«Hero's way».

      План был непрост. И это не было каким–то там враньём… Проникнуть в самое опасное лично для Тодд место крайне непростая задачка. Поместье Уэйнов охранялось, как Швейцарский банк и защита работала, как часы из той же страны. Парни постоянно говорили, что наблюдение ведут, лазейки готовы, в случае чего, проникнут внутрь и устроят диверсию. Нет, Дженнифер была уверена в своих мальчиках, но диверсия — это уже крайняя мера. Бэтмен и так, считай, объявил на них охоту, и одна облава на них едва ли чуть не отправила их в Аркхем. А Тодд переживала больше не за себя или свою команду, а за Дэмиана, так как он ещё ребёнок, только начавший знакомится с настолько большим городом и его обитателями. А обитатели тут такие, что лучше заранее застрелиться где–то в тёмном переулке, оставив перед этим денежную кучу и предсмертную записку. — Подруга, не ссы в трусы, ссы в унитаз. Всё будет супер. Главное, не спалиться. — Учитывая, как мы любим палиться… Я уже заранее ссу, — Скрестила руки на груди Джей, фыркая. — Мы всё продумали в этот раз. И перепроверили ещё раз сорок! Всё должно пройти великолепно! — Настаивал Джеймс, крепя передатчик на бюсте подруги. — Будем молиться на успех…       Идея, в отличии от исполнения, была проста: зайти, подкинуть, уйти. И всё бы ничего, но в поместье Уэйнов эта идея работала хреново. Старая комната Тодд находилась на втором этаже в левом крыле, там же и комнаты остальных. И все они — птенцы — параноики, как и сам Брюс, а это не есть хорошо. Благо, Дженнифер знала, что из поместья можно незаметно выйти через несколько давно сделанных ей втайне от Уэйна лазеек. С кем зайти, девушка тоже знала… Несколько теней у моста Пионеров сообщили ей, что одному человеку, который нелегально — через подставных лиц — приторговывает лекарствами, прислали два пропуска на этот «Маскарад Вампиров». Для него самого и… его дочери. Так как девочка на данный момент находилась в Европе, Тодд решила воспользоваться такой потрясающей возможностью. Прижать этого мужичка было проще простого: собрать хороший такой компромат, предупредить, что есть несколько копий, прижать пистолет ко лбу — и он готов на любые условия. — Ты уверена, что этот торгаш тебя не подставит? — Всё же уточнил Фахим. — Я сказала, что он может это сделать, но последствия будут для него крайне плачевны. Да, меня засадят в Аркхем, но я оттуда могу легко сбежать, а вот весь компромат отправится прямиком в вышестоящие кабинеты полиции и, возможно, дойдут до самого мэра, а после мэра об этом может узнать и сам Брюс Уэйн, который легко разорвёт с ним все деловые отношения. И тем более, если узнает полиция, то узнает и Бэтмен, а это в стократ хуже. Этот бюрократ осознал, что встрял по полной и рыпаться не будет. — Ты молодец. Всё продумала. Это дело будет наивысшей точкой для нас, — Усмехнулся О’Коннел, — если тебя, конечно, не поймают… — Если меня поймают, вы узнаете об этом первыми, — Она взглядом указала на свою грудь, где к платью с внутренней стороны был прикреплён передатчик, — В случае чего, диверсия — наше всё! — Марко будет счастлив, если нужен будет подрыв, — Фыркнул Джейкоб, — Главное, чтобы нас не подорвало вместе со всей этой неадекватной шарашкой. — Зная нашу удачливость, нас подорвёт ещё до начала первой части марлезонского балета, — Заржал Марко из соседней комнаты, заставив засмеяться и остальных.

***

— Приветствуем всех присутствующих на этом благотворительном вечере. Для многих из Вас это великолепная возможность показать, что Вам не жаль отдать внушительные суммы на нужды других… — Скорее, на нужды других богатеньких… — Тихо прошипела Джей, заставляя своего вынужденного спутника вздрогнуть. — Не сказал бы… Почти все деньги с подобных вечеров уходят на благоустройство города и содержание детских домов. Последнее ввёл сам мистер Уэйн, насколько я знаю… — Пробубнил спутник Тодд, тихо вздыхая и отводя взгляд в сторону. — С чего вдруг такая щедрость со стороны одного из богатейших людей Америки? — Фыркнула она. — Хотят слухи, что у него была приёмная дочь и забрал он её с улиц Готэма, а детский дом, в котором она была зарегистрирована, прогнил в конец. Говорят также, что бедную девочку Джокер погубил. Попала она к нему в лапы, а выбраться, увы, не смогла… Бедняжка… Мистер Уэйн траур не снимал почти пять лет. Видать, любил её безумно, хоть и мог показывать это по своему. Он, в принципе, весьма своеобразный человек… — Задумчиво потёр подбородок мужчина.       Тодд задумалась. Ей хотелось противиться, ругаться, возмущаться, но в данный момент это было бы крайне неразумно. С другой стороны, в её убеждания прорвался червячок сомнения. Если Брюс был в трауре, значит он всё же пошёл за ней тогда? И не сдавался до последнего, копаясь в горящих обломках? От этих мыслей захотелось плюнуть на всё, пойти в кабинет отца, упасть перед ним на колени и… и что? Попросить прощения? А за что? За то, что всё это время была жива и не подала ни единого сигнала? За то, что не вернулась домой? Или за то, что творила в Готэме? Нет… За свою правду она прощения просить не хотела и не собиралась, но вот за веру в предательство… Сердце сжало до ужаса сильно, но она держалась и лишь под конец положила ладонь между грудей и глубоко вздохнула. — Свободен. В случае чего, твою биографию знаю, выкручусь. Ты сделал свою работу, — Она отпустила локоть мужчины, которого через секунду сдуло.       Девушка усмехнулась и двинулась вглубь толпы. Маска на лице сидела великолепно, поправлять её было не особо нужно, но она всё равно это делала. Мысли не покидали её, роились, словно пчёлы, отчего становилось не по себе. Раньше Дженнифер думала так много только о Дэмиане, а теперь к мыслям о ребёнке добавились мысли о далёком прошлом. В голове возникали картинки прошлого и те смешивались с событиями последних пары лет. Вот она только приняла горчичный плащ Робина, а теперь бегала в красном шлеме с огнестрелом наперевес. Вот она пятнадцатилетняя делает фотографию с как всегда хмурым Брюсом, а сейчас они оба оставляют друг на друге тонну синяков и ран. Что в их жизни пошло не так? Почему всё произошло именно так? Тодд не знала ответа. Нет, она знала, но признавать свою поспешность и разумность Брюса не хотела. Он предупреждал, что от матери наркоманки добра ждать не надо, она не послушала и сие действо имело весьма трагический исход.       Перекинувшись приличия ради парой слов с зажиточными, Дженнифер начала подниматься по лестнице и двинулась в левое крыло. Сейчас ей, на удивление, было плевать на всё, поэтому передатчик перешёл из разряда исправного в неисправный. В наушнике в момент раздался голос Джеймса. — Джей, всё нормально? Живая там? — Да, всё хорошо. Просто хочу побыть немного одна. Давай поговорим позже? — Приложив телефон к уху, сказала Тодд. — Понял тебя. Отбой. — До встречи.       Телефон вернулся в клатч, а сама девушка приблизилась к двери в свою бывшую комнату. Провела пальцами по лакированному дереву и уже хотела было открыть её, как позади раздалось покашливание, заставившее её вздрогнуть и резко обернуться. Грейсона она узнает даже с закрытыми глазами, но сейчас нужно изобразить иные эмоции и состояние души ей в этом могло вполне себе помочь. — Это закрытая часть поместья, — Скрестил руки на груди парень, хмыкая. — Извините… Я не знала, что сюда нельзя. Эта часть особняка не была огорожена, — Едва видно двинув плечами, пробубнила Джей, — В холле было шумно и душно, вот и решила немного пройтись туда, где тише. Не люблю все эти выходы в свет, слишком беспокойно. — Я Вас прекрасно понимаю. Сам не люблю все эти сборы, где нужно себя показать. После подобного неделями проветриваем дом. — Леди любят выливать на себя цистерны парфюма? — Чуть улыбнулась она и парень отразил её улыбку. — Скажем так, вонь несусветная, — Они тихо рассмеялись. — Мне Вас жаль… Такое не каждый пережить способен, — Сцепила руки в замок перед собой. — Я каждый раз гадаю, в какой момент мне нюх отобьёт? В этот раз или в следующий? — И как? Пока всё нюхается? — Пока что да, но я боюсь, что скоро помяну свой нос, — Джей приложила руку в чёрной перчатке до локтя ко рту и приглушила дикий хохот. — Простите… Совсем потеряла такт, что смеюсь над подобным… — Ничего страшного. Я привык веселить людей, — Он улыбнулся и подошёл поближе, — Ричард Грейсон. — Очень приятно, мистер Грейсон. Джоан Роард. — Взаимно, мисс Роард. — Извините за столь бестактный вопрос, но в поместье, по крайней мере, насколько я поняла, есть дворецкий, а на ручке этой двери небольшой слой пыли… Вы не заходите в эту комнату или это помещение не посещается? — Решила прощупать почву Тодд, немного поворачиваясь боком. — Эта комната… Раньше в ней жила моя младшая сестра, а теперь смысла в ней нет… — Он смахнул пыль с ручки и открыл дверь, пропуская девушку внутрь. — Вы хотите сказать, что никогда не заходили в эту комнату? — После смерти моей сестры никто туда не заходил. Всё стоит на своих местах, как она и оставляла. Лишь дворецкий часто там бывает, когда убирается, да и просто так часто заходит. Альфред по ней очень скучает… — Ваша сестра была бунтаркой, как я погляжу? Плакаты рокерские, мелки для окрашивания прядей, даже скейтборд… — Она была не такой, как все… Смелая, безрассудная, упрямая… но жестокая. Сами понимаете, улицы Готэма не щадят никого… Но она не боялась говорить правду, это был её главный плюс. Гордая и сильная. Я тоже скучаю по ней. — Соболезную Вам, мистер Грейсон. — Благодарю… — Он вздохнул и медленно присел на кровать, — Извините, что я Вас хочу немного нагрузить своими переживаниями, но выговориться надо, а возможность сказать об этом всём сестре уже давно утеряна. Вы позволите мне сию дерзость? — Разумеется, мистер Грейсон, я Вас выслушаю, — Тодд поняла, что сейчас что–то произойдёт и поспешила присесть на свой старый стул на колёсиках. — Я ведь к своей сестре относился не очень… Она ко мне тянулась, пыталась доказать всем, что лучше меня, а мне было всё равно. Она пыталась хоть как–то проявить себя в нашей общей компании друзей, а все смотрели, как я себя с ней веду и реагировали соответствующе. И в её смерти я ощущаю себя виновным… Тот самый момент, когда бездействие ровняется преступлению. Если бы у меня было больше работающих извилин, я был бы рядом с ней, поддержал, остановил… А теперь её нет. Просто нет! Был человек и нет его… Знаете, не зря говорят, что начинаешь ценить только тогда, когда теряешь… Это правда и я это осознал. Хотел бы я вернуть то время, или даже сейчас увидеть её хоть одним глазком, и просто крепко обнять… Извиниться за всё…       Сказать, что Дженнифер была расстроена, это значит ничего не сказать. Она ощутила, как по её щекам из–под маски начали течь слёзы, которые тут же поспешила вытереть. Незаметно это сделать не вышло, но на данный момент ей было также плевать. Ричард шмыгнул носом и усмехнулся. — А Тим… Тим также появился с улицы, неожиданно. И именно благодаря ему Брюс хоть чуть–чуть ожил, снял траур. Даже не зная Джей, он её едва ли не боготворил. Постоянно спрашивал у меня про неё, даже древние фотографии с ней где–то откопал и был счастлив. Даже отношения с общими друзьями у него не сложились. Нет, сложились, но он холоден ко всем. Он хотел бы с ней встретиться, поговорить… но, увы, единственное место, куда он может прийти — это на кладбище, на котором стоит надгробие с её именем.       Он замолчал. Пару минут, что показались часами, они хранили молчание, которое вскоре было нарушено движением руки в сторону лица Тодд. Она провела пальцами под глазами, собирая солёную влагу и шмыгнула носом. А после встала со стула, присела на кровать и положила сухую руку на кисти парня. — Я не Бог, чтобы возвращать тех, кто ушёл, обратно к нам, но я попытаюсь хоть немного утешить Вас. Не теряйте надежды. Возможно, однажды вы вдруг встретитесь где–то на улицах в будущем воплощении и не узнаете друг друга, а может и узнаете. Просто верьте и храните все те более или менее хорошие воспоминания. — Благодарю, мисс Роард.

***

      Незаметно положив кольцо в нишу стола, девушка вышла из комнаты, обнялась с Диком, выслушала, что «я вообще с незнакомыми людьми на подобные темы не общаюсь» и получил на это, что «незнакомцам проще рассказать о проблемах, так как Вы понимаете, что больше с этим человеком не встретитесь» и покинула поместье через главный выход. Грейсон вызвался проводить её до главных ворот, дождался, когда подъедет такси и махнул на прощание рукой. Когда она въехала в город из пригорода, то попросила водителя тормознуть в центре и, расплатившись, вышла на улицу. Прохлада ночи ударила по лицу, заставляя слёзы высохнуть. Не обращая внимания ни на что, двинулась домой по подворотням, перед этим, конечно, проверившись на прослушку и жучки. Зайдя домой, Тодд зашла в свою комнату, кинув маску в глубь комнаты и не снимая платья, упала на кровать, поджимая ноги в позу эмбриона. Так её и обнаружили парни, которые вернулись домой и выдохнули, узрев своего лидера дома. — Спит, наверное, не будем будить, пусть отоспится… Для неё перестрелка легче проходит, чем подобное.       Пока они тихо переговаривались, на подушку капнуло несколько вырвавшихся слезинок. Впервые за столько лет Тодд осознала, как сильно ей не хватает настоящей семьи, и Грейсон сегодня был тому подтверждением. «Я хочу домой…»