Бесславные ублюдки

Джон никогда бы не мог подумать, что Винтерфелл может так сильно преобразиться за две луны после его отсутствия. Столько людей в нём Джон не видел, кажется, даже в самые лютые зимы, когда замок и его окрестности заполняли жители близлежащих деревень и небольших городков. А сейчас… Знамена Старков, Ланнистеров, легко узнаваемые, принадлежащие Вольному Народу шатры из шкур, приятные глазу старые разношерстные шатры Освобожденных и, что Джон пока не мог объяснить, знамена Тиррелов и Тарли, особняком стоящие близ разбитого вокруг Винтерфелла лагеря. Возведенные укрепления бесконечно поражали Джона. Частоколы, подкопы и заваленные хворостом траншеи, катапульты, скорпионы – от всего этого складывалось впечатление, что Винтерфелл никто не сможет взять. Почти два круга вокруг замка понадобились Джону на то, чтобы рассмотреть все укрепления, как надо, и лишь потом, когда он наконец-то убедился в надежности возведенных сооружений, его отряд снова вернулся на тракт и направился к главным воротам. - Родрик провел здесь хорошую работу, - выпятив глаза и кивав от удивления, произнес Филипп. - Думаю, здесь львиная доля организации лежит на плечах Джерома, а потом и прибывший Робб присоединился, - сдержанно ответил Джон. - Львиная доля? – рассмеялся Фили, - Львиная доля сейчас в постройке этих укреплений… - Что ты знаешь о львиной доле, юный воин? – с неким недовольством спросил державшийся чуть позади Джейме. - Ну, подозреваю, что шлюхи Зимнего Городка стали много богаче, когда такая армия прибилась к стенам Винтерфелла. А часть ваших воинов уже больна интересными заболеваниями. Такова вот львиная доля, - Филипп продолжал ехидничать, отчего у Джона и следовавшего по его левую руку Адриана проскакивала улыбка. - Они вернулись! Они вернулись! Воодушевленные возгласы встречавших Джона северян и освобожденных начали быстро разноситься по лагерю. Дети вольнонародцев, северян и освобожденных тут же прилепились к коням и телегам колонны, а некоторые из них тут же побежали в замок. - Видимо, нас встречают с почетом, - довольно изрек Фили. - Им нравятся лошади, рыцари. Ну, разве что вольнонародцы рады, что мы везем драконье стекло. А детишки видят сталь и коней, от этого и довольны… Слова Джона были пропитаны легкой радостью и удовольствием от происходящего. Их ждали, в них верили, и они не подвели тех, кто на них надеялся. Сам Винтерфелл более не был похож на серую, мрачную крепость – теперь это была настоящая, неразрушимая скала, где коалиция была готова дать бой своим врагам. И не важно, с какой стороны они придут, с севера или с юга. - Кстати, а зачем на южной стороне обороны вырыта траншея? – с уже привычным для всех любознательным видом спросил Адриан. - Не знаю, может быть, чтоб прикрыть возможное отступление… - Ты думаешь отступать, Джон Сноу? – язвительно высказался Джейме. - Если мы будем проигрывать – да. Стоять насмерть против превосходящих сил врага никто не будет. Может и война бы до сих пор продолжалась, если бы ты поступил, как твои друзья Болтоны… - Ну конечно, - пристально всматриваясь в Джона, заявил Джейме, - Пошел бы в Винтерфелл – погиб бы под стрелами. Отправился бы на юг… А там не знаю, что было бы. - Вот видишь. Почетный плен иногда лучше смерти, - с явным удовольствием Джон похлопал Джейме по плечу и первым прошел под аркой барбакана. А на площади их уже ожидала толпа – стоявший во главе всех Робб с Родриком и Джеромом позади него, Манс Налетчик в окружении пары крепких теннов, Арья и многие другие. К великой радости Джона он смог разглядеть среди собравшихся Эллу, тихо наблюдавшую за прибытием колонны в замок. Кажется, на ее лице можно было разглядеть легкую улыбку, что, разумеется, еще больше заставляло Джона радоваться возвращению. Одним махом перекинув ногу через лошадь, Джон встал на мерзлую землю и тут же направился к Роббу. - Брат, - широко расставив руки, произнес Робб. - Брат, - с радостью ответил Джон, заключив Робба в крепкие объятия. - Миссия прошла успешно? - Да, - утвердительно заявил Джон, - Телеги уже расходятся по лагерю и кузням, где их разгрузят и начнут создавать оружие. И да, мы пришли не одни. Знакомься, Робб, это Адриан Веларион, сын лорда Монфорда Велариона. - И как же вы оказались в столь неприветливых краях? - скрестив руки на животе, спросил Робб. - Это, как бы так сказать, дело интереса и азарта. Я никогда не видел север, никогда не видел столько снега. Но, честно говоря, очень бы хотелось увидеть среди вас принцессу Ширен Баратеон, коей я кое-что задолжал, - в быстром, едва различимом темпе разговорился Адриан. - И что же вы мне задолжали, капитан Адриан? Тонкий голосок юной принцессы мужчины узнали сразу, а Адриан, ярко улыбнувшись, тут же развернулся и пошагал в сторону вышедшей вперед всех Ширен. Он остановился перед ней и, когда все не знали чего ожидать, тут же преклонил перед ней колено и опустил голову. - Принцесса Ширен, я, Адриан Веларион, капитан «Покорителя Востока», пришел клясться вам в верности, чего испугался сделать мой отец. Я клянусь служить вам, защищать вас и исполнять ваши приказы. Я верно служил вашему отцу, и вам, как его единственной наследнице, я буду служить не менее преданно… Джон тут же заулыбался – никогда с момента их знакомства Адриан не был таким серьезным и сосредоточенным. Он охотно предавался винам и женщинам, любил сострить и ответить колкостью на колкость, а его манера разговора, заключающаяся в почти не останавливаемом, быстром трёпе, окончательно составила его образ свободного духом любителя развязать язык. А лицо Ширен наконец-то было озарено теплой улыбкой, после которой она тут же указала Адриану подняться с колен. - Капитан, это правда… - Да, я жив, - сдержанно ответил Эндор подошедшему к нему Джейме Ланнистеру, - Старки прибыли крайне вовремя и спасли нас… - А где… Где Мирцелла? Где Томмен? Тирион? - Принцессу мы спасли, но Томмен и Тирион погибли в Утесе Кастерли. Джейме тут же поник, но, собравшись с мыслями, вновь обратил свой взор на Эндора со словами: - Как они погибли? В битве? Защищая замок до последнего? - Нет, милорд. Они погибли, когда замок уже был сдан… - Это как? Как они могли погибнуть, если сражение закончилось? У Робба на долю секунды перехватило дыхание – кажется, сейчас Джейме разорвет своего капитана на части. Он видел напряжение обоих. Видел то, как твердо держится, не отводит свои глаза капитан, и как настойчиво Джейме требует ответов. Но он понимал Эндора – в конце концов, он спас большую часть оставшихся в живых защитников, спас принцессу, и свою семью. Даже общая неприязнь к Джейме не имела к этому отношение – Робб понимал, что жизнь двух людей не стоит тысячи. Так говорил Джон, и от своих слов он до сих пор не отказывается. - Они сдали замок, сдали всех защитников для показательной казни, дабы противники Дейенерис устрашились ее гнева и не оказывали сопротивления. А я… Я принял решение взорвать запасы дикого огня под замком и увел людей, прислугу и некоторых благородных людей в подземелья. - Что… Эндор не успел среагировать, как тут же получил от Джейме удар кулаком в лицо, а потом, когда он попытался прийти в себя, Цареубийца уже впечатал его в землю. Удары сыпались на Эндора раз за разом, он уже не видел и не понимал, как защищаться, как вдруг удары прекратились, и разбитыми глазами своими капитан увидел, как Родрик оттаскивает Джейме Ланнистера. - Ублюдок! Ты не достоин носить этот плащ! Ты… Разжалован и будешь приговорен к смерти. - Раз он разжалован и отправлен в отставку, то он принят в мою гвардию, - на повышенном тоне заявил Робб, - Не уж то вы будете казнить подчиненных другого государства? - Успокойся, Ланнистер, иначе я… - Дядюшка, дядя Джейме! – ручка прибежавшей Мирцеллы легла на занесенный над головой Джейме кулак Родрика, - Я жива… Он ни в чем не виноват, он старался спасти замок… Капитан держал осаду… Джейме наконец-то поднял свои глаза и увидел перед собой дочку. Живую, глаза ее были наполнены слезами, а вторая рука гладила его колючую щеку. - Успокойся, пожалуйста. Послушай хоть меня… - Не знал, что у тебя были такие сложности, - сдержанно заявил Джон, не отрывая глаз от этой сцены. - Я еще про драконов не рассказал, - сухо ответил Робб, на лице которого проклюнулась едва различимая улыбка. - А были драконы? – с испугом и недоумением спросил Джон. - Были драконы, теперь дракон один, - широко улыбнувшись, заключил Робб. - И все равно, у нее более чем стотысячная армия… - Он, он сжег нашу родину! Суровый крик Джейме перебил беседу Робба и Джона, заставив последнего замолкнуть и задуматься. Он видел, как подросшая Мирцелла успокаивает своего отца, видел страдания и гнев на его лице. И ему, к его же собственному удивлению, было немного жаль наблюдать за Цареубийцей. Было жаль видеть этот надлом, эту скорбь. Джон не был из железа, чувства не были чужды ему, хоть и последнее время он все время занимался войной и делами близкими к ней. Он понимал, что значит терять близких, понимал, что значит потерять свой дом. Сначала он потерял отца, старшего сына, любимую женщину, потом потерял свою армию в битве за Север, преклонил колени перед победителями и теперь, когда, казалось бы, все должно было наладиться, он узнал о гибели брата и второго сына. Теперь Джейме Ланнистер и Мирцелла Баратеон остались одни среди сотен и тысяч своих врагов. А Эндор, тем временем, утерев свое окровавленное лицо снегом и плащом, медленно поднялся и вновь занял ровную, солдатскую стойку. Его лицо даже после побоев выглядело твердым и решительным, хоть и глаза были обильно залиты кровью. Солдаты и офицера Ланнистеров не решались подступиться к нему и, когда капитан восстановил нормальное дыхание, он тут же сурово, уверенно произнес: - Спасибо, король Старк, но я вынужден отказать вам. Меня научили быть солдатом и отвечать за свои поступки. Если лорду Джейме будет угодно наказать меня за преступления – я с достоинством перенесу все их тяготы и даже последующую за ними смерть. Надеюсь лишь, что ваша доброта распространится на мою семью… - Можете в этом не сомневаться, капитан, - решительно заявил Робб. - От твоей семье не шло речи, - не поднимая глаз и не отпуская заключенную в объятия Мирцеллу, прохрипел Джейме, - Но… - Прошу тебя, дядя… Если бы не он, то все королевства уже были бы на коленях перед Дейенерис Таргариен… - слезно взмолилась Мирцелла. Все понимали, что лорд Джейме, хоть и находящийся на чужой территории и сам зависит от воли своих победителей, но волен наказать своего подчиненного. А сам Джейме… Он чувствовал себя разбитым. Таким мягким, каким он никогда не было. Холодные, дрожащие руки дочери обнимали его шею, слезы ее стекали к нему на шею, а уловимое, частое сердцебиение заставляли его волноваться за нее. Как он может простить того, кто убил стольких людей, лордов, его брата и сына? - Лорд Джейме, - из толпы собравшихся на площади людей вырвался Гарлан Тирелл, - Вы позволите мне высказать свое взвешенное мнение? - Не думаю, что это что-то изменит, но, раз уж вызвался, говори. - Мне довелось видеть капитана, довелось подсчитывать убытки от его налетов на Простор. А потом, когда мы взяли столицу, он лишил нас сна своими выходками. Эти взрывы, эти нападения в ночи… Королева избрала его своим личным врагом после всего этого. А потом я увидел его лично. В тронном зале Красного Замка, где он с горсткой людей заставил нас всех на долю мгновения усомниться в победе. Его люди и он лично расстреляли преданных нам лордов, леди, мою сестру и даже Паука Вариса. А потом, когда нам казалось, что он в ловушке и никуда не сбежит, когда дракон уже был готов спалить его дотла, прогремел очередной взрыв, который забрал жизнь этого дракона. Тогда я понял, что пока в вашей армии сражаются такие люди – нам не победить в этой войне. Никому не победить в этой войне… И поэтому, пока мы окружены врагами со всех сторон, я хочу попросить вас отложить решение этого вопроса. Или же, если вы уже решили его, прошу вас отложить казнь до конца войны. Такие люди нужны нам сейчас, в это непростое время… - Красиво говорит, - тут же подметил Робб. - Если бы он так же уговорил меня лечь с ним в постель, я бы оборвал его слова на середине и занялся бы с ним делом, - с легкой усмешкой отшутился Филипп, чем вызвал сдержанные, ограниченные обстоятельствами улыбки со стороны Джона и Робба. - Ваш риск был оправдан, сир Гарлан. Нам всем нужны такие люди в военное время… - сквозь зубы произнес Джейме, но, спустя мгновение, тут же обратил свой взор на Эндора, - Но не думай, что я забуду о твоем поступке. - Не смею даже надеяться на это, лорд Джейме… Обстановка постепенно охлаждалась, а люди постепенно начали покидать площадь, направляясь то за пределы врат, то в замок. Распрощавшись с Роббом до заката, Джон тут же направился к ожидавшей его близ колодца Элле и, когда между ними оставалась лишь пара шагов, он смиренно склонил голову и смущенно заулыбался. - Как видите, леди Хорнвуд, я прибыл в добром здравии. - Хорошо… - с некой грустью произнесла девушка. - Что такое? Ты, Кора, Родрик и Джером лишены красок на лице. Что-то серьезное? - Об этом мало кто знает, точнее лишь самые важные люди из всего вашего воинства… - Ты можешь сказать мне это? И Филиппу, он тоже должен… - Филиппу доложат Родрик и Джером, а я должна сказать об этой ситуации тебе лично, - полушепотом изрекла из себя Элла, и, увидев в лице Джона недопонимание, мотнула головой в сторону, зазывая мужчину за собой. Джон не смел отказать Элле в ее приглашении – мало того, что она безумно нравилась ему, так еще ее слова были омрачены каким-то событием, о котором она не может сказать ему здесь. При этом, как понимал Белый Волк, это событие все-таки затрагивает их всех, а не лично его самого, отчего в голове начинали складываться противоречивые теории. Он настолько погрузился в них, что совершенно не замечал пройденного пути и едва ли мог поспевать за миниатюрной Эллой. И, когда они наконец-то застыли перед дверьми ее покоев, девушка заговорила с ним: - Пообещай, что все, что ты услышишь в этой комнате, останется между нами. - Я… Что? - Обещай, - твердо произнесла Элла, незаметно для себя самой взяв Джона за руку. - Я ни разу не подвел тебя со своими обещаниями. Обещаю, что не подведу тебя и в этот раз. - Хорошо, - тихо произнесла Элла, открыв перед собой дверь опочивальни. Она затянула Джона внутрь и, усадив его свою кровать, сложила скрещенные пальцы обеих рук у себя на бедрах. Голова ее была опущена, глазами ее, кажется, можно было проделать дыру в полу, а пальцы то и дело перебирались ей, будто бы в попытке найти правильные слова. - Джон, Застенная экспедиция вернулась… - Вернулась? Успешно? – тут же выпалил Джон, что Элла встретила приставленным к губам указательным пальцем. - Если верить письму, то они захватили мертвеца. Но почти вся группа погибла. - Кто? Назови имена! – Джон сорвался на крик, но, увидев испуганные, чуть ли не покрытые слезами глаза Эллы, тут же успокоился. - Мне проще сказать, кто вернется домой… Джон смог лишь согласно покивать в ответ, и Элла, тяжело вздохнув, произнесла: - Леви, Эмрис и Игритт… Все остальные сложили головы за Стеной… Джон тут же провалился в себя. У него потяжелело нутро, по всему телу проступил холодный пот, а ноги сами по себе начали подкашиваться. В легких его мгновенно исчез весь воздух и он, едва лишь не упав на пол, припал к окну и холодным стенам. Он чуть ли не высунул голову в окно, и, когда холодный воздух наконец-то ударил ему в мозг, Джон смог встать более твердо и уверенно и, развернувшись, он увидел возникшую перед ним Эллу с полной чашей вина. Вино он принял без лишних вопросов и, когда весь кубок был осушен до дна, не поспешил заговорить с ней. Его разум был захвачен воспоминаниями, относящими его к редким встречам с дядей Бендженом и всем годам, прожитым совместно с Аароном. Оба они оставили след в его жизни, ставили перед ним цели и давали надежды на светлое будущее. А теперь их нет. И, скорее всего, они бы не были рады видеть его слезы, его слабость. Они были бы рады, если их общее дело Джон сможет довести до конца… - Да уж, - тяжело вздохнул Джон, - А почему все должно было пройти в атмосфере такой тайны? - Мы до сих пор не сказали Белль. Она может потерять ребенка… Мы… - Вы сделали верно. Аарон не должен уйти забытым… Бенджена Старка будут помнить потомки его брата, а Аарона запомнят его наследники. Я сдержу эту тайну до нужного момента… И, не успел Джон договорить, подтянувшаяся к нему Элла крепко обняла его, захватив тем самым врасплох. Он не знал, что делать, руки его были широко расставлены, а из перевернувшегося в руках кубка на пол стекали последние капли вина. Джон чувствовал, как бешено заколотилось его сердце, и, когда он опустил свою голову, дабы увидеть прижавшуюся к нему Эллу, то увидел ее глаза. Такие глубокие, блестящие карие глаза… И она тут же потянулась вверх и губы их соединились. Хотела ли девушка его утешить, или же выражала ему свою взаимную симпатию – Джон не понимал. Да и не хотел этого в принципе понимать именно сейчас. Девушка начала опускать его руки все ниже и нижу, но в момент, когда его руки оказались у нее на бедрах, Джон тут же остановился и поднял свою голову. - Элла… - Что? Ты не хочешь? - Я… Ты мне очень дорога, я никогда такого не чувствовал. Но я не хочу порочить твое имя. Я обычный бастард. - Обычный бастард… И что? Что с того, что ты бастард? Ты достойнее всех, кого я когда либо знала. Ты сильнее и умнее всех… - Вот именно, Элла, - собравшись с мыслями, подытожил Джон, - Я знаю, какие предрассудки ждут тебя, если ты понесешь от меня ребенка. И, поскольку я люблю тебя, я меньше всего хочу этого… - Любишь? – ласковым, словно бархатным голосом произнесла Элла. - Да, - на долю секунды отведя взгляд в сторону, ответил Джон, - Я бы хотел продолжить этот разговор, но у меня есть важные дела сейчас. - Джон, - Элла догнала Джона и, взяв его за руку, положила ему руку на сердце, - Ты проделал такой путь… Я слушала каждую твою историю и поражалась тому, как вы выжили и оказались тут. Вспомни на мгновение, что ты человек, которому нужен отдых и тепло. Я… Ждала тебя каждый раз, когда ты уходил. Когда ты уходил на собрания, уходил на битву с Ланнистерами и плыл на юг под бок Драконовой Королеве. Твой названный брат, лучший воин среди вас погиб, и теперь мое волнение за тебя будет безгранично… - Тогда, - помотав головой и усмехнувшись следом, произнес Джон, - Давай почувствуем себя счастливыми. Слова Эллы тронули Джона и заставили буквально гореть от закипавшего внутри него чувства. Он вновь приблизился к ней и, легко приобняв за талию, вновь сошелся с ней в поцелуе. Постепенно они становились все ближе и ближе к кровати и, когда до нее оставался лишь шаг, Джон оттолкнул девушку на кровать и, сбросив с себя плащ, теплый живот и рубаху, склонился над глубоко дышащей Эллой. Ее руки вновь оплели шею Джона и он, наконец-то прижавшись к ней, дернул меховое одеяло на себя, укрыв их двоих.