Как спасти жизнь

Позже на следующий день, после того как девушки проснулись, Тори попрощалась и ушла, не дав Джейд времени сказать много. И она была уверена, что Джейд и так много не сказала бы. Что ещё она ждала от неё? Объятья? Чтобы она умоляла её остаться? Или может, она просто надеялась, что Джейд спросит, не хочет ли она остаться ещё на одну ночь. Ещё одну ночь без забот, где ей не придётся беспокоиться о своей матери. Вместо того, чтобы сказать ей, что она может остаться, Джейд смотрела, как Тори уходит. Готесса предложила подвезти её домой, потому что у девушки не было другого выхода вернуться помимо долгой прогулки, но Тори просто мило улыбнулась и настояла, что она позвонит кому-нибудь, чтобы забрать её, так как Джейд, вероятно, устала от её присутствия. По крайней мере, она так думала. — Эй, мучачос! — радостно сказал Андре. — Привет. — улыбнувшись парню, так же ответила Тори и села на мягкое кожанное сидение его авто. Гаррис смущённо посмотрел, но отбросил все вопросы. Теперь он выглядел так, будто всё собирался что-то спросить, но почему-то не мог. Андре всегда первым замечал изменения в настроении Тори, и всегда первым задавал вопросы, сколько бы не пришлось бороться, чтобы добыть ответ. Но чёрнокожий парнишка передумал по поводу всего этого и просто решил, что лучше угомонить свою неотступность. И за это Тори была ему очень благодарна. Мелодичный голос Андре наполнял машину песней, которую он недавно написал и весь путь они ехали в таком духе. Андре припарковал машину перед домом и посмотрел через плечо на подругу. Он ждал ответа. Хотя бы одно слово, чтобы объяснить её странное поведение, но латина стеснительно молчала. Она одарила его последней улыбкой с легким блеском в глазах, прежде чем покинуть салон автомобиля и направиться по ступенькам крыльца к своему дому. С лёгким скрипом шин Гаррис уехал. Через окно Виктория увидела, как её мама сидит на диване и плачет. Её одежда не изменилась, под глазами тёмные круги, а волосы были в полном беспорядке. Интересно, почему она плакала? Девушка остановилась и ахнула, слегка приподнимая брови, когда она заметила полицейского, просматривающего какие-то документы. Вега медленно открыла дверь с растерянным взглядом. Её мама подняла глаза и улыбнулась, подбежав к ней и завернув талию дочери в длинные, тонкие руки. - Оу… — пискнула Тори, прежде чем нежно обнять маму в ответ, всё ещё смущаясь. Копы смотрели, как эти двое обнялись. — Что ж, парни, прекращаем поиски. — сказал мужчина в форме позади миссис Веги. — Я так рада, что ты вернулась! — громким, чрезмерно взволнованным голосом кричала ей мать. На этот раз запах алкоголя бил в ноздри сильнее, чем когда-либо. — Если вам что-нибудь понадобится, мэм, мы будем в полицейском участке. Мы рады, что ваша дочь нашлась. — заговорил полицейский, нежно похлопав мисс Вегу по спине. Женщина только кивнула и улыбнулась, а затем повернулась к Тори. Внезапная тьма наполнила её глаза, как грозовое облако, закрывающее солнце. Волна страха прокатилась по Тори, когда копы один за другим покинули дом. — О чём ты думала?! — уже рассерженно кричала мама латины, наполняя всю гостиную своим голосом. Дыхание Тори перехватило у неё в глотке, когда она попятилась к двери, в надежде найти что-то, что могло бы помочь ей выбраться из этой ситуации, но единственное, что ей удалось найти, это пальто. Миссис Вега продвигалась вперед всё ближе и ближе, пока не смогла схватить наполненное ужасом лицо младшей дочери. Она закинула руку за голову, затем взмахнула ею, отвесив девушке пощёчину, оставляя ярко-красное пятно там, где её рука встретилась со смуглой кожей. От сильного удара Виктория не удержала равновесие и упала вдоль стены. Женщина начала пинать и бить Тори в живот и по любой другой открытой области. Так она возмещала свой гнев, наказывая младшую. Она била её до оцепенения мозга костей, покрывая плоть синяками почти на каждом сантиметре худого тела. Кровь изо рта латины каплями растекалась на деревянном полу, алой жидкостью оставаясь на дрожащих губах. Миссис Вега наклонилась, схватила девушку за волосы и заставила посмотреть ей в глаза. — Это проучит тебя, не так ли?! — спросила она с таким же коварным оскалом на лице, когда копы покинули помещение несколько минут спустя. Миссис Вега направилась на второй этаж, покинув полуживую дочь одну. В такие моменты Тори плакала, но она была просто рада тому, что это было не так плохо, долго и мучительно, как обычно. Она лежала там и сдерживала остатки крови, которая умоляла вырваться из её горла и закрыла глаза, надеясь, что она просто погрузится в темноту и забудет обо всём.