Микроскоп с разбитой линзой

      Утро субботы было прекрасным хотя бы потому, что не было похмелья. Гэвин спихнул с себя кошку, потянулся и пошёл в зал проверить, как там Коннор. Криминалист сидел за компьютерным столом, поджав ноги, и читал бумаги в папках. Услышав шум, он поднял голову. — О. Извини. Я думал, ты будешь спать дольше. — А оно всегда так. Думаешь, что в выходные выспишься, и как назло, просыпаешься в семь утра. Гэвин подошёл к окну и распахнул шторы, впуская серый свет. На улице было тихо и безлюдно, асфальт блестел после ночного дождя, и ветер гонял по земле оранжевые листочки. Полусонный Рид залип на них и не сразу понял, что Коннор его разглядывал. Откровенно так пялился. — Что? — Ничего, — спокойно ответил Коннор. — У тебя красивое тело. Гэвин пошкрябал щетину. — Ты странный. — Да, мне часто это говорят. — То есть когда я пошутил про свиданку, ты смутился, — продолжал он, словно не услышав Андерсона, — а сейчас комплименты отвешиваешь? — Это не комплимент, — с убийственной серьёзностью ответил Коннор, — у тебя действительно красивое тело. Говоря начистоту, Рид был такого же мнения. А что? Ради заветных кубиков на прессе и мышц он тягал железо до седьмого пота, ел неделями только варёную куриную грудку (из-за чего становился раздражительнее обычного) и разбирался в спортивном питании. Нет, пицца и пиво из жизни не ушли навсегда, но иногда про них приходилось забывать и возвращаться к мерзкой курице, но как бы то ни было, с самооценкой у детектива всё было в порядке, и он знал, чего стоит. Но получать комплименты всё равно было приятно. — Я в душ, — объявил Гэвин. — Сваришь пока кофе? Там кофемашина, просто нажать на пару кнопок. — Хорошо, — сказал Коннор. Он поднялся, не отрываясь от чтения, и спросил: — Тебе с шоколадным сиропом или карамельным? — А это ты как узнал?! — Ходил на кухню ночью за водой и увидел. — А-а-а… А я уж думал, у тебя опять шерлянка началась. — Что началось? — Коннор обеспокоенно посмотрел на него. — Не парься. А сироп карамельный.       Может, Коннор и витал в облаках, но к завтраку он отнёсся серьёзно и сервировал стол. Ничего особенного из еды не было: поджаренный в тостере хлеб и порезанный треугольничками сыр, но это было так аккуратно разложено, что вызывало аппетит. — Я просмотрел твои заметки о деле Голдвика, — Коннор взмахнул папкой, — и, похоже, знаю, кто посылал угрожающие сообщения мисс Уитгейл. — Ну-ка, ну-ка. — Смотри, — Коннор положил перед ним раскрытую папку. — Мистер Баттон говорит, что не встречался с мисс Уитгейл за неделю до её смерти, но по переписке, — криминалист перелистнул несколько страниц, — заметно, что у них были плохие отношения. Мисс Уитгейл задолжала ему и не могла отдать вовремя. Гэвин взял листок, на котором было несколько картинок — распечатки скриншотов. «Ничего не хочешь вернуть?» «Отвали. Ты же знаешь что у меня нет денег!!!!!» «Кэрри, это уже третий раз! Мне надоело. Возвращай, или у тебя будут проблемы». «Верну, когда смогу: ((((» «За дело возьмутся серьёзные люди». — Ну ясно, — пробурчал Рид, — ещё к этому придурку ехать и допрашивать. — Я думал, тебе это нравится. — Но не когда я обсуждаю это в субботу утром. У меня выходные. Всё. Хватит. — Как скажешь, — Коннор пожал плечами. — А у тебя были какие-то планы? — Ни хрена не делать, — с чувством произнёс Гэвин и принялся за тост.       После совместного завтрака Коннор ушёл. Расставание омрачилось упреком криминалиста о том, что можно было бы и немного поработать в выходной, чтобы приблизиться к разгадке, на что Гэвин раздраженно выпалил: «Отвали», чем расстроил парня. Он начинал понимать ход мысли Андерсона: тот увидел стопку со старыми делами и решил, что Рид трудоголик и готов работать в выходные. И это было правдой. Рида не устраивало его звание, он хотел большего. Выше звание — выше зарплата, а дела — интереснее. Детективов как грязи, а вот лейтенантов, например, уже меньше. Вот только он человек, а не чёртов робот, готовый впахивать без устали, и ему нужен отдых. Пятничный вечер и два выходных, и он снова будет в строю. «Просто два дня отдыха, окей?», сказал он Коннору, и тот кивнул, но в глазах читалась обида. Тогда Рид извинился за резкость, но Коннор уже ушёл, пробормотав под нос: «Не в этом дело».       Как бы то ни было, выходные Гэвин провёл так, как планировал — ни черта не делал. Валялся на диване, играл в игры, смотрел сериалы, ел пиццу и отгонял мысли о расследованиях. Интересно, думал он, он один такой, кто отдыхает с чувством вины?.. Идиллию нарушил звонок в воскресенье вечером; Коннор напряжённым голосом сообщил: — У нас забирают дело. Гэвин, слизывавший соус с пальцев, не сразу понял, что ему говорят — в голове грохотал саундтрек шутера, поставленного на паузу. — В смысле? — спросил он. — В прямом. Дело об убийстве Кэрри Уитгейл передали ФБР. Рид грязно выругался. — Как его могли отобрать? — Они нашли труп Голдвика. — Ого. — Да… Мне только что позвонил Ричи. Они забрали тело себе. — Он что, сейчас работает? — Он часто работает в выходные. Работает в выходные. Спасибо за напоминание. — Ну классно, чё, — мрачно отозвался Гэвин. — Это пока неофициально. Завтра утром тебя уведомят, что от дела ты отстранён. — Да я в курсе. Не впервой. — Так ты уже бывал в такой ситуации… Наверное, тебе легче. Гэвин вспомнил первые встречи. Энтузиазм и уверенность, с которой парень рвался раскрывать дело, то, как он вчитывался в дело, выискивал несостыковки, как горели его глаза, как он с похмелья признавался в соперничестве с братом… Для него это дело значило куда больше, чем для Рида. — Ненамного. Если хочешь — приезжай. — Зачем? Напиться? — Нет, напиться я тебе не дам. Просто… поболтаем. — Спасибо. Ты хороший друг. На этих словах внутри ёкнуло. Друг?.. Да, они провели какое-то время вместе, и Коннор ему нравился, но вот так называть другом? Похоже, у парня проблемы с общением, если он так быстро нарекает кого-то другом. Хотя… на этом его можно и поймать. — Да без проблем. Так что? Приходи, развлечемся немного. — Хорошо. Скинь адрес.       Рид отправил смс и откупорил бутылку вина. Настроение, несмотря на паршивую новость, быстро стало лёгким и игривым, а всё из-за того, что в голове созрел план. Он мельком взглянул на календарь — тридцатое октября. Если всё пройдёт успешно, то для одного человека Хэллоуин (или время после него) станет действительно страшным.

***

      Коннор привёз с собой баночку кошачьих консервов и пакет чипсов. — Я и так пользуюсь твоим гостеприимством, — сказал он, — так что стоит отблагодарить. — Особенно Тыкву, — заметил Гэвин, рассматривая консервы. — Эх, разбалуешь ты её. Кошка на кухне ела деликатесы, а люди сидели на диване в гостиной, держась друг от друга на расстоянии. Коннор косо посматривал на вино, но одергивал себя, а Рид неспешно потягивал алкоголь, наслаждаясь вкусом. — Итак, — начал Гэвин, — мы облажались, а твой братец забрал у нас дело. — Именно так. — И его не вернуть. — ФБР очень редко спускают дела обратно в полицию. Но… но почему? Мы так много сделали вместе, ты и я, и… и мне все говорят, что я очень наблюдательный. Действительно сравнивают с Шерлоком. Карие глаза заблестели. Коннор был очень расстроен, расстроен настолько, что едва сдерживал эмоции, и его стоило утешить. Но утешать Гэвин не умел, зато умел резать правду-матку. — Ты не в тех местах наблюдательный. — Извини? — Ну, ты очень классно узнаёшь о людях по внешности или веганскому молоку, — Рид усмехнулся, — но для работы это не то. Я не говорю, что из тебя хреновый криминалист, вполне нормальный. Вон, в отчёте про трубу ты про какие-то периты что-то писал… — Перлиты, — перебил Коннор. — Ой, извини. — Да не суть. Суть в том, что вещдоки — это просто вещдоки. Вот если бы ты их, например, облизывал и что-то определял, то тогда да, тогда ты был бы на голову выше любого засранца из ФБР. А так… просто чувак, делающий свою работу. Тебе бы с людьми работать, а не с железками, проку больше было. Криминалист затих. Слова Гэвина произвели впечатление, и Коннор обдумывал услышанное. Взгляд бесцельно блуждал с предмета на предмет, он хмурился, шевелил губами, споря с самим собой. Рид не хотел вмешиваться в самокопание, но парень явно загрузился, а на него, вообще-то, у Гэвса были планы. — Знаешь что? — сказал он. — Хрен с ним, с этим делом.       Он посмотрел на Коннора и странно улыбнулся. Вино ударило в голову, и оттого дружеская встреча воспринималась им несколько пикантно. Коннор же не понимал, что Рид что-то замышлял, и полностью был погружён в мрачные мысли. — То есть… как? Я думал, для тебя это тоже важно. — Ну, это не первое мое дело и не последнее. И не твоё последнее тоже. Понимаешь? — Ты хочешь, чтобы мы и дальше работали вместе? — Без «работали». Коннор, беззвучно шевеля губами, повторил фразу. — «Чтобы мы и дальше вместе?» — вслух произнёс он. — Чтобы мы и дальше вместе что? — Были. — Чтобы мы и дальше… Ох, — он осознал, что предлагает Гэвин. — Я… Я не ожидал такого. — Ну, а почему бы и нет? — Рид придвинулся поближе, пьяно дыша. — Мы знаем друг друга месяц! — Ну так я тебе в штаны не лезу. И под венец не веду. Типа ты и я — мы могли бы стать отличной парой. Нам даже не придётся отчитываться друг перед другом из-за задержек на работе, — Гэвин засмеялся. Коннор усмехнулся. Завалы на работе — то, что роднило всех сотрудников полиции, от патрульных, хранивших покой улиц, до криминалистов, прячущихся среди колб и микроскопов. — Я не думал, что можно просто предложить встречаться, — смущённо сказал он. — Но да, это отличная идея! Я думаю, вместе мы можем раскрыть множество дел и… — Ага, — не дал договорить Рид и нежно поцеловал его в щеку.

***

      Начался ноябрь, тоскливый и тягостный. Хэллоуинские украшения вмиг исчезли с домов, дети спрятали костюмы привидений, закончились распродажи сладостей. Изменился и уличный свет: из огненно-оранжевого вновь стал электрическим жёлтым. Люди стали мрачнее и сонливее, замыкались в себе, и уже не было громких разговоров и шумных толп веселящихся людей. Но были и те, кому нравилась общая сонливость, например, Ричарду. Пластиковые скелеты, по его словам, сбивали с толку. Он уверенно шёл по проспекту, держа в руке стаканчик с кофе, и разговаривал с Коннором по беспроводной гарнитуре. Мягкий голос старшего брата вплетался в шум проезжавших мимо автомобилей. — … так что позволь ещё раз поздравить тебя с делом о мисс Уитгейл. — Спасибо. — Ах да, у меня есть новость для тебя. — Слушаю. — Помнишь детектива Рида? Вы встретились на месте происшествия. — Этого придурка я отлично помню. Так что? — Мы встречаемся. Ричард остановился как вкопанный. Шедший позади мужчина недовольно вскрикнул, но агент не обратил внимания. — Это шутка?! — Нет. Завтра выходной, мы проведём его вместе. Он будет учить меня фламбировать. — Коннор рассмеялся. — Классно, правда? Помнишь, ты позвал меня на ваш корпоратив, и там повар поджигал мясо? Это было потрясающе! А скоро я научусь делать так же. Ричи?.. Ты здесь?.. — Я… да. Очень рад за тебя. Мне нужно бежать, извини, созвонимся потом. Пока. Ричард сбросил звонок. Сердце гулко стучало, к лицу прилила кровь. Совместная готовка, ну надо же! Идиотское восхваление обыденности — удел тех, кто ничего не добился и ничего из себя не представляет. Ричард швырнул стаканчик в урну и стремительно пошёл дальше.

***

      — Так, смотри, теперь самое прикольное. Поливаем её коньяком… Объяснение прервал телевизор. — Шокирующие подробности убийства Кэрри Уитгейл! — провозгласил телеведущий. — По имеющимся у нас данным ФБР напало на след убийцы. Это один из членов преступного наркокартеля, посланного специально для её убийства. Что связывало его и невинную девушку? — Невинную? Всё переврали, — заметил Гэвин. — Да, — согласился Коннор. — Очевидно, что сеньор Санчес — не исполнитель, а глава картеля, и он нанял мистера Голдвика, чтобы устранить мисс Уитгейл, которая не смогла реализовать его партию кокаина и привлекла внимание ФБР. Но она пыталась изменить свою жизнь, отказаться от… прежнего образа жизни. Жаль, не успела. — Очевидно?.. — Если у тебя есть знакомые в ФБР и лаборатория, — нехотя признался Коннор. Рид рассмеялся и поцеловал его в макушку. — Как там Рич, счастлив, что занимается этим делом? — Да, только… — Коннор задумался. — Когда я сказал ему про нас, он стал каким-то другим. Неразговорчивым. Почему? — он посмотрел на Гэвина. — Понятия не имею, что там в его башке. А теперь смотри, после того, как ты облил коньяком, надо аккуратно поджечь…       Полусонная Тыква одним глазом посматривала на запечённую курицу, смеющихся людей и оранжевые листочки за окном. Давненько в её доме не было так уютно.