Предатели обеих сторон

— Кого ты позовешь на ужин? — спросила Гермиона во второй раз, потому что Деа её не слышала. Она спрашивала про ужин у Слизнорта, на который их пригласили. — Гер, но ответ же очевиден, — вставила свои пять копеек Джинни в взглянула на крайний стол Слизерина. — Нет, он не в восторге от нового преподавателя, поэтому не хочет идти, — наконец, ответила Деа, — а ты кого позовешь? Тут тоже ответ был вполне очевиден, если не был настолько сложным. После посиделок в начале года, девочки узнали маленькие секреты друг друга. Гермионе нравится Рон, но вот не состыковка, он не знал об этом и стал встречаться с другой. Джинни была влюблена в Гарри ещё с тех пор, как встретила его на платформе девять и три четверти, в год, когда её брат поступал на первый курс. Но вот только он её не замечал, и в этом она сама призналась девочкам тогда. Про Деа тоже уже всё знали. Джинни толкнула Деа в бок, легонько, потому-что она снова не слушала девочек. У неё что-то выпало из кармана. Блэквуд нагнулась достать упавший предмет и увидела, что это галстук. Тот галстук, что она положила карман. Подняв голову, она увидела удивленный глаза Джинни. «Молчи!» — кричали глаза Деа. — Так ты едешь к нам на рождество? — повторила Джинни. — Думаю, нет. Нужно поехать к родственникам, — соврала Деа. Но другого выбора у неё не было. Отвертеться от расспросов не удалось. Девочки поднялись в спальню, сейчас там никого кроме них не было. Поэтому Джинни сразу начала с вопросов. — Деа, объяснишь? — Блэквуд немного растерялась, что именно ей нужно объяснять? — тот галстук? Шарф и мантию ещё можно понять, но галстук? — А, — Деа поняла, о чём идёт речь. Гермиона любопытно взглянула на подругу, — просто перепутали… — А зачем снимали?.. тебя не было сегодня ночью в спальне. Деа немного проанализировав фразу, сказанную Джинни, замерла на месте и развела руки в стороны, в недоумении: — Девочки, о чём вы думаете? Вы серьезно? — Ведь мы же не знаем, о чём думать, расскажи нам, — не унималась Джини. — Ладно, ладно, — Деа села на край своей кровати пытаюсь обдумать то, что ей придется соврать, — я расскажу. Я к концу дня обычно снимаю галстук, потому-что мне не удобно. Драко попросил встретиться с ним и помочь с ЗОТИ. Чтобы на нас не обращали внимания, мы пошли в Выручай комнату. Он сам про неё узнал, я не предлагала. Когда закончили, было уже поздно, и мы решили остаться там. Утром, спеша на завтрак, мы просто перепутали их, вот и всё… Девочки вроде сдались. Гермиона попросила Деа поговорить на счёт платья. Ведь на ужин оно им был очень нужно. — Я напишу Джанет, твои замеры у неё есть, скажешь только про цвет-фасон и всё. — Невилл, ты идешь? — Деа решила, что будет лучше позвать именно его на ужин. Присутствие Рона бы смущало Гермиону, Гарри и так идёт туда, да её присутствие он не переносит. С остальными мальчиками на курсе она не очень контактирует, да и они её остерегаются. Поэтому Невилл. Он, наконец, вышел из спальни и, неуклюже взяв Деа за руку, они вышли из гостиной. На Деа было темно-серебряное платье в пол, с длинными угольными узкими рукавами. Ткань доходя до её запястья с одной стороны заканчивалась, а с другой начинала расширяться в форме очень гладкого ромба. Спустившись на первый этаж, а ужин должен был проходить где-то возле главного зала, они увидели ещё одну идущую пару. Это были Гарри и Полумна. Неожиданно, но вполне ожидаемо. Они обменялись приветствиями и вошли внутрь. Зал уже был готов к торжеству. Украшен приятными и тёплыми цветами, где-то вдалеке стояла ёлка, не такая огромная как в главном зале. Всё вокруг заставляло на миг улыбнуться и вдохнуть рождественский воздух. Уже через полчаса Деа обнаружила подмену. Невилл куда-то исчез. Окинув глазами зал, она заметила, что он танцует с Полумной. Гермиона пыталась отойти от своего спутника. Она решив позлить Рона пошла с Макфлагеном. Но это была явная ошибка, поскольку он ей был противен. — Они хорошо ладят, — сказал Гарри, подойдя к Деа, он говорил про Невилла и Полумну. — Да, чего не скажешь о нас. Гарри с любопытством на неё посмотрел и подал руку, приглашая тем на танец. Возможно этот вечер стал бы для них вечером применения. Если бы в зал не ворвался Филч, и пластинка жалобно не пискнула от прижатой к ней иглы в граммофона. Филч приволок Драко. — Этот прохвост окалачивался возле чёрного входа, — выплюнул слова Филч и отпустил воротник Драко. — Ну, что Вы, право? — удивился Слизнорт, — зачем же его приводить сюда? Если так хочет присоединиться, пусть остается, — он как всегда был весел. — Я разберусь с ним, — грозно произнес, подходя к Драко, Снегг. Будучи главой факультета Слизерин он был обязан разобраться, — я провожу мистера Малфоя в спальни. Снегг тут же начал движение к выходу. Что-то фыркнув, Драко пошел вслед. — Сейчас приду, — выпалил Гарри Деа и медленно пошёл в сторону выхода. Деа поняла, что Гарри намерен проследить за ушедшими, и ей очень хотелось ему помешать. Оправдываться, зачем она уходит, ей не пришлось, ведь её ухода никто не заметил и не видел. Она свободно вышла из зала. Как только она оказалась в коридоре, ей пришлось сложить руки в локтях. Ведь в пустом промерзшем коридоре куда холоднее, чем в небольшом уютном зале, где полно народу. Но выдохнув теплый воздух, она пошла на отдаляющиеся звуки ходьбы. — Может я проклял Кэтти, а может не я, Вам какая разница? — спрашивал Малфой. Деа тихо шагала по каменным плитам. — Позволь помочь тебе, Драко, — говорил Снегг низким голосом. — Мне не нужна помощь, он выбрал меня и справлюсь сам. — Я дал неприложный обет твоей матери, — Снегг хотел убедить его, но его перебили. — Это Ваши проблемы, я не нуждаюсь в помощи. Деа проходила мимо каменных колонн и за одной из них заметила движение. Это был Гарри, с секунду она смотрела ему в глаза, а потом он скрылся в тени колонны. — Добрый вечер, — её заметили, да и она не хотела скрываться. Они обменялись приветствиями, и Снегг ушел обратно в праздничный зал. — Красивое платье, — заметил Драко, Деа улыбнулась. Заметив, что ей холодно, он по обыкновению отдал ей свою мантию. — Спасибо. Драко, пойдем пройдемся, — она покосилась в сторону колонн и пошла в другую сторону. Ей хотелось сейчас много чего сказать по поводу помощи Снегга, но не в присутствии Поттера. Рождественские каникулы Деа провела в поместье Малфоев. Волан де Морт напомнил Драко, что время поджимает. И тот ещё несколько часов не выходил из комнаты, пытаюсь оправиться после заклинания Круциатус. Да и вообще, эти дни трудно было назвать каникулами. Праздником был скорее день, когда они снова сели в поезд… Январь тоже оставил свои сюрпризы. Деа узнала от подруг, что Рон пытается бросить Лаванду Браун, но та, правда, против. А ещё, что некоторые девочки с курса норовятся напоить Гарри приворотным зельем. — Это же смешно, — говорила Гермиона, складывая вещи в шкаф в спальне. — А что он так и не отдал учебник? — спросила Джинни. — Он сделал вид. Купил новый и отдал новый. Он, кстати, выписал все заклинания из учебника, — отвечала Гермиона. — Заклинания? А это разве учебник не по зельям? — По зельям, но прошлый его обладатель заполнял поля учебника своими заклинаниями. Он мне их показывал, и я их не знаю. Значит, это придуманные им заклинания. — Кто же это? Принц Полукровка? — Не знаю, гораздо интереснее, что Гарри будет делать на уроках с Дамблдором, — опять говорила Гермиона, заметив удивлённые взгляды, она продолжила, — а вы не знаете? В прошлом семестре Дамблдор сказал Гарри приходить к нему на занятия каждую субботу. Это как-то связано с Волан де Мортом, но он тоже пока не знает как. Оставив интригу, Гермиона вышла из комнаты. После этого разговора прошло две недели. Январь почти закончился, но должен был быть и сюрприз. Куда же без него? Деа не могла уснуть тем вечером и спустилась в гостиную, сев у камина. Из спальни мальчиков послышался шум, и из двери вышли Гарри и Рон. Про себя Деа отметила, что-то подобное уже было в прошлом году. Но в прошлом их лица были куда более искажены страхом. Сейчас Гарри вел Рона, и лица их были далеко не такими. Лицо Рона было переполнено счастьем, а Гарри наоборот был обеспокоен. — Что случилось? — спросила Деа. А Гарри надеялся, что по по пути их никто не заметит. — А где Амелия? Ты сказал мы идём к Амелии, — Рон говорил как после нескольких бутылок. Деа пыталась вспомнить, где она недавно слышала это имя. Рон в руке держал коробку из-под конфет в форме сердца. — Пойдем, по дороге объясню, — сказал Гарри, — Рон пошли, Амелия там, — Гарри потянул друга за плечо. Выйдя из башни, Деа помогла им открыть дверь, Гарри начал свой короткий рассказ: — Амелия, это девочка с Пуффендуя, она на каникулах сварила приворотное зелье. Мне кажется, все девочки в замке знали, что она хочет подсунуть его мне. Мне об этом рассказала Гермиона. А сегодня я увидел на своей кровати коробку конфет с моим именем и Рона, который сидит в куче фантиков и смотрит на луну. — Ясно. Взял попробовать, — быстро догадалась Деа, и поняла, куда они идут, — мы к Слизнорту? — Верно. Они наконец-то поднялись на пятый этаж и уже стояли возле кабинета ЗОТИ. Спальня профессора тоже была там. — Профессор? Гарри постучал в дверь. Ему быстро открыли, на пороге стоял Слизнорт, в пижаме и халате: — Что случилось? В такой час? — Профессор, нужна Ваша помощь. — Вы Амелия? — очень удивлённо выпалил Рон. — Заходите, — Слизнорт всё понял по поведению Рона и впустил учеников с свою спальню. Сразу стал что-то искать в ящиках, — ох уж эти девочки, — тихо заметил профессор и подошёл к Рону, — вот, выпей, — он протянул ему бокал. — А потом пойдем к Амелии? — Да, Рон, только выпей. Рон послушно выпил содержимое бокала, и взгляд его тут же стал серьезным. Он виновато смотрел на друга и профессора. — Какие же они…– он что-то сказал в адрес всех девочек. Думаю, Вам, Дорогой читатель, этого знать не стоит. Он стал извиняться, при виде Деа, — кроме тебя, Джинни и Гермионы. Деа улыбнулась, а профессор понял, что сегодня, никто из этих учеников, да и он сам, не смогут уснуть. Уже было три часа ночи, пока они вернуться в спальни, наговорятся, уже наступит утро. А у него самого закончилось снотворное. Поэтому он предложил выпить. Перед ним стояли уже взрослые, хоть и, дети. Чуть-чуть же можно. А у него как раз лежала нетронутая медовуха, ещё с рождества. — Давайте выпьем за хороший исход дня, — он разлил содержимое по четырем бокалам. Деа, как единственной девушке, он налил меньше всех. Они чокнулись бокалами, и уже было начали пить, бокалы уже коснулись губ. Только Рон не временил с выпивкой, и его бокал опустел, когда остальные только касались краев своего напитка. Он вытер губы и улыбнулся. Правда, недолго. Лицо исказила боль, и Рон упал на ковер. Окружающие убрали бокалы и бросились помогать другу. Рон бился в конвульсиях, изо рта пошла пена. Сегодня явно был не его день. Гарри вдруг осенило, что он может помочь другу. Он вспомнил, что у профессора есть Беззар, он доставал один из камней на уроках. Гарри даже вспомнил, где профессор их хранит. Пока профессор в растерянности стоял возле его больного друга, Гарри подбежал к дальнему шкафу и рылся на одной из полок. Вскоре он радостно подбежал к Рону. — Открой ему рот, — Гарри просил Деа ему помочь. — Беззаар, — удивился Слизнорт, когда Рон, наконец, проглотил маленький камень, — умно. Камень вылечивающий любое отравление. Рону всё ещё было очень плохо, но теперь в его организме не было яда. — Откуда у Вас этот напиток? — спросила Деа, когда Гарри побежал за мадам Помфри. — Кто-то подарил на рождество, — Слизнорт развел руками, — О, Боже! Я же хотел отдать её профессору Дамблдору. После этого откровения, Деа поняла, кто подарил эту бутылку, и что Драко делал тогда у чёрного входа в праздничный зал. Самым неприятным было то, что и она могла сегодня отпить этого яда. Рона доставили в больничное крыло, пока что он спокойно отдыхал, без посторонних вокруг. Завтра же о нём узнают все гриффиндорцы и, наверняка, придут посетители. — Деа? — Гарри окликнул не. Мадам Помфри прогнала учеников, ведь в больничном крыле в такое время дозволено находиться только ей и больным. — Что? — они поднимались в гостиную. — Извини меня, за моё поведение в прошлом семестре. Я виноват. Прости, — он сделал паузу и посмотрел на радостные глаза собеседницы, — хочешь, можешь возвращаться в команду? — Гарри, — она улыбалась, — давай просто снова станем друзьями? А про квиддич, прости, но я не хочу. — Из-за меня? — Нет, просто не хочется. Ты тут не причём. Правда… Всё нормально, — она вспомнила как в последний раз играла в квиддич летом в доме Уизли, — как, кстати, прошли каникулы? — Нормально, Молли как обычно связала всем свитера. Удивляюсь, как она постоянно угадывает с размером. Она и тебе связала, но не знала, куда отослать. Точно, прости, забыл… она просила передать тебе. Он до сих пор лежит у меня в чемодане. — Ничего, отдашь, когда придёшь. Хорошо, что вспомнил. — Джинни ещё спорила, забуду ли я. Значит, она выиграла двадцатку у близнецов. — Она всегда выигрывает в спорах. — Да, и не только в спорах. — Это точно, — Деа немного засмеялась, — она завтра идёт на дуэль, ты знаешь об этом? — На дуэль? — Гарри от удивления даже остановился. — Ну, да, на дуэль по шахматам. Будет играть с однокурсником. Придёшь? — А… шахматы. Нет, завтра не смогу. — Что так? — Завтра должен пойти к Дамблдору, ты наверно знаешь, что я хожу к нему на дополнительные занятия. — Да, Гермиона рассказывала. А что он тебе рассказывает? — Деа поняла, что ей очень любопытно. Гарри немного замявшись, решил ответить, ведь он все равно уже рассказал об этом друзьям: — Дамблдор показывает мне свои воспоминания, связанные с детством Тома Редла. А также его семьи. Как оказалось, он действительно потомок Слизерина, поэтому и смог открыть Тайную комнату. Но вот только он полукровка. — Как так получилось? — В начале этого века, оставалась лишь одна семья наследников Слизерина. Семья Марволо. К сожалению, или к счастью, все члены семьи скончались в тюрьме. Отец и сын. Но оставалась ещё дочь. Она влюбилась в магла по имени Том Реддл и опоила его любовным зельем. Спустя девять месяцев она родила ребенка, которого назвала в честь отца. Она решила перестать давать мужу любовный напиток и, когда чары развеялись, он уехал, а она умерла. Так Том очутился в приюте. Где наводил ужас на всех детей. Кстати, ты знала, что Слизнорт в те времена, когда Волан де Морт учился в Хогвартсе, был главой факультета Слизерин, и преподавал зельеварение? — Деа отрицательно закочавала головой.– Помнишь на втором курсе я вынес из Тайной комнаты дневник? — Да, конечно, это был дневник Тома Редла. — Оказывается не просто дневник. Это был крестраж. — Что это? — Как объяснил Директор, это какой-либо предмет с осколком души. То есть маг может расколоть душу и поместить её в сосуд. Тем самым продлевая себе жизнь. Значит, что самого мага нельзя будет убить. Пока где-то спрятан осколок. — Значит, Волан де Морт расколол душу? — Всё верно, но мы пока не знаем, на сколько частей. — А как вы намерены это узнавать? — Дамблдору известно, что про крестражи юному Тому поведал Слизнорт. Он даже попросил у профессора воспоминания об этом дне, но профессор их исказил. И в том фрагменте он говорит недействительность. Поэтому моя задача — достать истинные воспоминания. — Есть идеи как ты будешь это делать? — Пока нет… — То есть пока что мы знаем только про дневник? Может это был единственный крестраж? — Нет, Дамблдор в прошлом году нашел и уничтожил ещё один. Это было кольцо его матери. Фамильное кольцо Марволо. Дамблдор не снимал кольцо, пока на нем не треснул черный камень. — Вот так просто? Просто носил кольцо и уничтожил крестраж? — Я так до конца и не понял, что именно он сделал с кольцом, но ты бы видела его руку. Его левая рука почернела, словно обуглилась. Деа было очень приятно, что она возобновила отношения с Поттером, теперь, но смотрит на нее без презрения и опаски. И теперь она понимала, каково было профессору Снеггу. Ему тоже приходилось жить жизнью «двойного агента». Утаивать от обоих сторон, что ты причастен к обеим. Делиться со всеми информацией и в тоже время оставлять самую важную только себе. Так прошел целый месяц. Кстати, у них начались занятия по трансгрессии. И Рон окончательно бросил лаванду Браун. Получилось очень неудобно: она прибежала у нему в больничное крыло на следующее утро, он только приходил в сознание и звал Гермиону. Гарри по вечерам рассказывал своим трём друзьям про неудачные попытки выпытать у Слизнорта воспоминания и про уроки с Дамблдором. — Меня преследует неудача, — сказал Гарри и подошёл ближе к камину. — Так воспользуйся Удачей! — предложила Деа. Гарри словно оживился: — Точно! На следующее утро Гарри встретил их в гостиной, держа в руках флакон с золотистой жидкостью. Дождавшись, когда все уйдут на завтрак, Гарри отыскал пустой угол и при друзьях отпил немного из флакона. — Этого должно хватить на пару часов, — предупредила Гермиона, — как себя чувствуешь? — Прекрасно, — улыбнувшись, Гарри вышел из спальни. Была суббота. Друзья больше не видели Гарри в этот день, но кто-то говорил, что видел, как Гарри уходит за пределы замка вместе с профессором Слизнортом. — Я почувствовал, что мне срочно нужно к Хагриду, — Гарри, наконец, вернулся в гостиную и просвещал своих друзей в свои вчерашние приключения, — по дороге, через теплицы я встретил Слизнорта. Он срезал образцы с некоторых растений. Я предложил пройтись со мной. Уже не помню под каким предлогом, но он согласился. Хагрид сегодня был не в духе. У него умер лучший друг. — Кто? — спросил Рон. — Арагог умер, он был уже очень старым. — Вон то чудовище? — Рон вспомнил, как на втором курсе ему пришлось вместе с Гарри отправиться в Тёмный лес, где они встретили огромного паука, это он и был. Лучший друг Хагрида. Огромный паук… — Так вот, Слизнорт был в восторге от мертвого представителя паукообразных в столь гигантских размерах и взял образцы его щетинок. Мы остались там ещё и после похорон. Хагрид предложил выпить, я отказался, профессор был не против. Уже ближе к вечеру они разговорились. Стали вспоминать прошлое. Когда Хагрид уснул, Слизнорт вспомнил о нашем недавнем разговоре и сам отдал воспоминания. Я сразу побежал к директору. Там же мы вместе и взглянули на них. Слизнорт, и вправду, рассказал Тому про крестражи, а тот спросил у профессора сколько всего можно их сделать. Слизнорт рассказал, что волшебники иногда делают два-три крестража и это уже много. Но Том тогда спросил про цифру семь. «Что если разделить душу на семь частей?» Собственно это и всё. Так что скорее всего их семь и Дамблдор сказал, что нашёл ещё один. Но ещё не знает, как туда попасть. Это было десятое марта.