Предатели обеих сторон

В этом году у них появился новый предмет. Прорицание. Кабинет был маленьким, поэтому уроки проводились для каждого класса отдельно. Профессор Треллони, что вела предмет, создавала впечатление сумасшедшей. Одета она была как цыганка: волосы были белыми и седыми. Они были очень кудрявыми и перевязаны тесьмой. На глазах были огромные очки. Линзы очень сильно увеличивали её глаза. — Да откуда ты тут взялась? — Рон даже подпрыгнул, когда увидел рядом Гермиону. Он уже не в первый раз пугается её. — Для начала отключите свои мозги! — Треллони загадочным голосам обращалась к ученикам, — и отправьте интуицию в полёт! «А урок будет весёлым», — про себя улыбнулась Деа, её забавляла это женщина. Они в четвертом сидели за первым столом. Именно за столом, а не партой. Стол был накрыт бархатной накидкой, на нём стояли чайник и чашки. А дети сидели на пуфах и креслах. Можно было расслабиться перед предстоящей контрольной. Сегодня они гадали по чаинкам. После чаепития дети разглядывали дно чашки соседа. Рон пытался озвучить то, что увидел в чашке Гарри. Профессор с улыбкой подошла к ним. Попросила показать чашку. На лице её появился испуг. Она отшатнулась. — Мальчик мой, у вас… Г-грим… Пока их одноклассник зачитывал из учебника, что это предзнаменование смерти и что это пятно принимает форму собаки, Треллони хотела облокотиться на стол, но ошибочно положила ладонь на руку Деа. Профессор быстро забрала руку, словно обожглась. После этого она не подходила к этой ученице. Только перед концом урока взяла её чашку, которую рассматривала Гермиона. Чаинки ровным слоем покрывали дно, там не было ни просвета белого фарфора. А разглядеть там не получалось ничего. — Она говорит, что моя судьба уже предначертана, — гриффиндорцы обедали в общем зале, Невилл рассказывал, как прошли его дополнительные занятия, — что уже записана и ничего не исправить. Деа посмотрела на свитки рядом с ним, дальше у них урок истории. — Я тебя умоляю, — сказала Деа, — эти каракули ещё нужно уметь прочесть. Почерк у судьбы своеобразный. Гриффиндорцы засмеялись. Деа вздрогнула, когда сзади кто-то положил ей руки на плечи. Она обернулась. — Представляешь, меня взяли, — позади был Седрик, он был очень радостен. Седрик уже два года играл в команде квиддича, но только в этом он решил пройти испытание на ловца. — Тебя взяли ловцом? — Деамона радовалась за брата, и даже хлопала от счастья. Гарри, стоявший возле стола, тоже хлопал, как и остальные возле него, хоть он и был ловцом-соперником. Первый матч был между Гриффиндором и Пуффендуем. Погода была весьма не летная. Шел дождь и поднялся жуткий ветер, от которого с трибун уносило зонты. Гарри увидел снитч. И ловцы оба взмыли в воздух. Стало холодно. Очки спортсменов стали замерзать. Замёрзли и капли на зонтах. Деа стояла между двух факультетов. Она болела и за Пуффендуй и за Гриффиндор. Изо рта стал выходить пар. Всё вокруг стало серым. Небо затянулось ещё сильнее. Пошел ливень. Раскат грома. В небе показалась молния. Из облаков виднелась падающая фигура. — Седрик! — крикнула Деа. Его поймала команда. Тучи на мгновение стали рассеиваться туманом. Все посмотрели вверх. Над полем кружили дементоры. Гарри потерял сознание и упал с метлы. Вслед за Седриком. Только его никто не успел поймать. Он почти коснулся земли, когда Дамблдор поднял палочку и остановил его. Деа бегала между двух коек. Ловцы лежали в больничном крыле. Травмы, как сказала Мадам Помфри, были не серьезными и завтра вечером они смогут уйти. В Седрика попала молния, на плече остался след. Врач сказала, что его она сможет убрать, но ей нужно время. Всё обошлось. Однако метла Гарри сломалась. Она угодила в гремучую иву. Злобное дерево, в которое в прошлом году влетела их машина. — Перестань упрямиться, — почти приказывала Деа брату, — выпей лекарства и на выходных вместе пойдем в Хогсмит. А то, как я без тебя? Я же заблужусь, — она нежно ему улыбнулась и передала бутылку с водой. — Ладно, Белоснежка, согласен. — Почему Белоснежка? — А ты видела себя? «Волосы черные как смоль, кожа бела как первый снег, губы алые, словно кровь на губах вампира, глаза как две луны в нашем небе», — он цитировал сказку, что очень любил рассказывать отец. Габриэль не нравилась эта сказка, потому что она всегда говорила, что её украли у людей. Деа пнула брата. — Ну, выпей ты уже лекарство, хватит зубы заговаривать! А ты не смейся там! Тебя это тоже касается! — она с наигранной злостью посмотрела на койку Гарри, откуда слышался тихий смех. После этой фразы смех не сдержал никто. Выходы в Хогсмит были плановыми, учеников с третьего по седьмой курс отводили туда кто-то из учителей. Туда нельзя было просто так пойти. Обычно туда ходили перед каникулами. На выходных друзья всё же пошли в деревню, но без Гарри. К сожалению, его дядя и тетя не подписали анкету, и в этом году он не имел права идти туда. Скоро должны были быть осенние каникулы. Но Диггори и Блэквуд решили остаться в этом году. Седрик показал сестре бар «Три метлы», где они взяли несколько стейков, таких не делали в Хогвартсе. Рон никогда не пробовал мясо, зажаренное с медом и кровью, они решили взять немного для Гарри, и пошли в лавку сладостей и всевозможных изобретений. Дети как дурные ходили с набитыми пакетами, и кусок стейка там был не самым странным. В этой деревне было как никогда хорошо. Всё вокруг казалось теплым. Казалось. — Пошел вон! — кто-то у магазина гнал собаку от двери. Черный пёс пошел по тропинке в сторону озера. Деа подошла ближе. — Привет, — пёс обернулся, Деа без страха погладила его по голове. Рукой, отводя в сторону, чтобы не мешать людям идти по дороге, — голодный, — заметила девочка и достала из сумки кусок купленного ею мяса в бумаге. Пёс завилял хвостом. Пока он ел, Деа чесала у него за ухом. — Ну, перестань, — просил её брат, — я понимаю, что блохи к людям не липнут, но он как минимум грязный. Мимо проходили Малфой и Пат. — А грязью грязь не испачкаешь, — язвительно сказала Патриция. Пёс зарычал на неё, и та ускорила шаг. Дети очень огорчились, увидев, что уроки с животными теперь ведёт не Хагрид. Их вела какая-то застенчивая высокая женщина. И они учились четко по учебнику с первой страницы. Это были рогатые черви. В земле копаться было очень скучно. А всему виной Люциус Малфой, которому прислали оповещение о том, что его сын сломал руку на этом уроке. После занятий троица зашла к великану. Именно, что троица. Деамона медленно отстранилась от друзей, пропадая в библиотеке и закрываясь за книгой. Друзья узнали, что их друга не уволят, нет, Люциус пошел дальше. Он решил казнить то существо. Клювокрыла решено казнить, только растает снег. В этом году снег выпал рано. Уже в ноябре начало замерзать озеро. Лёд к концу ноября стал достаточно прочным, чтобы пустить по нему лошадей с санями. Деа поздно выходила из библиотеки, ужин она уже пропустила. Поэтому пришлось возвращаться с пустым желудком. «Студент должен быть голодным», — всегда говорил Седрик, случайно пропуская завтрак. Деа ждала, когда повернется лестница в коридоре, но она упрямо стояла на месте. Тогда девочка решила обойти, спустившись на первый этаж. — Эй! — Деа окликнул знакомый голос. В конце коридора на первом этаже стояла Патриция. Незамеченной уйти уже не получалось. — Что ты делаешь здесь?! — крикнула Пат, идя по пустому коридору. — А ты? — Моя гостиная находится в той стороне. А вот ты идёшь не в ту сторону! — Какая тебе разница, куда я иду? Разве тебя это касается? — Касается, когда ты идёшь в мою сторону! — голос Пат был ядовитым, как всегда, она выплёвывала слова. Деа невозмутимо стояла рядом. — Так пропусти, и я уйду. — Да, уходи, уходи из моей жизни! Ты мне только мешаешь! — Чем же? — Я ненавижу тебя! Правильно делали мои предки, когда очищали мир от тебе подобных, вы мешаете! — От таких как я? — От грязной крови! Мои родители, и родители Драко, кстати, тоже избавляли мир от вашего существования. И только не говори, что наши руки по локоть в крови. Нет! Они в грязи! В грязи, что течет в вашей плоти! — Что за нетерпимость? Ты забываешь, что тоже полукровка? — Мои родители чистокровны! — А дальше второго коленья уже не считается? — Ну, да, — задумалась Пат, вспоминая родственников, — в семье не без урода… — Оно и видно, — ответила Деа, смотря на Патрицию. — Как ты смеешь?! Я хочу, чтобы ты исчезла с моего пути, раз и навсегда! Не попадайся мне на глаза, или я убью тебя! — О-о, мне стало страшно, — наигранно испугалась Деа, — ты несёшь околесицу, мы учимся в одной школе и у нас совместные занятия. — Чушь несёшь здесь только ты. Ты мне мешаешь! — Так, чем же я тебе мешаю? Я не трогаю тебя и Драко, — Деа догадалась, о чём идёт речь. — Не подходи к нам, Драко ненавидит тебя! — С чего бы это? — Мы ненавидим таких как ты. Как ты ещё не поняла? — Почему ты решила, что я маглорожденная? То, что я сирота ещё ничего не значит. На лице Патриция появилась улыбка превосходства. Тонкая нить оскала. — Деамона Блэквуд… в Англии нет ни одного волшебника с такой фамилией, даже грязнокровного. Тебя приютила семья Диггори, только из-за его матери, наверняка на твоём приюте настояла эта женщина, она же магл. Твои успехи в учебе ничего не значит. Гермиона тоже грязнокровка, и она отличница в школе. Поэтому успехами ни закрывайся. Тебя даже дементоры обходят стороной, боясь запачкаться. Ты — грязнокровка! Пойми это! Когда это поймет Драко, он отвернется от тебя, а ты всё будешь смотреть в нашу сторону. — Патриция? — в начале коридора появился Драко. Деа не сворачивая, пошла по коридору вперёд в открытые большие двери, с которых веяло холодом. Это были двери, ведущие во двор. Она шла быстро, так, что мантия за спиной не успевала опускаться, развиваясь за спиной, как плащ. — Что ты ей сказала? — Малфой подошёл к Пат. — Правду. Драко посмотрел на открытые двери. Темная фигура удалялась от замка, замедляя шаг, переступая сугробы. Он побежал за ней. — Драко, оставь её! — крикнула Пат, но он уже исчез за входной дверью. На улице было светло. Хоть солнце давно село. Снег не давал свету погибнуть. Им давно нужно было быть в своих гостиных, но сейчас никого из них не волновало время. Деа сложила руки на груди и запахнула мантию плотнее от холода. Снег шел медленно и хрустел под ногами, ветра не было. Но всё равно она не понимала, куда идёт. Она просто шла вперёд. Переступив опавшую ветку старого дерева, она поняла, что подошла к озеру. Ветка свалилась от тяжести снега. Девочка шагнула на лёд. — Деамона, остановись же! — кричал Драко, понимая, что они уже далеко от замка. Резко остановив шаг, она чуть не поскользнулась на льду, и повернулась. В слабом свете, Драко увидел замершие слёзы на её щеках. — Перестань… это не стоит твоих слез… — Оставь меня…– её трясло от холода, она отступила шаг назад. Лёд заскрипел под её ногами. — Деа, осторожно, — лёд продолжал хрустеть, от резкого треска рядом, девочка в испуганно подняла руки, — Деа, дай мне руку! — Драко стоял на заснеженном берегу, — иди сюда, медленно иди сюда. От тяжести снега падали не только ветки, но и целые деревья, снег шёл, не прерываясь несколько недель. На другом берегу было видно повалившееся дерево. Драко пытался как-то помочь, но времени оставалось ничтожно мало. Они услышали рычание, на льду появилась черная собака. Деа хотела обернуться на это рычание за спиной, но не успела. Лёд под её ногами треснул ещё раз, её что-то сильно толкнуло сзади, и она упала на руки Драко. Её толкнула собака, под ногами девочки правда провалился лёд… Деа всё же посмотрела назад, но собаки не было. Только дырка во льду. Пёс провалился под лёд! Пытался вынырнуть, но не мог зацепиться. — Помоги мне! — Деа взяла опавшую ветку и бросила её в холодную воду. Драко помогал вытаскивать пса из воды, ветка с зацепившимся за нее псом была тяжёлая, — давай! цепляйся! — говорила она псу. Пёс пытался вскарабкаться когтями по опущенной в воду палке. И вскоре у него получилось. Он, вынырнув, боязливо ушёл со льда на берег. Деа сняла мантию и накинула им пса. — Деамона…– начал было Драко, он хотел извиниться. — Уходи, — Деа говорила не зло, просто она не хотела сейчас никого видеть. — Я не могу от неё избавиться, она всё рассказывает своим предкам. Прости, но я не могу… — Конечно, ты не можешь ослушаться приказа своих родителей, я поняла, можешь уходить. — Ты не понимаешь, если я буду полностью игнорировать Пат, то тебя исключат. — Уходи… Деа сидела на снегу на коленях, пёс положил свою голову ей на плечо, Драко стоял у неё за спиной. Он хотел подойти ближе, но собака начала рычать. Девочку опять затрясло не то от холода, не то от обиды. Драко снял свою мантию, и не взирая на рычание собаки, накинул её на Деа. — Возвращайся в замок. Здесь очень холодно. Больше не сказав ни слова, он ушел в сторону своей гостиной. Деа недолго ещё сидела у озера. Она продолжала плакать. Не могла поверить, что её родители маглы. У не было нетерпимости к маглорожленным, но она никогда не верила всерьез, что одна из них. Она не могла поверить, что оказалась в семье Диггори просто так. Блэквуд это была фамилия её матери. Это единственное, что она знала о своей семье. Опра Блэквуд, её родная мать, скончалась при родах. Больше она ничего не знала, не знала даже, где её могила. Единственным документом была карточка из роддома. Но она не могла поверить, что всё, что с ней произошло — случайность. То, что она попала на Гриффиндор, что учится в Хогвартсе, что феникс её принял, гипогрифы склонились без её поклона, а метла прилетела в руки почти без слов. Это не может быть случайностью! Она бы и дальше плакала на снегу, если бы собака не начала вырываться и рычать на неё, прогоняя в замок. Ноябрь выдался очень суровым. Снега не прекращались почти до нового года. Только в последние дни декабря в небе показался просвет. Дети по обычаю собрались в Хогсмит, перед каникулами. Гарри стало очень обидно, что он не может пойти туда. Поэтому он взял мантию невидимку и направился к выходу. Но то, что случилось, он никак не ожидал. Братья Рона, близнецы юмористы «открыли ему все двери». Подарив карту не просто подробного плана Хогвартса, карта отображала всех людей на территории замка. В этот раз Деа не нашла пса. Замерз, подумала с грустью она, и пошла с братом обратно в бар, на улице было очень холодно. Не только они зашли туда погреться. В бар зашла девушка, однокурсница Седрика. У нее была азиатская внешность, короткие черные волосы до плеча. И расстрелянный взгляд. — Это Чжоу Чанг, она ловец когтеврана, — сказал Седрик сестре, и неловко помахал ей рукой. — Я пойду, прогуляюсь, — Деа не хотела мешать брату, да и ей хотелось найти Рона с Гермионой. Она видела, как они собирались, но в деревне их не видела. Вскоре она их все же нашла. — Здесь, говорят, самое большое скопление приведений во всей Англии, — Гермиона рассказывала Рону, они стояли у металлического забора, с множественными знаками «не входить», на холме за ним стояла Воющая хижина. Ее ещё не заметили, она стояла в начале тропинки ведущей к оградке, она видела только очертание друзей внизу. Пока она шла, за ней никого не было, поэтому она вздрогнула, услышав «привет». Патриция считала вылазки в эту деревню чем-то унизительным, и хотела, что бы Драко оставался с ней, но все же сделала милость и отпускала его на пару часов. Драко надеялся встретить сегодня Деа. Просто поговорить с ней. Хотя бы узнать, почему она в поезде назвала его подарок Глобусом Сатаны. Извиняться он сейчас не видел смысла, ведь ничего не изменится. Мантию она ему вернула… Рассуждая о теме разговора, он увидел на тропе Деамону. Она шла в сторону леса к Воющей хижине. На спуске она дернулась и обернулась. За её спиной никого не было. В первые секунды. Но после, напугав девочку до тихого крика, Гарри решил снять мантию. На этом и закончились рассуждения Малфоя. Он просто развернулся и пошел обратно.