Это пройдёт

— Осторожно. Давай я помогу тебе? — спрашивает Гермиона, готовая подлететь к отцу и помочь с чем угодно. — Гермиона, успокойся, я сам прекрасно иду. До двери осталось немного. После ещё пары шагов мужчина нажимает на ручку двери, открывает её и заходит в дом, от которого уже отвык и безумно соскучился. Домашняя атмосфера, уют — это главное, это очень важное. — Где же моя любимая жена? — Пап, я же говорила, она поехала к бабушке. Ей надо отдохнуть от всего этого, пока мы за тобой присмотрим, а завтра вечером она уже вернётся, — говорит девушка, снимает верхнюю одежду и помогает проделать тоже самое отцу. — Будете есть? — Я голоден, уверен, Фред тоже, так что мы ждём прекрасный ужин от тебя, — усмехается Мистер Грейнджер. Гермиона, чуть улыбнувшись, уходит на кухню, бросив взгляд на задумчивого парня, который прошел в гостиную. Поджав губы, она стала доставать посуду и продукты, чтобы быстро приготовить что-то. Фред последние два дня думал о словах отца Гермионы, они его пугали и настораживали. Больше всего он волновался о их отношениях с Гермионой и здоровье её отца. Всё, кажется, было достаточно серьезно, но при этом он никогда не спрашивал, хочет ли она быть его девушкой, хотя понимал, что иного ответа, кроме «да», он не услышит. — Мистер Грейнджер, как вы себя чувствуете? — спрашивает Уизли, подняв глаза на человека напротив себя. — На удивление лучше, но это не отменяет моей просьбы. Когда вы отправитесь обратно, постарайся отвлекать её. Письма я буду писать каждый день, чтобы она была уверена в моём хорошем самочувствии, но ты сам понимаешь, какая она эмоциональная, ей нужен присмотр. — Понимаю. Я буду рядом с ней, обещаю вам. — Надеюсь на тебя, Фред Уизли. Кажется, ты учишься на курсе старше, чем Гермиона? — спрашивает мужчина. — Да, я на полтора года и на два курса ее старше. В этом году заканчиваю Хогвартс, а потом буду заниматься своим собственным делом. — Это очень ответственно, учитывая, что вы только-только выпускаетесь из школы. Я бы даже сказал немного безрассудно, но если дело стоящее, то… — Мистер Грейнджер, я хотел попросить вашего совета, — неожиданно прерывает мужчину Фред, опустив глаза в пол и смотря на свои ноги. — Я тебя слушаю, — говорит он, оперевшись на спинку дивана, сразу же приняв более серьезное выражение лица. — Мы с Гермионой не встречаемся, кажется. То есть, я испытываю к ней определенные чувства, она ко мне, как мне кажется, тоже… Раньше я обнимал её просто чтобы успокоить, потому что ей было тяжело, а теперь я хочу это делать каждую секунду. Когда я вижу её, или когда чувствую запах её духов, я хочу обнимать её, прижимать к себе, чтобы каждой клеточкой касаться её. Это стало необходимо мне, как воздух. Я дышу ей, но боюсь, что настолько сильных чувств ко мне она не испытывает и вдруг не захочет всё торопить, а я окажусь в неловкой ситуации. Я понимаю, что когда речь идёт о симпатии и любви неловкие ситуации — это глупости, но… — парень замолкает, смотря на свои руки. — Я хочу, чтобы эти отношения для неё были особенными, понимаете? Хочу, чтобы всё было так, как она мечтала, как она думала, хотела, хочет или будет хотеть. — Только не забывай про себя. В отношениях нужно думать одной головой за двоих. Ты думаешь о ней и себе, и она точно также. Вы должны найти своё золотое сечение, чтобы знать, как двигаться дальше. Однако, шаг влево, шаг вправо может обернуться пропастью, именно поэтому ты прав в том, что не торопишься. Фреду хотелось сказать, что они уже поторопились, что они уже провели первую ночь вместе, но тогда бы его сподвигали бы не не торопиться, а сразу делать предложение. Уизли молчал, стараясь набраться сил, настойчивости. Через минуты две поднял голову на мужчину и кивнул. Почти подпрыгнув с дивана, направился на кухню, где во всю готовила девушка. — Подождите ещё десять минут и всё будет готово, — говорит девушка, увидев рыжую макушку в проходе. — Нам надо поговорить, — оповещает Фред, Гермиона сглатывает и кивает, убавляет газ на плите, на всякий случай, вытирает руки и проходит к парню. — Что-то произошло? Тебе папа что-то сказал? — спрашивает Грейнджер, думая, что уже что-то успело произойти. Но парень покачал головой из стороны в сторону и вздохнул. — У нас странные отношения, правда? Обнимаемся, целуемся, спим…в двух смыслах. Это неправильно, — подытоживает Уизли, сложив руки в карманы и опустив взгляд в пол. Девушка нахмурилась. — То есть…? То есть ты хочешь как-то изменить всё, что есть? — тихо спрашивает она, боясь, что услышит ответ, что лучше вообще изменить всё и больше не повторять. — Да, хочу изменить. Кардинально, — кивает самому себе, наконец-то поднимает голову, смотря в глаза Гермионе, слегка облизывает губы. — Ты будешь моей девушкой? Сглатывает. На кухне наступает тишина, причем очень и очень четкая, самая тихая. Грейнджер в непонятках смотрит на Уизли, а последний со смешанными чувствами и эмоциями на лице продолжает сверлить её взглядом. Девушка ожидала, скорее, слов, что они поторопились и стоит притормозить отношения, чтобы понять, как действовать дальше, но этому исходу она была очень рада. — Буду… — тихо отвечает она, слегка улыбнувшись и покраснев. — Я уж думала, не спросишь. Думала, что самой придётся предлагать тебе официально встречаться… — Значит твои ожидания обо мне хуже, чем есть на самом деле? Вы обижаете меня, дорогуша. Раните моё сердце и душу. Я пронзён на повал. Ах, сердце! — он имитирует, будто ему вставили нож в сердце, смеётся. Девушка лишь качает головой и подходит к нему, входя в объятия. Вздыхает, прикрыв глаза. Маленькие шажочки в отношениях, кажется, начинаются. Плохо или хорошо это — пока не понятно.