Тьма на пороге

Ральф с трудом ухватил ведро с запаренной пшеницей и направился к вольеру с рожденными лунный месяц назад ящерами. Лик дернулся было помочь, но прикусил губу, и заставил себя остаться на месте. Он уже не раз получал от супруга жесткие отповеди за излишнюю заботу. Упрямец никак не желал делать скидок на особое состояние. Лик точно знал – Ральф плохо спит, у него ноет поясница, а временами болит голова. Последнее Марика объясняла нарушениями в токе крови. Малыш ожидался большим, сильно давил на какую-то артерию, и сделать с этим ничего было нельзя, разве что большую часть времени проводить в постели в горизонтальном положении. Но и тут Ральф внимательно выслушал не менее округлую травницу, вежливо поблагодарил – и только. - Упрямец! – с сожалением вздохнул Лик. – И ведь времени осталось меньше месяца, чего ему не отдыхается. Кому что доказать хочет? Неужели мы с Блэром ящеров не покормим? Он с раздражением отбросил в сторону заштопанную тунику сына. Одежда на Блэре просто «горела», новую покупать – разоришься. Да и к бережливости парня приучить следует. Разорвал – вот и ходи в штопаном. Сегодня Блэр с самого утра опять куда-то запропал. Наверное, встречается с сыном Повелителя. Даже прошедшие полгода и признание Анджеем и Мартином этой пары мнения самого Советника не изменило. Ничего хорошего от неравного брака он не ожидал. Потому и сам так и не признался тогда Императору в чувствах. Сейчас, когда прошло уже немало времени, Лик понял, что поступил правильно. Блэр делал вид, что ничего не произошло, старательно «не замечал» неодобрения родителя. В силу возраста мальчик просто не понимал, что единственное, чего Лик желал для него – это счастья. А откуда ему взяться с сыном Повелителя? Ведь Антэро привык командовать с детства – так и в семье себя будет вести. Появятся обиды, недопонимания, а там и до последнего шага недалеко. Хорошо, если к тому времени не будет детей, иначе, скорее всего, они останутся опять же с тем, у кого прав больше, а у Блэра появятся только боль да разочарование. Странно, что этого не желает понять Ральф. Вдвоем им, возможно, удалось бы убедить упрямца в тщетности всей этой затеи. Углубившись в собственные нерадостные мысли, Лик не сразу услышал, что Ральф зовет его. - Ну, не иначе, как в лесу все гадюки поздыхали, раз помощь потребовалась! – проворчал он, неспешно выходя из дома. Была самая середина весны. Снег уже две седьмицы, как стаял, а солнышко словно поселилось на небе – светило старательно, каждый день, да так прогрело воздух и землю, что уже вышла яркая по весне трава, а из почек на деревьях проклюнулись робкие маленькие листочки. В воздухе пахло свежестью, ранними желтыми первоцветами солнечника, словно самой жизнью. Лик с удовольствием полной грудью вдохнул и направился к загону с молодью. По собственным ощущениям, Ральфа следовало искать там. «Интересно, что это произошло? Надеюсь, из молоди никто не заболел. Как-то не хочется сейчас разыскивать сына», - подумал Лик. Блэр оказался магом, к тому же, отлично лечил наложением рук и теперь часто сбегал к Марике, которая с удовольствием учила юное дарование. «Скоро я ему совсем буду не нужна. Пора на покой!» - подшучивала она. Это в ее устах было высшей степенью похвалы. Уже месяц, как она доверяла ему разумных пациентов – как людей, так и оборотней. Да, незаметно сын вырос… Ральф действительно был в загоне для молоди. Сидел на невысокой скамье, на которую обычно клали ненужные вещи, чтобы не бросать на пол. Голова у него была опущена, и Лик не сразу разобрался, что с ним что-то не то. - Ральф? – окликнул он и испугался, когда увидел его лицо – на лбу испарина, белый весь, как меловый порошок. - Боги! Что с тобой? Вот говорил же упрямцу – отдыхай! Куда же тебя понесло ведра таскать! - Ты мне слово сказать дашь? – тяжело дыша, криво улыбнулся Ральф. – Сильная боль внутри – это нормально? - Нет, конечно! Лик заметил, как лицо любимого чуть заметно исказилось, но вскоре Ральф снова расслабился. - Приступами боль, - пояснил он. - Леший! Давай помогу в дом дойти. Ты ляжешь и постараешься не двигаться резко, а я … - тут он задумался. А и впрямь – куда бежать? За Марикой? Так ей самой сейчас лучше на дальние расстояния не ездить, растрясет еще в седле-то. За Роном? А разбирается ли во всем этом магистр? Выходит, самым разумным будет разыскать сына. Он и у травницы в лучших учениках ходит, и магией, если что, поможет. Уложив Ральфа в доме и поставив с ним рядом на табуретку стакан воды, переобулся в удобные для леса сапоги и припустил по обычной тропе. Сын на всякий случай показал ему заветную поляну, на которой обычно встречался со своим… Нет, считать кронпринца будущим супругом и родственником не хотелось даже мысленно. Пока бежал, молил Богов лишь о том, чтобы сын был на поляне. Видимо, Боги прониклись важностью момента, и Блэр уже был на ногах, тревожно вглядывался в лес, ожидая его появления. - Что? – только и спросил он, тревожно сверкнув яркими синими глазами. - Твоя помощь нужна. Срочно. Лик с неудовольствием покосился на самодовольного Антэро. Почему-то в его присутствии делиться подробностями не хотелось. Блэр с извинением взглянул на кронпринца: - Пока не знаю что, и надолго ли. Позову! Лик не дожидаясь, пока те распрощаются, побежал обратно. Вскоре Блэр легко его догнал. - Что-то с отцом? - Ему плохо. Говорит о приступах сильной боли. - Понятно. Не удивлен, при его образе жизни, могло случиться и раньше. - Что случиться? – резче, чем хотел спросил Лик. Блэр умудрился на бегу пожать плечами. - Думаю, не сегодня, так завтра появится мой братик. Ты Марику не позвал? Разволновавшийся от этого известия, Лик лишь коротко мотнул головой. Голос вдруг куда-то пропал, а горло свело спазмом. Блэр словно понял, что с ним творится и успокоил: - Ничего страшного. Бывает и раньше, но ребенок уже достаточно большой, так что беспокоиться не стоит. Ну-ка, остановись на мгновение. Он приложил к горлу чуть запыхавшегося родителя ладонь и почти сразу же отпустило – стало легче дышать и вернулся голос. - Для Ральфа силы прибереги, - вместо «спасибо» проворчал Лик. - И на него хватит, - улыбнулся Блэр. – Лучше запомни чем сможешь помочь – нужно кипяченой воды, чистую широкую миску и чистое полотенце. Торопиться не обязательно. Время еще есть. Впрочем, свое мнение сын резко переменил, как только вошел в спальню и бросил изучающий взгляд на белое лицо Ральфа. - А лучше – поторопись. Меня не отвлекай. Все, что требовалось, Лик предоставил в рекордно короткие сроки. После чего сын нагло выставил его за дверь все с тем же наказом – не мешать. Сейчас Лик нервно бегал по гостиной, посещая попеременно четыре угла и не зная, чем себя занять. На улице заволновались ящеры, а потом хлопнула входная дверь. Лик метнулся к притолоке и замер сбоку от входа, зажав в руке острый небольшой кинжал. Кто его знает, с добром или с лихом явился к вечеру незваный гость. Впрочем, вошедшего он узнал сразу же и спрятал оружие – это был Антэро. Парень тут же обернулся к нему, улыбнулся. - Где Блэр? - Сын занят, - сухо ответил Советник. - Он позвал меня. Скажите ему – я тут. Лик несколько мгновений промедлил, ощущая, что парень не врет. Потом кивнул и осторожно постучался в двери собственной спальни. Почти сразу же появился сын, кивнул Антэро и объяснил: - Мне нужно больше силы. Проходи, побудешь рядом. Но руками ничего не лапай. Если вздумаешь падать в обморок, будь любезен – выбери для этого ненужный мне участок пола. Лик дернулся было следом, но сын мягко улыбнулся и попросил: - Не надо. Я позову тебя после. Двери невежливо захлопнулись прямо у него перед носом. Лик немного разозлился, но тут же по привычке начал анализировать и понял, что Блэр прав – помочь он ничем не сможет, а комната не такая уж большая, чтобы, если что, они с Антэро могли попадать там без сознания на пару. Он ухмыльнулся, представив себе подобную картину. Конечно, это было маловероятно, но в подобных случаях, когда речь идет о жизни тех, кого любишь, лучше действительно исключить даже малейшую возможность. Тихо тикали часы на деревянной полке над окном. Лик заставил себя сесть и расслабиться, прикрыл уставшие глаза. Сколько уже прошло времени? Выходило не больше четырех терций, а казалось – целая вечность. Он вспомнил, как все это было с ним самим. Странно, насколько он помнил, столько времени вовсе не надо. Но потом успокоился – наверняка Блэр просто подстраховался, вызвал этого Антэро, чтобы увеличить собственные возможности. Это было верным решением. Гораздо хуже, если силы закончатся в самый ответственный момент. Зато теперь все должно произойти довольно быстро. И только он успел подумать об этом, как ему показалось, что в спальне раздался крик ребенка. Нет! Не показалось! Вот и еще один! Он вскочил на ноги, почти не чувствуя собственного тела. Почти тут же дверь открылась, и на пороге возник Антэро с маленьким свертком, в который было завернуто что-то отчаянно вопящее, из чистой простыни выбилась крошечная рука с растопыренными пальчиками, и Лик понял, что это ребенок. - Держите! Я там должен помочь. Блэр просил пока не входить, присмотреть за малышом. Лик бережно перехватил легкое маленькое тельце и со странной нежностью уставился в красное, недовольно сморщенное личико. «Интересно, мальчик, или?..» - подумал он. Сел, осторожно откинул край простынки и улыбнулся – конечно, мальчишка. Он бережно укутал сыночка и прижал к себе, согревая теплом собственного тела. Вскоре новорожденный затих и тихонько засопел. На душе было совершенно удивительно – тепло и мягко, словно ты кусок масла, забытый на солнце – вот-вот растечешься. Немного тревожило лишь то, что Блэр и Антэро так долго не выходят от Ральфа. Тихонько покачивая приспавшего малыша, Лик начал мысленно вновь молиться Богам. То ли сегодня был день, когда его слышали, то ли сын был достойным учеником Марики, но вскоре он лично распахнул дверь спальни и устало улыбнулся. - Ну вот и все. Если хочешь, заходи. Лик почему-то робко улыбнулся в ответ и, стараясь идти мягко, чтобы не потревожить ребенка, вошел. В спальне сильно пахло кровью и крепкими травными настойками. В широком тазу, куда случайно упал его взгляд, вода была яркого красного цвета. Там же валялось несколько испачканных в крови тряпок, и металлически блеснула в свете магических светильников, щедро развешенных над постелью, рукоять кинжала. Лик нервно сглотнул и почувствовал, как чуть-чуть кружится голова. Теперь предположение о том, что он очень даже способен был потерять сознание, уже не казалось таким уж глупым. Ральф лежал на кровати и улыбался. И хотя лицо его все еще было бледным, но сразу стало ясно, что он чувствует себя очень даже неплохо. Лик присел рядом, на самый краешек и молча показал ему спящего малыша. - Имя нужно придумать, - почему-то шепотом сказал он. - Пусть вот они придумают. Это их заслуга, - кивнул на уставших и довольных парней Ральф. - Мы? – отчего-то растерялся Блэр. – Ладно! Только завтра. Сегодня так устал, что круги перед глазами. И можно – Антэро у меня заночует? Он настороженно смотрел на родителей. Лик вздохнул, подумал и кивнул: - Можно! Кажется, и от титулованных особ может все же быть польза. … - Таким образом, господа, мы с вами наблюдаем широкое резонансное воздействие артефакта на несколько разнообразных разумных объектов одновременно. В контрольной группе особи различного пола и возраста, что доказывает вариабельность работы артефакта. Изумрудноглазый, совсем еще юный демиург нескладно поклонился присутствующим и замер в ожидании оценок и вопросов. Было заметно, что он очень волнуется, все же не каждый день приходится выступать при столь высоком собрании. Ильда, самая опытная из творцов, возглавлявшая экзаменационный совет, ласково улыбнулась, поддерживая дух юного дарования. - На мой взгляд, блестящая работа. Так аккуратно подобрать контрольную группу, вести их более пятнадцати циклов, собрать одновременно в нужном месте и активировать артефакт – и при том не прибегая к принуждению – безупречная и виртуозная работа. Я голосую «за». С сомнением взглянул на ожидавшего вердикта остальных демиургов юношу Домос – огненноволосый грузный мужчина, успешный творец более чем двадцати обитаемых миров. - Не знаю, не знаю… А как тогда расценивать его явление вызвавшим испытуемым? Не нужно ли считать это тем самым внешним влиянием? - Но позвольте, он практически ничего не сказал, а не явиться на прямой призыв – просто неприлично! – воскликнула моложавая дама неопределенных лет. Ей тоже нравился этот необычный проект. – Кстати, как вы назвали эксперимент, мой дорогой? – благожелательно обратилась она к экзаменуемому. - Кольцо судьбы, - улыбнулся он. - О! И что же тогда загадали эти наивные дети? Демиург пожал плечами. - Ничего особенного - всего лишь, счастья для всех. - И получилось? – выгнул дугой бровь Домос. - Как видите, у каждого сбылись самые заветные желания. Собственно, в этом и заключается сила артефакта. - Довольно! – Ильда встала, прекращая обсуждение. – Предлагаю проголосовать. Кто за то, чтобы ввести этого молодого и очень талантливого демиурга в состав Совета? Все пятеро присутствующих подняли руки, подтверждая успешно сданный экзамен. - Поздравляю вас, коллега, - тонко улыбнулась женщина. Все оживились, встали, собираясь по домам, и только Домос, казалось, не спешит. Он дождался, когда портал закрылся за последним из экзаменаторов, с интересом взглянул на невзрачное кольцо, украшающее руку молодого демиурга, и спросил: - Точно любое желание? - Только самое заветное. Демиурги понимающе улыбнулись друг другу.