Предатели обеих сторон

Ночь. 13 марта. За окном все ещё бушевала гроза. Драко выбежал на лестничный коридор и шёл в сторону ближайшего патруля. На нём была обычная будняя школьная форма, только вся измятая. Почему-то именно в этот день на втором этаже было пусто, тогда он пошёл в главный зал, где и застал ту, кого искал. Зайдя, он тут же выпрямил руку с палочкой. Заклинание ему говорить не пришлось, идя сюда он повторил про себя его столько раз, сколько и представлял себе его результат. Беллатриса стояла с другими пожирателями у одной из стен зала, о чем-то болтая. Но недолго. Неожиданно её пронзила острая боль, и она закричала от заклинания «Круцио». По её счастью оно было недолгим, но сумело повалить её на пол. Малфой подошёл ближе. — Драко?! — её голос был удивлённым и как всегда безумным. — На твоей совести ещё одна смерть, — процедил он сквозь зубы. В зал зашёл Северус, видно спустился на крик: — В чем дело? На этот вопрос Беллатриса залилась смехом. — Блеквуд мертва, — сообщил Драко, всё так же зло смотря на Беллатрису, её это забавляло, — и умерла она по её вине. — Откуда Вам это известно? — холодно полубопыствовал Снегг. Драко разочаровано взглянул на директора. Теперь он не знал зачем пришел сюда, зачем стал мучить Беллатрису. На её совести сотни смертей и ни из-за одной она не скорбела. — Пришла повестка. Её тело с письмом доставили на северную часть страны. — Полагаю на кладбище Поттеровского дозора? — Верно, — солгал Драко, — она умерла из-за глубокой раны от серебряного ножа. — Там тоже это писалось? — Да. — Зачем же им это писать Вам, мистер Малфой? На этот вопрос он лгать не стал. И отвечать тоже. Одно взгляда хватило, чтобы Снегг отстал с вопросами. Северус взглянул в его красные от вытертых слез глаза. И неожиданно понял его боль. Его скорбь. Некогда Северус замечал, что чем-то они с Драко схожи. Лишь несколькими странными историями. Рознил их здесь лишь характер и сословие. Снегг был полукровкой и по своей натуре скрытным человеком. А Драко рос в аристократической семье и ему была свойственна заносчивость, уверенность. А похожи они стали тогда, когда в первый раз пришли на платформу девять и три четверти. Зайдя в поезд, Северус встретил Лили Эванс, а Драко Деамону Блэквуд. Спустя несколько часов они обе поступили на Гриффиндор, словно уронив между встретившимися пропасть. Лили была грязнокровкой, и вечно водилась с мародерами. Кем была Деа никто почти не знал, и она почти ни на шаг не отходила от золотого трио. Но Драко оказался храбрее Снегга, оставшись с Деа. Увы, историю объединил заключительный аккорд. Они оба не видели смерть возлюбленной, не смогли с ней проститься. — Идите в свою гостиную, — приказал директор. Драко вышел в коридор. Этот вечер несколько дней назад он бы назвал наполненным глупостями. Он не понимал, что делает. Без осознания он начинал куда-то идти, а поняв зачем, уже не мог остановиться. Сейчас он бежал по ступеням на седьмой этаж. Палочка всё ещё была в его руке. Он оглянулся только раз, что убедиться, что за ним никто не идёт. На седьмом этаже никогда не было патруля, а сейчас он весь в главном зале. Поэтому он спокойно дошел до трёх колонн у стены с факелами. В прошлом году он хотел возненавидеть это место. Он проводил в нём дни и недели тщетно пытаясь починить проклятый шкаф. А сейчас стоя у материобразовашейся двери он не вспомнил ни о каком шкафу. Разве там был шкаф? Нет. В памяти всплывали только дни и моменты, когда они приходили сюда с Деамоной, пытаясь решить головоломку, часами застревая в книгах и теряя счёт времени. Отступать было поздно. Раз он пришел туда, значит, нужно закончить начатое. Бездумно он повернул ручку двери и вошёл внутрь. Комната не была завалена хламом. Такой он её ещё не видел. Деамона рассказывала как она была обставлена в дни Отряда Дамблдора. Сейчас же это был просторный зал из белого камня, свет исходил из странных ниш в потолке, посредине стоял большой круглый стол, возле стен лестницы на второй этаж. Со второго этажа свисали флаги трёх факультетов, всех кроме Слизерина. Между флагами висела картина с изображением белокурой женщины в полный рост. Это место напоминало небольшой город в горах, иногда в меловых породах делают такие же пещеры. В комнате было несколько человек, они сразу заметили открывающуюся дверь и насторожились. В комнате были Невилл, Джинни, Кодри– из пуффендуя, и ещё кто-то из Когтеврана. — Что тебе здесь нужно?! — злобно спросила Джинни направляя палочку на вошедшего. Тот поднял свою палочку вверх, показывая, что не будет ею пользоваться и положил на каменный выступ у стены. — Дай угадаю, — Невнил сложил руки на груди, — пришёл договориться? — Не нужно этих стереотипов, — Драко ненадолго перенял их злобный тон, — что все гриффиндорцы храбрые, верные; когтевранцы умные и слыбые; пуффендуйцы заботливые и ранимые, а слизеринцы хитрые и бесчувственные. Не все такие. — Верно. На каждое правило есть исключение, — подметил когтевранец. «Ты видно к нему не относишься», — разъяренно подумал Драко. — Этому есть примеры из истории… — Бони, не нужно сейчас этого, — рявкнула Джинни. — Всего несколько имён, — не слушая Джинни, девушка отстраненно продолжила болтать о своем, — Седрик Диггори был из пуффендуя и не был слабым, Нимфадора Тонкс, выпускница Когтеврана стала мракоборцем. Деамона Блэквуд из Гриффиндора перешла на сторону пожирателей. У Слизерина исключений я не нахожу… При упоминии Деа Драко с отвращением посмотрел на говорящую, та несла чушь про неё и не знала, что этим кого-то оскорбляет. — Зачем ты пришёл? — Джинни громко задала вопрос. — Пока шёл сюда, думал, что вам будет важно это узнать, — он говорил уверенно, медленно и теперь уже сквозь зубы, — но вижу вы не сможете это принять. — Хватит говорить загадками, раз пришел сюда, то говори ясно, — добавил Невилл. — Мне кажется, это будет шантаж, или ещё что-то в этом роде, — Бони шёпотом это сказала Кодри, но в такой тишине было слышно каждое слово. — Хватит! — рявкнул Драко, хотя им хватило только его взгляда, чтобы понять, что лучше помолчать. — Я ещё раз спрашиваю! — Джинни раздражала эта ситуация, — Зачем тебе, пожирателю, приходить сюда? Или за дверью остальные? Драко попытался спокойно выдохнуть и осмыслить, зачем он пришел. — А если я скажу, что я не пожиратель? — Говорить почти каждый может. На этот упрек Драко приподнял левую руку и убрал с запястья рукав. Окружавшие его люди смогли увидеть только шрам. — Да, я и Деамона были пожирателями. Нам пришлось ими стать, — он пытался говорить громко и не делать больших пауз, чтобы его не перебили.– Отказавшись, умерли бы не только мы. Деамона не могла смириться с тем, что перешла на сторону врага. Мы нашли выход. Как избавиться от метки и выжечь не. И мы сделали это, когда про нас забыли, мы выполнили свою роль и ушли. Я не хотел быть пожирателем Смерти, но сказав «нет», убили бы всю мою семью. — Тогда почему пошла Блэквуд? — всё-таки его перебили. «Сказать «Из-за меня» было бы глупо, но в своей части верно». — Её смерть, — на этом слове он запнулся, — её смерть тогда, только ускорила бы события. Дамблдор был бы убит раньше и Гарри тоже, — он вспоминал рассказ Деа о том видении и не мог связать его сейчас в всей рассказ.– Я расскажу вам всё, если только вы обещаете мне верить, — он услышал, что его голос стал более робким. — С какой стати? Ты хочешь к нам присоединиться? Как это называется? — Джинни усмехвлась. — Это продажность и предательство, — ответил Невилл, — Деа даже на это не хватило, она просто сбежала. — Не смей так говорить о ней! — Драко сказал это громче чем хотел. — Почему это? Я имею право говорить правду. — Только если это не ложь, — уклончиво ответил Драко, глубоко вздохнув, он добавил почти шёпотом, — о мёртвых либо хорошее, либо ничего кроме правды… Деамона умерла! Два дня назад Поттер отослал её тело в Поттеровский дозор. Я об этом узнал только сегодня вечером. Последние слова заставили всех задуматься и замолчать, Джинни опустила палочку. — Тогда я поступлю иначе. Я расскажу вам правду, а точнее ту же историю, что вы уже знаете только под другим углом. А вам решать, верить мне или нет. И они слушали, не перебивая, как исповедь. Он рассказывал, начиная с истории её семьи. Она похоронена не под истинной фамилией, так не должно было оставаться. Нужно было пролить свет на жизнь Гриндевальда. Рассказать обо всём. Чтобы эта история не погасла как свеча. Нет, её огонек должен гореть, хотя бы в их мыслях. В их сердцах. Они считали её предателем, слабой, наивной, легкомысленной. Это порочило память о ней, и Драко проливал свет на её историю. Пытался вернуть честь её имени. Этот рассказ был долгим. Обо всей её семье. Об эмпатии, о Поттерах, с которыми она жила в начале жизни, о дарах Смерти, о её видении, жизни пожирателя, избавлении от метки и побеге. О том, что она не убежала, а примкнула к золотому трио. Драко хотел предоставить в доказательство свой дневник, если ему не верят. Он говорил о крестражах, и о том, что им удалось уничтожить ещё один. Историю про пещеру, которую сам узнал недавно. А потом стал говорить тише, не так воодушевлено, как говорил о прошлых годах. Пришло время рассказать о событиях недавней давность, когда его срочно вызвали домой. — Я был рад, когда увидел её, но это было недолго. Она напала на Беллатрису и обезоружила её. Домовой эльф Добби, вы наверно его знаете, каким-то образом оказался в подвале дома и трансгрессировал с другими заключёнными, освободив их. Потом переместил Рона и Гарри в главный зал. Гарри разоружил меня. Деа стала зазывать друзей в круг, что бы эльф забрал и их. Портал уже был открыт, но Беллатриса не хотела их отпускать просто так, поэтому бросила в него свой нож. Я попытался сбить её руку, объяснив это ей, тем, что она могла убить Поттера. Они исчезли, я почти сразу бросился писать Деа. Где она и что случилось. Ответа не было. Ответа не было и на следующий день. Только сегодня вечером я увидел новую запись, — он сглотнул и продолжил дальше, — Поттер написал, что нож попал в неё. Дальше он не мог продолжить. «Она умерла», — как тяжело ему было говорить эту фразу. Он не верил в это. Надеялся, что взяв дневник он прочтет в нём новое письмо её почерком: «Всё хорошо. Как дела?» Но этого больше не будет. Она не напишет. И не скажет. Они больше не встретятся. Драко закрыл лицо ладонью и вытер вновь подступающие слёзы. Джинни, что сидела напротив, не могла понять, верить ли ему. Тому кого остерегались все эти годы. Верить ли, когда он сам пришел сюда? Она недоверчиво слушала всю историю. «Как искусно придумано», — думала она. Но когда она услышал, как Драко говорит о её смерти, почему-то она стала ему верить. Он говорил искренне. Она видела его слёзы. Это заставило её поверить. Заставило понять. — Я рассказал всё. За вами решение.– после этих слов Драко поднялся и, взяв свою палочку, вышел из комнаты. Коридор был тёмным, без единого лучика света. Но за окном уже прекратилась гроза, дождя тоже было не слышно. Драко медленно стал спускаться по лестнице, иногда останавливаясь и опираясь на стену. Портреты на стенах ещё спали и не видели шатающегося студента. Так он добрел до первого этажа. В главном зале ещё была пожиратели, их было слышно на всём этаже. Но Малфой уже не хотел туда заходить, но и спускаться в подземелье в гостиную он тоже не желал. Тогда он пошел в сторону выхода. На улице тоже было темно, земля ещё была очень влажной. Драко зашагал в сторону озера. Почему-то сейчас он вспомнил, как на третьем курсе он выбегал за Деамоной в зимний вечер. Она тогда чуть не провалилась под лёд. Драко стал у самого берега и оглянулся. Вот там её спас Сириус, провалившись в ледяную воду. А там она пыталась ходить по воде с друзьями. Там проходил турнир. А здесь она пыталась утопиться. Драко просто стоял на холодном свежем весеннем воздухе. Сколько? Он не мог сказать. Небо стало светлеть. Постепенно тёмные его склоны белели, и стало видно, что тучи давно исчезли. Из-за леса медленно поднималось солнце, озарив кроны деревьев алым светом. Вот и наступил рассвет. Роса и капли дождя заблестели от лучей, как и зеркальная гладь озера. Малфой стоял на берегу и наблюдал за этим. Молча. Пытаясь свыкнуться с мыслями. — Только не говорите, что Вы пришли сюда по то же причине, что и Деамона три года назад, — сказал кто-то позади него, Драко обернулся и увидел Снегга. — У меня не получится этого сделать. Только если морская тварь на дно утащит… — Пойдемте. Северус не ждал какого либо ответа, а просто пошел в сторону замка. Драко пришлось пойти за ним. Снегг отвёл его в кабинет ЗОТИ и сказал, что скоро придет. Солнце поднималось выше, к кабинет озарило светом. Снегг тогда так и не вернулся.