Любовь стоит того, чтобы ждать. 2.0

      — Да потому что, черт возьми, он тебе больше подходит! — вскрикивает Кирилл так, что к нам повернулся Костя.       — Чувак, потише, — говорит он.       — Кто сказал, что он мне вообще подходит. И почему ты должен решать, кто мне подходит больше?       — Взгляд со стороны, — бурчит Кирилл, засовывая свои руки в карманы.       — А ты почему не подходишь мне? — решаю посмотреть на ситуацию с другой стороны.       — Потому что тебе не нравится мой образ жизни. Он подвергает тебя опасности. Ты потеряла работу из-за меня, уехала из страны из-за меня, поругалась с батей из-за меня, наслушалась о себе гадостей из-за меня, получила тысячу пожеланий смерти из-за меня. Мне продолжать? — смотрит на меня Кирилл. Я молчу. — Хорошо. Ты бросила всех своих друзей из-за меня…       — Хватит, — перебиваю я Кирилла. — Если я это сделала, то считала нужным, не так-ли?       — Но из-за папы ты все ещё расстраиваешься.       — Ты меня хочешь убедить в том, что не любишь меня? — спрашиваю я.       — Нет, — Кирилл выпрямляется. — Я тебя очень люблю.       — Тогда к чему это?       — К тому, что я на тебя плохо влияю.       — Не думаю, что ты бы не сделал так же, был бы у тебя повод. Папа ко мне изначально ужасно относился, друзья бы ушли, потому что не я их бросила, модельное агенство я бы бросила после того, как поступила в институт, уехала бы из Киева, потому что мне там не нравилось. Ты просто подтолкнул меня на это. Так бы я сидела бы ещё лет 5 в этом дерьме, Кирилл. Разве любовь может влиять пагубно? Если я счастлива с тобой, то я готова быть с тобой хоть на улице. Лишь бы говорить с Кирюшей, чувствовать твой запах и твое присутствие. Для меня это самое важное. Даже сейчас. Когда я просто сижу рядом с тобой, то я счастлива. Ты меняешься ради меня, я это вижу. И я благодарна судьбе за то, что я та самая единственная девушка, которую ты любишь на данный момент. Если бы ты не полюбил меня, то я бы страдала в своем Киеве с Артёмом, который меня ни во что не ставил, общалась бы с отцом, который мной манипулировал, ходила на работу, которая не доставляет мне радости, общалась с друзьями, которые в итоге просто решили уехать от меня. А что сейчас? Я с человеком, которого полюбила до конца жизни. Я чувствую себя нужной, наконец-то не лишней. Я счастлива не потому что уехала куда-то, а потому что уехала куда-то за тобой, чтобы быть рядом, — пока я говорила это длинный монолог, Кирилл грустно на меня смотрел. — Ты лучшее, что случилось в моей жизни и если ты думаешь, что я тебя вот так просто брошу, потому что ты сказал, что ты на меня плохо влияешь.Ты единственный, кто меня слушает, слышит, понимает и поддерживает и если ты думаешь, что этим самым ты на меня плохо влияешь, то мне тебя очень жаль.       Кирилл смотрит на меня, нервно стуча пальцем по креслу. Он заглядывает в мои глаза и я хочу поцеловать его, но я просто смотрю в его глаза в ответ.       — Я не знаю, как на меня может влиять простой человек, — бурчит Кирилл. — Твои глаза — это как гипноз, посмотрев в них, я просто не могу оторваться.       — Согласна, — говорю я, смотря в большие, красивые глаза Тимошенко. Какой же он красивый.       Кирилл томно вздыхает и приближается ко мне, страстно целуя меня в губы. Как же хорошо, что мы сели в самый конец этого огромного салона.       — Прости меня, — прошептал Кирилл, слегка отдалившись от меня. — Я люблю тебя.       — Я тебе верю, — я зарываюсь руками в волосы Кирилла и снова целую его. — И никогда больше не усомнюсь в этом.       — Обещаешь?       — Да, — говорю я.       — Пообещай мне ещё кое-что, — Кирилл смотрит мне в глаза. — Пообещай мне, что ты больше никогда не будешь жертвовать чем-то ради меня.       — Нет, — махаю я головой.       — Лера, — злобно бурчит Кирилл. — Это я должен жертвовать ради тебя чем-то, а не ты.       — Нет, — снова отрезаю я. — Я люблю тебя и готова даже пойти в драку за тебя.       — Не смей. Никогда.       — А что ты делал? Полез в драку за меня. Тогда я могу потребовать тоже самое, что и ты.       — Нет, — усмехается Кирилл.       — Так вот и я нет, — грубо говорю я. — За тебя я готова сделать все. И не надо требовать, чтобы я этого не делала.       — Тогда говори мне, если тебе это не нравится. Например, тот же самый переезд в Москву из-за группы.       — Ладно! — усмехаюсь я. — Что же ты пристал к этой Москве. Я ведь ни разу не жаловалась.       — И я рад! Но если бы ты сказала, что тебе там не нравится, то я готов хоть на Китай улететь вместе с тобой, только бы тебе было комфортно.       — Ладно, — я целую Кирилла. — И как можно сомневаться в том, что ты меня любишь. А?       — Это у тебя надо спросить, — Кирилл садится обратно прямо и я расстроилась тому, что не могу посидеть с Кириллом так близко лоб в лоб ещё раз…       Я беру Кирилла за руку и смотрю в окно. Снег уже начинает постепенно таять и наступает весна… Как я люблю весну! Это мое любимое время года! Хочется делать подвиги и бегать по лужам…       Через минуты 2 мы подъехали к клубу и с Кириллом мы зашли в него самые последние, потому что мы ходили до ближайшего магазина, чтобы купить Кириллу сигареты.       Пока мы шли обратно, я распинывала некрасивые, уже тающие сугробы и слушала то, как Кирилл ругается на меня из-за того, что весь этот снег летит мне прямо в кроссовки.       — Ты специально хочешь заболеть что-ли? — Кирилл хватает меня за талию и ставит в противоположной стороне.       — Какой ты скучный, — вздыхаю я и несусь к другим сугробам. В меня чуть не врезалась девушка, я отскочила, чтобы не произошло аварии, а Кирилл раздражённо вздохнул.       — Лера! — ругается Тимошенко.       Я стою, чтобы Кирилл прошел и идти сзади него, но как только я остановилась, Тимошенко сделал то же самое.       — Ты от меня убежать решила? — Кирилл идёт ко мне и берет за руку. — Пошли.       — Ну Кирилл, — возмущаюсь я.       Мы идём через какой-то двор, где сугробы выше меня и ещё даже не начали таять. Снег такой белоснежно заманчивый. Я хочу понестись к одному сугробу, но Кирилл не отпускает. Вижу сугроб с его стороны и сразу толкаю его в него так, что Кирилл упал прямо в него.       — Лера! Еб твою мать! — начинает ругается Кирилл, бросая меня в снежок. — Нельзя было нормально идти?       Тимошенко встаёт, отряхиваясь. Я быстро иду от него, потому что боюсь последствий, но он меня догоняет и хватает на плечо так, что я нихера не вижу.       — Кирилл! — кричу я. — Отпусти!       И тут я чувствую, как Кирилл швыряет меня в сугроб. Он оказался мягким, поэтому я ничего не почувствовала. Правда снег сейчас серьезно весь посыпался в кроссовки, а ещё и под куртку.       — Какой ты злой, — пытаюсь встать я, но когда я опираюсь руками о снег, но сразу проваливаюсь. Кирилл подаёт мне руку и я встаю.       — Холодно? — спрашивает Кирилл.       — Нет, — вру я, отряхиваясь. Кирилл идёт дальше, а я снова отстаю, чтобы кинуть в него снежок, но Тимошенко сразу снова остановился.       — Типа ты серьезно думаешь, что я не замечу, что ты резко остановилась? — Кирилл идёт ко мне, хватая под руку. — Нас ждут уже час. Топай своими ножками быстрее.       — Да подожди, — говорю я. По сравнению с моими шагами, у Кирилла просто они огромные, поэтому ему приходится их укорачивать, чтобы идти в ногу со мной.       Когда мы наконец дошли до клуба, то сразу понеслись в гримёрку. Здесь сидели все уже подвыпившие и веселые. Мы с Кириллом сели на одно маленькое кресло, но к счастью, мы вдвоем весьма худые, поэтому тут бы вместился ещё бы один Кирилл.       — Ты чё мне ничего не говоришь?! — резко Кирилл наклоняется к моим ногам и снимает с меня кроссовки. — У тебя же ноги насквозь промокли, — Кирилл хватает мои кроссовки и кладет на батарею, такое же он делает с моими носками, а потом закидывает на свои ноги мои и начинает натирать.       — Больно, — бурчу я.       — Терпи, — возмущается Кирилл. — Я тебя ноги мокрые и холодные. Ты заболеть хочешь?       — Да.       — Это был риторический вопрос, пенек, — хмурится Кирилл.       После он отдает мне свои носки и продолжает держать мои ступни в руках.       — На нас все смотрят, — бурчу я. — Хватит, я как маленькая.       — Ты и так блять маленькая. По сугробам все еще шляешься.       Я решаю не идти против Кирилла, потому что это бесполезно, а просто наслаждаюсь теплом его рук.       — Какие вы милые! — улыбается Диана, а я мысленно закатываю глаза. Ненавижу, когда так говорят. Что можно найти милого в том, что я просто ебнутая? Пытаюсь вырвать свои ноги от Кирилла, но он вцепился в них мертвой хваткой… — Я сейчас умру от умиления!       — Не здесь, — бурчу я, закрывая лицо рукой, потому что чувствую, как я покраснела.       — Я прямо всей плотью чувствую, как тебе это не нравится, — усмехается Кирилл. — А вдвоем дома, ты бы сидела и просто кайфовала.       — Потому что я не могу отдаться эмоциям, пока на нас смотрят больше 5 пар глаз.       — Да нахуй мы кому-то нужны, — Кирилл берет меня за лодыжки и двигает меня к себе ближе так, что я чуть не села на его колени. — Не думай о них, ясно? Они не посмеют подумать о тебе плохо.       — А откуда ты знаешь, — целую Кирилла в губы тихонько. — Тебе ведь такая хуйня тоже не нравится.       — Да, — усмехается Кирилл. — Но не думаю, что мы делаем что-то противозаконное, — усмехается Кирилл и отодвигает меня обратно, чтобы снова взять мои ноги в свои руки.       Это уже не так некомфортно, а уже приятно. Я хорошо разместилась на маленьком кресле и чувствую себя какой-то королевой. Конечно, когда твои ноги греет сам Кирилл Бледный, ты себя не только королевой почувствуешь…       Спустя минут 30 парни ушли на чек и я осталась сидеть вместе с Дианой и Денисом в гримёрке.       — А сколько тебе лет? — спрашивает Диана. Такие вопросы в ее репертуаре, она ненавидит молчать, а если здесь стоит гробовая тишина, то она ее точно нарушит.       — Мне 20, — улыбается парень. У него особенно светлая улыбка и мне хочется закрыть глаза, потому что в глаза слепит слишком сильно.       — О! Мне 22, а Лерке 19! — взвизгивает Диана так, будто первый раз видит 20-летнего парня.       — Ясно, — неловко кивает он, а после этого снова наступает неловкое молчание, я конечно не собираюсь ничего говорить, но Диана просто уже изнемогает от нашей молчаливой компании.       Девушка встаёт и уходит, а я остаюсь в неловкой тишине с этим фотографом. Если сейчас зайдет Тимошенко, то нам будет пизда, но он не зайдет, потому что я слышу, как его голос развивается по всему клубу.       — Твой парень меня недолюбливает? — резко спрашивает Денис, я смотрю на него.       — Ну…- я слегка пододвигаюсь, чтобы не лежать на этом кресле. — Если честно, то он никого не любит, поэтому не зацикливайся на этом.       — Значит недолюбливает? — усмехается парень. Я молчу. — А почему?       — Не знаю, — пожимаю я плечами.       — Он зазвездился? — так резко спрашивает парень, что я не успеваю опомниться.       — Чего, — хмурюсь я. — Нет… Наверное нет.       — Я рад, — парень откидывается на спинку дивана и смотрит в стену молча. — а что у них с Настей? Я просто слышал… — парень резко замолкает, свидетельствуя о том, что знает то, что меня может огорчить.       — Что слышал?       — Забудь, — парень нервно улыбается, а я смотрю на него.       — Ну говори, раз начал.       — Слышал, что ты избила Настю.       — Это она сама тебе так сказала?       — Да, — усмехается парень, видимо понял, что звучит глупо.       — Нет, я ее не избивала. Мы в напряжённых отношениях, но до такого не доходили, — говорю я.       — Я так и думал… Ты не подумай… Ты не похожа на ту, которая может избить девушку.       — Ладно, — усмехаюсь я. Он извиняется за каждое слово и меня это раздражает.       — А чем ты увлекаешься? — спрашивает. Да что же меня все это спрашивают?! Я будто похожа на ту, которая горит каким-то делом…       — Литературой, — бурчу я. — Я не учусь, потому что просрала год в Киеве.       — Ты жила в Киеве?       — Да, — протягиваю я.       — А сейчас?       — В Москве.       — Оу, я тоже. Тебя не напрягает то, что я тебя обо всем спрашиваю я просто… хочу с кем-нибудь познакомиться. Настя оказалась не лучшим вариантом, потому что говорит обо всех плохо…       — На самом деле! — я теперь окончательно сажусь на кресло. — Все очень крутые ребята. Подружись с Костей. Он из всех нас самый добрый.       — А ты нет? — усмехается парень.       — Ну может я. Вот Костя и Диана они очень добродушные и милые, правда Диана может слишком мило говорить, от чего тебя потянет блевать. Дима тоже очень хороший, но всегда в работе, как и Паша. Настя злюка, а Митя тоже очень весёлый.       — Ты сказала про всех, кроме твоего парня, — улыбается парень.       — Кирилл, как старая бабка, ему никто не нравится и он всех ненавидит.       — С тобой он очень милый.       — Это только со мной, — усмехаюсь я. — Другие его до жути раздражают.       — Жаль, — вздыхает парень.       Денис рассказывал мне про свою жизнь и обучение в МГУ, он тоже увлечен литературой и любит читать. Мне даже не составило труда придумать вопросы, потому что они лились из моей головы. Мне было на самом деле с ним очень интересно.       Дверь открылась и я вижу здесь Кирилла. Черт его побрал! Почему он пришел один?       — Твои кроссовки не высохли, — раздражённо говорит Кирилл, подходя к батарее, а потом садится рядом.       Сквозь тишину становится на самом деле очень неловко. Где Диана, которая может выйти из любой ситуации???       — Я вам помешал? — спрашивает Кирилл, смотря на меня.       — Нет, — бурчу я.       Такая напряжённая тишина, что мне хочется провалиться под землю.       — Я, пожалуй, пойду, — бурчит Денис и уходит.       Кирилл вздыхает слишком громко для такой тишины.       — Что это было? — усмехаюсь я, прекращая тишину.       — Что он тебе говорил?       — Он очень расстроен тем, что ты его недолюбливаешь, — признаюсь я.       — Действительно, — вздыхает Тимошенко, вновь закидывая мои ноги на свои. — Хочет, чтобы ты его пожалела.       — Нет, — усмехаюсь я.       Пока мы с Кириллом говорили о том, как трудно быть рокером, все вновь перебрались в гримёрку. Мои кроссовки наконец высохли и Кирилл с барского плеча отдал мне их.       Мы сидим и смотрим на все до того момента, как не видим, что к нам приближается Денис. Он садится на бортик рядом со мной.       Я слышу, как пыхтит Кирилл и беру его за руку, чтобы он придержал коней.       — А как часто вы собираетесь после концерта выпить? — спрашивает Денис у меня.       — Мы не ходим на такую хуету, — грубо отвечает Кирилл.       — После каждого концерта, — поправляю я.       Денис кивает и смотрит на всю суету со стороны, пока парни то кидаются бутылками воды друг в друга, то пьют алкоголь в огромных количествах. Один Кирилл не отходит от меня ни на шаг. ***       После концерта мы с Кириллом сразу уехали, собственно, как мы делаем это всегда.       Тимошенко сразу же заснула по приезду, а я резко решила, что мои корни отрасли и понеслась в магазин, который находится в какой-то пизде, в незнакомом для меня городе.       Купив краску ещё более черную, я понеслась обратно в отель. Сразу заперлась в ванной, чтобы Кирилл меня не услышал и сняла с себя футболку, потому что у меня не было с собой ненужной футболки…       Сделав первый слой на корнях я сразу поняла, что это плохая идея, потому что у меня не было перчаток, ещё я чуть не пролила краску на свои штаны. Да… С моей координацией лучше не высовываться.       Смыв краску, я быстро высушила волосы и сразу поняла, что этот эксперимент был удачным, потому что волосы стали более шелковыми и я понеслась к Диане, надеясь, что они уже вернулись. Мне нужны были ножницы, чтобы ебнуть себе каре. К счастью, пьяная Диана решила вообще меня подстричь. Я конечно, боялась, что она промахнется в мою шею, но этого не случилось. Ещё она решила сделать мои передние пряди немного короче всей длины и у меня была длинная челка, которую Диана благополучно зачесала назад. Костя был в номере Мити и, по словам Дианы, выпивал.       Девушка пошла к ним, чтобы попросить Костю задержаться, потому что Диана хотела, чтобы я слегка подровняла ее длинные волосы. Девушка вернулась с Денисом. Он был как стёклышко трезвым. Все так же красиво одет, как и Диана. Они подходят друг другу.       — Привет! — улыбаюсь я. Если честно, компания с этим молодым человеком мне жутко нравилась, потому что он очень умный.