В клеточку шарф

Я считал, что лес — только часть полена. Что зачем вся дева, раз есть колено. Что, устав от поднятой веком пыли, русский глаз отдохнет на эстонском шпиле. Я сижу у окна. Я помыл посуду. Я был счастлив здесь, и уже не буду. По тишине комнаты раздался звук гудков. Габриэль всё ещё немного волновался, но старался взять себя в руки. Он был бесконечно благодарен Винчестеру, и хотел сделать для него хоть что-нибудь, чтобы не чувствовать себя так жалко. В конце-концов этот парень пробежал за ним в дождь, поддержал и донёс до дома его тело в бессознательном состоянии, а Габриэль только рыдал, истерил и приносил проблемы. Ему было ужасно неловко за совершённые поступки. — Алло? — на том конце трубки послышался лай, и Сэм что-то шикнул. — Привет, Сэм, это Габриэль. Я не мешаю? — Ах, Габриэль! — Винчестер крикнул: "Тише, Акай!", и усмехнулся. — Прости, что-то она сегодня шумная. Как ты себя чувствуешь? Гейб задумался. Состояние его души было чуть лучше отвратительного, а физическое тело чувствовало себя хуже ужасного. — Я в норме. — отмахнулся парень, чтобы не грузить Сэма своими проблемами. Чем быстрее он принесёт свою благодарность, тем скорее сможет избавиться от лишней обязанности на своих плечах. Скрывать не стоит, Габриэля это всё грузило, а особенно чувство непонятного долга перед Винчестером. — Точно? Просто ты полчаса пролежал под дождём, это не могло просто так пройти. Габриэлю совершенно не нужно, чтобы Сэм начал что-то подозревать о его состоянии. Он сильно сжал шарф в своей руке. — Нет! Всё правда хорошо! — парень даже стал говорить бодрее. — Слушай я хотел сказать спасибо за всё... Мне немного совестно, что я принёс столько неприятностей. Я могу что-то для тебя сделать, в знак благодарности? Габриэль напрягся. — Что-то сделать? Хм, на самом деле, у меня есть одна идея. Мы с Акай сейчас зайдём к вам. — Чт... — но Сэм уже сбросил звонок. Гейб сидел в полнейшем недоумении, продолжая сжимать в руке шарф. "Точно, надо-бы его вернуть". Габриэль, приняв обезболивающее, вышел из комнаты и направился в душ. Что ты задумал, Сэм Винчестер? После душа Габриэль спустился на первый этаж, где Кастиэль что-то готовил. — Где остальные? — особо не церемонясь спросил Гейб, присев на стол. Он собрал мокрые волосы в хвостик, и повернулся к Касу. — Уехали. Собрали вещи, пока ты был без сознания, и уехали. У них там какой-то сложный пациент. Кастиэль нервничал, стуча ногтями по столешнице около духовки. Габриэль прекрасно понимал, что произошло: братьям тяжело находиться с ним в одном доме, и тем более вести диалог о том, что тогда произошло. Однако Кастиэль остался. — Гейб, послушай... — Я и представить не мог, что ты такая же лицемерная мразь, как и они, Кас. Кастиэль резко развернулся и посмотрел на брата. — Габриэль, ты много не понимаешь. — он свёл брови к переносице и сел рядом. — А что тут не понимать? — Тебе нужно поговорить с ними, ты же не слушаешь меня... Послышался лай и стук в дверь. Под возмущения Кастиэля: "Кто там среди ночи?" дверь открылась, и на пороге возник Сэм. — Это ко мне. — сказал Габриэль, подойдя к Винчестеру. Кастиэль удивился. — Привет, Кас. Сэм снял пальто, и по-хозяйски прошёл в дом, за ним вбежала маленькая собачка. — Акай сегодня с тобой? — Кастиэль наклонился, погладив собаку. Он улыбнулся. — Да, не хотела отпускать меня одного. Винчестер улыбнулся, и пошёл на кухню. Габриэль чувствовал себя не комфортно, ведь понятия не имел о намерениях парня. Сэм сел около окна, Габриэль — возле Винчестера. — Чай? Кофе? — Кас вытащил кружки. Акай тянула Сэма за штанину, и он взял собаку на руки. — Кофе, без сахара. Габриэль? Парень вздрогнул и под нос повторил заказ Винчестера. Кастиэль кивнул. Гейбу было неловко спрашивать Сэма о его плате при брате, поэтому он опустил голову и задумался о том, куда ему теперь податься. Долго прожить в доме семьи Новак не получится — здесь ему рад только Кастиэль, и то с большой натяжкой. Люцифер и Михаил же вообще не могут его видеть. Да и не надо, откровенно говоря. Габриэль и сам хотел поскорее избавиться от общества бывших братьев. Жить у Бобби, его спонсора, было весьма проблематично: он был человеком необычным, эксцентричным, поэтому сразу заявил: в любой момент Габриэль может оказаться на улице. От отсутствия иных вариантов, Габриэль соглалисля. Он даже успел привыкнуть к этой любопытной личности, когда на пороге появился Эш — новый парень на содержании Бобби. Вот тогда Габриэль и оказался на улице. Идти домой не хотелось, возвращаться обратно в проституцию хотелось ещё меньше, а думать о том, кем является спонсор, которому хочет отдать Габриэля Бобби было вовсе невыносимо. Глупые правила спонсорства. Профессия: "Элитная проститутка". Зачёркнуто. Профессия: "Парень на содержании с обеспечением жилья". Зачёркнуто. Габриэль вернулся в реальность, когда услышал знакомый писк духовой печи. — Что готовишь? — спросил вдруг Сэм у Кастиэля. Как сказать "вдруг"? Габриэль бы знал, что они довольно давно разговаривают, если бы не витал в своих мыслях. — Да так, ничего особенного, всего-то маффины. — Малиновые? Кастиэль кивнул и улыбнулся. Габриэль сжался. Он понимал, к чему всё идёт. Раньше он обожал малиновые маффины Каса... Гейб нервно дёргал кожаный браслет с двумя серебристыми ангельскими крыльями, не желая признавать очевидное: брат хочет его накормить. От маффинов шёл еле видимый дым, и Кастиэль, как самая важная хозяйка, поставил их на крыльцо, остывать. Кас снял прихватку, и хотел положить её на стол, когда к нему подпрыгнула Акай, украв перчатку. — Эй! — но собака уже убежала, виляя хвостиком. — Вот хулиганка! Сэм, научи её манерам! Винчестер виновато улыбнулся, пока младший Новак попытался отобрать прихватку у Акай. Когда Кастиэль был вынужден выйти за собакой в другую комнату, Габриэль всё-же решился задать свой вопрос: — Сэм, что насчёт моей... — Благодарности? — Сэм заглянул прямо в глаза Габриэлю, и тот инстинктивно подался назад, едва не свалившись со стула. — Съешь маффин Кастиэля. Габриэль замер. Кастиэль с Винчестером что, сговорились? — Не-е-ет, я скорее отсосу ему, чем съем что-либо! Гейб понял, что задумал Винчестер, и его затея ему совершенно не нравилась. Акай вернулась на кухню и Сэм, подхватив её на руки, отобрал прихватку, торжественно вернув её Кастиэлю. — Спасибо. — Кас потрепал шерсть собаки. — У нас закончился зерновой кофе, поэтому могу предложить только растворимый. Сэм кивнул, и Кастиэль вытащил три пакетика, дожидаясь кипения чайника. Габриэль не знал, что пересилит его: анорексия или чувство долга. Стакан с кофе стоял прямо перед ним и дымился, а Кастиэль нёс ароматные маффины, что-то довольно рассказывая. Нервы Гейба не выдерживали. Маффины — это тесто, а очищаться тестом опасно для жизни. Таблеток слабительного поблизости не наблюдалось, тело всё ещё болело и идея занятий спортом тоже казалась невозможной. — Вау, Кас, это превосходно! — Винчестер искренне восхищался, поедая уже третий маффин, а Габриэль неуверенно взял в руку один. Кастиэль ничего не ответил, ожидая дальнейших действий брата. Винчестер тоже замолчал. Сердце безумно стучало, руки дрожали, мозг стремительно производил подсчёт калорий, попутно ужасаясь их количеству. Но Габриэль медленно, стараясь успокоиться, вдохнул, откусив маленький кусочек. — Как в детстве... — сказал он неуверенно, сдерживаясь, чтобы не плюнуть. И он откусил ещё немного, сжав другую ладонь до крови. Сэм напрягся: это было видно по движениям венки у него на шее, а Кастиэль сжал губы. После третьего укуса Габриэль добрался до начинки. Текучее малиновое варенье прилипло к губам, и Гейб тихонько облизнулся, показав свой язык. По щеке его быстро потекла слеза. — Прости... Я не могу больше. Он резко встал со своего места, и побежал в комнату. Закрыться не представлялось возможным: ещё в отрочестве с его дверей сняли замок, после первого инцидента с вызовом рвоты, но Габриэля это научило только быстрее очищаться. Парня трясло, он обнял колени, и старался прийти в себя. Затем, резко встав, он распахнул балконную дверь и нащупал на комоде пачку сигарет. Его учитель, Джессика с про-ана сайта, говорила, что холод вкупе с сигаретами неплохо сжигает калории. Послышался стук в дверь. Сильный, от Сэма Винчестера. — Входи, открыто. Габриэль не сдерживал слёзы, но сдерживал истерику. Пепел падал прямо ему на колени, а ветер распушил чистые волосы. Сэм встал прямо рядом с ним. — На сто грамм приходится триста с лишним калорий... — Анорексики любят конкретику. — Триста семьдесят весемь. Так вот, ты и двадцати грамм не съел, так что путём нехитрых математических вычислений, можно понять... — Дело не в этом, Винчестер. — он посмотрел на Сэма. — Я... Я не могу это объяснить. Не пойми меня неправильно... — Да прекрасно я понимаю, в чём дело. — Тогда зачем? Так ты мне точно не поможешь. "Мне не нужна твоя помощь, Винчестер, мне вообще никто не нужен. Связи — это всегда боль" "Я не хочу зависеть от тебя" "Я умираю. Пожалуйста, помоги мне" — Из-за Михаила. — Ты о чём? Он в этой пьесе явно не участвует. Сэм наклонил голову. — Вчера, пока ты был без сознания, Михаил с Люцифером осмотрели тебя. — Причём здесь это? — Ты умираешь. — Вау, удивил, это уже пять лет как не новость. — Буквально, Габриэль, прямо сейчас ты умираешь. Тебе остался месяц от силы, если ты сам не начнёшь восстанавливаться. Гейб замер. Так далеко он никогда не заходил. "Я не хочу жить. Я не хочу умирать" — И вы с Кастиэлем заранее это планировали? — Даже специально от Дина избавились. — Интересно как? — Это уже совершенно другая история. — А если я не хочу жить, и стремлюсь к смерти? Габриэль засмеялся истерически, выронив сигарету. Сэм взял его под руку, проведя в комнату. — Но я ведь не сам ем, а с твоей просьбы... — Габриэль. — серьёзно сказал Винчестер. — Я знаю, что ты чувствуешь, прекрасно знаю, и ещё я знаю, что жить ты хочешь. — Откуда...? — "Пара-тройка попыток суицида..." — помнишь? Люди, которые хотят умереть, рассчитывают на смерть с первой попытки. — Зануда-Сэм, всё-то ты запоминаешь. — нельзя отрицать факта того, что его безумно радовал интерес Винчестера. В дверь заскреблась Акай. — Если ты думаешь, что ты один, то глубоко ошибаешься. У тебя есть Кастиэль, я... — дверь распахнулась и Акай вбежала в комнату. Она громко тявкнула на Габриэля, потянула его за штанину. — ...И Акай. Габриэль улыбнулся, взяв собаку на руки. Она лизнула ему щеку. — Мы поможем тебе. — Ты думаешь? — Не сомневаюсь. Сэм вышел, Акай побежала вслед за ним. Габриэль тоже пошёл за Винчестером. Парень накинул пальто, пока Акай весело виляла хвостиком, предвкушая прогулку. — Уже уходишь? — спросил Кастиэль, выйдя в прихожую. — Да. Я зайду завтра с Дином. — Тогда до завтра, Сэм. Винчестер покинул дом Новаков без лишних комментариев. Габриэлю было немного неловко: вот так стоять перед дверью, тяжело дыша, и он ушёл в свою комнату. Почему-то она снова стала ощущаться родной. Он лишь через пару минут заметил на кровати шарф в красную клетку, всё ещё приятно пахнущий Сэмом Винчестером. — Винчестер! Сэм обернулся. На него, через всю улицу, бежал Габриэль Новак, и навстречу ему бежала Акай. Габриэль прижимал к груди шарф Сэма, запыхался, но продолжал бежать. Наконец добежав, он спросил: — А какая в этом для тебя выгода? Ветер развивал его волосы, в одной толстовке он наверняка уже замёрз, но всё равно вышел. Было ли это знаком? Тут с неба упала снежинка. И ещё одна. И ещё. Фонари показались ярче, ночь наступила окончательно. Сэм улыбнулся и подошёл к Габриэлю вплотную. Взяв шарф, он аккуратно повязал его ему на шею. — Это ты узнаешь только если покушаешь завтра. — Шантажист! — Ищу преимущества своего положения. Сэм развернулся и продолжил свою дорогу. — А шарф...? — Оставь себе. Габриэль смотрел вдаль на фигуру Сэма, приложив руку к шарфу. От него стало гораздо теплее, и Гейб мысленно поблагодарил Сэма снова. Если Винчестер хочет помочь ему, то пускай. Винчестеру можно.