Why you look at me when you hate me?

When I get lonely and I'm sure I've had enough She sends her comfort comin' in from above We don't need no letter at all We've got a thing that's called radar love We've got a light in the sky Golden Earring, «Radar Love»

      Эта история начинается с дома в Лос-Анджелесе.       Этот город сводил людей с ума.       Днём это был город, где в основном всë освещалось жарким солнцем, кроме тех самых маленьких участков под козырьками разных зданий. Вдоль дорог росли высокие пальмы. Все становилось теплым, летним, жарким. Люди спешили на работу, по своим делам. Открывали свои магазинчики, забегаловки, опаздывали на утренний автобус, на ходу поправляя съехавший галстук.       Ночью этот же город сводил с ума. Огни баров, молодежь в ярких одеждах, которые курили у баров, откуда доносилась музыка таких групп, как Kiss, Europe или Whitesnake. Самодельные яркие бумажки словно ковёр лежали на улицах, крича о сегодняшнем выступлении какой-нибудь новой группы. Каждый вечер тут разваливалась одна группа, и практически сразу собиралась другая. Небо окрашивалось в черничный цвет, светились только уличные фонари и те самые яркие «улицы баров». Мечта каждой такой новой группы — это попасть с выступлением в «Troubadour», «Roxy» или «Whiskey A' Go Go». Каждый верил в то, что после выступления ТАМ сможет попасть на вершину. Ночной Лос-Анджелес даже имел особый запах рек алкоголя, наркотиков и тяжелых сигарет. А если идти вдоль пустынной дороги, то ночной прохлады.       В этом городе, как и во всех были жилые дома, что ни для кого не «новооткрытая Америка».       Дом с кучей маленьких квартирок, в которые каждое жаркое утро заглядывает палящее солнце. В этом же доме была совсем ужасная отделка. Пять этажей квартир, окна которых выходили на дорогу, где проезжали классические машины разных годов и разной расцветки. Кажется, что было бы там чуть больше машин, они бы уже давно создали огромный, невыносимый шум.       Этот самый дом, находящийся на Фривэй, создавал контраст с теми самыми небоскрëбами, что находились на его фоне и блестели окнами на палящем солнце. На фоне этого же дома шла громадная стройка.       Из звуков тут, конечно, были не только стройка, дорога, но и споры соседей, перекуры двух соседок и беседы через соседние балконы.       Дафф Маккаган переехал сюда в поиске новой жизни. Это был высокий, симпатичный, светловолосый парень. Который любил панк-рок, выпить и красиво одеваться. Белая кожа, разрез глаз, который давал глазам особый холод и безразличие. Ровное лицо, довольно симметричное и пропорциональное. Часто он ходил в черных майках с какой-нибудь, не сильно содержательной надписью, джинсовках, узких сапогах. Обязательно замок на шее. Две татуировки. Кольцо с черным камнем, которое непонятно откуда взялось в первую очередь там, где Дафф его нашел. А где он это кольцо нашел, уже давно не помнит.       Цена за аренду в этом доме была довольно низкой для этого города. Именно это и привлекло в первую очередь молодого панка. А потом он уже понял, что в этом городе у него выбора нет, и денег, собственно говоря, тоже.       Он получил работу в местной забегаловке, ещё там же, закончив свою смену, подрабатывал музыкантом в группе, которая там играла.       Дафф был там басистом. Все, с кем он знакомился в этой забегаловке, были или гитаристами или же солистами. Поэтому проще уже стать басистом. Так он и устроился на подработку к ребятам, которые «только недавно потеряли басиста».       Днëм Дафф Маккаган делает гамбургеры, ночью играет на басу, а потом приходит к себе домой, иногда с какой-нибудь девчонкой, или же с бутылкой водки как альтернативой.       Насчет девчонок и связей, это была довольно сложная тема. Дафф не в первый раз замечал, что иногда просто не может устоять перед какой-нибудь блондинкой с хорошими формами, но его может вполне возбудить парень с длинными волосами в обтягивающих, ярких штанах. Для себя лично он дал название бисексуал. Но для всех, кто спрашивал, он отвечал, что его сексуальная ориентация просто нормальная, без всяких пояснений. А с теми, с кем спал он об этом просто не говорил. А серьëзные отношения на данный момент его только пугали. Причем он только недавно снова поссорился и расстался, с теперь уже бывшей девушкой — Мэнди Брикс.       В этом доме Даффа приняли не сразу хорошо. С ним же на одном этаже было ещё две квартиры. В одной из них жила ворчливая, строгая женщина со своим мужем и кошкой. Так что каждый раз, когда Дафф поставит в свой законный выходной себе пластинку Sex Pistols или Bad Religion, или седает играть на басу, так через уже пять минут к нему стучатся с криками: — Выключи свою чёртову музыку!       Чтобы избежать жалоб и выселения, Дафф всë таки каждый раз делает потише, лишь бы это семейство за стенкой успокоилось.       Кто жил во второй квартире для Даффа было вечной загадкой. За всë время, что он тут живëт, он ни разу не пересëкся с соседом. Он ни разу не видел его. Но знал, что там кто-то живëт. Жилец той квартиры упоминался в одном из диалогов с той женщиной, когда та сказала фразу: — Я удивлена, что тихий молодой человек в этой квартире, — она кивнула в сторону двери слева, — ещё не подал на вас жалобу. Кошмар. И так каждый день.       Кто этот «тихий молодой человек», Дафф не знал, вообще. Только редко он слышал звуки гитары оттуда. Иногда ситар. Иногда даже какие-то интересные мелодии и соло, а иногда ночью, когда отсыпался, слышал как сосед открывает дверцу, чтобы выйти покурить на балкон.       Дафф думал, что это была просто загадочная, тихая личность, что просто не любит тревожить других людей знакомствами. В каком-то смысле это даже завораживает. Иногда так становилось интересно, кто там живëт. Но почему-то в последний момент Дафф отдергивал себя от знакомства. Иногда он задумывался, а жив ли вообще хозяин той квартиры?       Этот день был, как всегда, жаркий. До начала смены несколько часов. Дафф встал со своего дивана, что являлся его любимым местом в этой маленькой квартире. Парень надел джинсы, решив не застëгивать ширинку. «М-да, Майкл, где твои, чёрт подери, манеры?». Не надевая футболку, Дафф вышел на балкон, стараясь спасти себя от жары Лос-Анджелеса. Нагло сверкая голым, довольно хорошо сложенным торсом, парень достал сигареты из кармана. Это были «Camel». Его любимые. Сначала парень посмотрел на проезжающие по Фривэй машины, потом вспомнил, сколько и как лень ему идти в стейк-хаус, в котором работает. — Надо будет сходить за пивом, иначе я подохну от этого солнца, — парень в очередной раз затянулся. И только сейчас он перевëл взгляд на балкон соседней квартиры.       Он не ожидал никого там увидеть, как всегда. Но, к его великому удивлению, он заметил на балконе парня. Молодой, примерно его возраста. Рост был чуть ниже, чем у Даффа. Белая, уходящая в холодный, бледный оттенок кожа, черные волосы, что завивались на кончиках. Красивые коричневые глаза. Немного хмурые брови и тонкий, изящный нос. Пирсинг в носу и ушах. Тонкие, стройные ноги и бедра. Дафф заметил в ушах серëжку-гвоздик, когда брюнет изящно заправил прядь черных волос за ухо. Одет он был в черные обтягивающие штаны, и сверху была свободная расстегнутая черная рубашка. На шее висели деревянные тонкие бусы, что немного стукались друг с другом, стоило парню поменять положение тела.       Дафф сам не заметил, как уже внаглую начал рассматривать незнакомца. Хотя, тут было на что посмотреть. Даже от удивления, ведь Дафф никогда его не видел. Маккаган еле сдержался, чтобы не сказать восхищеное: «Вау» в адрес соседа. Но это была бы конкретно не лучшая фраза, чтобы начать знакомство с человеком. И вообще, с какого хрена Дафф подбирает слова? В руках незнакомца была красная, везде узнаваемая упаковка «Marlboro». — Нихрена себе пекло на улице, — парень уже прошел ближе к балкону соседа и беззаботно облокотился о тонкую железную балюстраду. — Соглашусь. Не хочется никуда выходить. — Я тебя, кстати, раньше тут не видел. — Мы переходили на «ты»? — брюнет вопросительно приподнял бровь, выдохнув дым сигареты в воздух. — О, я тебе больше скажу, ты уже перешёл на «мы». — Это не меняет моего вопроса. — Да брось, мы же соседи. — Ох Боже, где моë дружелюбие, надо пойти дома поискать, — сосед простым постукиванием пальца по сигарете спустил пепел в уже почти битком заполненную пепельницу. И решил уйти с балкона в дом, где было, во-первых, не так душно, во-вторых, прохладнее в силу темных штор, что завешивали окна и остальные источники солнечного света. — Эй! Нет, нет, погоди, скажи хоть как тебя зовут! — Иззи Стрэдлин. — До встречи, Из! — Дафф махнул ему рукой и сразу после этой фразы дверь, выходящая с балкона в квартиру Иззи, закрылась. — Какой-то он не особо дружелюбный. Они все тут такие, что ли? — вскоре Дафф тоже прекратил свой внутренний закур и пошел собираться на смену и охоту за заработком.       Наверное, стоит рассказать про Иззи больше.       Его звали Джеффри Дин Исбелл. Он жил в Лафейетте [1]. Городок, где все как на ладони, все знают друг друга. Тихий и скромный, как и сам Джефф. Где ловить, собственно говоря, нечего. Он родился во Флориде, но семья решила переехать. Жили у чёрта на куличках, но Иззи было уютно. И в Лафейетт также.       Но как бы не было, Лафейетт был маленьким и не таким масштабным, как Лос-Анджелес. Тогда парни в Лафейетте могли только говорить о нём как о городе, сводящем с ума, и городе мечты. Где трава зеленее, девушки красивее. А если ты попадëшь туда, то дорога по лестнице успеха тебе открыта. Так Иззи и решил для себя, что в городе огней у него больше возможностей. Только мыслил он уже не мечтами, а конкретными планами и стремлениями.       Закончив старшие классы и колледж, попрощавшись с мамой, бабушкой, отцом и братом, парень взял свой черный Гибсон, билет на автобус и приехал сюда, в поисках новых возможностей. Устроился он работать музыкантом в бар, выступал по вечерам, до ночи. И потом приезжал ночным автобусом домой.       Там он и встречал своего соседа. Он знал, что они соседи. Потому что видел его с балкона, как он заходил в подъезд. Их пути постоянно расходились. Или Иззи по дороге задерживался где-либо. Или Дафф сворачивал в сторону магазина. Или они заканчивали в разное время работать.       Иззи был красив, умëн, талантлив, изобретателен. Что ещё нужно было этому городу? Он часто слушал пластинки любимых групп, таких как The Rolling Stones, Thin Lizzy и Smack. У него на столе лежали разные рисунки, от людей, до изображения любимого города — Амстердама. В который он мечтал попасть. Рисунки с собаками, мотоциклами, бумаги с песнями. Акустическая гитара, черный Гибсон и ситар гордо стояли вряд у стены, рядом со старым телевизором.       Сегодня Дафф впервые его заметил, он уже знал его имя, один раз Иззи случайно пришли его счета за аренду, потому что перепутали номера квартир. И Иззи просто молча, без лишних контактов кинул счета в почтовый ящик.       Сегодня Иззи дома, потому что у него сегодня выходной, а выходить на улицу — это значит выйти в самое пекло, когда солнце ещё только разошлось в своих способностях.       В это время Дафф буквально уже бежал на утренний автобус, подняв руку над головой, чтобы водитель подождал его, и на бегу отсчитывая монетки из карманов джинс. Он был в тëмно-серой майке с немаленьким вырезом, с принтом в виде распущенных крыльев, и в кедах. Идти в сапогах было бы самоубийством. В руках тащил рюкзак и джинсовку, потому что ночью, наверное, будет прохладно. Позвякивая замком на шее, Дафф запрыгнул в автобус и сразу протянул водителю деньги за проезд, взявшись за поручень сверху, попытался отдышаться. — Снова опаздываешь, Маккаган? — водитель посмеивался над парнем, пока аккуратно выруливал с остановки, медленно вливаясь в городской поток машин. — Нет, я просто задержался из-за разговора с соседом. — Той самой противной семейкой? — Нет. Другой. Это был молодой парень. — О, даже так.       Девушки, сидящие сзади Маккагана разглядывали его и смущенно посмеивались. Дафф, услышав это, попытался понять, что же не так. Потом опустил взгляд на свою ширинку. — Твою мать...       Ну и хрен с ней. Пусть смотрят, раз нравится, сейчас у меня слишком руки заняты. Парень невозмутимо смотрел в окно.       Через несколько минут Дафф вышел из автобуса, напоследок попрощавшись с водителем и подмигнув девушкам. Ну, а что? Они были вполне симпатичные.       Уже у самого входа на него кинулся кудрявый парень в фартуке и с сигаретой. — Майкл! Дорогуша Майкл! — Так, Хью... Что тебе нужно? — В смысле, что мне нужно? Я, может, просто рад тебя видеть! — парень был ниже Даффа и, скрестив руки на груди, он сделал театрально возмущённый и деловой вид. — Хью, давай будем честными, ты никогда не рад меня видеть, — Дафф смотрел на него тем самым «взглядом в душу». — Ладно, ладно. Дафф, можешь подменить меня сегодня вечером? — не успел Дафф даже рот открыть, как парень продолжил. — Майк, подожди, подожди. Но пойми меня, у меня свидание с девушкой. Она просто идеальна! Я нравлюсь ей, она мне. У тебя ещё будет море и девчонок и парней, а для меня это, можно сказать, последний шанс! — парень сложил ладони в умоялющем жесте. — Ладно, ладно, хорошо. Я подменю. Только с тебя пиво.       Хью сразу вывернул из кармана купюры и протянул Даффу. — Я знал, что ты это скажешь. Держи. Тут хватит на два.       Хью был коллегой Даффа и работал вторым поваром. Он пришел чуть раньше, чем Маккаган. Их нельзя было называть друзьями, они только ходили вместе покурить и иногда покрывали друг друга. И всë. На этом их общение заканчивалось. Но Хью был в таком отчаянии, когда просил его, что Дафф про себя подумал: «Сейчас я отработаю за него несколько часов и спасу чью-то личную жизнь».       Уже под конец дня Дафф понял, что надо было содрать с него сразу пять бутылок пива. Потому что других мыслей, кроме: «Это не работа, а пиздец», в голову Даффа не лезло. Именно когда полная посадка, куча заказов, Хью решил свалить к своей пассии, оставив его на растерзание кухне и стейкам.       Скоро кончается его смена, он уже чувствовал себя как избитая собака, но радовало только то, что сегодня среда, и ему не надо играть на басу, поэтому он придет домой и... ляжет спать. Пить, работать, спать. Спать, работать, пить. Ничего не меняется. — Дафф, шевелись быстрее, ещё три стейка! — противный голос официантки. — Завались, пожалуйста! Я делаю как могу! — Хамло! — Дура! — кинув на сразу две сковородки мясо, парень стёр пот со лба. Ещё и жара от плиты, а вытяжка не работает.       Когда он доделал последний заказ, наконец можно было, кажется, выдохнуть и засобираться домой. У них работал один парень — Морган. Он устроился к нему мыть посуду, раскладывать продукты и прочее, так что посуда — это вопрос к Моргану.       Прибрав рабочее место: своë и Хью, он наконец-то скинул с себя фартук, который только чудом ещё не прирос к нему за этот рабочий день.       Он вышел на улицу. Что это? Что за райское ощущение? Вечерняя прохлада после жары. Да. Дотащив себя до остановки, он зашел в автобус и уснул через несколько минут, облокотившись головой об окно. Под звуки пробок, езды и вечерних переговоров о том, как у кого прошел рабочий день.       Проснулся он на крике: — Парень! Парень! Твоя остановка!       Дафф сонно встал, протянул водителю монеты и пошёл домой. Появилось желание ползти. Ах да, пиво. Уже около дома он развернулся на девяносто градусов и пошёл в магазин. Алкаш, он везде алкаш. И даже когда состояние стабильно хреновое. Хреновое настолько, насколько оно может быть. Дафф дошёл до магазина, решительно зашел. И увидел уже знакомую черную макушку и стройные ноги. Он мягко улыбнулся. Чёрт, мозг кипит. Подошёл к кассе, у которой стоял Иззи и решил пошутить. Он наклонился к его уху и прошептал тихое, томное: — Привет, детка.       Иззи отдернулся от страха. От этого шёпота прошли мурашки по коже. Увидев ухмылку на лице Даффа, он недовольно нахмурился и посмотрел на него взглядом, в котором читалось яркое: «Ты нормальный?». — Здравствуй... — Иззи сунул деньги за сигареты, шоколадку и литр «Пепси-колы» продавцу.       Дафф отвел взгляд от Иззи на полку с алкоголем и показал в сторону нужного. — Мне, пожалуйста, две бутылки «Budweiser».       На вопрос: «Что-то ещё?» Дафф выкинул уставшее «Нет» и тоже отдал продавцу деньги, которые дал ему Хью. Главное — только на два ровно дал. Сучка. Даже без сдачи. Снова переведя взгляд на брюнета, Дафф улыбнулся. — Тебя проводить до дома? — Мы же в одном живём. Да и тут недалеко. — Что ты такой зануда то. Ну прогуляемся вместе, может зайдешь ко мне выпить, за знакомство, так сказать.       Иззи не тот человек, что отказывается от бесплатной выпивки по такому нелепому поводу. — Ладно. Хорошо. Только без таких заигрываний, как две минуты назад, — недовольный взгляд в адрес Даффа. Дафф в свою очередь засмеялся. — Хорошо, хорошо. Не буду.       Парни вышли из магазина. Продавец цокнул языком, посмеялся и покачал головой.       Дафф любезно, как очень гостеприимный человек, завел Иззи к себе в квартиру.       Квартира с дешевым ремонтом. На полке две книги. Кулинария и «Слизняки» авторства Шона Хьюстона. Полки с «метровым» слоем пыли. Диван, заваленный майками, одеялом и подушкой. Старый деревянный шкаф. Постер с Сидом Вишесом на стене. Несколько пластинок: Sex Pistols, James Gang, Led Zeppelin, Fear и вообще много всего. И рядом проигрыватель с распродажи. Кассета с фильмом «Джентельмены предпочитают блондинок» и «Заводной апельсин». — Миленько тут у тебя, — Иззи осматривал каждую детальку, замечая каждую интересную мелочь. — Да. Стараюсь хранить домашний очаг, потому что кроме меня некому, — с волной гордости поправил волосы и снял кеды, проходя внутрь. Такую же операцию проделал и Иззи.       Дафф поставил пиво на стол. Принёс для Иззи табуретку из ванной. — Тебе открыть? — Я сам могу, — Стрэдлин с безразличным, невозмутимым видом взял бутылку и открыл её кольцом. — Мощно ты, — Дафф вскрыл бутылку рукой. — Может поставить какую-нибудь музыку? А то в тишине не очень комфортно, — Дафф подошел к своим запасам пластинок. — Тебе понравилось что-нибудь?       Иззи встал рядом с Даффом. Ткнул пальцем в корешок. — Может это?       Это была пластинка Golden Earring. Альбом «Moontan». — Вау, я даже не знал, что она у меня есть, — он оглядел предмет со всех сторон, а Иззи наблюдал за ним.       Парень тепло улыбнулся и поставил пластинку. Дафф закурил и отпил пиво из бутылки.       Комната началась с очень интересной, веселой песней. Сначала вступили инструменты, потом вокал. Дафф медленно вспоминал, что это пластинка одного из его многочисленных братьев. <i>«We've got a thing that's called radar love We've got a wave in the air, radar love The radio is playing some forgotten song...»<i>       Они слушали песню, сидя за столом, и смотрели друг на друга.       Иззи смотрел на нового знакомого. Дафф казался ему интересным. Он хотел бы задать ему столько вопросов. Дафф казался таким весëлым и отзывчивым, что Иззи не мог не улыбаться ему в ответ. Ему нравилась эта вечерняя атмосфера. Все окрасилось в холодные оттенки. Всë отдавало приятной вечерней синевой. На волосах Стрэдлина появился синий отлив.       Их согревало тепло от песни, атмосфера доброты и радости, даже в этой холодной темноте калифорнийского вечера. Согревала песня, что охватила комнату своим приятным звучанием.       Это продолжалось, пока Дафф первый не заговорил. — Так что, выпьем за знакомство? — Дафф протянул бутылку в сторону Иззи. — За знакомство, — Иззи сткнулся с ним бутылкой, они рассмеялись и продолжили пить.       Это был тот самый день, когда Дафф впервые встретил своего соседа. Он встретил его в солнечном свете.

֍֍֍

[1] — Лафейе́тт — город в штате Луизиана, административный центр одноимённого прихода (юг США), 120 тысяч население.