Второстепенный персонаж будет жить!

      Несмотря на неодобрительные взгляды мальчишек, я завалилась спать, перед этим вкусно покушав. К сожалению, денег, что выделила Академия, остаётся не так уж и много, но на пропитание и обратную дорогу достаточно. Как будто тот, кто ответственен за их выдачу, рассчитал идеальную сумму, которой хватает впритык. Даже не знаю, восхищаться или негодовать, что коварный замысел не удастся?       Судя по тому, что, когда я проснулась, парни оказались в выделенной комнате, они решили повторить за мной, что и неудивительно. Несмотря на тот факт, что тело заклинателя всегда крепче как такового у обычного человека, долгий путь в дороге со всеми сопутствующими неудобствами выматывает. Необходим хотя бы день, чтобы собраться с силами… Или нормальный сон, который никто не прерывает, и еда. Особенно последнее, потому что если при желании сон можно заменить медитацией, то еду — нет.       Решив не дожидаться, когда парни проснутся, я вышла на улицу. Люди выглядят хмурыми, на контакт явно будут идти неохотно. Даже атмосфера в деревне какая-то гнетущая, неуютная… Будто эту землю кто-то проклял.       Что ж, пока что у меня два варианта, что могло произойти. Первый: в деревне и впрямь объявилась какая-то нечисть, что высасывает жизненные силы у людей. Другой вопрос: какая присутствует закономерность, — какая тварь присосалась к деревне и какие у неё мотивы? А если это какой-то призрак, то мотивация обязательна — хоть факт того, что сосед отказался корову продать десять лет назад, сгодится. Для неупокоенных душ необходима злоба, которая не появляется на пустом месте, чтобы вместо перерождения иссушать деревни, убивая их жителей.       Второй же вариант более вероятен, потому как этот мир — пускай и китайское, новельное, но средневековье. Я предполагаю, что деревенских косит какая-то болезнь или любая другая хворь. Никто не отменял чуточку реализма в этом мире-фантазии китайского автора. Конечно, из-за того, что мир, в котором я теперь живу, полностью клишированный, вероятнее всего, правдивым будет первый вариант. Но я также стараюсь не забывать, что всё, что меня окружает — реальность, а потому и второй сбрасывать со счетов не буду.       Итак, кого бы для начала расспросить?.. Если пойду к детям, то есть вероятность, что забеспокоятся взрослые, а сами мелкие могут многого не знать в силу возраста. Пойду к старикам или просто взрослым, велик шанс, что те не захотят делиться правдой, посчитав её постыдной или несущественной в делах заклинателей. Также не стоит забывать, что после расспросов взрослых они могут внушить детям либо что-то замалчивать, либо вообще сторониться заклинателей.       Единственное, что хоть как-то сглаживает всю эту ситуацию — репутация совершенствующихся. Из-за образа возвышенных, мудрых, но суровых на расправу святых, нам больше доверяют, что смягчает ситуацию в закрытых деревнях, где к каждому незнакомцу относятся враждебно.       Тяжело вздохнув, я решила отправиться в первый попавшийся дом. Будь что будет. В этой ситуации правильного варианта я не вижу и сомневаюсь, что парни что-нибудь придумают. Хотя… Можно было бы разделиться. Задумавшись над этим, я остановилась. Тогда лучше не буду заниматься самодеятельностью. Главное, чтобы Ли Юн пришёл к тем же выводам и направил каждого общаться с определённым поколением. Так было бы проще и безопаснее не только для жителей деревни, но и нас самих — кто знает, если это какая-то тварь, то что будет, если мы даже не сможем определить причину внезапного недуга деревни?       Но в то же время желания засиживаться в доме старосты, дожидаясь пробуждения попутчиков, у меня нет. К тому же хочется банально пройтись, размять ноги, а то в дороге мне большую часть времени пришлось провести за вожжами. Оглядев деревню придирчивым взглядом, решила пойти в сторону леса. Поселение не особо большое, деревенские явно занимаются большую часть времени работами в поле или в домах, а не созерцанием красот пейзажей. Конечно, можно было бы поглазеть на однотипные домишки, но, право слово, не видела я их что ли? Уж лучше пойду в лес, может чего интересного увижу.       Прислушавшись к окружающей природе, ощутила по колебаниям ци, что рядом с деревней протекает река или есть озерцо. Что, в принципе, логично — обычно населённые пункты возводят рядом с водоёмом или на месте, где можно выкопать колодец, который поил бы всю деревню. Можно будет осмотреть ближайшие поляны от безделья, чтобы убедиться, что дело не в отравленной почве. А вот к водоёму одна я идти побаиваюсь — если деревню терроризирует гуль какой-нибудь, то велика вероятность, что я не смогу нормально от него отбиться. А он может на меня напасть, попытавшись затащить под воду, чего мне бы не хотелось! Если быть честной, тренировки с Шуэй Юаном не дали ещё тех плодов, чтобы можно было эффективно использовать в бою стихию воды.       Решив всё для себя, я направилась в лес.       Мне даже не пришлось далеко идти, чтобы начать замечать красоту природы. Изумрудная трава, высокие деревья, сквозь кроны которых прорывается солнце. И пускай оно не слишком яркое из-за прикрывших облаков, но его света достаточно, чтобы насладиться картинкой. Пожалуй, если бы изначально я росла в какой-нибудь деревне, я бы не смогла по достоинству оценить открывшийся пейзаж — привыкла бы к такому. Вот только если кто-то влюбляется в лес, и у него появляется желание перебраться в пригород или деревню, то у меня такого желания не возникает и не возникнет никогда.       Да, красиво, но всё это особенно ценно, потому что я нечасто вижу нечто подобное. К тому же я слишком сильно люблю удобства, которые дают города, чтобы перебраться в деревню. Да, они не сравнятся с таковыми из моей прошлой жизни, но всё равно, даже в новельном Древнем Китае удобнее и комфортнее жить в каком-нибудь городе. Эх, представляю, как сильно повезло здешним аристократом — у них есть все удобства и блага, чтобы комфортно жить, не задумываясь ни о чём лишнем.       Мне о таком можно лишь мечтать, ведь я отношусь к тем, кто этот самый комфорт аристократам и обеспечивает.       Пройдя ещё чутка вперёд, замечаю стаю синиц, что расположились кучками на ветках дерева. Видимо, животных непонятная чертовщина не распугала, раз я нашла птиц так близко от деревни. Тогда можно исключить ряд нечисти из списка подозреваемых. О, вон в кустах мелькнули задние лапы кролика.       Решив зря время не терять, попросила включить Систему мелодию для тренировки. Спустя время Вейж Мин Лун разработал специальный комплекс упражнений для моего «странного стиля боя». Как сейчас помню, как вначале не понимала, что происходит, а когда до меня дошло — я расплакалась. К сожалению, до этого мне никто и никогда не делал таких ценных подарков, так что естественно, что я в итоге оказалась тронута. Хах, помню, дядя вначале даже запаниковал оттого, что у меня полились слёзы.       Медленно перетекая из стойки в стойку, я погрузилась в своеобразную медитацию.

***

      — И где тебя носило? — раздражённо сказал Чжэнь Бэй, стоило мне только войти в дом старосты деревни.       — Прошу прощения, — покорно склонила голову я.       — Идём быстрее, — бросил он, идя в выделенную парням комнату.       Никогда бы не подумала, что когда-нибудь буду мириться с подобным положением. Не зря говорят: человек — тварь, ко всему привыкающая. На собственной шкуре убеждаюсь уже какой год.       Закрыв за собой дверь в комнату, замечаю недовольно смотрящего на меня ещё и Гуань Вея. Один Ли Юн спокойно сидит за столиком, попивая чай. Вот у кого двум неуравновешенным учиться надо!       — Ты расспрашивала жителей? — тут же интересуется Ли Юн, стоит мне присоединиться к нему за столик, налив чая себе.       — Эта ничтожная хотела, но не стала, — честно отвечаю.       — И почему же? — удивлённо спрашивает он.       — Мне показалось, что будет гораздо разумнее расспросить деревенских вместе с шисюнами.       — Твоё благоразумие похвально, — я краем глаза замечаю, как Чжэнь Бэй захотел возразить, уже даже вздохнул, как мигом сдулся, стоило Ли Юну похвалить моё решение. Уголки губ сами собой поползли вверх в злорадной ухмылке, но я силой воли остановила себя. Не пристало внешнему ученику злорадствовать над скудоумием ученика внутреннего.       — Будут ли у шисюна Ли рекомендации этому невежественному сяошиди?       — Не стоит обращаться к жителям как к прислуге. Возможно, вы и привыкли к такому, однако теперь вы — не просто знатные люди, вы — совершенствующиеся. Несите это звание с честью, не проявляйте излишнего высокомерия.       И почему ты не мог сказать им этого раньше? Или на внешних учеников совет не распространяется? Типа, с клиентами — мы само совершенство, а вот уже с коллегами — как настроение сложится? Что за дискриминация?!       Подавив в себе желание нахмуриться, я отпиваю чай.       — Гуань Вей, отправься поговорить с пожилыми людьми. Помни о сыновьей добродетели и относись к ним с почтением, — прежде чем пацан вышел, успел сказать Ли Юн. — Чжэнь Бэй, поговори с детьми. И не хмурься слишком много — это может их распугать.       — Слушаюсь, шисюн.       — Сяошимэй, поговори со взрослыми, — на миг у меня даже сердце замерло оттого, что Ли Юн впервые назвал меня своей младшей за всё время нашего путешествия, когда мы остались наедине.       — Эта ничтожная слушается.       И что это было? Он признал, что мне можно доверять? Просто сказал, потому что за всё это время запомнил, что я вообще есть? Признал, что я существую, что я не просто прислуга, а всё-таки ученица Академии? И пускай мне не понятно, отчего он так меня назвал, но в груди почему-то стало тепло.       А особенно приятно мне становится, когда вспоминаю слова других внешних учеников. Зачастую они не принимают участия в миссии, потому как исполняют роль прислуги. Никто же не будет заставлять слабых слуг, которые годны лишь для того, чтобы обеспечивать быт в пути, выполнять работу заклинателей, вы что. А меня посчитали достойной. Приятно, чтоб вас.       Прежде чем оказаться на улице, заметила странный взгляд старосты деревни. Как там его? Мин Ци вроде?.. И почему у него такой враждебный взгляд? Может, не хотел изначально вызывать заклинателей, но жители деревни настояли?       Оказавшись на улице, я застыла на месте. Итак, куда бы пойти? Но, недолго думая, я направилась в сторону ближайшего домика по соседству. Может, чего интересного расскажут про этого Мин Ци? А то он у меня вызывает кое-какие подозрения насчёт его порядочности.       Оказавшись у полуразвалившейся двери в домишко, постучала в неё. Изба выглядит старой, и возникает такое ощущение, что стоит пройтись непогоде с сильным дождём и ветром, как всё сооружение рухнет жильцам на головы. И я бы решила, что в доме уже никто не живёт, если бы не петухи и гуси, разгуливающие перед крыльцом, а также развешанные тряпки рядом.       Дверь скрипнула, не прошло и минуты, и из-за неё выглянула всклоченная макушка девушки.       — Здравствуйте… — на секунду замешкавшись, сказала я. Девушка похожа лицом на обезумевшую — широко распахнутые глаза, волосы торчком, кожа бледная…       — Прошу прощения у почтенной заклинательницы за мой внешний вид! — тут же воскликнула она. — Эта глупая только спросонья и не в лучшем виде… — зардевшись, девушка скрылась за дверью ещё больше. Теперь только часть волос да глаз и видно. — Прошу Вас, проходите. Эта недостойная заварит чай.       Не успела я возразить, как её силуэта и след простыл. Что ж, от чашечки чая не должно же стать хуже?       Аккуратно открыв дверь, вхожу в дом. Доски неприятно скрипят, и появляется ощущение, что один неосторожный шаг и пол просто провалится. Так что стараюсь осторожно ступать на доски, следуя на кухню за девушкой.       Внутри дом оказался гораздо опрятнее и… более надёжно выглядящим, хотя и не настолько, чтобы жить в нём, не опасаясь обвала потолка. На удивление отмечаю, что в доме целых три комнаты — кухня, подобие гостиной и, скорее всего, спальня. Скажем так, для обычного человека, особенно в деревне, это большая редкость. Зачастую в этом мире встречаются дома, где всего две или одна комнаты. И то, если комнат две, то одна из них — кухня. Так что, видимо, когда этот дом строился, предки девушки были богаты, чтобы потратиться на него.       — Уважаемые заклинатели прибыли из-за бедствия в деревне, не так ли? — разлив по чашкам чай, спросила девушка.       — Верно. Я бы хотела узнать у вас, не замечали ли вы накануне бедствия чего-то странного? Или, может, у вас есть догадки, что произошло?       Прежде чем ответить, девушка воровато оглянулась, подошла к маленькому окошку и закрыла его шторой, из-за чего в комнате стало ещё темнее, чем до этого. Достав свечу и поставив её на стол, девушка зажгла огонь.       — Пообещайте, что никому не расскажите о том, что я вам сейчас поведаю, — взгляд из безумного стал умоляющим. Будто до этого её мучила паранойя, и она нашла способ от неё избавиться, доверившись мне. Видимо, у неё и впрямь есть какие-то важные сведения.       — Конечно. Единственные, кто узнает о поведанном вами — мои товарищи заклинатели, — я с уверенностью посмотрела ей в глаза. Неожиданно для меня девушка всхлипнула и прикрыла рот рукой.       — Госпожа заклинательница… Это просто ужасно!..       — Ну что вы, что вы, — я подскочила к ней и положила руку на спину. — Всё будет хорошо, не волнуйтесь, мы обо всём позаботимся, так что дышите, — что же её так напугало, что у неё случилась паническая атака? А это она — девушка начала хватать ртом воздух, будто задыхаясь, вся трясётся. Чёрт, а я даже не знаю, что лучше всего в подобных ситуациях делать!       Несколько минут уходит на то, чтобы она успокоилась. Отпив воды и уставившись в точку на полу, девушка застыла статуей обречённой девы. Странно, сама по себе она очень красива, если присмотреться к внешности, наверняка должна пользоваться популярностью у местных деревенских парней и мужиков; так почему же живёт одна, да и выглядит слегка дикой, будто… Её сторонятся в деревне? Может ли быть, что это как-то связано с тем, что она хочет мне рассказать?       — Простите эту ничтожную… — будто очнувшись ото сна говорит она. — Эту ничтожную зовут Хо Сиянь… — на миг девушка замолчала, будто собирается с силами, чтобы продолжить: — всё началось с того, что к нам в деревню приехал мужик… Да-да, точно, с этого всё и началось… — явно чувствуя себя неуютно, пытаясь хоть как-то сконцентрироваться на реальности и отрешиться от прошлого, Хо Сиянь начала раскачиваться взад-вперёд, будто кукла-неваляшка. — Его звали Му Дан… Понимаете, я дружила с Мин Яо — дочерью старосты деревни. Как-то раз она мне рассказала, что проезжий глаз на неё положил, приставал к ней, говорил пошлости… А ведь она была очень правильной! Она была невероятной чистоты души человеком! Естественно, что её возмущали слова Му Дана! — схватив меня за руку, Хо Сиянь уставилась на меня безумным отчаянным взглядом, будто привыкла, что её словам никто не верит. — Да и я знаю, что она любила Шэн Цю. Все в деревне это знали! Да что уж там говорить, он собирался просить её руки и сердца у старосты!.. Но однажды…       Хо Сиянь зашлась в плаче. Пытается сказать ещё хоть что-то, но вместо связных слов вырываются только всхлипы. Погладив её по спине и подав стакан воды, я задумалась. Пока что мне не до конца понятно, при чём тут странная болезнь, что косит деревенских. Пока девушка заходится во всхлипах, я глажу её по спине, чтобы она быстрее успокоилась. Чувствую себя неловко — такое ощущение, что она проливает слёзы не из-за болезненных воспоминаний, а из-за того, что я её заставляю их в принципе вспоминать.       — Мин Яо прибежала ко мне в дом, — сделав паузу, Хо Сиянь глубоко вздохнула, собираясь с силами. — Она была вся заплаканная, а на подоле её платья была кровь… Этот… Му Дан, — со злостью выплюнула она имя мужчины. — Он… Он обесчестил её! — громко крикнув, отчего я вздрогнула, Хо Сиянь вмиг вся сжалась и заозиралась по сторонам, будто боясь возмездия. — Мин Яо побоялась рассказать об этом ещё кому-либо. Но знаете, он почти сразу уехал из деревни. Представляете?! Он даже не захотел взять ответственности за содеянное! — прошипела злобной кошкой она. — А после… А после Мин Яо слегла с болезнью… Я точно не знаю, что случилось, но её отец как-то об этом узнал. Позже Мин Яо выдали замуж в другую деревню, и я её больше не видела… Её отец говорил, что какой-то благородный заклинатель согласился взять её, опороченную, испорченную девку в жёны… Что это большая милость с его стороны…       — Вы думаете?..       — Это проклятье! Людей косит проклятье! Я в этом уверенна! Я помню, как бледна была Мин Яо, когда пришла ко мне в ту злополучную ночь, это она прокляла старосту и всю деревню заодно! — вернувшись к образу умалишённой, Хо Сиянь начала твердить одно и то же, будто заезженная пластинка. Невольно я почувствовала мурашки на руках, а усилились они, стоило мне взглянуть в глаза девушки — полные отчаяния и боли за подругу.       — Я вам верю, — она вмиг остановилась.       — Верите?..       — Да, верю, — я сжала её руку.       Прошла секунда, вторая…       — Ха-а-а-а… Спасибо вам!.. — из глаз Хо Сиянь полились слёзы, а сама она выглядит, будто вот-вот готова раствориться.       Я сжала её в объятиях, дожидаясь, когда она успокоится и придёт в себя.

***

      Оказавшись на улице и отойдя на приличное расстояние от дома Хо Сиянь, я зашла в проулок и скатилась по стене дома вниз. Никогда не любила успокаивать людей, а с таким случаем, как у девушки, так и вовсе столкнулась впервые. Правильно ли я её поддержала? Должна ли была я это делать? Заклинатели так вообще поступают? Чёрт, только голова разболелась от всего этого…       Зажмурив глаза и сжав переносицу, я погрузилась в поверхностную медитацию, чтобы восстановить правильное дыхание и кровоток, чтобы голова быстрее прошла. А ведь Хо Сиянь — первая, кого я опросила, а по-хорошему это надо сделать со всеми. Да и учитывая, что расспрашиваем мы всех одновременно, мне не стоит задерживаться с попыткой прийти в себя и продолжить.       Со стоном поднявшись с земли, я направилась на рынок в деревне, а если точнее, то улицу, где обычно торгуют. Может, там получится услышать какие-нибудь слухи? А то на прямой контакт я пока что явно не способна…       Подойдя к одной из лавок, я стала делать вид, что выбираю, какие овощи хочу купить, прислушиваясь к разговору двух женщин.       — Ты видела? Заклинатели приехали! Ох, хоть бы они побыстрее расправились с этой напастью…       — Помнишь Хо Сиянь? Эту дуру сумасшедшую? Она всё твердит, что это дух Мин Яо проклял нас всех. Да за что же? Все знают, что она хорошо устроилась! Да и отец её хорош — устроил её испорченную при заклинателе. А это ух как тяжело!       — Хах, а я ей не завидую, — хм? Я прислушалась. — Ты же знаешь, что они с Шэн Цю любили друг друга! Вспомни себя в молодости — тоже ведь не по любви вышла. Помнишь, как первое время сокрушалась? Наверняка и у неё сейчас так же.       — Ничего, переживёт!       Более не видя смысла и дальше вслушиваться в их болтовню, я отошла от них к другой лавке с мясом. Может, мужики ещё чего-нибудь полезного скажут?       — Ой, да ладно тебе! Сколько времени уже утекло, а ты всё сокрушаешься!       — Конечно! Ты ж сам хотел эту Мин Яо! Она ж была первой красавицей!       — Да тебе бы всё равно ничего не досталось! Ты ж помнишь, что она с Шэн Цю шашки мутила. А этот подлец взял да обесчестил её! Не зря же он получил расправу по справедливости!       — А всё равно жалко. Я б её даже испорченную взял, да этот заклинатель окаянный первый успел.       Купив мяса, чтобы приготовить на ужин, я отошла в сторону. Если верить Хо Сиянь, то получается, что Мин Яо мстит бывшему возлюбленному? Но если её забрал с собой заклинатель, то от чего она умерла? А если верить слухам, то он, скорее всего, взял её в жёны из-за красоты, а значит, должен был помочь ей выздороветь. Странно. Несостыковки какие-то.       Оставшееся время я потратила на расспросы баб с мужиками. Но, к сожалению, никакой другой информации получить у меня не удалось. Посмотрим, может парни разузнали что-нибудь ценное? Я направилась обратно в дом старосты.       Когда в прихожей столкнулась с Мин Ци, по правилам склонила голову перед ним, как перед старшим, но всё равно заметила краем глаза, каким высокомерно-недовольным стало его лицо. Может, он в принципе не любит женщин, как и большинство мужиков в средневековье? Но я быстро выкинула подобные мысли из головы — нечего себе жизнь портить такими размышлениями.       Так как вернулась я специально пораньше, чем остальные, сразу отправилась на кухню и приготовила ужин. Да, не особо изысканный, к которому могли привыкнуть дети из богатого сословия, да и я не повар, но зато и не по-походному пресно и маленькими порциями.       Подав тушёные овощи с мясом и большим количеством приправ, сама я со своей порцией направилась в выделенную мне комнату, тяжело вздохнув. Как же не хватает в этом плане моей прошлой Фэн Сюин…       — Сяошимэй, — не доходя до дверей я остановилась, услышав оклик. — Может, присоединишься к нам? — спросил у меня вежливо Ли Юн.       — Но шисюн!..       — Заткнись, — ткнул Чжэнь Бэя под бок нахмурившийся Гуань Вей. Видимо, он тоже не рад решению шисюна, однако воспитание не позволяет выражать это так же открыто.       — С удовольствием, — улыбнулась я на его предложение.       Аккуратно сев с остальными за один столик, я принялась кушать. Честно признаться, я уже даже привыкла к нормальному отношению от окружающих меня людей, а оттого поведение парней меня… Подавляло. Да, наверное, так можно будет корректно выразиться. В какой-то степени предложение Ли Юна мне польстило и согрело сердце, будто камень с души упал.       Всё время, пока мы ели, Гуань Вей и Чжэнь Бэй специально не смотрели в мою сторону. Ну и ладно, подумаешь, больно надо…

А ведь всё равно обидно, не так ли?

      Когда основная трапеза закончилась, я разлила чай по всем правилам. Это должно помочь успокоиться парням от решения Ли Юна пригласить меня разделить вместе трапезу.       — Итак, что же вы сумели разузнать? Гуань Вей?       — Да, шисюн. В основном мне рассказывали о том, что Мясник Мао стал убивать больше живности, чем то необходимо, вот духи животных и разгневались. Кто-то говорил, что недавно у соседей муж забил жену до смерти. Также говорили о том, что из леса стали появляться лисицы, которые воруют кур, вот их и стали убивать больше. Бабушка Мин считает, что это месть от лисиц, однако ни одно из этих сведений не подходит под симптомы умирающих, — обдумывая слова Гуань Вея, Ли Юн уставился в пол.       — Что-нибудь ещё?       — Из последнего, что всколыхнуло деревню, была внезапная новость о том, что дочь старосты деревни вначале обесчестили, а потом её взял в жёны проезжающий мимо заклинатель. Бабушка Мин также упомянула, что как-то подозрительно умерла жена старосты.       — Чжэнь Бэй?       — Дети в основном говорили о том, что было празднество в честь выхода замуж Мин Яо — дочери старосты деревни, и им в честь этого выдавали засахаренные ягоды. Ещё говорили о каком-то Шэн-гэгэ, которого жалко, но я так и не смог добиться от них чего-то весомого на его счёт, — уже неплохо, что он смог узнать столько от детей — обычно они рассказывают о сущих пустяках, непричастных к делу от слова совсем. — Ещё дети мне рассказали о том, что недавно гуляли у озера, в которое впадает близлежащая река, и стало оно ощущаться как-то зловеще. Не думаю, что это так уж важно, — недовольно нахмурился он, однако сказал же! Поминает, что Ли Юн может с ним не согласиться в этом. Неужели мои догадки верны и с водоёмом что-то не так?       — Юэ Инг Хуа? — у меня аж сердце на секунду в пятки ушло оттого, что он позвал меня по имени.       — Самую полную картину я узнала от лучшей подруги Мин Яо, что живёт по соседству, — я заметила, как Ли Юн стал внимательнее меня слушать. — Как-то раз в деревню приехал некий Му Дан из другой деревни. Ему сразу понравилась Мин Яо, потому как она была первой красавицей, и он стал к ней приставать, — заметив пренебрежительные взгляды парней, мне стало даже как-то не по себе — в этом мире предубеждения насчёт девушек таковы, что если речь идёт о крестьянках, то почти всегда почему-то считается, что она сама виновата в приставаниях. — Как-то раз ночью Мин Яо прибежала вся в слезах к Хо Сиянь, явно опороченная Му Даном. На следующий же день он уехал из деревни, а сама она слегла с лихорадкой. Через несколько дней умерла жена Мин Цина, как я узнала из слухов, а ещё через несколько дней все узнали, что Мин Яо потеряла целомудрие. Все знали, что она и Шэн Цю любили друг друга, потому обвинили во всём парня, за что он получил соответствующее наказание, — правда, что это за наказание, у меня так и не получилось узнать, но с этим уже ничего не поделаешь. — Её взял в жёны мимо проезжающий заклинатель. Хо Сиянь считает, что деревне вредит неупокоенный дух Мин Яо за то, как с ней поступил староста деревни и жители, — закончила рассказ я.       У Ли Юна выражение лица стало задумчивым, Гуань Вей ушёл в себя в раздумьях, а Чжэнь Бэй, такое ощущение, что недоволен тем, что у меня получилось столько узнать, вот и сидит хмурый.       — Для начала выскажетесь, кто думает, что вам необходимо делать? — спросил Ли Юн. Вот за что он мне нравится, так за его поведение на данном задании. Сам он не берёт безусловного командования, лидерства. Вместо этого он задаёт наводящие вопросы, предоставляя нам возможность учиться для будущих подобных заданий.       — Для начала мы можем проверить близлежащую округу, — слово взял Гуань Вей. — Проверим слухи о лисах, а также проверим водоём на предмет нечисти, — в этом мире дети особенно чувствительны ко всякой бяке, так что упускать из виду их слова о зловещей атмосфере у озера и реки не стоит.       — Подождите, — оборвал его слова Чжэнь Бэй. — Ты говорила о Хо Сиянь? — обратился он уже ко мне. — Насколько я понял, её считают местной сумасшедшей. Разумно ли принимать во внимание её слова?       — Её таковой считают, потому что она делилась мыслями с другими жителями, но никто ей не поверил. Из-за этого она впала в отчаяние. Но скажу так: когда я общалась с ней, она выглядела не как сумасшедшая, а как человек, которого преследует призрак… — я только сейчас это поняла. А ведь и правда. Неужели?..       — Если слова твои верны, то стоит обратить на Хо Сиянь пристальное внимание, — вмешался в разговор Ли Юн. — Гуань Вей, так как ты был лучшим в классе, то я доверю наблюдение тебе.       — Да, шисюн.       — Мы с вами отправимся проверить округу.       — Я уже проверила всё в округе, кроме реки и озера, — вклинилась я. — Никаких признаков нечисти я не обнаружила. Даже птицы не улетели.       — Хорошо. Тогда отправляемся сейчас же.       — Да, шисюн.