Сдать экзамен правильно

Джаред не понимал где он точно, но то, что он не в раю, парню давала понять невыносимая головная боль. Пошевелиться или хотя бы открыть глаза он не мог, пока кое-что не заставило его. Неприятный холод окутывал все его тело и только его ладонь была в приятном тепле. Парень почувствовал, как от нахлынувших чувств кровь стала более отчетливее пульсировать в висках. Он вернулся! Джаред распахнул глаза, но как только он осознал, что возле него не Джен, из горла вырвался тихий разочарованный стон. Жен сидела на стульчике возле его кровати, одной рукой перебирая его пальцы, а другой листала что-то в мобильном телефоне. И что она здесь забыла? Возле нее крутилась медсестра, поправляя проводки аппаратов, которые прилипли к его груди своими присосками или пронзали вены железными иглами. В палате царил отвратительный запах дезинфицирующего средства. Ужасно неудобно было лежать в таком положении. Падалеки, пыхтя, решил приподняться, но все силы, видимо, остались там, на набережной, где растоптали всю его сущность и отняли вкус к жизни. Услышав звуки со стороны Джареда, девушка отложила телефон и взглянула на парня. "Мило". Словно и не позорила его перед всей школой. Она провела рукой ему по волосам и вышла из палаты, в которую через несколько секунд вернулась уже с его отцом. - Джей, ты совсем охерел?! – грубо спросил мужчина, сложив руки. Медсестра бросила на него сердитый и неодобрительный взгляд. Да, именно сейчас это и нужно было Джареду. Парень строго посмотрел на Жен, когда та, в свою очередь, явно даже и не врубалась, что к чему. - Что за черт? Почему ты посреди ночи полез в холодную воду, еще и в одежде? Я чуть с ума не сошел, когда мне позвонили с больницы, хорошо хоть кто-то вызвал тебе скорую, - отец продолжал свой монолог в том же тоне, лишь немного сбавив громкость. Каждое слово отца отдавалось в голове раздражающим эхом. Какого черта кому-то чесались руки вызывать скорую? Ему здесь делать больше нечего. Что еще остается, если ты отвергнут любимым человеком. - Где Дж.. – Джаред запнулся, наткнувшись на непонимающий пренебрежительный взгляд отца. На мгновение парню показалось, что отец понял, кого он имел ввиду. Судя по тому как он отвел взгляд, уставившись в пол. Наверное, это были накрутки. Тут ему никто не скажет где он. Во рту было очень сухо, поэтому больше он не говорил. Не хотелось сейчас выяснять что-либо. Парень снова закрыл глаза. Было слышно, как отец молча вышел, прикрыв за собой дверь, было слышно как неровно дышит Жен, как она шелестит оберткой от пачки сигарет. Ментоловые. Он ненавидел их. Но сейчас было плевать. Тем более уже 2 года назад он понял, насколько они с Жен разные, насколько не сходятся в общих мнениях, долго выискивая компромисс. Пытаясь сгладить острые углы, не повторяя прежних ошибок. Но все это было настолько жалко и тщетно, что проще было закрыть глаза на эти недоразумения. Казалось, что вот, они говорят о чем-то, долго говорят, обсуждают и перетирают темы, бросив начатую и переходя к другой, а потом оказывалось, что они болтали абсолютно о разных вещах. Эти неловкие моменты, когда они находя общие точки соприкосновения переворачивали все с ног на голову, делали все не так, как кто-то из них желал. Помнится, как они обсуждали аутичного неадаптированного парня по имени Генри, который жил по соседству, точнее, Джаред обсуждал, пока не понял, что Жен говорит о своем двоюродном брате. Ему хотелось, чтобы она сейчас ушла. И дело не в этом ужасном парфюме, от которого хотелось добровольно лишить себя обоняния. Все мысли снова возвращались к Дженсену. С ним даже слова были не нужны, что уж говорить о обычном понимании. И находясь здесь буквально несколько часов, он уже устал, устал от этих стен, от закрытого окна и духоты, от слишком яркого белого света, дурацкого запаха лекарств и бесконечных проводов, от назойливых иголок впивающихся в кожу и от шмыгающей носом Жен. Она никогда не слушалась и одевала эту дурацкую тонкую курточку, лишь бы не выглядеть словно «надутый пингвин», как она выражалась. Поражаться ее глупости и самонадеянности было бы смешно. Сколько можно уже здесь находиться? Всегда кажется, что скука разъедает мозг, чувствуешь себя безвольным овощем. Долгие минуты, находясь в больничной постели, Джаред представлял, что на его руке лежит рука Дженсена, нежно поглаживая ладонь, что шаги в палате, это шаги Дженсена, Дженсен сидит на его кровати, Дженсен стоит у двери, Дженсен смотрит на него через окошко, Дженсен, Дженсен, Дженсен… - Мне кажется, у тебя опять поднялась температура, - послышался голос Жен, которая привстала, чтобы пойти и найти медсестру. - Нет-нет, просто дай мне воды, - прохрипел Джаред, стискивая руку девушки и не давая ей выйти. Жен медленно опустилась на место и, недоверчиво взглянув на Падалеки, налила воды в стакан. Сделав пару глотков, парень продолжил: - Что ты здесь делаешь, Жен? - спросил он, поднимая тяжелые веки. - Мне твой отец позвонил, спрашивал, не знаю ли я, что с тобой вчера случилось. Тебя врачи на берегу нашли без сознания, ты очень замерз, - рассказывала девушка. - Кто меня вообще на берег вытащил? Может, если я пошел на этот шаг, значит я не хотел больше жить? – Джаред свел брови и, тяжело приподнимаясь на руках, сел на кровати. - Что за ерунда, Джей? Я не знаю кто, наверное тот, кто и вызвал скорую. Его уже не было, когда они приехали. Слушай, может, мы сможем начать все сначала? Мне так плохо еще никогда не было, как без тебя, - девушка состроила виноватое выражение лица и положила его руку себе на коленку. Джаред давно отметил ее актерский талант. - Жен, ты же сама прекрасно понимаешь, что ничего быть не может, - ответил Джаред, убирая руку и поправляя запутавшиеся волосы. - Нам так хорошо было, давай пока будем просто общаться, - девушка казалась очень искренней и приветливой. - Общаться, - выдохнул Джаред, сползая по кровати и лег, отвернувшись от девушки к белой стене. Так даже лучше. *** К школе Джей вернулся уже через пару дней, хоть лучше он себя не чувствовал. По плану ему потребовалась пара горячих ванн, теплая постель и курс иммуномодуляторов. Нет, конечно физически все было более-менее нормально, но постоянная апатия и тоска не отпускали его. Неужели теперь он снова один? Один именно в моральном плане. Неужели ему теперь не с кем будет обсудить то, что лежит у него на душе? Или придется снова открыть тетрадь и внести в нее несколько строчек? Честно говоря такового желания не было после того разговора с отцом. Джаред сжег свои писанины на заднем дворе, предварительно порвав тетрадные листы на куски. Он ненавидел себя в тот момент. Теперь это больше не поможет, ничего не заменит обычного человеческого взгляда, который смотрит тебе прямиком в душу. Чтобы избавиться от боли, достаточно ее выплеснуть из себя. Главное чтобы было куда. Но сейчас Дженсен ушел и парень не мог понять, что он сделал не так. Дома, на уроках, во время тренировок - все время Джаред анализировал свои поступки и слова, но не находил ничего, что могло бы оттолкнуть Дженсена. Быть может он просто испугался или понял, что все это было ошибкой для него, может, он запутался? Неизвестность порой так ужасна и так губительна. Джаред сидел в столовой. Не столько хотелось кушать, как увидеть Дженсена, посмотреть ему глаза, понаблюдать за его реакцией. Может быть даже удастся прочесть что-либо в его глазах? Самое ужасное, что Джаред мог увидеть, так это беззаботного Эклза, радовавшегося своей жизни, улыбающегося всем вокруг. Страшно, что он смог бы запросто вычеркнуть Джареда из своей памяти. Страшно, что его счастье могло оказаться в неведении. Парень водил вилкой по тарелке, провожая взглядом каждого входящего в столовую ученика. Каждый второй парень казался ему Дженсеном. Вот у этого похожая куртка, а вот у этого такой же милый ежик на голове, а вот этот идет похоже. Если симптомом можно назвать подобную привязанность, то Джаред наверняка болен. Но с дороги не свернешь, он везде видел его. Или хотел видеть. В каждом из них словно был кусочек Дженсена, но самого парня нигде не было. Зато с шумом и криками в столовую ввалилась команда. Джаред специально сел подальше один за столиком, чтобы не общаться ни с кем, сейчас не до этого, но Майк с друзьями все-таки упали на стоящие рядом стулья. - Ну что, «вожак», как искупался? – возбужденно спросил Майк принимаясь за еду. Джаред счел это за риторический вопрос и не стал поднимать глаза. Парни изучали его взглядом, и Джаред очень хорошо чувствовал это. Он вряд ли взял в расчет их интеллект, так что от вопроса явно было не отвертеться. Неприятная ситуация. Было ощущение, что тебя обнюхивают огромные злые псы, проверяя, не чужой ли ты. Парень поежился от такого сравнения. - Как видишь, живой, - оскалился Джаред, на что Майк только хмыкнул с набитым ртом. - Что же такого случилось посреди ночи, что ты поперся туда, Джей? – спросил парень, который пришел с Майком. Джаред его не знал, но по фигуре догадался, что парень явно новенький в команде. Это «Джей», еще и интересуется, он чем-то напоминает Дженсена. Может тем, что ему небезразлично, а может, у него просто светлые волосы. Джаред отвернулся от ребят и глубоко вдохнул. - Это не важно, - отрезал он и, все так же высматривая Дженсена, принялся за ланч. К тому времени Майк уже почти закончил. Парень вытер руки салфетками и встал из-за стола. Оперевшись руками на столешницу, он нагнулся к Джареду и едко подметил: - Что бы там у тебя не стряслось, но только слабак вот так решает проблему, уходя от нее. Парень похлопал его по плечу и вышел из столовой. Джаред застыл. Он и сам понимал это, пока еще достаточно смутно, но услышать эту «великую истину» от Майка было полным шоком. Да, парень был недалеким, но ведь всегда есть и обратная сторона медали. Лидерские качества, смелость, авторитетность: все это было при нем. Вот о таком сыне, наверное, мечтал отец Джареда, но как он ни старался себя перекроить, на протяжении 18-ти лет, ему не удалось убить в себе себя настоящего. А Дженсен, он только подкинул сухих веток в почти угасший огонек и пробудил в Джареде целое пламя. Ему обязательно нужно было его увидеть, просто увидеть, хоть на пару минут. Джаред пообещал себе, что завтра обязательно выследит Дженсена и вышел из столовой.