Это пройдёт

— Гермиона? — зовёт Фред, открыв глаза и не обнаружив девушку рядом. Поднимается с кровати, выходит из комнаты, спускаясь вниз на звуки. Выдыхает, видя девушку за плитой. Подходит к ней, наблюдая за каждым действием, целует в макушку. — Ты меня напугал… — улыбается, поворачивается к парню, но боковым взглядом видя весь его «прикид», которого не было, чуть подскакивает и краснеет. — Ты чего не оделся? Вдруг мама бы была дома? — Ты стесняешься на меня смотреть? А ночью мне казалось, что тебе нравится… Я встал с кровати и сразу пошел искать тебя, почему ты встала? Я должен был принести завтрак тебе в постель, — усмехается парень, обнимает её за талию, оперевшись подбородоком на ее плечо. — Как ты себя чувствуешь? — Всё хорошо, — отвечает Гермиона, убирает газ и полностью раскисает в его руках. — Возьмёшь тарелки и поднимешь в комнату, вот и завтрак в постель, поэтому ничего не нарушено. — Я надеялся, что ты будешь в кровати и без одежды, — слегка ухмыляется, чуть повернув голову, чтобы видеть её реакцию. Гермиона слегка повернула голову в другую сторону, неловко улыбаясь и краснея. Фред погладил её по голове и отпрянул, взял тарелки и направился наверх. Остановился около лестницы и повернулся к девушке, вскинув брови, мол, идёт ли она с ним? — Иду-иду, — улыбается Грейнджер и направляется наверх за ним. В комнате она плюхается на кровать и наблюдает за тем, как Уизли заходит за ней и ставит тарелки на кровать, улыбаясь. Поворачивается, в поисках шорт. Видит их аккуратно сложенными на спинке стула, усмехается, надевает. — Мои шорты ещё никто так бережно и красиво не складывал, — смеётся, садится напротив девушки, чтобы было удобно есть, но потом наклоняется, целуя её в губы. — Спасибо, теперь буду знать, кто будет складывать мои вещи, а то мне так лень, не представляешь. Гермиона тихо смеётся, начиная постепенно есть. После спокойного завтрака слышится звук закрытой двери, оба в миг замолкают, прислушиваясь. Снизу слышатся тяжёлые шаги, Грейнджер поднимается с кровати и направляется вниз. — Как дела, мам? Будешь завтракать? Еда на кухне, — произносит девушка, стараясь разглядеть в глазах матери точные эмоции кроме усталости. — Отца скоро выписывают, — как должное говорит женщина, замолкая. — Так ведь это хорошо! Значит ему лучше, — говорит Фред, только появившийся на первом этаже. — Или хуже. Они просто не хотят, что он умирал в больнице, — сжимая губы, произносит Миссис Грейнджер. — Что ты такое говоришь, мам? У него все шансы, о смерти даже речи не шло, не надо думать о плохом. Правда? — она поворачивается в сторону Уизли, стараясь найти в нем поддержку. Парень слегка опешил. — Миссис Грейнджер, ему ведь не поставили смертельный диагноз, не надо говорить так, будто всё безнадежно. Вы должны до конца верить в самое лучшее. — А вдруг это и есть конец? — горько усмехается женщина. — Мам! Что ты говоришь? Нельзя! Мы вместе должны его поддерживать, а таким видом ты делаешь только хуже! Ты сама настраиваешь его на всё плохое. Я не пущу тебя к папе, если ты так и дальше будешь думать. — Гермиона, не всё в мире заканчивается хорошо. Если так происходит, значит это никак не исправишь. — Ты его жена! Ты не смеешь так говорить! Вот увидишь, его выпишут и всё будет как прежде, — практически шипит Гермиона, после чего поднимается в комнату, хлопнув дверью. Собирает сумку… — Миссис Грейнджер, не говорите так хотя бы при ней, — произносит парень, после чего поднимается к Гермионе. Тихо стучит. — Заходи, собирай вещи, поедем к папе, а потом куда-нибудь в отель. Поночуем там, так даже лучше, верно? Лепечет девушка, нервно собирая все вещи в сумку и переворачивая всё по дороге. Парень заходит в комнату, а потом подходит к девушке. Берет ее за руку и обнимает, крепко прижав к себе. — Её нельзя оставлять одну, она ведь может сделать что угодно, даже с собой. Надо остаться тут, просто переубедим её, чтобы она надеялась только на хорошее. Ладно? — Я не хочу здесь быть, это снова начинается. Только что, мне плохо… Воздуха мало, — шепчет девушка, Фред поглаживает ее по спине. — Тише-тише, дыши, давай, здесь есть воздух, убеди себя в этом и вдыхай. Глубоко-глубоко. Это пройдет. Сейчас поедем к твоему отцу, сами убедимся, что он поправляется и всё будет хорошо. Ты ведь мне веришь? — на этот вопрос девушка молчит некоторое время, тяжело переводя дыхание, чтобы не случилась паническая атака. — Верю. Поехали. Дорога выдалась достаточно нервной, Фред старался не говорить ничего о всей ситуации, чтобы не разжигать панику заново. Говорил на отдаленные темы, затронув только, что через четыре дня им надо будет вернуться. — Пап… — выдыхает Гермиона, пройдя и сев рядом с койкой на стул и взяв отца за руку. Тот повернул голову и устало улыбнулся, выдохнув. Погладил дочь по ладони. — Привет. Как у вас дела? Как мама? — спрашивает мужчина, еле-еле приподнимается и садится ровнее. — Всё хорошо. Мама тоже нормально, сейчас спит скорее всего. Как ты себя чувствуешь? — Сложный вопрос, вроде и лучше, а вроде также, — говорит мужчина и поджимает губы, не хотя такими словами расстраивать девушку. — Говорят, когда пациент сам не может понять свое состояние — это хорошо, потому что организм перестраивается и чувствует себя лучше, — вступает Фред и улыбается, видя, как Гермиона облегчённо вздознула. — Вот видишь, я буду огурчиком уже через пару дней. Как Живоглот? — усмехается мужчина. — Не знаю, снова гуляет где-то, ты ведь знаешь его, — выдыхает Грейнджер-младшая. — Я соскучился по этой рыжей морде. Надеюсь, что к моей выписки он будет дома. Я-то вас каждый день вижу, а его уже давно, — снова усмехается Мистер Грейнджер, решив поддержать дочь лёгким разговором, но потом тяжело выдыхает. — Когда вы уезжаете? — Через четыре дня, но на вашу выписку точно успеем, — говорит Фред. — Гермиона, можешь сходить в буфет принести что-то? До обеда ещё далеко, а есть хочется, — усмехается мужчина. — Да, конечно. Фред, ты со мной? — спрашивает она. — Нет, пусть он побудет со мной, одному скучно, а ты ведь одна справишься? Гермиона кивает и выходит из машины, направляясь вниз. Парень немного озадаченно поворачивается к мужчине, не понимая, почему тот провернул это. Мистер Грейнджер кивком указал на стул, на котором до этого сидела дочь. — Прогнозы о моем выздоровлении очень спорные, поэтому я хотел попросить, чтобы она не оставалась одна, если что-то пойдет не так. Ты ей нравишься, очень. Я давно не видел ее такой, поэтому прошу не оставлять её хотя бы первое время. — Мистер Грейнджер, но ведь… — парень хотел сказать про все хорошие шансы, но мужчина прервал его жестом руки. — О моей просьбе никто не должен узнать, особенно Гермиона. Понял? — Понял.