Сдать экзамен правильно

Джаред бродил по комнате в наушниках, тихо подпевая и собирал разбросанные по комнате футболки. Он добровольно убирался, наверное, впервые в жизни. Казалось пресловутые «бабочки в животе» носят его по комнате, причесывая и приглаживая все его плохие качества. Попутно Джаред думал, какую же из футболок одеть к Дженсену. Вот эту, с v-образным вырезом в обтяжку, чтобы подчеркнуть широкие плечи и рельефные мышцы или вот эту, свободную, чтобы Дженсен мог легко схватить ее снизу и стянуть с Джареда, прижаться к нему всем телом, провести языком по ямке между ключиц. Джаред стоял посреди комнаты с горой вещей в руках, уставившись взглядом куда-то в стену, а в голове его разыгралось жаркое представление. Он пришел в себя, когда понял, что напряженный член уже оттягивает резинку домашних штанов, а минуты идут, все приближая вечер. Парень утрамбовал все, что насобирал по комнате в шкаф и пошел в душ. Выходя из него, Джаред вытирал мокрые волосы полотенцем, как услышал звук входящего смс сообщения. Между ребер приятно заныло, и Джаред с улыбкой направился скорее прочитать его: «12:00 на нашем месте» Немного грубовато, как для Дженсена, и это насторожило парня. Обычно он шел к его дому, собирая камушки, потом Дженсен уже ловко спускался к нему через окно, и они шли гулять, а на пустых улицах он иногда даже брал Джареда за руку. Это было особое время, минуты, которые принадлежали только им двоим и даже не волновало то, что приходится таким образом прятаться и утаивать отношения. Ведь когда рядом тот, кто тебе дорог, вряд ли будешь замечать такие насущные и даже ненужные проблемы. Если это вообще являлось проблемой. Наверное так даже было лучше для всех. Джаред закрыл смс и кинул мобильник на кровать. Полчаса на то чтобы одеться. Время всегда есть, когда оно не нужно. Парень натянул джинсы, прыгая на одной ноге и забрал волосы назад. Почему-то жутко хотелось спать. Наверное, скоро пойдет дождь. Падалеки лениво надел часы и взглянул на время: 11:34. Остается надеяться, что отец уже уснул, ибо перспектива лезть через окно его не привлекала. Джаред улыбнулся своим мыслям и одел широкую футболку. Входная дверь бесшумно поддалась вперед. Падалеки, стиснув зубы, змеей выскользнул из проема. Чувство сонливости его не обмануло: в воздухе ощущалась приятная влага, свежесть и зыбкая туманность. Парень помял шею и спустился с крыльца, направляясь в сторону их места встречи. Хотелось ходить вот так каждый вечер, это действительно неуловимое волшебное мгновение, когда ты идешь туда, где тебя ждут, где тебя хотят видеть. Ночь – удивительное время суток, именно тогда ты чувствуешь себя иначе: более раскрепощенным, но не взвинченным, готовым на любую отчаянную глупость. Именно тогда хочется оказаться рядом с тем, кто может тебя понять, банально поговорить с ним, ни о чем не беспокоясь или просто слушать. Такое действительно незаменимо. Чем ближе парень подходил к набережной, тем быстрее стучало его сердце. Он пришел на 15 минут раньше, просто потому что уже невозможно было терпеть. Дома Джаред только лежал на диване, ожидая, пока проклятые стрелки на часах покажут 11:30 и он выйдет из дома, а потом увидит Дженсена, и они сольются в поцелуе, таком правильном, но таком запретном. Запретные вещи всегда самые приятные и волнующие. Парень ускорил шаг перед спуском вниз и оглянулся по сторонам в надежде заметить Дженсена. Улицы как всегда были пустые, будто мертвые. Если не брать в счет ночных бабочек кружащих вокруг фонарей. Немного дальше освещенных окрестностей стелилась густая тьма. Никогда не знаешь, что там скрывается, так что от такого зрелища порой хорошенько подергивает. Джаред быстро спустился по лестнице, но когда увидел Дженсена резко притормозил. Парень, сгорбившись, стоял у самой воды и курил. Под его ногами было столько окурков, что рот Джаред слегка приоткрылся. Мать твою, сколько там?! Пачка или больше?! Он был странным, каким-то чужим. Или это только казалось? Джаред беззвучно подошел к нему сзади и обнял большими теплыми руками. Но Дженсен лишь напрягся и отступил на шаг. Даже при свете фонаря, который был не так уж близко, Дженсен выглядел совсем неважно. Нежное, светлое лицо сейчас было совсем бледным, а зеленую радужку глаз окружала красная сетка капилляров. Дженсен докуривал сигарету. Внутри что-то ухнуло вниз. - Что? Что случилось, Джен? – Джаред сделал шаг к нему, протягивая руку, но Дженсен снова отступил. - Дженни… - сказал парень, испуганно рассматривая Дженсена, который все глубже и быстрей затягивался. - Дай мне еще несколько секунд тобой насладиться, - выдохнул Дженсен слова вместе с дымом. Он посмотрел на Джареда, впитывая каждую черту его лица, каждую родинку. - Что за бред ты несешь, Джен? Иди сюда, иди, - Джаред уверенно и быстро сделал несколько шагов навстречу парню и заключил его в крепкие объятия. Дженсен не вырывался, он лишь выпустил из слабых пальцев недокуренную сигарету и запустил холодные руки Джареду под одежду, прижимая его теплую спину ближе к себе. Эклз почувствовал как сдается. Он прижался щекой к груди парня и глубоко дышал, стараясь лучше запомнить этот теплый мужественный запах, запах Падалеки. Они стояли обнявшись, а сердце Джареда вылетало из груди в ожидании, непонятном волнении. Вдруг парень почувствовал на своей груди горячую влагу. - Мы должны расстаться, Джей, - прошептал Дженсен, вжимаясь в парня. - Что? Кто тебе такое сказал? – нежно сказал Джаред, укутывая его своей расстегнутой толстовкой, укрывая от этих мыслей, которые шокировали и никак не укладывались в голове. - Нет, так надо. Все решено, Джей. Мы с тобой не можем быть вместе, - Дженсен отошел на шаг, не отпуская руку парня. Не хотелось терять это тепло, не хотелось терять то, что принадлежит только тебе одному. - Нет, не говори так! Ты нашел кого-то, Дженс? Я тебе больше не нужен? – говорил Джаред, а глаза его пылали от ужаса. Он не понимал, что происходит, его будто отрубили от реальности, а мысли, были ли вообще мысли? Все происходило как в кино, как в слащавой дурацкой мелодраме и все, что сейчас было, так это отрицание действительности. Отрицание того, что это вообще может происходить здесь и сейчас. Будто он –марионетка, а судьба вершит над ним страшное дело, круша весь его мир. И он не понимал, главное не мог понять, что он сделал не так? - Мне не нужен никто, кроме тебя, Джаред, но это конец, - Дженсен опустил глаза в серую, явно неплодотворную землю. Рука Эклза выскользнула из ослабленной хватки его парня и безвольно повисла. - Почему?! Скажи мне просто, что случилось! –закричал парень, отчаянно жестикулируя, а неприятный ком уже стоял в горле. Сил больше не оставалось. - Я не могу сказать, Джаред, потому что ты выберешь неправильное решение, - Дженсен глухо отвечал, засунув руки в карманы, оттягивая ткань. - Какое решение?! Что, что ты несешь, Дженсен? – из глаз Джареда хлынули слезы, которые он уже не в силах был сдерживать. Парень заплакал не столько от самого факта расставания, как от неизвестности. Он не мог понять, почему все так, из-за чего все это, из-за кого. Если проблема в нем, он ведь изменится, он вывернется наизнанку, чтобы все снова было хорошо, только бы все вернуть. Джаред вытер глаза рукавом, но ничего не мог с собой поделать, словно из разрушенной плотины слезы текли по его щекам. - Я не могу сказать, - Дженсен смотрел на океан, на стену набережной, в землю, но только не на Джареда. Он боялся, что только от одного взгляда не выдержит и скажет что-то о нелепой шутке или фарсе и просто опустит руки. Но так нельзя. Это неправильно. - Ты не любишь меня, сукин сын! Ты мне врал! Ты же единственный… - Джаред кричал на всю улицу, наверняка заставляя кого-то вздрогнуть в своей теплой постели. Глаза уже были красные и припухшие, а мутная пелена не позволяла четко увидеть лицо Дженсена. Что он сейчас чувствует, когда говорит эти слова? Когда смотрит, как Джареда разрывает от боли на мелкие кусочки, как он кричит, захлебываясь слезами, как зло трет рукой глаза и нос, уже с насморком. Парень вытирает глаза и на миг все становится отчетливо видно. Хорошо заметно, как Дженсен сжал кулаки в карманах штанов, как сильно он закусывает губы, как напряжены все его мышцы. Но он просто стоит, не подходя к Джареду, не делая шага навстречу, он смотрит, как самое светлое, что было в жизни Джареда с грохотом и треском рушится, уходя в небытие. - Я не врал тебе, Джаред, я действительно люблю тебя, но мы не можем быть вместе сейчас, ты не поймешь меня, - Дженсен говорил это тихо и сдавлено. Голос звучал так, как будто бы на грудной клетке Дженсена лежал огромный, недвижимый камень. Слезы уже щипали глаза, Дженсен чувствовал, еще секунда и он не сможет сдержать себя. Еще секунда и он кинется в ноги Джареда с мольбой о прощении. Тогда он обнимет его и крепко-крепко прижмет к себе, насколько только хватит его сил, утешит его, и не отпустит больше никогда, сломав его жизнь. Парень глубоко вдохнул, и как только первая слеза заблестела на его щеке, он сорвался и рванул в сторону дома. Все его тело до последней клеточки тянуло обратно, на их место, к Джареду, но он не мог вернуться. Он бежал, всхлипывая и задыхаясь, но он бежал домой, чтобы только не поддаться. «Это ради него, ради него, ради него…», - звучало в голове. Джаред судорожно сжимался на холодной земле. Весь его мир, все, что было в нем - это был Дженсен. Он строил планы на будущее, представляя, как они вместе поедут в университет, как вместе устроятся на работу или откроют что-то свое, как он с Дженсеном заведет большую собаку, будут жить в большом доме, может даже поженятся. Во всех его планах на жизнь, во всех его мечтах он не мог представить себя без него. Дженсен вышел из его жизни, которая была светлой и уютной комнатой, хлопнув дверью, оставив его в крохотной темной комнатушке, словно тюремной камере. Джаред поднял глаза на океан. И что теперь остается? Порезать вены, повеситься, или отдать свою жизнь воде? Падалеки встал на колени и окинул взглядом горизонт. Если нет в этом мире ничего истинно приятного и свободного, тогда зачем вообще эта чертова жизнь? Парень поднялся с колен и уверенно зашел в холодную воду, не снимая одежды. Мокро и холодно, но с каждым шагом все легче, все ближе конец этой боли.