровно до первой чарки вина - этого времени как раз хватило Второму нефриту, чтобы восстановить дыхание и договориться с собой. Но все договора разлетелись вдребезги, когда Вэй Ин взял в руки тонкий фарфор. Он отслеживал пальцами узоры, обводя кончиками вензеля, он поглаживал бока, мягко касаясь края губами, когда отпивал глоток. Последним и чуть не ставшим роковым движением было покусывание тонкого края чаши. Вэй Усянь будто бы знал, как на благородного мужа действуют его движения и прикусил край ровно в тот момент, как их глаза встретились. А потом, добавляя масла в огонь, лизнул место "укуса", оставляя блестящее пятнышко. Лань Ванцзи прикрыл глаза и начал перечислять в уме правила, стараясь хоть так напомнить себе, где он находится и что они тут делают. С этого момента, как он понял, его ожидает трудный путь. О, как же он был прав! В каждом городе, где они обедали повторялось всё то же самое, разве что с каждым разом пытка становилась всё многогранней и изящней, а терпение потихоньку шло на убыль. Последнюю неделю пути Ванцзи постоянно был в напряжении - то Вэй Ин ненароком распахнёт ворот в дороге - жарко, то начнёт прижиматься к спине Ланя - мол, холодно. А один раз так и вовсе на привале заполз под бок и там и спал до самого утра, обвив светлого заклинателя руками и ногами. Когда они вошли в Цайи, Лань Ванцзи смог выдохнуть - Вэй Ин больше не лип к нему и пообедал вполне благопристойно. Даже не посмотрел на него ни разу. Это немного расстроило, но младший из братьев Лань сам одернул себя - разве пристало благовоспитанному заклинателю сожалеть о таком? Хотя Лань Чжань уже хотел увидеть, как Вэй Ин, стараясь и показывая только ему, мягко лизнет кончики палочек, собирая сок, оставшийся от душистого и приправленного нежного мяса. Или аккуратно втянет в рот небольшую веточку сочной зелени облизывая губы и зазывая попробовать. "Ну же, Лань Чжань! Это ведь так вкусно!" Лань Ванцзи точно знал, что губы Вэй Ина в тысячу раз вкуснее любого блюда, будь то острые специи или самая изысканная сладость. И он хотел снова попробовать, снова поцеловать их. Обласкать каждую, лизнуть, прикусить. Смять своими, чтобы потом, извиняясь за несдержанность, медленно и мягко касаться в новом поцелуе. - ..Чжань! Лань Чжань! Лань-гэгэ! Лань Чжань вздрогнул, расширившимися глазами смотря на зовущего. Вэй выдохнул и улыбнулся. - Ну, наконец-то! Лань Чжань, о чём ты так задумался, что не услышал, что я тебя зову? Его спрос проигнорировали, и как Лань Ванцзи можно в этом винить? Он еле протолкнул в лёгкие воздух, когда услышал, как его позвал Вэй Ин. У него и от "гэгэ" шли мурашки, вынуждая стискивать пальцами рукава, сминая ткань, а уж когда Усянь позвал его так.. - Как ты меня назвал? - всё же он не мог поверить, вдруг он ослышался? Вэй Ин моргнул и чуть насупил брови, вспоминая. Его лицо посветлело, а глаза заискрились лукавством. Невозможный рот расплылся в улыбке, а губы отчётливо выдохнули. - Лань-гэгэ! Определённо, Вэй Ин не должен так называть его на людях. Наверняка нет. Потому что это так сильно действует на него и Ванцзи не уверен, что сможет вести себя благопристойно, если Усянь решит продолжить. Даже сейчас ему трудно удерживать себя от того, чтобы не схватить заклинателя с алой лентой в охапку и утащить к себе в цзинши, где никто их не увидит и не сможет помешать. Желание жгло кончики пальцев и плескалось на дне радужки. Трещали последние крепости здравого смысла, грозясь рухнуть сию же минуту, раскатываясь по кирпичикам. Видят боги, как он устал осаживать себя, как устал терпеть! Губы горели, мечтая расцеловать его всего, объять собой. С трудом и титаническими усилиями выпутавшись из тумана приятных мечтаний, Лань Ванцзи уже более осмысленно посмотрел на Вэй Ина и наткнулся на такой же взгляд - горящий, желающий, обещающий. Тихий отчаянный звук выскочил вместе со вздохом, смущая. Уже Усянь нашёл его ладонь своей и мягко сжал, шепча. - Я тоже, Лань Чжань. Я тоже. Но нам нужно сначала отвести Вэнь Нина и Вэнь Юаня в безопасное место. Лань Ванцзи еле подавил желание рыкнуть "Если нужно, то не провоцируй меня!", но только молча кивнул, переводя взгляд на беспечно играющего а-Юаня. Тот и не подозревал, что за накал страстей тут происходит. Оно и к лучшему. В рекордные сроки расправившись с обедом, путешественники выдвинулись в путь. Подъем на гору был сложным в основном из-за крутой тропки, так что решилось все довольно быстро и безболезненно - Юаня было решено посадить на ослика, а взрослые пойдут своим ходом. Вэнь Нин сопровождал их почти до самой вершины, но рядом со входом в Орден простился. - Мне не страшна жизнь в лесу, не бойтесь, - успокаивал Вэя Вэнь Нин, размахивая руками, - тем более, что от меня может быть польза, буду распугивать нежить, чтобы не подбиралась слишком близко. Немного успокоенный Вэй Усянь обнял а-Нина и шутливо попросил. - Оставь немного детям на охоту, ладно? Если бы Вэнь Нин мог, он бы улыбнулся, а так только кивнул и скрылся в чаще. На этом прощание было окончено и заклинатели вступили на земли клана. Появление Вэй Ина произвело фурор - на него смотрели с ужасом, любопытством, презрением, как угодно, но равнодушным он не оставлял никого. Навстречу им вышел Лань Хуань, нынеший глава Ордена Гу Су Лань. Он поприветствовал брата и его спутника, после чего те оказали ответную любезность. Когда все формальности были соблюдены, Сичэнь пригласил их обоих к себе в кабинет, чтобы спокойно переговорить. Вэй Усянь взял на руки Юаня и вошёл в комнату. - Досточтимый глава Ордена, представляю вам моего названного сына - Вэнь Юань. Я присматриваю за ним и воспитываю его. Если вы позволите нам, мы останемся на землях Гу Су Лань, если нет, мы уйдем. Не хочется вас обременять. Лань Сичэнь перевел взгляд на брата и ничуть не удивился, когда в его глазах прочёл твердую решимость. "Брат, если уйдёт Вэй Ин, я уйду вместе с ним" Что ж, он ничего другого и не ожидал. - Я рад приветствовать вас на землях Гу Су Лань, господин Вэй, - улыбнулся заклинателю старший брат, с теплотой глядя на малыша. Юань смутился и спрятал личико в складках чёрного ханьфу под тихий смех Усяня. - Глава Ордена, вы засмущали мне ребёнка, - со смешком выдал Вэй Ин и облизнул пересохшие от волнения губы. Пусть внешне он совсем не волновался, внутри его раздирали сомнения. Но теперь он спокоен. Лань Ванцзи еле заметно вздрогнул и с усилием отвёл взгляд от ярких губ. Лань Хуань, окинув обоих взглядом, понимающе улыбнулся и мягко рассмеялся. - Я прошу прощения, постараюсь больше не смущать маленького господина Вэня. А-Юань, хочешь, я покажу тебе кроликов? - спросил он, исподволь замечая удивление, проскользнувшее в глазах тёмного заклинателя. Тот, видимо, не ожидал, что его давний подарок Лань Чжаню - парочка кроликов - прочно обоснуется на территории Облачных Глубин. Лань Сичэнь мысленно улыбнулся - Лань Ванцзи собирал всё, что когда-либо дарил ему Вэй Усянь. Со временем у него собралась целая шкатулка разнообразных вещей, которую он не давал трогать никому, даже ему или дяде, что очень злило и расстраивало последнего. - Кролики? - встрепенулся Юань, выпутываясь из черной ткани и обращая свой взор на старшего из братьев Лань. Тот серьезно кивнул, в то время как глаза искрились смехом. Маленький мальчик поднял голову и робко спросил, дёргая за рукав. - Братец Сянь, можно? Я очень хочу посмотреть на кроликов! Обращение "Братец Сянь", сказанное звонким детским голосом тяжело осело в голове Ванцзи. Он по новому взглянул на мужчину в чёрных одеждах, держащего на руках малыша. Это был уже не тот сорвиголова, который носился по Гу Су раньше, это был взрослый, зрелый человек, с ласковой улыбкой просящий ребёнка вести себя хорошо и слушаться главу Ордена. Да, Вэй Ин вырос, но в душе все равно всегда был тем самым бесстрашным озорным мальчишкой, падким на баловство. Вот и сейчас, стоило им выйти на улицу и направиться в домик Лань Чжаня, как неугомонный Вэй Ин решил поозорничать. Он поймал ладонь Ванцзи в свою и принялся мягко поглаживать его пальцы, чуть сдавливая ладонь. Нехитрая ласка будоражило естество младшего Ланя, была приятна и ненавязчива. Но стоило им скрыться за дверью, как Вэй Усянь притянул руку к губам, обхватывая средний и указательный палец губами. Уши сразу же занялись ярким румянцем, выдавая Ванцзи с головой. - Вэй Ин, что ты.. - начал было он, но так и не договорил, утопая в глазах напротив. Вэй медленно втянул фаланги глубже, огладил языком, забрался им между пальцев и погладил тонкую перепонку кожи у самой ладони. Ванцзи ощутимо дрогнул, не делая попыток отобрать руку. Усянь усмехнулся и чуть прикусил подушечки, старательно зализывая места покусываний. Он ещё несколько минут игрался, то выпуская пальцы на свободу с тихим хлюпаньем, то втягивал обратно. Прочертив напоследок линии вен по внутренней стороне бледной длани, Вэй Ин неотрывно глядел в янтарные глаза. А потом он начал говорить и Лань Чжань пропал. - Знаешь, гэгэ, я надеялся, что ты всё-таки уступишь место желаниям. Но ты, как истинный воспитанник Гу Су Лань сдержался. А что было делать мне? Ведь каждый раз, когда творил все то непотребство, я в красках представлял, что делаю это с тобой! Где ласкаю, как прикасаюсь.. Лань Ванцзи не смог подавить стон, да и не хотел. Зачем? Когда ему говорят.. такое! - Бесстыдник! - выдавил он, проводя пальцами по губам, чуть толкая их внутрь, не настаивая, дразня. Теперь застонал Вэй Ин, облизывая губы и задевая подушечки кончиком языка. - Лань-гэгэ, ты жесток! Из-за тебя я каждый день рано просыпался, чтобы убедиться, что мне всё это не приснилось. Вскакивал затемно, чтобы полюбоваться тобой и оставить поцелуй на щеке. А потом, сколько хватало сил, я лежал, слушая твоё сердцебиение. Вот так, - и губы Усяня прижались к быстро бьющейся венке на запястье, чуть просвечивающей сквозь кожу. Лань Чжань задохнулся, чувствуя, как сжалось горло. Он с трудом сглотнул, пропуская воздух с невнятным тихим всхлипом. Значит, не приснилось, значит, не почудилось! Вэй Ин и правда каждое утро целовал его в щеку, а потом прижимался губами к венке на запястье, отсчитывая удары. - Я.. я хотел представить тебя дяде и брату, - чуть хрипло выдохнул Ванцзи, перехватывая руку Вэй Ина и целуя ровно в центр ладошки, - представить как спутника жизни на тропе самосовершенствования. Яркие глаза внимательно следили за малейшим изменением на лице Усяня, но того, что тот сделал, Лань Ванцзи никак не ожидал. Тот выпустил руку нефрита из ослабевших пальцем и привалился спиной к стене. - Лань-гэгэ.. ты меня с ума сводишь.. - хныча, как маленький ребёнок, протянул Вэй Ин, протягивая руки к заклинателю в белом, - То есть, ты хотел, чтобы я терпел до нашей свадьбы?! Как это жестоко! Я бы не вынес столько, Лань Чжань! С тихим рыком сильные руки подхватили изящное тело, поднимая повыше и устраивая на талии. Лань Ванцзи целовал чуть кривящийся от текущих слёз рот, языком собирал солёные капли и стирал дорожки, успокаивая любимого. - Вэй Ин.. - Да, Лань Чжань! Да! Я буду твоим спутником жизни, я хочу самосовершенствоваться с тобой! Клянусь, что стану тебе хорошим мужем. Я люблю тебя.. Лань Чжань сморгнул влагу с глаз, не позволяя той превратиться в слезы. Вэй Усянь мягко потерся носом о щеку будущего супруга и прикусил алую мочку, жарко выдыхая на ухо. - Сделай меня своим, мой милый а-Чжань. Это было последней каплей, гулко упавшей на чашу весов и разбившей вдребезги самоконтроль Второго нефрита. Тот окинул Вэя взглядом, полным голодного желания и прихватил зубами ткань верхнего одеяния, сдвигая её и открывая себе больше горячей кожи. С наслаждением проведя по изгибу шеи, мужчина обновил свою метку, добившись тихого оханья и спустился ниже, исследуя ключицы и вновь расцвечивая их розовым. Пальцы Усяня скользнули в волосы, распуская прическу, отшвыривая заколку вон, с удовольствием пропуская пряди сквозь пальцы и чуть сжимая в моменты, когда было особенно приятно. Пальцы подрагивали каждый раз, когда на коже появлялось новое бледно-розовое пятнышко или проходился влажным касанием тёплый язык. Ванцзи вновь стал стягивать одежду, не убирая ладоней с бёдер. Те и там прекрасно размещались, поглаживая и сжимая кожу сквозь ткань. Изредка то одна рука, то вторая спускались на ладные ягодицы, растирая и разминая упругие половинки. Вэй Ин стонал, притягивая голову Лань Чжаня к груди, на которой хозяйничали горячие губы, играясь с бусинами сосков. Дорвавшись до желанного, нефрит не собирался отступать и мучил несчастные сосочки как мог - прикусывал, посасывал, перекатывая между губ на языке. В результате заклинатель добился того, что соски припухли и порозовели, чувствуя даже малейшее дуновение ветра, посылая вниз искры удовольствия. Усянь с недовольным хныканьем оттянул Лань Ванцзи от своей груди, тяжело дыша и непрестанно облизывая губы. - Гэгэ, я тоже хочу! Позволь коснуться тебя, я так хотел доставить тебе удовольствие, я несколько недель мечтал об этом! Я представлял, как зацелую тебя, вылижу шею и ключицы, поласкаю пальцами грудь, обведу языком все кубики пресса на твоём животе.. как буду ублажать тебя ртом.. Горячечный шепот ввинчивался в уши, не позволяя себя игнорировать или забыть. Он искушал, молил и обещал. Лань Ванцзи вновь поцеловал Вэй Ина, тем самым добившись глухого постанывания в губы. Руки оставили пряди, вцепляясь в белую ткань в порыве стянуть, убрать любые преграды. - Лань-гэгэ, пожалуйста, - беспомощно прошептал Вэй Усянь, крепче сжимая бедрами талию держащего его нефрита, - мне очень-очень нужно! Лань Чжань медленно вдохнул, прогоняя красную пелену и медленно двинулся в сторону ложа, осторожно ступая. Процесс затруднялся активностью Усяня - тот постоянно норовил огладить его или поцеловать, сплетая их языки, что, ясное дело, концентрации внимания на передвижении не способствовало совсем. Закончилось всё тем, что Ванцзи уронил их на кровать, нависая сверху над Вэй Ином и гипнотизируя взглядом припухшие яркие губы. Тёмный заклинатель нарочито медленно провел между губ кончиком языка и стянул алую ленту, отбрасывая прочь за пределы кровати. - Гэгэ, я давно уже хотел извиниться за то, что трогал твою ленту без спроса. Я совсем не знал, что она так важна для адептов Гу Су. Могу я помочь тебе снять её? Дождавшись осторожного кивка Вэй Усянь ослабил узел и лента с облаками упала ему в руки. Но когда он протянул её нефриту, тот покачал головой и бережно повязал прочную ткань на запястье. - Лань Чжань? - непонимающим тоном произнес тёмный заклинатель и чуть двинул рукой, - Что это значит? - Мой, - просто ответил Ванцзи и поцеловал Вэй Ина, мягко и неторопливо, позволяя прочувствовать всё своё желание. И Усянь дрогнул, переворачивая их, меняя местами, набрасываясь голодно и яростно. - Твой, твой, Лань-гэгэ! А сейчас лежи спокойно, дай мне познать тебя, - надломленно попросил Вэй Ин, проведя носом линию от подбородка до ямки между ключиц. Он легонько прикусил дернувшееся адамово яблоко, зализывая еле заметный след и прося прощения за несдержанность. И исполнил всё, что обещал! О, он не обошел стороной ни одного пункта, тщательно их выполняя до тех пор, пока не услышит или не почувствует, что достаточно потрудился. Слышал он по дыханию, чувствовал по дрожи тела, ориентируясь по сдавленным или немного приглушённым звукам, насколько происходящее нравится Лань Ванцзи. К тому моменту, когда твёрдая теплая плоть погрузилась между губ Вэй Усяня, Лань Чжань уже находился на волоске от того, чтобы не схватить любимого искусителя за талию и не войти в него одним слитным движением. От подобного удерживала бившая набатом мысль, что тому будет больно и неприятно, а подобного Лань Чжань не хотел и допустить не мог. Поэтому сжимал в руках простыни, не слыша угрожающее потрескивание ткани и тяжело дышал, из последних сил вынуждая бёдра оставаться на месте не толкаясь навстречу приятным ласкам рта. Вэй Ин старался, пропуская возбуждённую плоть так глубоко, как только мог, сжимая тонкими стенками горла и постанывал, скулил, желая больше. Ему уже было мало. Лань Чжань - весь исцелованный, с растрёпанными волосами и горящими глазами представлял невероятно возбуждающее зрелище. Усянь скользнул взглядом по сильному телу, наткнулся на розовое пятно засоса и вздрогнул. Нет, определённо пора переходить к следующему пункту.. Кое-как смочив пальцы сначала слюной а потом и маслом, с трудом найденным в кармане чёрного ханьфу - он же не дурак без подготовки Лань Чжаня соблазнять! - Вэй Ин окончательно выпустил пульсирующий член изо рта и продолжил ласки уже рукой, паралельно с этим готовя себя. Но и тут промолчать не сумел. - Знаешь, ах.. Лань Чжань, я так ждал, когда же мы.. мм! Наконец-то сможем заняться любовью.. что.. хмпф!. сегодня играл с собой.! Судя по тому, как полыхнули глаза разметавшегося под ним нефрита, он сейчас ходил по тонкому льду, угрожающем вот-вот треснуть. Но когда это пугало Вэй Ина? Он продолжил щебетать, уже с ощутимым трудом вылавливая мысли, чувствуя, как большие сильные ладони легли ему на бёдра, двигаясь в сторону теплых гладких полушарий с единственной целью - потрогать и, возможно, немного помять. О, Вэй Усянь не был против подобного, только за. Своё отношение он выразил одобрительным стоном, переходящим во всхлип, проталкивая в нежное нутро уже второй палец и чуть разводя их в стороны. Мягкие стеночки послушно расходились под напором тонких пальцев, позволяя проникнуть глубже и потрогать ту самую точку наслаждения, о которой Вэй Ин когда-то читал. Примерным учеником его назвать было нельзя при всём желании, но в его старательности не мог усомниться никто. При условии, если ему было интересно, Вэй Ин изучал всё что мог по тому или иному вопросу. Как сейчас оказалось, та книга была очень кстати, спасибо хорошей памяти! - Я уже так истощен.. так переполнен всем этим, гэгэ! Мне так хочется.. хочется т-тебя! Внутри! Пожалуйста, Лань Чжань! Не могу больше! - бережно двигая тремя пальцами и вводя четвертый, захныкал Вэй, с тихим хлюпаньем вытаскивая фаланги и прося, - Лань-гэгэ, прошу тебя, помоги! С несдержанным рыком Лань Чжань уронил Вэй Ина на спину и принялся сам ласкать его изнутри, повторяя всё то тоже, что и сам Усянь. Как говорят в народе - муж и жена.. Видимо, они уже тогда читали одни и те же книги.. В любом случае, они оба уже были на пределе сил и возможностей - Вэй Ин закатывал слезящиеся глаза и царапал плечи Ванцзи, а сам Второй нефрит медленно входил в узкое колечко мышц, медленно растягивая и слабыми покачиваниями проникая всё глубже и глубже. Когда, наконец, они соприкоснулись кожей в паху, Вэй Ин выдохнул и с блаженной улыбкой приоткрыл глаза. Ресницы слиплись стрелочками от влаги, алые искусанные губы горели, румянец на щеках смотрелся так трогательно и мило. Длинные ноги привычной тяжестью легли на плечи Ванцзи и он нежно поцеловал каждую коленку, вызвав хихиканье "Щекотно, Лань Чжань!". Глядя на такого Вэй Ина в голове набатом билась только одна мысль из двух слов. - Мой. Люблю, - и Лань Чжань бережно толкнулся, чувствуя движение в ответ, навстречу. - Твой. Люблю, - почти то же в ответ и новое движение, более быстрое, более сильное. С каждым новым движением всё сильнее, быстрее, теснее сжимая объятия и целуясь, захлёбываясь в стонах, утопая в удовольствии. Жаркое солнце, что росло внутри всё это время, теперь готово было вспыхнуть, ослепляя своим сиянием. И вот.. Последний толчок и два вскрика. - Вэй Ин.! - Лань Чжа-ань.! Они лежали вдвоем, прижимаясь друг к другу, греясь общим теплом. Лань Чжань почти полностью лежал на Вэй Ине, но тот и не думал жаловаться. Его всё более чем устраивало. Он чмокнул нефрита во взмокшую макушку, втягивая аромат сандала, смешанный с пряным и чуть горчащим. От них с Ванцзи пахло сексом, их запахи смешались, образовывая общий и Вэй Ин радостно вдыхал полной грудью, уговаривая себя встать, чтобы принять ванну. Лань Ванцзи в этот момент молча приходил в себя, ожидая, пока утихнет лёгкое головокружение. Искоса наблюдая за любимым, Лань Чжань выдохнул и чмокнул влажное от пота плечо, перемещая свой вес на локти и потихоньку выходя из бархатистого тепла. Вэй Ин только слабо охнул, не противясь. Приподнявшись, он поймал взгляд Ванцзи и сжал его пальцы своими. - Теперь я твой, а ты мой, гэгэ. Да? У Лань Ванцзи нашлись силы только чтобы кивнуть и сипло выдохнуть в ответ. - Да, Вэй Ин. Тот светло улыбнулся, слегка поежившись. - Нам нужно помыться, чтобы к приходу а-Юаня мы выглядели как обычно.. - Брат посидит с ним до завтра. - Правда? Прекрасная новость, Лань Чжань! Но от омовения я бы не отказался.. - чуть смущённо кивнул на свои бедра Усянь. Посмотревший туда Лань Ванцзи поперхнулся и покраснел, поглядывая, как чертят себе дорогу белесые потёки. Это.. было приятным зрелищем, определённо. Ванцзи встряхнулся - им нужна бочка для воды и сама вода. Когда вопрос гигиенической составляющей был решён - впору петь оды предусмотрительности Лань Сичэня - уставшие но довольные мужчины улеглись в кровать. Вэй Усянь зарылся носом в чистую простынь и довольно сощурился. - Пахнет прямо как ты, Лань Чжань! Это ведь сандал? - Мгм, - подтвердил хозяин кровати и притянул Усяня к себе, укладывая его голову к себе на грудь. Тот не возражал и уже скоро тихо посапывал, крепко обнимая горячо любимую ледышку поперёк груди. Лань Чжань тоже быстро уснул, больше не мучимый кошмарами о том, что могло бы случиться с Вэй Ином там, на Луаньцзан, когда он жил там практически один. Зато теперь он в безопасности с ним здесь. В сон клонило немилосердно, противиться было незачем и скоро в цзинши наступила тишина, прерываемая редким посапыванием одного и ровным дыханием другого. Луна заглядывала в окно, любуясь на две тесно прижавшиеся фигуры и с удовлетворением оставила их одних, успокоенная тем, что Призрачное дитя в надёжных и нежных руках. Утром будут новые заботы, новые хлопоты и свершения, а пока пусть отдыхают. Намаялись как, бедные..