Благие намерения

      — Послушай, а ты и впрямь после… пожара… больше не поднимался на Землю? — осторожно спрашивает Аменадиэль.       Люцифер вздыхает:       — Я прощу тебе этот глупый вопрос. Но ты будешь мне должен.       — Э-э-э, нет!.. Больше ты меня на эту хитрость не поймаешь. Говори сразу, чего хочешь взамен!       — Ну… я бы хотел видеть Линду. И… Чарли, да? В честь Шарлотты? Только вот… я же не могу явиться ей… ну, вот так… — Люцифер указывает на себя когтистой лапой. — Ты меня проведешь домой ночью? Я оставлю ей подарок…       — Я сделаю лучше. Я предупрежу её, что ты… немного не в себе. У неё будет пища для размышлений, и она испугается лишь секунд на пятнадцать…       — …а потом начнёт задавать вопросы, и забудет бояться! — подхватывает Люцифер, и они начинают громко и искренне смеяться. Так, что на незнакомый и чуждый Аду звук прибегает недоумевающая Мэйз.       — О! Ты-то нам и нужна!.. Мы с Аменадиэлем махнём на Землю на пару часиков… Ты остаёшься за главную.       Демоница как-то странно мнётся, и Люцифер жестом разрешает ей говорить.       — Повелитель, я благодарна за оказанную честь! Но… — она внезапно преклоняет колени, — я прошу оказать мне честь ещё бОльшую!.. Пожалуйста, Повелитель, возьмите меня с собой!..       Братья обмениваются взглядами, и Дьявол решает:        — Хорошо. Но при двух условиях: во-первых, ты вернёшься вместе со мной, а во-вторых, никаких, — я ясно выражаюсь? — никаких членовредительств, провокаций, искушений и «я думала, так будет лучше»!       Мэйзекин просто сияет:       — Да, Повелитель!

***

      Оставив двух женщин над колыбелью, братья усаживаются с выпивкой в гостиной.       — Мэйз сильно тоскует по отпрыску детектива Деккер, — не поднимая глаз от стакана, произносит Люцифер.       Ангел проницательно смотрит на брата и спрашивает прямо:       — Ну а ты? Хотел бы ты увидеть Хлою?       — Ты хотел сказать — её бездыханное тело? — пытается повернуть разговор в несерьёзное русло Люцифер.       Аменадиэль молча пожимает плечами, дескать, «понимай, как знаешь».       — Ну, наверное, хотел бы… Да, хотел бы! Но не хочу… давать Михаилу повод для… для чего угодно.       — А давай сегодня Я окажу тебе услугу, — посмеивается Аменадиэль. — Безвозмездно. То есть даром, — цитирует он известную детскую сказку. — Побуду у тебя свидетелем.

***

      Люцифер с непроницаемым выражением смотрит на тоненькую женскую фигурку, утопающую на слишком большой для неё больничной кровати. Половина лица закрыта пластиковой маской, но даже в скудном ночном освещении видно, как оно похудело, и какие глубокие тени залегли под закрытыми глазами. В обеих руках торчат какой-то нереальной толщины трубки, — или это просто руки стали такие тонкие?..       Ночью всех родных из больницы выпроваживают, так что Трикси наверняка у отца или бабушки. На стуле возле окна висит маленькая спортивная кофта и лежат книги. Видно, что маленькая Деккер проводит здесь бОльшую часть времени.       — Спасибо, я увидел всё, что хотел, — тихо произносит Люцифер, и комната пустеет. Лишь шелестят взъерошенные внезапным сквозняком страницы учебников.

***

      Люцифер готов дать лапу на отсечение, что после расставания с Аменадиэлем прошло не более тысячи дверей, как один из демонов приносит ему сообщение о прибытии Михаила. Вид посланец при этом имеет такой озадаченный, что Люцифер начинает всерьёз жалеть об отсутствии Мэйз.       Разговаривать с братом для него всегда было сродни ругани с собственным отражением. Но это «всегда» было ТАК неимоверно давно!.. Теперь они воплощения совершенных, абсолютных противоположностей.       — Извини, приветственных обнимашек не будет. Не хочу, чтобы ты решил, что тебе здесь рады.       Ангел смотрит на Дьявола с затаённой насмешкой в глазах, хотя лицо его хранит выражение серьёзное и даже скорбное.       — И я не горю желанием задерживаться в этой… обители проклятых. Может, приступим к делу? — брезгливо стряхивает он пепел с белоснежного одеяния.       Дьявол делает едва уловимое движение рукой, и вот они уже встают плечо к плечу в тесной кабинке лифта.       — Костюмчик сменить не желаешь? — насмешливо интересуется Михаил, как бы ненароком указывая на коготь Люцифера на кнопке пуска.       — Не хочу, чтобы у детектива в глазах двоилось. А так сразу видно, кто добрый следователь, кто злой… Прошу, — делает тот приглашающий жест, когда створки открываются.       Хлоя Джейн Деккер метафору оценила, судя по слабой улыбке, пробежавшей по её губам. Но, несколько секунд задержавшись на Михаиле, её глаза больше не отрываются от Люцифера. Странный это был взгляд, — смесь страдания, страха и… надежды?       Вошедшие сели за столик с противоположной стороны, и сходство пентхауса с допросной стало просто-таки комичным. Но никто больше не улыбнулся.       — Прошу, — повторяет Люцифер.       — Нет уж, хозяин вперёд. — Ангел постукивает ногтем по бокалу с вином, намекая то ли на причину их встречи, то ли на обычай делать первый глоток, чтобы показать гостю, что вино не отправлено.       — Надеюсь, ты помнишь, что мне она не обязана говорить «правду, только правду, и ничего кроме правды», — язвительно вздыхает Люцифер, глядя куда-то между братом и женщиной, которой он когда-то верил. И, переводя огненный взгляд на неё, спрашивает:       — Хлоя Джейн Деккер, чего ты желаешь больше всего?       Она на мгновение съеживается, как от ожога, и отводит взгляд, но тут же расправляет плечи и отвечает, глядя прямо ему в глаза:       — Я хотела бы искупить свою вину.       — Ну вот, пожалуйста, — комментирует Дьявол, делая раздражённый жест в сторону своего теперь-уже-не-двойника. — Твоя очередь. Или признаешь свой облом сразу, чтобы не позориться?        Ангел напряжённо хмурится. Потом прокашливается, привлекая внимание женщины.       — Хлоя Джейн Деккер, — ласково вопрошает он. — Чего ты боишься больше всего?       — Я боюсь, что никогда не смогу исправить тот ущерб, который нанесла своему… нанесла Люциферу, — отвечает та, чуть запнувшись. И, разрывая зрительный контакт, начинает тихо, безнадёжно плакать.       Люцифер поражённо смотрит на свои… руки?

***

       — Она не принадлежит Аду! — горячится Михаил.       — Но и в Серебряный Град тоже не рвётся, — парирует Люцифер. — Кажется, у нас ничья, о моя светлая противоположность! Но у меня есть хороший план! Тебе понравится.       — Уже сомневаюсь, — огрызается его близнец.       — А зря. Ведь это единственная возможность дать мне в очередной раз всё испортить. Ну же, соглашайся, красавчик!

***

      Хлоя Деккер открывает глаза и слышит с замиранием сердца, так что все медицинские пищалки сходят с ума:       — Смотри-ка, кто к нам вернулся…